АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115191, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17

http://www.msk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-187060/19-148-1125

30 сентября 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть решения объявлена 26 сентября 2019 года

Полный текст решения изготовлен 30 сентября 2019 года

Арбитражный суд в составе: судьи Нариманидзе Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

с использованием средств аудиозаписи в ходе судебного заседания.

рассматривает в судебном заседании дело по заявлению Общество с ограниченной ответственностью «АВИА ИНВЕСТ ГРУПП» 

(119027 МОСКВА ГОРОД ТЕРРИТОРИЯ ВНУКОВО АЭРОПОРТ ДОМ 1СТРОЕНИЕ 19 , ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 15.04.2015, ИНН: 

<

***>, КПП: 772901001)

к ответчику:

Внуковской таможне (119027, 

<

...>)

о признании незаконным решения от 01.07.2019 г. № 10001020/030619/0003653

при участии: 

от заявителя – ФИО2, дов. от 05.03.2019 г.

от ответчика – ФИО3, дов. от 03.09.2019 г.

УСТАНОВИЛ:

ООО «АВИА ИНВЕСТ ГРУПП» (Заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Внуковской таможне о признании незаконным решения от 01.07.2019 г. № 10001020/030619/0003653.

Заявитель поддержал заявленные требования.

Ответчика заявленные требования не признал, представил отзыв.

Изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, выслушав мнение сторон, проверив все доводы заявления и отзыва на него, суд считает заявленные требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Срок для обращения в суд, предусмотренный ч. 4 ст.198 АПК РФ, заявителем не пропущен.

Как  следует из материалов дела,  ООО «АВИА ИНВЕСТ ГРУПП», в соответствии с контрактом № 180511-81 от 11.05.2018 и заказом-спецификацией № 1905-5 от 29.05.2019, являющейся неотъемлемой частью контракта, ввезен на территорию РФ товар - одежда мужская и женская, включая 43 группу, из Турецкой Республики. Оформление импорта проводилось на Внуковской таможне (ответчиком) по ДТ 10001020/030619/0003653.

В соответствии с п. 3ст. 104 ТК ЕАЭС Таможенное декларирование товаров по ДТ №10001020/030619/0003653 осуществлено в электронной форме.

При декларировании товаров, основываясь на ст. 39 ТК ЕАЭС, истец заявил об использовании первого метода - «Метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

В соответствии с п. 3 ст. 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов. ДТ 10001020/030619/0003653 оплачена полностью, что подтверждается заявлением на перевод валюты, выпиской с лицевого счета  и ведомостью банковского контроля. Таким образом, исходя из взаимосвязи п.1 и п. 3 ст. 39 ТК ЕАЭС, стоимость товара оплаченного или подлежащего оплате является подтвержденной. Основания невозможности применения первого метода и основания для корректировки стоимости товара уплаченной или подлежащей уплате, в соответствии с п. 2 с. 39 ТК ЕАЭС, отсутствуют и ответчиком не доказаны.

В соответствии с п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления, в том числе расходы на перевозку, страхование, погрузку-разгрузку грузов.

В соответствии с заключенным контрактом на поставку товара № 180511-81 от 11.05.2018 и Приложением к контракту № 49 от 29.05.2019 стороны согласовали условия поставки FCA г. Стамбул, из чего следует, что обязанность оплаты доставки груза возложена на покупателя. Остальные доначисления к цене в соответствии с условиями Контракта № 180511-81 от 11.05.2018 отсутствуют.

Из предоставленных в таможенный орган вместе с сопроводительным письмом №631 от 11.06.2019  следует, что факт оказания услуги по доставке груза от г. Стамбул до г. Москва подтвержден, доставка груза оплачена полностью, оказанные и оплаченные услуги по доставке груза соответствует заявленным в контракте № 180511-81 от 11.05.2018 условиям поставки FCA г. Стамбул.

Соответственно, декларантом соблюдены требования п. 3 ст. 40 ТК ЕАЭС о подверженности и достоверности представленной в таможенный орган информации о дополнительных начислениях к цене уплаченной или подлежащей уплате. Дополнительные начисления включены в таможенную стоимость товара в полном объеме и документально подтверждены.

Пунктом 15 ст. 38 ТК ЕАЭС установлено, что «основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса» из чего следует, что применение последующих методов определения таможенной стоимости возможно только в случае заявления их декларантом или в случае наличия у таможенного органа неоспоримых доказательств невозможности применения первого метода при условии их надлежащего раскрытия перед декларантом и соблюдения процедуры установленной п. 15 ст. 38 ТК ЕАЭС.

03.06.2019 Внуковской таможней назначена дополнительная проверка в связи с чем, ответчиком был оформлен «Запрос документов и (или) сведений».  Основанием проведения таможенной проверки послужило наличие у таможенного органа сомнений в более низком уровне цен декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные / однородные товары имеющейся в базах данных таможенных органов в системе «Мониторинг-Анализ», а также наличие, по мнению таможенного органа, оснований полагать, что имеет место занижение таможенной стоимости товаров.

Пунктом 5 ст. 325 ТК ЕАЭС определено, что при проведении таможенного контроля дополнительные документы и сведения должны быть запрошены мотивированно, а запрос должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными. В Запросе при проведении дополнительной проверки запрошено множество документов, но подавляющая часть запрошена безосновательно, что противоречит абз. 2 п. 5 ст. 325 ТК ЕАЭС. Согласно указанного пункта «перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения», а не произвольно, т.к. при произвольном запросе документов таковая проверка сводится не к сбору доказательств подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров, а наоборот, к подбору таможенным органом оснований для «выполнения ответчиком плана» по вынесению решений о КТС товаров, что и происходит в настоящем случае. Из документов по делу и представленных ниже в исковом заявлении доказательств наглядно видно, что таможенный орган при проведении дополнительной проверки запрашивает документы не систематизировано и не аргументировано, а наоборот хаотично и по принципу чем больше, тем лучше, при этом преследуя единственную цель найти как можно больше описок и опечаток с целью обосновать выносимое решение о КТС товаров. Доказыванием наличия взаимосвязи между найденными, а в большей степени «надуманными» таможенным органом, недочетами в представленных документах и основанием для проведения дополнительной проверки - ответчик себя не утруждает.

Документы, которые могут быть запрошены инспектором таможенного органа при осуществлении контроля таможенной стоимости товара установлены пунктом 8 Решения Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27 марта 2018 г. N 42 "Об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза". При этом пунктом 7 указанного Решения Коллегии ЕЭК установлено, что перечень документов, сведений и письменных пояснений, запрашиваемых таможенным органом у декларанта при проведении контроля таможенной стоимости товаров, определяется в первую очередь с учетом выявленных признаков недостоверного определения таможенной стоимости ввозимых товаров, что соответствует позиции ВС РФ изложенной в п. 10. Постановления Пленума ВС РФ № 18 от 12.05.2016.

Согласно п. 1 и 2 ст. 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров, при этом таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Абз. 1 п. 10. Постановления Пленума ВС РФ № 18 от 12.05.2016 установлено, что согласно пункту 1 статьи 68 ТК ТС (ст. 112 ТК ЕАЭС и вышеприведенным положениям нового таможенного законодательства) единственным основанием для принятия таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости является ее недостоверное заявление декларантом.

В соответствии с Запросом документов при проведении дополнительной проверки от 03.06.2019 истец предоставил вместе с сопроводительным письмом № 631 от 11.06.2019:

-затребованный пакет документов, в том числе повторно запрошенные документы, уже предоставленные ответчику в соответствии со ст. 108 ТК ЕАЭС;

-обоснование объективных причин (препятствий) к предоставлению некоторых запрошенных документов как того требует п. 10 Решения Коллегии ЕЭК от 27 марта 2018 г. № 42 с учетом абз.2 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ № 18;

-обоснование несоответствия запроса некоторых из документов, перечисленных в Запросе документов при проведении дополнительной проверки положениям абз. 2 п. 5 ст. 325 ТК ЕАЭС и, как следствие, неправомерность запроса данных документов и наличие обоснованной невозможности их предоставления. Документы, которые неправомерно запрошены ответчиком, но которые у нас есть в наличие в силу сложившихся обстоятельств, всегда предоставляются нами ответчику.

          01.07.2019 ответчик вынес Решение «О внесении изменении (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары».

Не согласившись с указанным решением о корректировке таможенной стоимости, Общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд руководствуется следующим.

Поставка товара по ДТ 10001020/030619/0003653 осуществлялась в рамках УТК (упрощенного таможенного коридора) на основании действующего Протокола между ФТС России и ТД Турецкой Республики утвержденного Распоряжением Правительства РФ от 22 октября 2008 г. № 1539-р из чего следует, что информация о цене и стоимости товара уплаченной или подлежащей уплате на момент поступления этого товара во Внуковскую таможню уже подтверждена Минфином, Торгово-промышленной палатой Турецкой Республики и зарегистрирована таможенными органами Турецкой Республики. Оснований не доверять сведениям, предоставленным государственным органом Турецкой Республики - нет. 

 Данная позиция подтверждается судебной практикой (Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-66446/2018, № 09АП-66602/2018, № 09АП-69520/2018), Постановления ФАС Московского округа  № Ф05-12998/2018 от 21.08.2018 и № Ф05-13199/2018 от 24.08.2018).

         Кроме того, в рамках Контракта № 180511-81 от 11.05.2018 декларантом импортируются меховые изделия 43 группы, которые подлежат обязательному чипированию в соответствии с Постановлением правительства РФ от 11.08.2016 № 787 «О реализации пилотного проекта по введению маркировки товаров контрольными идентификационными знаками (КИЗ)». Информация о цене и стоимости товаров начиная с момента импорта меховых изделий на территорию РФ и до момента реализации товаров конечному розничному покупателю находится в электронном виде в общем доступе таможенных и налоговых органов РФ. 

 Цена и стоимость товара уплаченная или подлежащая уплате в соответствии со ст. 39 ТК ЕАЭС является подтвержденной, в том числе государственными органами Турецкой Республики, а занижение ее не только не рентабельно, но и убыточно для декларанта. Невозможность применения первого метода отсутствует.

В решении о КТС товаров ответчик указывает, что ему не предоставлены: оригиналы контракта на поставку товаров № 180511-81 от 11.05.2018, транспортного контракта № 180504-79 от 04.05.2018, счет-проформы, инвойса, документов подтверждающих согласование сторонами контракта условий поставки, сроков платежа и условий оплаты, документов и сведений о физических характеристиках, качестве и репутации на рынке ввозимых товаров и их влияние на ценообразование, пояснения по организации перевозки товаров, документы и сведения о перевозке (транспортировке) ввозимых товаров, их погрузке, разгрузке и перегрузке и проведении иных операций, связанных с перевозкой (транспортировкой) ввозимых товаров до аэропорта Ataturk Стамбул Турция, тарифы транспортной компании, подтверждающие стоимость транспортировки товара по ДТ № 10001020/030619/0003653.

    В соответствии с п. 6 ст. 80 ТК ЕАЭС копии документов в целях совершения таможенных операций предоставляются по требованию таможенного органа, если Договором о Союзе, международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и (или) международными договорами государств-членов с третьей стороной не установлено обязательное представление оригиналов таких документов. 

При декларировании товаров, основываясь на ст. 39 ТК ЕАЭС, общество заявило об использовании первого метода - «Метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

Пунктом 1 ст. 39 ТК ЕАЭС установлено, что при применении первого метода следует исходить из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары дополненной в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса.

Согласно  п.3 ст. 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов. ДТ 10001020/030619/0003653 оплачена полностью, что подтверждается заявлением на перевод валюты, выпиской с лицевого счета и ведомостью банковского контроля.

В силу ст. 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий.

  В соответствии с ч. 3 указанной статьи - ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

  В вынесенном решении о КТС товаров от 01.07.2019 ответчиком нарушена последовательность применения методов определения таможенной стоимости товаров. В оспариваемом решении ответчик указывает, что методы 2, 3, 4 не применимы в силу отсутствия в таможенном органе информации об идентичных и однородных товарах. При этом в таможенном органе имеется информация об идентичных товарах растаможенных по первому методу по предшествующим декларациям в рамках данного контракта, а также полный комплект документов: прайс-листы, договора, счета-фактуры и иная необходимая информация для применения методов 2-4. Значит документы, необходимые для применения методов 2-4 определения таможенной стоимости товаров есть в наличие у ответчика, но он их умышленно не стал применять, т.к. не смог бы осуществить корректировку таможенной стоимости товаров.

  Таким образом, исходя из взаимосвязи п.1 и п. 3 ст. 39 ТК ЕАЭС, стоимость товара оплаченного или подлежащего оплате является подтвержденной. Основания невозможности применения первого метода и основания для корректировки стоимости товара уплаченной или подлежащей уплате, в соответствии с п. 2 с. 39 ТК ЕАЭС, отсутствуют и ответчиком не доказаны.

   Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 6 Постановления от 12.05.2016 N 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства», при применении пункта 4 статьи 65 ТК ТС судам следует исходить из презумпции достоверности представленной декларантом информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе. Выявление таможенным органом при проведении таможенного контроля товаров до их выпуска признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, отсутствия должного подтверждения сведений о стоимости сделки, используемых декларантом при определении таможенной стоимости, является основанием для проведения дополнительной проверки в соответствии со статьей 69 ТК ТС и само по себе не может выступать основанием для корректировки таможенной стоимости (пункт 7 Постановления Пленума ВС РФ от 12.05.2016 N 18).

  Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 N 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства», согласно пункту 1 статьи 68 ТК ТС единственным основанием для принятия таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости является ее недостоверное заявление декларантом, в том числе в связи с использованием сведений, не отвечающих требованиям пункта 4 статьи 65 Кодекса и пункта 3 статьи 2 Соглашения. 

  Между тем доказательств недостоверности сведений, содержащихся в пакете документов, представленном обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, судом не установлено.

  Таким образом, оспариваемое решение Внуковской таможни является незаконным.

В силу действия части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Кроме того,  положения п. 3 ч. 5 ст. 201 АПК РФ предусматривают обязанность арбитражного суда указать на обязанность  государственных органов, должностных лиц совершить определенные действия, направленные на устранения допущенных нарушений прав и законных интересов заявителя в установленный судом срок, в связи с чем суд полагает необходимым обязать ответчика в течение 10 дней со дня вступления решения суда в законную силу устранить допущенные нарушения прав заявителя в установленном законом порядке.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные заявителем, взыскиваются арбитражным судом с ответчика.

На основании  ст. ст.  11, 12, 13 ГК РФ, руководствуясь ст. ст. 29,  65, 71, 110, 167-170, 176, 181, 198, 200, 201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным решение Внуковской таможни  о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары от 01.07.2019г., прошедших таможенное оформление по ДТ № 10001020/030619/0003653.

Проверено на соответствие таможенному законодательству.

Взыскать с Внуковской таможни в пользу ООО «Авиа Инвест Групп»  расходы по уплате государственной пошлине в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

            Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья                                                                                                                            Нариманидзе Н.А.