СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14109/2019(13)-АК

Дело № А50-7152/2019

23 марта 2023 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  23 марта 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Чепурченко О.Н.,

судей                               Мартемьянова В.И., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

должника ФИО2 (лично), паспорт,

от уполномоченного органа – ФИО3, доверенность от 19.10.2022, служебное удостоверение,

от иных лица, участвующих в деле – не явились, 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4

на определение Арбитражного суда Пермского края от 30 января 2023 года 

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего об исключении требований ФНС России из реестра требований кредиторов,

вынесенное в рамках дела № А50-7152/2019 

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН 

<

***>), 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5,

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 26.05.2020 (резолютивная часть от 12.05.2020) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4, член Ассоциации арбитражных управляющих «Солидарность».

28.10.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего об исключении из реестра кредитора должника требования уполномоченного органа в сумме 728 268 руб., связанные с недоимкой по земельному налогу и налогу на имущество физического лица.

Определением суда от 16.12.2022 к участию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 30.01.2023 (резолютивная часть от 25.01.2023) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт об исключении требования уполномоченного органа в размере 728 268 руб. из реестра требований кредиторов ФИО2 Выражает несогласие с выводом суда об отнесении должника к налогоплательщикам несмотря на то, что фактически он имуществом не пользуется, полагая, что в силу ст. 167 ГК РФ у ФИО2 в силу положений ст. 167 ГК РФ не возникло права собственности на спорные объекты недвижимости, следовательно, он не является и не являлся собственником спорных объектов налогообложения. Обращает внимание на то, что после вступления в законную силу определения по признанию сделок недействительными, определением от 20.07.2022 требования кредиторов, включенные в реестр требование кредиторов должника в общем размере 2 122 070,83 руб. признаны удовлетворенными ФИО6, производство по делу о банкротстве прекращено на основании абз. 7 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве. Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 12.01.2023 установлено, что совершение действий по погашению требований кредиторов, соответствующих интересам должника, направлено на сохранение имущества за ФИО5 Апеллянт полагает, что в отношении спорного имущества, являющегося объектами налогообложения, как собственником, так и конечным выгодоприобретателем является ФИО5, следовательно, налоги, уплаченные ФИО5 налоги за имущество, принадлежащее ФИО5, повлекут за собой неосновательно обогащение (сбережение) для последнего.

До начала судебного разбирательства от уполномоченного органа поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, просит в удовлетворении жалобы отказать, обжалуемое определение оставить без изменения.

Должником заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств – договор аренды нежилого помещения от 31.05.2019, акт приема-передачи помещений от 31.05.2019, договор аренды нежилого помещения от 21.11.2019, договор аренды нежилого помещения от 15.01.2020, акт приема-передачи помещений от 15.01.2020.

Рассмотрев ходатайство в порядке ст. 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), апелляционный суд не усматривает оснований для его удовлетворения. Невозможность представления документов в суд первой инстанции должником не доказана. Документы будут возвращены должнику при отправке судебного акта.

Должник и представитель уполномоченного органа против доводов жалобы возражали, просили оставить без удовлетворения, обжалуемое определение – без изменения.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб и ходатайства в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст.71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого определения по следующим мотивам.

Согласно ч. 1 ст. 223 АПК РФ и п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу п.1 ст. 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой Х «Банкротство граждан», регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Как предусмотрено в пункте 6 статьи 16 Закона о банкротстве, требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

По смыслу данной нормы права нахождение требования конкурсного кредитора в реестре требований кредиторов должника связывается с наличием определения арбитражного суда, на основании которого заявитель включен с конкретной суммой в реестр требований кредиторов должника, при условии, если это определение не отменено, а требование не погашено.

В силу норм ст. 2, п. 4 ст. 134, п. 1 ст. 137, п. 3 ст. 213.27 Закона о банкротстве требования кредиторов по денежным обязательствам по гражданско-правовым сделкам подлежат удовлетворению в третью очередь.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, определением от 16.01.2020 по настоящему делу требования ФНС России в лице ИФНС России по Дзержинскому району г. Перми в общем размере 1 602 088,05 руб. включены в реестр требований кредиторов должника

- 56 403,19 руб. - во вторую очередь реестра требований кредиторов должника;

- 1 545 684,86 руб. - в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Требования основаны на обязательствах по уплате ФИО2 земельного налога физических лиц в границах городских округов (в отношении земельных участков, расположенных по адресу: 

<

...> Соликамская, д. 234, за 2015, 2016, 2017, 2018 гг.), налога на имущество физических лиц в границах городского округа (в отношении помещений и сооружений, расположенных по адресу: 

<

...>, 

<

...>, за 2016 г., 2018 г.

Основанием возникновения у ФИО2 права собственности на земельный участок и помещение по адресу 

<

...> являлся договор дарения земельного участка с постройками от 10.06.2016, заключенного между ФИО5 (даритель) и ФИО2 (одаряемый).

Право собственности на земельный участок и помещение, расположенные по адресу: 

<

...> возникло у ФИО2 на основании договора дарения земельного участка с постройкой, принадлежащих дарителю на праве собственности от 11.12.2017, заключенного между В.А. (даритель) и ФИО2 (одаряемый.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Пермского края от 04.10.2021 по делу № А50-4403/2020:

1) признана недействительной сделка в виде договора дарения земельного участка с постройкой, принадлежащих дарителю на праве собственности от 11.12.2017 и применены последствия ее недействительности в виде возврата в конкурсную массу ФИО5 земельного участка и нежилого здания, расположенных по адресу: 

<

...>;

2) признана недействительной сделка в виде договора дарения земельного участка с постройками от 10.06.2016, принадлежащих дарителю на праве собственности, и применены последствия ее недействительности в виде возврата в конкурсную массу ФИО5 311/814 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и 311/814 доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание, расположенные по адресу: 

<

...>.

Арбитражный управляющий либо иное лицо, участвующее в деле о банкротстве, на основании п.6 ст. 16 названного Закона вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением об исключении требований кредитора из реестра требований кредиторов.

Возможность исключения требования из реестра требований кредиторов, предусмотренная названной нормой, реализуется в исключительных случаях.

При этом к числу условий для исключения требования кредитора из реестра относятся обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии оснований для дальнейшего нахождения данного требования в реестре требований кредиторов должника и влекущие возможность такого исключения.

Заявляя требования об исключении из реестра требований кредиторов требования уполномоченного органа по уплате налогов на имущество физических лиц, финансовый управляющий ссылается на положения п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), полагая, что ФИО2 утратил право собственности с момента совершения спорных сделок, следовательно, оснований для начисления налогов (земельный налог и налог на имущество) не имелось.

В соответствии с п. 1 ст. 388 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) налогоплательщиками налога признаются организации и физические лица, обладающие земельными участками, признаваемыми объектом налогообложения в соответствии со ст. 389 настоящего Кодекса, на праве собственности, праве постоянного (бессрочного) пользования или праве пожизненного наследуемого владения, если иное не установлено настоящим пунктом.

Согласно п. 1 ст. 391 НК РФ налоговая база определяется в отношении каждого земельного участка как его кадастровая стоимость, внесенная в Единый государственный реестр недвижимости и подлежащая применению с 01 января года, являющегося налоговым периодом, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

В соответствии с п. 4 ст. 391 НК РФ для налогоплательщиков – физических лиц налоговая база определяется налоговыми органами на основании сведений, которые представляются в налоговые органы органами, осуществляющими государственный кадастровый учет и государственную регистрацию прав на недвижимое имущество.

Статьей 400 НК РФ установлено, что налогоплательщиками налога на имущество физических лиц признаются физические лица, обладающие правом собственности на имущество, признаваемым объектом налогообложения.

При этом в соответствии с п. 1 ст. 403 НК РФ налоговая база определяется в отношении каждого объекта недвижимого имущества как его кадастровая стоимость, внесенная в Единый государственный реестр недвижимости (ЕГРН) и подлежащая применению с 1 января года, являющегося налоговым периодом.

Согласно п. 2 ст. 408 НК РФ для исчисления налога налоговыми органами используются сведения, полученные от регистрирующих органов в соответствии со ст. 85 НК РФ.

В силу п. 4 ст. 85 НК РФ органы, осуществляющие государственный кадастровый учет и государственную регистрацию прав на недвижимое имущество, органы (организации, должностные лица), осуществляющие государственную регистрацию транспортных средств, обязаны сообщать сведения о расположенном на подведомственной им территории недвижимом имуществе, о транспортных средствах, зарегистрированных в этих органах (правах и сделках, зарегистрированных в этих органах), и об их владельцах в налоговые органы по месту своего нахождения в течение 10 дней со дня соответствующей регистрации, а также ежегодно до 15 февраля представлять указанные сведения по состоянию на 1 января текущего года и (или) за иные периоды, определенные взаимодействующими органами (организациями, должностными лицами).

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

Государственной регистрации в силу п. 1 ст. 131 ГК РФ подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

Право собственности на недвижимое имущество подлежит государственной регистрации в порядке, установленном Федеральным законом от 13.07.2015 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее – Закон 218-ФЗ), возникает (изменяется, прекращается) с момента такой государственной регистрации (за исключением случаев возникновения (изменения, прекращения) права в силу закона).

При этом государственная регистрация прав на недвижимое имущество является юридическим актом признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества. Государственная регистрация права в ЕГРН является единственным доказательством существования зарегистрированного права (части 3, 5 ст.1 Закона 218-ФЗ).

По правилам п. 2 ст. 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Согласно п. 1 ст. 44 НК РФ обязанность по уплате налога или сбора возникает, изменяется и прекращается при наличии оснований, установленных НК РФ или иным актом законодательства о налогах и сборах.

В пп. 5 п. 3 ст. 44 НК РФ предусмотрено, что обязанность налогоплательщика по уплате налогов прекращается, в частности, с возникновением иных обстоятельств, с которыми законодательство о налогах и сборах связывает прекращение обязанности по уплате соответствующего налога или сбора.

В данном случае основанием для признания договоров дарения недвижимого имущества недействительными сделками явились положения п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий в качестве основания исключения требования из реестра требований кредиторов должника приводит положения ст. 167 ГК РФ.

Вместе с тем в силу ч. 3 ст. 2 ГК РФ к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством.

В связи с чем, доводы заявителя о необходимости применения к рассматриваемым по делу правоотношениям норм гражданского законодательства, отклонены судом первой инстанции обоснованно, поскольку требования ФНС связаны с публичными, налоговыми правоотношениями, урегулированных нормами специального законодательства.

Кроме того, в отличие от гражданского законодательства, законодательство о налогах и сборах не содержит специальных положений, регулирующих порядок налогообложения в случае признания сделки недействительной.

При этом сам факт признания сделки недействительной не является достаточным основанием для внесения изменений в бухгалтерский и налоговый учет участников сделки, а также перерасчета их налоговых обязательств.

Признание гражданско-правовой сделки недействительной само по себе не может изменять налоговые правоотношения, если законодательство о налогах и сборах не предусматривает это обстоятельство в качестве основания возникновения, изменения или прекращения обязанности по уплате налогов.

Таким образом, признание договора дарения недействительным (ничтожным) не является основанием для возврата уплаченных сумм налога на имущество за период с момента государственной регистрации его права собственности на названные объекты недвижимости до момента внесения соответствующих изменений в ЕГРН.

Установление факта недействительности сделки по приобретению объекта недвижимости (части объекта) не влечет автоматического прекращения права собственности на этот объект, а является основанием для прекращения вещного права.

Для налогообложения имеет значение не квалификация гражданско-правовых отношений, а фактические отношения по владению имуществом и факт его соответствующей регистрации в качестве объекта права.

Соответственно, если право на объект недвижимости было зарегистрировано за налогоплательщиком и указанное имущество им фактически использовалось, то признание сделки, на основании которой произведена регистрация права, недействительной, не может являться основанием для освобождения налогоплательщика от уплаты налога на имущество физических лиц (а в случае признания сделки недействительной в части – изменения размера его обязанностей).

В данном случае имущество, на которое начислены налоги за период с 2015-2018 гг., являлось имуществом ФИО2, который в силу действующего законодательства в спорный период обладал всеми правомочиями собственника имущества, что подтверждается сведениями, содержащимися в ЕГРН, в связи с чем у налогового органа отсутствовали основания для учета в качестве налогоплательщика имущественных налогов ФИО5 ввиду прямого указания в действующем законодательстве на то, что субъектами налоговых правоотношений являются налоговый орган и лицо, за которым зарегистрирован объект недвижимости (титульный собственник).

В соответствии с п. 2 ст. 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов наступают следующие последствия:

срок исполнения возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании гражданина банкротом денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей для целей участия в деле о банкротстве гражданина считается наступившим;

требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, требования о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном названным Федеральным законом. Исковые заявления, которые предъявлены не в рамках дела о банкротстве гражданина и не рассмотрены судом до даты введения реструктуризации долгов гражданина, подлежат после этой даты оставлению судом без рассмотрения.

Таким образом, требования Федеральной налоговой службы с 22.08.2019 (дата вынесения определения о введении в отношении ФИО2 процедуры наблюдения) в общем размере 1 602 088,05 руб. налога физических лиц на имущество подлежат удовлетворению только в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве). 

Включение судом требований уполномоченного органа в реестр требований кредиторов свидетельствует о том, что уполномоченный орган осуществил все предусмотренные законом меры для взыскания спорной задолженности. 

Поскольку в рассматриваемый период (2015-2018 гг.) недвижимое имущество было зарегистрировано за должником ФИО2, согласно положениям ст. 83, 400, 401 НК РФ налог на имущество физических лиц за 2015-2018 гг. начислен заявителю обоснованно, оснований для исключения требования Федеральной налоговой службы в лице ИФНС России по Дзержинскому району г. Перми в размере 1 602 088,05 руб. из реестра требований кредиторов ФИО2 судами не усмотрено.

Ссылка на то, что налогоплательщик (титульный собственник) не пользуется имуществом правового значения для настоящего спора не имеет ввиду вышеуказанных обстоятельств.

Доводы финансового управляющего, содержащиеся в жалобе, не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой суда установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

С учетом изложенного, определение суда от 30.01.2023 отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению, не подлежат.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 30 января 2023 года по делу № А50-7152/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

 

М.А. Чухманцев