1181/2020-58748(2) 

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-16503/2019

20 октября 2020 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 октября 2020 года Постановление изготовлено в полном объеме 20 октября 2020 года 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Еникеевой Л.И., судей Рожкова Д.Г., Тетериной Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный  номер 08АП-8796/2020) публичного акционерного общества «Нефтяная компания  «Роснефть», (регистрационный номер 08АП-8797/2020) акционерного общества  «Башвзрывтехнологии» на решение от 03.07.2020 Арбитражного суда Ханты- Мансийского автономного округа - Югры по делу № А75-16503/2019 (судья С.Г.  Касумова), по иску акционерного общества «Башвзрывтехнологии» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Самотлорнефтепромхим»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), третьи лица публичное акционерное  общество «Нефтяная компания «Роснефть» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  общество с ограниченной ответственностью «Азимут-Сервис» (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>), о взыскании 36 893 563 руб.,  

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции с использованием  информационной системы «Картотека арбитражных дел» представителя публичного  акционерного общества «Нефтяная компания «Роснефть» - ФИО2 (по  доверенности от 20.12.2018 № 77/321-н/77-2018/-11-91),  

 представителя акционерного общества «Башвзрывтехнологии» – ФИО3  (по доверенности от 25.08.2020 № 02-20-261);  

представителя акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» – ФИО4  (по доверенности от 29.11.2019 № 182/19),  

установил:

акционерное общество «Башвзрывтехнологии» (далее – истец, АО  «Башвзрывтехнологии», подрядчик) обратилось в Арбитражный суд Ханты- Мансийского автономного округа – Югры с исковым заявлением, уточненным в  порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (т. 2  л.д. 71-80), к акционерному обществу «Самотлорнефтепромхим» (далее – ответчик, АО  «Самотлорнефтепромхим», буровой подрядчик) о взыскании 36 893 563 руб., в том  числе 20 971 492 руб. реального ущерба, 15 922 071 руб. упущенной выгоды.  

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  требований относительно предмета спора, привлечены публичное акционерное  общество «Нефтяная компания «Роснефть» (далее – ПАО «НК «Роснефть»), общество с  ограниченной ответственностью «Азимут-Сервис» (далее – ООО «Азимут-Сервис»).  

Решением от 03.07.2020 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного  округа-Югры по делу А75-16503/2019 в удовлетворении исковых требований отказано.  

ПАО «НК «Роснефть» и АО «Башвзрывтехнологии» обратились с  апелляционными жалобами. По мнению подателей жалоб, выводы суда об обязанности  заказчика возместить вред, причинённый утратой оборудования, не соответствует как  положениям статьи 1064 ГК РФ, так и условиям заключённого сторонами договора.  Освобождение ответчика об обязанности возместить стоимость утраченного  оборудования и убытки в виде упущенной выгоды не является обоснованным в силу  того, что непосредственно действия последнего привели к утрате оборудования истца.  

Информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке,  предусмотренном статьей 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет.  

От АО «Самотлорнефтепромхим» в порядке статьи 262 АП КРФ поступил  письменный отзыв на апелляционную жалобу.  

Определением от 14.09.2020 рассмотрение апелляционных жалоб в судебном  заседании Восьмого арбитражного апелляционного суда отложено на 13.10.2020, истцу  предложено обосновать расчёт упущенной выгоды.  

От ПАО «НК «Роснефть» и АО «Башвзрывтехнологии» поступили письменные  пояснения.  

В судебном заседании представитель АО «Башвзрывтехнологии» поддержал  требования, изложенные в апелляционной жалобе, просил отменить решение суда  первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.  

Представитель ПАО «НК «Роснефть» поддержал требования, изложенные в  апелляционной жалобе, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по  делу новый судебный акт.  

Представитель АО «Самотлорнефтепромхим» поддержал доводы, изложенные в  отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить решение без изменения,  апелляционные жалобы - без удовлетворения, считая решение суда первой инстанции  законным и обоснованным.  

Суд апелляционной инстанции рассмотрел апелляционную жалобу в порядке  статьи 156 АПК РФ в отсутствие представителя ООО «Азимут-Сервис».  

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы, изложенные в апелляционных  жалобах, заслушав представителей сторон, проверив законность и обоснованность  обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции пришел к следующим  выводам.  

Как следует из материалов дела, в соответствии с договором на технологическое  сопровождение наклонно-направленного бурения и ЗБС от 05.03.2018 № 100018/00989Д  (далее – договор № 100018/00989Д) по заданию заказчика (ПАО «Нефтяная компания  «Роснефть») исполнитель (истец) обязался оказать услуги по наклонно-направленному  бурению при реконструкции скважин методом ЗБС для ПАО «НК «Роснефть»  (тех.заказчик ООО «РН-Юганскнефтегаз») в соответствии с условиями договора, в  объеме и в сроки, определенные в наряд-заказах и соответствующих заявках,  составленных в соответствии с разделом 3 договора, а заказчик - принять оказанные  услуги и оплатить их в соответствии с разделом 4 договора (пункт 2.1 договора).  

Согласно пункту 2.1 договора на выполнение работ по бурению скважин от  01.11.2017 № 100017/06505Д (далее – договор № 100017/06505Д) по заданию заказчика  (ПАО «Нефтяная компания «Роснефть») подрядчик (ответчик) обязался выполнить  работы по восстановлению скважин методом зарезки боковых стволов на условиях  раздельного сервиса для ПАО «НК «Роснефть» (тех.заказчик ООО «РН- Юганскнефтега») в соответствии с условиями договора, в объеме и в сроки,  определенные в наряд-заказах и соответствующих заявках, а заказчик - принять  выполненные работы и оплатить их в соответствии с разделом 4 договора.  

Согласно Регламенту распределения обязанностей, являющемуся приложением   № 2.2. к договору (т. 1, л.д. 101) при выполнении работ по компоновке низа бурильной  колонны (далее – «КНБК») подрядчик (истец) предоставляет буровому подрядчику  

(ответчику) элементы КНБК: забойные двигатели, турбобуры, НУБТ, спиральные УБТ,  УСЫ, калибраторы, центраторы, расширители, безопасные переводники и т.д.  

При этом, буровой подрядчик осуществляет сборку самостоятельно под  руководством подрядчика.  

Из материалов дела следует, что 29.07.2018 в ходе проведения работ буровой  бригадой ответчика при бурении ствола скважины № 23167 Куст 356Б Приобского  месторождения произошла авария, в результате которой оборудование истца,  переданное ответчику, было утрачено (оставлено в скважине без возможности  подъема).  

Актом от 03.08.2018 расследования аварии, составленным постоянно  действующей комиссией заказчика (в лице ООО «РН-Юганскнефтегаз») с участием  представителя ответчика, виновниками аварии признаны ответчик и ООО «Азимут- Сервис» (т. 1 л.д. 112-114).  

Также, 07.12.2018 в ходе проведения работ буровой бригадой ответчика при  бурении ствола скважины № 6868 куста № 218 Приобского месторождения произошла  авария, в результате которой оборудованию, переданному ответчику истцом, причинены  повреждения. Актом от 12.12.2018 расследования аварии виновником аварии признан  ответчик (т. 1 л.д. 115-118).  

Актом от 20.12.2018 комиссионного разбора установлено, что электронные  модули телесистемы и резистивиметра не в рабочем состоянии и восстановлению не  подлежат; трубное оборудование (НУБТ, переводники) имеют следы воздействия  агрессивной кислотно-щелочной среды, требуют проведения дополнительной  дефектоскопии трубного оборудования (т. 1 л.д. 119-121).  

Согласно расчету, представленному истцом, общий размер расходов истца по  осуществлению восстановительного ремонта и приобретению аналогичного  оборудования взамен утраченного составила 20 971 492 руб.  

Также, согласно расчету истца, упущенная выгода, выразившаяся в том, что в  результате произошедших аварий истец был вынужден отказаться от выполнения части  объемов по договору, которые истец рассчитывал выполнить собственными силами с  использованием, в том числе утраченного оборудования, составила 15 922 071 руб.  

Ссылаясь на невозмещение ответчиком причиненного ущерба в размере 36 893  563 руб., истец обратился в суд с настоящим иском.  

Повторно рассмотрев дело, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о  наличии оснований для изменения обжалуемого решения.  

По смыслу статей 1, 11, 12 ГК РФ и статьи 4 АПК РФ защита гражданских прав  может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и  законных интересов лица, требующего защиты. Одним из способов защиты  гражданским прав в соответствии со статьей 12 ГК РФ является возмещение убытков.  

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать  полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не  предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются  расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести  для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества  (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при  обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено  (упущенная выгода).  

Возмещение убытков является универсальным способом защиты нарушенных  гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во внедоговорных  отношениях. При отсутствии договорных отношений правовой режим возмещения  убытков, наряду с положениями статьи 15 ГК РФ, определяется нормами главы 59 ГК  РФ, закрепляющей в статье 1064 ГК РФ общее правило, согласно которому в этих  случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред,  причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме  лицом, причинившим вред.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» (далее - постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец  обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия)  которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда,  наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).  

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной  степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении  требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании,  что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих  возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из  принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению  

 Из пункта 5 постановления № 7 следует, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ,  кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а  также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную  связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником  и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно  размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор  мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).  

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и  убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных  условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если  возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным  последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие  причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками  предполагается.  

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи  между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить  доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.  

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано  обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении  обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).  

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за  причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания  обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности,  например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).  

АО «Башвзрывтехнологии» заявлено о взыскании с АО  «Самотлорнефтепромхим» 20 971 492 руб. реального ущерба, 15 922 071 руб.  упущенной выгоды.  

Из материалов дела усматривается, что ПАО «НК «Роснефть» заключены  отдельные договоры с подрядчиками:  

- на выполнение работ по технологическому сопровождению наклонно-  направленного бурения и ЗБС № 100018/00989Д (с истцом) (т. 1 л.д. 55-102);  

 - на выполнение работ по бурению скважин № 100017/06505Д (с ответчиком) (т.  3 л.д. 114-115, магнитный носитель);  

- на оказание услуг супервайзинга при строительстве эксплуатационных и  разведочных скважин / зарезки боковых стволов № 100017/05550Д (с третьим лицом  ООО «Азимут-Сервис» (т. 3 л.д. 114-115, магнитный носитель).  

По условиям этих договоров у истца, ответчика, ООО «Азимут-Сервис»  возникли конкретные обязательства подрядчика перед ПАО «НК «Роснефть», как  заказчика, определенные этими договорами.  

Отношения истца с третьим лицом ПАО «НК «Роснефть», возникшие из  договора № 100018/00989Д, квалифицированы судом в качестве договора подряда,  регламентированного нормами параграфа 1 главы 37 ГК РФ.  

Согласно части 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона  (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика)  определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять  результат работы и оплатить его.  

В разделе 1 договора № 100018/00989Д определено, что понятие «сервисная  компания» или «сервисные компании» – любое юридическое(-ие) лицо(-а), кроме  исполнителя, которое(-ие) заключило(-и) контракт(-ы) с заказчиком и привлечено(-ы)  заказчиком для выполнения работ или оказания услуг на месте оказания услуг или  привлечены заказчиком для оказания услуг или выполнении работ в связи с услугами.  Аналогичное условие содержится в разделе 1 договора № 100017/06505Д.  

Пунктом 3.1.7 раздела 2 договора № 100018/00989Д предусмотрено, что заказчик  сохраняет за собой право заключать с любой сервисной компанией договоры на  выполнение работ или оказание услуг одновременно с услугами на площадке.  Исполнитель предоставляет заказчику и сервисной компании (сервисным компаниям)  доступ и возможность выполнять их работу и сотрудничает с сервисными компаниями.  

Взаимоотношения между компанией, исполнителем и сервисной компанией  (сервисными компаниями) регулируются регламентом взаимоотношений, который  согласовывается компанией, исполнителем и сервисной компанией (сервисными  компаниями) (пункт 3.1.8).  

Подразделом 7 раздела 2 договора № 100018/00989Д согласованы следующие  условия ответственности заказчика:  

- за ущерб, причиненный имуществу исполнителя, заказчик несет  ответственность в соответствии с применимым правом и положениями договора (пункт  7.3.1 договора № 100018/00989Д);  

- за исключением случаев нормального износа или недостатков оборудования  исполнителя и ненадлежащего оказания услуг исполнителем, заказчик освобождает  исполнителя от ответственности и гарантирует ему возмещение убытков в отношении  утраты или порчи имущества, оборудования (инструментов) или их составляющих  (частей), принадлежащих исполнителю, случившихся в стволе скважины под столом  ротора, включая порчу в результате контакта с сероводородом (пункт 7.8.1 договора №  100018/00989Д).  

В свою очередь, пунктом 7.2.2. договора № 100017/06505Д между ответчиком и  ПАО «НК «Роснефть» установлено, что в случае, если заказчик понесет убытки  вследствие причинения подрядчиком ущерба имуществу сервисных компаний,  подрядчик возмещает такие убытки заказчику.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, исходил из  того, что круг лиц, причинивших ущерб истцу, за действия которых заказчик обязался  возместить вред, спорным условием договора не ограничен, в связи с чем, пришел к  выводу о том, что ПАО «НК «Роснефть» обязалось возместить вред вне зависимости от  того, кем он причинен, за исключением случаев нормального износа и ненадлежащего  оказания услуг исполнителем.  

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее. 

Пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный личности  или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица,  подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.  

Из названных положений и положений статьи 393 ГК РФ следует вывод о  различии правовой природы данных обязательств по основанию их возникновения: из  договора и из деликта. В случае если вред возник в результате неисполнения или  ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за  деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об  ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям  договора, заключенного между сторонами.  

При наличии обязательственных отношений истец не должен «искать лицо,  фактически причинившее ему ущерб.  

Вместе с тем, в силу абзаца второго пункта 3 статьи 308 ГК РФ обязательство  может создавать права для третьих лиц в отношении одной или обеих его сторон только  в случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением  сторон.  

При этом договор № 100017/06505Д не содержит каких-либо положений о праве  АО «Башвзрывтехнологии» на возмещение убытков за счет ПАО «НК «Роснефть».  

В этой связи обязанность подрядчика возмещать заказчику стоимость имущества  сервисных установлена в отношениях с ПАО «НК «Роснефть», а не с сервисными  компаниями, которые не является стороной указанного договора.  

Пунктом 1 статьи 421 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица  свободны в заключении договора.  

В соответствии со статьей 431 ГК РФ при толковании условий договора судом  принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.  Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем  сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.  

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия  договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия  договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом  договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ).  

Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с  учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное  толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и  существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.  

Согласно пункту 7.3.1 договора № 100018/00989Д за ущерб, причиненный  имуществу истца как исполнителя по договору, ПАО «НК «Роснефть» несет  ответственность перед истцом в соответствии с применимым правом и положениями  договора.  

Пунктом 7.3.2. договора установлено ограничение условия ответственности ПАО  «НК «Роснефть» перед истцом, в частности - ПАО «НК «Роснефть» освобождает  исполнителя (истца) от ответственности и гарантирует ему возмещение ущерба, в том  числе в виде штрафов, связанных исключительно с нарушением применимого права со  стороны ПАО «НК «Роснефть».  

В свою очередь, пунктом 7.7. договора установлено, что несмотря на любые  положения в договоре об обратном, ограничения ответственности и гарантии  возмещения ущерба не применяются и не ожидаются стороной, если претензии, убытки,  ущерб, затраты или ответственность являются результатом грубой неосторожности или  умышленного нарушения.  

Таким образом, исходя из толкования пунктов 7.3.1, 7.8.1 во взаимосвязи с  другими условиями договора, не следует, что сторонами согласовано условие о  возмещении вреда ПАО «НК «Роснефть» в любом случае и вне зависимости от того,  кем он причинен.  

Условием применения ответственности является наличие вины ПАО «НК  «Роснефть» перед исполнителем, выразившееся в неисполнении или ненадлежащем  исполнении ПАО «НК «Роснефть» условий договора и нарушении законодательства.  

В любом случае, даже если трактовать условия договора как возлагающие на  заказчика обязанность возместить стоимость оборудования, оставленного в скважине,  истец не утрачивает право на возмещение убытков за счет виновного лица, поскольку  такое право предусмотрено законом.  

Как обоснованно указано заявителем жалобы, положения статьи 1064 ГК РФ  предусматривают освобождение от ответственности законом, но не договором.   

Из условий заключённого договора не следует, что сервисные подрядчики, в  результате действий которых причинен вред, освобождаются от ответственности. При  этом, материалами дела не подтверждается, что виновное в аварии лицо возместило  заказчику стоимость оборудования.  

Из материалов дела не следует, что возникновение убытков у истца связано с  виновными действиями ПАО «НК «Роснефть».  

Так, актом от 03.08.2018 расследования аварии, составленным постоянно  действующей комиссией заказчика с участием представителя ответчика, виновниками  аварии признаны ответчик (т. 1 л.д. 112-114).  

Применительно к аварии на скважине 23167 куста № 356Б Приобского  месторождения работы по бурению осуществлялись ответчиком, который являлся  буровым подрядчиком по договору на выполнение работ по бурению 1.00017/06505Д от  01.11.2017.  

Согласно пункту 4 Акта о расследовании от 03.08.2018 причиной аварии, в  результате которой оборудование истца было утрачено в скважине, явилось нарушение  ответчиком требований Раздела 6 п. 1.1. (стр. 27 том 3) «Положения ООО «РН- Юганскнсфтегаз» по безаварийному ведению работ при строительстве и капитальном  ремонте скважин, № П2-10 Р-0152 ЮЛ-099'» (далее - «Положение») (стр. 11-55 том 3), а  именно: оставление бурильного инструмента без движения на 8 часов, тогда как при  бурении продуктивных пластов, а также при проведении спуск-подъемных операций в  

продуктивных пластах, время остановки без движения бурильной колонны не должно  превышать 3-х минут.  

При этом указанное Положение (л.д. 11 -55 том 3) разработано заказчиком и  содержит основные мероприятия и требования по предупреждению аварий, осложнений  и безаварийным работам при строительстве и капитальном ремонте скважин на  месторождениях заказчика.  

Согласно указанному Положению оно является основополагающим документом  для проведения расследования по выявлению причин и определению виновной стороны  при возникновении аварий и осложнений, а также является обязательным нормативным  документом заказчика обязательным для исполнения и неукоснительного соблюдения  всеми подрядчиками заказчика при выполнении работ на месторождениях заказчика.  

В этой связи, требования пункта 1.1. раздела 6 (л.д. 27 том 3) Положения  являются обязательными для исполнения ответчиком, время остановки без движения  бурильной колонны не должно было превышать 3-х минут, тогда как ответчиком  бурильная колонна была оставлена без движения на 8 часов.  

В процессе приготовления бурового раствора соответствующей плотности  инструмент без движения простоял 8 часов, соответственно, произошла потеря  подвижности инструмента, предоставленного истцом ответчику, в результате чего  геофизическое оборудование было оставлено в скважине без возможности подъема на  поверхность.  

Актом от 12.12.2018 расследования аварии виновником аварии признан ответчик  (т. 1 л.д. 115-118).  

При аварии на скважине № 6868 куста № 218 Приобского месторождения  ответчик выполнял работы по бурению на скважине.  

При бурении горизонтального ствола ответчиком 07.12.2018 скважины на  глубине 3153 метра произошло резкое снижение крутящего момента, а также давления.  При движении инструмента наверх значение веса на крюке составило 1,2 тн  (собственный вес на крюке при бурении 33 тн). После подъема бурильного инструмента  до устья обнаружен слом СБТ-88,9 по резьбовому соединению. Аварийная голова  представлена муфтой СБТ-88,9 со сломанной резьбовой частью на глубине 50 метров. В  процессе расхаживания получено свободное хождение бурильного инструмента,  геофизическое оборудование извлечено из скважины. Однако, в результате воздействия  кислотных ванн, геофизическое оборудование могло получить значительные  повреждения.  

Причинами аварии являлось нарушение АО «Самотлорнефтепромхим» пункта  1.2 раздела 4 «Положения по безаварийному ведению работ при строительстве на  капитальном ремонте скважин» от 19.08.2016, пункта 11.2 раздела договора №  100017/06505Д.  

Так, паспорт завода-изготовителя предоставлен ответчиком не в полном объеме,  а также идентификационные номера данного бурильного инструмента не соответствуют  представленному ответчиком паспорту комплекта ПН-88.9 М 111 -51 ТГМК UP TDS №  9. В представленном акте УЗД от 28.09.2018 отсутствуют данные бурильных труб.  Таким образом, авария произошла по причине ненадлежащего состояния оборудования  ответчика.  

Указанные в актах обстоятельства аварии и их причины с достоверностью  указывают на вину ответчика в причинении вреда истца. При этом, указанные  ответчиком иные причины аварий материалами дела не подтверждаются. А само по  себе предположение ответчика о возможных причинах аварии достоверность  представленных актов не опровергают.  

С учетом изложенного, суд считает установленной вину ответчика в причинении  вреда истцу.  

Как указано выше, возмещение убытков является универсальным способом  защиты нарушенных гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во  внедоговорных отношениях независимо от того, предусмотрена ли законом такая  возможность применительно к конкретной ситуации. Сутью убытков является их  компенсаторный восстановительный характер.  

Следовательно, наличие или отсутствие договорных отношений между  сторонами не является основанием для освобождения АО «Самотлорнефтепромхим» от  ответственности за причиненный АО «Башвзрывтехнологии» вред.  

Как следует из представленного АО «Башвзрывтехнологии» расчета суммы  исковых требований, реальный ущерб определен исходя из представленного ООО  «ГЕРС Технолоджи» по запросу коммерческого предложения (исх. № 039/ГТ-Т от  20.03.2019, исх. № 026/ГТ-Т от 04.03.2019).  

В силу пункта 12 Постановления № 25 размер подлежащих возмещению убытков  должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу части 1 статьи  15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано  только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае  размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех  

обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности  ответственности допущенному нарушению.  

Таким образом, размер убытков подлежит установлению судом на основании  представленных в материалы дела доказательств.  

В пункте 4 постановления № 7 разъяснено, что размер подлежащих возмещению  убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств  дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности  допущенному нарушению обязательства.  

Согласно позиции, сформулированной ВС РФ в Определении от 23.02.1998 №  18-в97-122, размер ущерба, подлежащий возмещению, определяется с учетом степени  износа самого имущества на момент повреждения; сумма реального ущерба не может  быть определена исходя из закупочной стоимости имущества, учитывая сроки его  приобретения.  

Между тем, в настоящем случае спорное имущество, необходимое истцу для  осуществления производственной деятельности, безвозвратно утрачено в результате  произошедшей по вине ответчика аварии, следовательно, истец вправе рассчитывать на  восстановление своих прав путем получения с ответчика денежных средств,  достаточных для приобретения оборудования, равного по своим свойствам  утраченному.  

Доводы ответчика о необходимости определения стоимости оборудования с  учетом его износа подлежат отклонению коллегией суда.  

Ответчиком не приведено доказательств возможности приобретения истцом  бывшего в употреблении оборудования, аналогичного утерянному.  

В материалах дела отсутствуют какие-либо допустимые доказательства,  позволяющие определить фактическую стоимость утраченного комплекса оборудования  в момент аварии, проведение экспертизы также не представляется возможным в виду  физической утраты имущества.  

Размер убытков в виде закупочной стоимости товара (реальный ущерб) в сумме  20 971 492 руб. является справедливым.  

 Кроме того, АО «Башвзрывтехнологии» заявлено о взыскании с АО  «Самотлорнефтепромхим» 15 922 071 руб. упущенной выгоды.  

В пункте 14 постановления № 25 разъяснено, что по смыслу статьи 15 ГК РФ,  упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы  имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.  

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при  разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что  ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит  вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить  основанием для отказа в иске.  

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ если лицо, нарушившее право, получило  вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения  наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие  доходы.  

При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что  положение пункта 4 статьи 393 ГК РФ, согласно которому при определении упущенной  выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с  этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков  могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.  

 Исходя из природы упущенной выгоды, в обоснование ее размера кредитор  вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее  получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.  

Расчет упущенной выгоды может производиться на основе данных о прибыли  истца за аналогичный период времени до нарушения ответчиком обязательства и/или  после того, как это нарушение было прекращено.  

При этом должник не лишен права представить доказательства того, что  упущенная выгода не была бы получена кредитором.  

В подтверждение факта возникновения упущенной выгоды истец указывает, что  АО «Башвзрывтехнологии» вынуждено отказаться от выполнения части объемов работ  по договору, которые общество рассчитывало выполнить собственными силами с  использованием собственного и арендуемого оборудования.  

Невозможность выполнять работы по договору в том же объеме, обусловлена  положениями пункта 3.1.9 договора, согласно которому исполнитель обязан  поддерживать необходимое количество оборудования и материалов с учетом  ожидаемых объемов услуг и иметь запас оборудования и материалов исполнителя на  ближайшую одну скважину.  

При этом приобретение оборудования истцом за счет собственных средств не  представляется возможным, учитывая его высокую стоимость.  

Истцом были предприняты все надлежащие приготовления, необходимые для  получения указанной упущенной выгоды, в частности, по месту выполнения работ у  истца открыто обособленное подразделение наклонно-направленного бурения, что  подтверждается уведомлением о постановке на учет от 04.04.2018 № 44210897.  

По расчету истца упущенная выгода в результате утраты оборудования при  аварии 29.07.2018, за 15 месяцев составляет 9 185 810,39 руб., упущенная выгода в  результате утраты оборудования при аварии 07.12.2018, за 11 месяцев составляет  6 736 260,96 руб.  

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает, что заявленный истцом  при расчете убытков период не отвечает принципам разумности и справедливости, а  также принципу минимизации убытков, которые в дальнейшем предъявляются  ответчику.  

Суд допускает, что в конкретных обстоятельствах более быстрый и  дорогостоящий ремонт оборудования или приобретение техники могли помочь истцу  избежать еще больших убытков в виде упущенной выгоды.  

Заявленный истцом период (с момента аварии до обращения в суд) не обоснован  наличием конкретных обстоятельств, препятствующих совершению истцом ожидаемых  от него как добросовестного участника гражданского оборота разумных действий,  направленных на прекращение причинения вреда.  

Так как доказательства совершения таких действий с целью минимизации  убытков в материалах дела отсутствуют, постольку суд полагает, что в данном случае  подлежит взысканию упущенная выгода в размере 4 899 098,88 руб. в пределах 4  месяцев (612 499 549, 44 руб. х 4 мес. х 2). При отсутствии обоснования иного, суд  исходит из того, что данный период (4 месяца) достаточно для приобретения нового  оборудования или ремонта поврежденного.  

Таким образом, исковые требования истца подлежат удовлетворению в сумме  25 870 590,88 руб. В удовлетворении иска в остальной части следует отказать.  

Решение суда первой инстанции подлежит изменению на основании пункта 3  части 1 статьи 270, пункта 4 части 1 статьи 270 АПК РФ ввиду несоответствия выводов,  изложенных в решении, обстоятельствам дела, неправильного применения норм  материального права.  

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 269, статьями 270  - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 03.07.2020 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа –  Югры по делу № А75-16503/2019 изменить, изложив резолютивную часть в следующей  редакции.  

Исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» (ОГРН  

<

***> от 12.10.2004, ИНН 

<

***>, место нахождения: 628600, Ханты- Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>) в пользу акционерного общества «Башвзрывтехнологии» (ОГРН  

<

***> от 15.01.2003, ИНН 

<

***>, место нахождения: 450071, 

<

...>) убытки в сумме 25 870 590,88 руб., а также  судебные расходы по иску и апелляционной жалобе в сумме 142 344 руб.  

В удовлетворении иска в остальной части отказать. 

Взыскать с акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» (ОГРН  

<

***> от 12.10.2004, ИНН 

<

***>, место нахождения: 628600, Ханты- Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>) в пользу публичного акционерного общества «Нефтяная компания «Роснефть»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 115035, 

<

...>) судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме  3 000 руб.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть  обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-  Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в  полном объеме  

Председательствующий Л.И. Еникеева  

Судьи Д.Г. Рожков   Н.В. Тетерина