ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А55-35014/2020

г. Самара

04 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 сентября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 октября 2023 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Львова Я.А., Машьяновой А.В.,  

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1, 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционную жалобу ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» на определение Арбитражного суда Самарской области от 27.06.2023 по заявлению ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» о включении требования в реестр требований кредиторов в рамках дела № А55-35014/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЖЭУ-1»

 

при участии в судебном заседании до и после перерыва:

представитель ООО «Региональный ЖКХ - Сервис» - ФИО2, доверенность от 19.09.2023. 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.04.2021 в отношении ООО «ЖЭУ-1» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО3.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.08.2021 в отношении ООО «ЖЭУ-1» применена упрощенная процедура банкротства отсутствующего должника. От арбитражного управляющего поступило ходатайство о переходе к конкурсному производству по правилам главы VII Закона о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08.07.2022 прекращена упрощенная процедура, применяемая в деле о банкротстве должника, в отношении ООО «ЖЭУ-1» введена процедура конкурсного производства по общим основаниям. 

ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 2 099 474 руб. 70 коп.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06.09.2022 к участию в рамках обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ПАО «Мегафон» (ИНН 

<

***>), ООО «Трейдвэй» (ИНН 

<

***>), ООО «Леруа Мерлен Восток» (ИНН 

<

***>), ИП ФИО4 (ИНН 

<

***>), ООО ГК «Энергосервис» (ИНН 

<

***>), ООО «Стиль Гарант» (ИНН 

<

***>), ИП ФИО5 (ИНН 

<

***>), ИП ФИО6 (ИНН 

<

***>), ИП ФИО7 (ИНН 

<

***>), ФИО8, ФИО9.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27.06.2023 заявление ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «ЖЭУ-1» оставлено без удовлетворения.

Заявитель обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 27.06.2023 в рамках дела № А55-35014/2020. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023 апелляционная жалоба оставлена без движения. Вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2023.

В судебном заседании, открытом 20.09.2023 в соответствии со статьей 163 АПК РФ, объявлялся перерыв до 27.09.2023 до 15 часов 40 минут, информация о котором размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по веб-адресу: https://11aas.arbitr.ru.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель заявителя апелляционной жалобы поддержал доводы указанной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требовании кредиторов должника требования на сумму 2 099 474,70 руб. в связи с  произведёнными безналичными платежами за Должника в адрес Третьих лиц №1-11. Заявителем в связи с указанным перечислены следующие лица и платежи, осуществленные ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» за Должника.

Третье лицо № 1 - ПАО «Мегафон» (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере - 33 000 руб., что подтверждается: отчетом по проводкам за 2020 г., Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., платежными поручениями № 133 от 27.02.2020, № 654 от 04.09.2020, № 2928 от 01л02020, № 832 от 15.10.2020, № 844 от 22.10.2020 на общую сумму 13 000 руб., платежными поручениями № 254 от 23.04.2020, № 272 от 06.05.2020, № 337 от 06.06.2020, № 439 от 03.07.2020, № 583 от 18.08.2020, № 951 от 30.10.2020, № 993 от 17.11.2020 на общую сумму 20 000 руб.

Третье лицо № 2 - ООО «Трейдвэй» (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере - 624 000 руб., что подтверждается: отчетом по проводкам за 2020 г., Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., платежными поручениями № 97 от 12.02.2020, № 109 от 18.02.2020, № 127 от 26.02.2020, № 636 от 13.03.2020, № 662 от 16.03.2020, № 206 от 09.04.2020, № 249 от 14.04.2020, № 1184 от 07.05.2020, № 406 от 25.06.2020, № 2468 от 25.08.2020, № 643 от 01.09.2020, № 657 от 10.09.2020, № 748 от 22.09.2020, № 2926 от 01.10.2020, № 812 от 08.10.2020, № 830 от 15.10.2020, № 846 от 22.10.2020, № 941 от 27.10.2020, № 947 от 30.10.2020, № 987 от 11.11.2020, № 1103 от 20.11.2020 на общую сумму 382 000 руб., платежными поручениями № 256 от 24.04.2020, № 320 от 25.05.2020, № 322 от 28.05.2020, № 338 от 04.06.2020, № 371 от 09.06.2020, № 386 от 15.06.2020, № 398 от 18.06.2020, № 406 от 25.06.2020, № 410 от 30.06.2020, № 448 от 07.07.2020, № 503 от 15.07.2020, № 505 от 22.07.2020, № 534 от 29.07.2020, № 537 от 30.07.2020, № 562 от 06.08.2020, № 601 от 13.08.2020, № 989 от 17.11.2020 на общую сумму 242 000 руб.

Третье лицо № 3 - ООО «Леруа Мерлен Восток» (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере - 291 000 руб., что подтверждается: отчетом по проводкам за 2020 г., Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., платежными поручениями № 107 от 18.02.2020, № 736 от 20.03.2020, № 205 от 09.04.2020, № 966 от 16.04.2020, № 255 от 23.04.2020, № 1185 от 07.05.2020, № 283 от 18.05.2020, № 324 от 28.05.2020, № 373 от 09.06.2020, № 384 от 15.06.2020, № 399 от 18.06.2020, № 409 от 26.06.2020, № 407 от 26.06.2020, № 411 от 30.06.2020, № 453 0т 07.07.2020, № 453 от 07.07.2020, № 508 от 22.07.2020, № 538 от 30.07.2020, № 2248 от 10.08.2020, № 2467 от 25.08.2020, № 2721 от 14.09.2020, № 750 от 22.09.2020, № 2927 от 01.10.2020.

Третье лицо № 4 - ИП ФИО4 (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере = 104 000 руб., что подтверждается: - отчетом по проводкам за 2020 г., - Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., платежными поручениями № 795 от 27.03.2020, № 2465 от 25.08.2020, № 2821 от 22.09.2020 на общую сумму 66 000 руб., платежными поручениями № 374 от 09.06.2020, № 385 от 15.06.2020, № 516 от 22.07.2020, № 635 от 28.08.2020 на общую сумму 38 000 руб.

Третье лицо № 5 - ООО ГК «Энергосервис» (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере - 173 869,70 руб., что подтверждается: отчетом по проводкам за 2020 г., Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., платежными поручениями № 263 от 24.04.2020, № 476 от 13.07.2020, № 1200 от 11.12.2020, № 1209 от 17.12.2020.

Третье лицо № 6 - ООО «Стиль Гарант» (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере - 100 000 руб., что подтверждается: отчетом по проводкам за 2020 г., Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., платежным поручением № 473 от 13.07.2020.

Третье лицо № 7 - ИП ФИО5 (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере - 120 200 руб., что подтверждается: отчетом по проводкам за 2020 г., Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., - платежными поручениями № 117 от 18.02.2020, № 470 от 13.07.2020, № 1325 от 31.12.2020.

Третье лицо № 8 - ИП ФИО6 (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере - 60 155 руб., что подтверждается: отчетом по проводкам за 2020 г., Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., платежным поручением № 1913 от 17.07.2020.

Третье лицо № 9 - ИП ФИО7 (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере - 86 000 руб., что подтверждается: отчетом по проводкам за 2020 г., Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., платежными поручениями № 789 от 26.03.2020, № 260 от 24.04.2020, № 380 от 15.06.2020.

Третье лицо № 10 - ФИО8 (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере - 267 250 руб., что подтверждается: отчетом по проводкам за 2020 г., Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., платежными поручениями № 134 от 27.02.2020, № 163 от 05.03.2020, № 302 от 20.05.2020, № 366 от 09.06.2020, № 457 от 13.07.2020, № 559 от 06.08.2020, № 632 от 28.08.2020, № 660 от 10.09.2020, № 765 от 25.09.2020, № 788 от 06.10.2020, № 978 от 05.11.2020 на общую сумму 245 500 руб., -платежным поручением № 202 от 07.04.2020 на общую сумму 21 750 руб.

Третье лицо № 11 - ФИО9 (ИНН 

<

***>), общая сумма оплат, произведенных Заявителем в размере - 250 000 руб., что подтверждается: отчетом по проводкам за 2020 г., Актом сверки взаимных расчетов за период 2020г., платежными поручениями № 164 от 05.03.2020, № 204 от 09.04.2020, № 303 от 20.05.2020, № 365 от 09.06.2020, № 479 от 13.07.2020, № 560 от 06.08.2020, № 631 от 28.08.2020, № 789 от 06.10.2020, № 811 от 08.10.2020, № 977 от 05.11.2020.

Заявителем указывалось, что данные Третьи лица № 1-11 принимали оплаты от ООО «Региональный ЖКХ-Сервис». Общая сумма оплат, произведенных ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» за должника в адрес указанных третьих лиц, составила 2 099 474,70 руб. и является неосновательным обогащением ООО 1 «ЖЭУ-1».

Кроме того, согласно письменным объяснениям заявителя, 09.11.2015 между ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» и ООО «ЖЭУ-1» был заключен договор подряда № 1 на содержание общего имущества многоквартирных домов. 11.11.2015 ООО «ЖЭУ-1» предоставило в адрес ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» письмо от 11.11.2015 б/н, в соответствии с которым на основании заключенного между сторонами договора подряда просило производить оплату контрагентам организации за выполненные работы и предоставленные материалы, а также производить выплаты заработной платы и иные платежи, связанные с бесперебойной работой организации ввиду круглосуточного характера работ по обслуживанию многоквартирного жилого фонда.

Заявителем также указано, что ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» в спорном периоде за должника было оплачено в адрес третьих лиц за предоставленные материалы, аренды автомобилей и спец.автотехники, ремонт отмостки МКД, снос и санитарную обрезку деревьев на придомовой территории МКД, очистку кровель МКД, ремонт системы отопления и прочее, на общую сумму 2 099 474,70 руб., а именно, по конкретным договорам между ООО «ЖЭУ-1» и третьими лицами:  ПАО «Мегафон» (ИНН 

<

***>) - оказание услуг связи по лицевому счету 

<

***> (ООО «ЖЭУ-1», ИНН 

<

***>); ООО «Трейдвэй» (ИНН 

<

***>) - договор на поставку нефтепродуктов № X-42 от 01.01.2020; ООО «Леруа Мерлен Восток» (ИНН 

<

***>) - договор №000-271123 от 14.08.2019 (договор клиентского счета); ИП ФИО4 (ИНН 

<

***>) - счет № 1018 от 04.02.2020; ООО ПС «Энергосервис» (ИНН 

<

***>) - договор № 28/08-19 от 28.08.2019; ООО «Стиль Гарант» (ИНН 

<

***>) - договор № 2/2019 от 01.08.2019; ИП ФИО5 (ИНН 

<

***>) - договор аренды № 02/2019 от 01.02.2019; ИП ФИО6 (ИНН 

<

***>) - договор № б/н от 25.12.2018; ИП ФИО7 (ИНН 

<

***>) - договор № 5 от 01.06.2020 ремонта асфальтового покрытия ул.Пензенская,52, а также договор № 2 от 01.04.2019 ремонта отмостки; ФИО8 (ИНН 

<

***>) - договор №1 от 01.01.2020 аренды автомобиля; ФИО9 (ИНН 

<

***>) - договор №. 2 от 14.03.2019 аренды автомобиля.

В то же время, исходя из объяснений конкурсного управляющего и представленных документов, суд первой инстанции установил, аффилированность кредитора и должника. 

Так, как указал суд первой инстанции, согласно выписке из ЕГРЮЛ директором ООО «ЖЭУ-1» являлся ФИО10.

При этом, согласно выписке из ЕГРЮЛ директором ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» является ФИО11, родной брат ФИО10, что не оспаривалось сторонами в ходе рассмотрения искового заявления ООО «ЖЭУ-1» в ООО «РЖКХ-Сервис» по делу №А55-2059/2021.

Согласно п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом под злоупотреблением правом понимается, в том числе ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 18- КГ15-181).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

В силу пункта 1 статьи 9 ГК РФ, граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Свобода договора (статья 421 ГК РФ) не является безграничной и не исключает разумности и правомерности его условий. Не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения данного требования суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ).

В силу положений статьи 10 ГК РФ злоупотребление правом - это всегда виновное правонарушение, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, является основанием для признания этих сделок ничтожными на основании ст. 168 ГК РФ как не соответствующих закону и применения последствий недействительности ничтожных сделок.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015, в условиях аффилированности лиц, заключивших сделку между собой, на них в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы ее совершения. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц.

Как разъяснено в определении Верховного суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 по делу № А40-181328/2015 в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны только формальные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В силу пункта 13 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного суда Российской Федерации 15.11.2017, не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Так, в определении Верховного суда Российской Федерации от 14.02.2019 г. № 305-ЭС18-17629 отмечено, что в ситуации, когда независимые кредиторы представили серьезные доказательства и привели убедительные аргументы по поводу того, что именно указанным ими образом выстраивались отношения внутри группы, контролируемой одни и тем же лицом, аффилированный кредитор не может ограничиваться представлением минимального набора документов (текста договора и платежных поручений) в подтверждение реальности отношений. Он должен с достаточной полнотой раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся не только заключения и исполнения самой сделки, подтвердить что данные сделки обусловлены разумными экономическими или иными причинами. Нежелание аффилированного кредитора представить дополнительные доказательства, находящиеся в сфере контроля группы к которой он принадлежит, в силу статей 9 и 65 АПК РФ должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты.

В рассматриваемом случае наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

Таким образом, суд должен всесторонне и полно исследовать доказательства, установить фактические обстоятельства дела и правильно применить закон и иные нормативно-правовые акты при рассмотрении дела

Как указал суд первой инстанции, в условиях банкротства ООО «ЖЭУ-1» и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним лица в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки.

Согласно п. 1 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. ст. 9 и 65 АПК РФ).

В рассматриваемом случае, суд первой инстанции посчитал, что заявителем не представлено доказательства того, что денежные операции обусловлены разумными экономическими причинами.

Суд первой инстанции отметил, что сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки является искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу дружественного кредитора.

Также суд первой инстанции отметил, что согласно представленной в материалы дела выписке ПАО Сбербанк по операциям по счету в период с февраля 2020 по октябрь 2020 (период осуществления заявителем спорных платежей за должника) на счете ООО «ЖЭУ-1» имелись денежные средства, производились операции, в том числе и с контрагентами ООО «Леруа Мерлен Восток», ООО «Трейдвэй», ФИО9, в связи с чем, экономические причины оплаты ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» за должника при наличии задолженности ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» перед должником, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом по делу №А55-2059/2021, отсутствуют.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» не представлены достаточные и разумные причины и обоснования осуществления оплат в пользу третьих лиц, в связи с чем, суд первой инстанции посчитал требования кредитора необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Арбитражный апелляционный суд не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 данного Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов.

Согласно пунктам 4-5 статьи 100 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения обоснованности требований кредиторов арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов должника.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Судом первой инстанции установлена аффилированность кредитора и должника и указанные обстоятельства кем-либо при рассмотрении спора не оспаривались (часть 3.1 статьи 70 АПК РФ), считаются доказанными. 

Действительно, при рассмотрении обоснованности заявлений о включении в реестр требований аффилированных по отношению к должнику лиц судом должен применяться еще более строгий стандарт доказывания по сравнению с включением в реестр требований рядовых гражданско-правовых кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533). Если кредитор и должник являются аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга.

В связи с этим основанием для включения требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

Аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов в подтверждение реальности отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, а перечисление денежных средств и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки.

Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. ст. 9 и 65 АПК РФ).

Погашение обязательства должника перед внешним кредитором может быть обусловлено наличием скрытого от суда договора о покрытии, являющегося соглашением о предоставлении должнику компенсации за изъятые из его оборота активы посредством осуществления компанией платежа в пользу внешнего кредитора должника, нежели чем являться исполнением компанией чужого обязательства без возложения со стороны должника.

В пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  от 29.01.2020, изложена правовая позиция, согласно которой по договору о покрытии аффилированный кредитор, выступая в отношениях с независимым кредитором, компенсирует должнику изъятый актив, погашая обязательство должника перед независимым кредитором. При наличии договора о покрытии аффилированный кредитор не вправе, ссылаясь на суброгацию, заявлять о включении требования в реестр. Наличие такого договора предполагается, если установлено свободное перемещение активов внутри группы. Обязанность опровергнуть эту презумпцию возлагается на аффилированного кредитора.

Таким образом, при доказанности осуществления спорных платежей за должника, в случае, если указанные платежи представляли собой внутригрупповые расчеты и по смыслу пунктов 1, 5  Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  29.01.2020, такие платежи не могли быть включены в реестр требований кредиторов, в отсутствие обоснованных и разумных объяснений относительно характера, природы, оснований и обстоятельств осуществления спорных платежей.

В то же время, возможность применения разъяснений, сформулированных в пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  от 29.01.2020, обусловлено доказанностью наличия скрытого от суда договора о покрытии.

Наличие такого договора в рассматриваемом случае предполагается при доказанности свободного перемещения активов внутри группы.

В данном случае, доказательства участия кредитора в таком свободном перемещении активов внутри группы аффилированных лиц, к которой принадлежит должник, не доказана.

В материалах дела в целом отсутствуют указанные доказательства, какие-либо письменные пояснения конкурсного управляющего относительно спорных платежей, подтверждающие их документы (в том числе выписки по банковским счетам) в обоснование того, что указанные платежи представляли собой внутригрупповые расчеты или имели транзитный характер.

В то же время обстоятельства фактического предоставления кредитором денежных средств и оплаты за должника платежей в пользу третьих лиц подтверждены реальными платежными документами, оформленными с участием кредитных организаций, сомнений не вызывают, кем-либо не оспорены. 

Таким образом, осуществление предоставления со стороны кредитора не опровергнуто.

Констатируя отсутствие разумных экономических причин для осуществления соответствующих платежей, суд первой инстанции не дал оценки доводам кредитора о том, что упомянутые платежи осуществлялись по просьбе должника, выраженной в письме от 11.11.2015 №б/н.

Согласно пункту 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

Таким образом, должником по обязательству обязанность по исполнению может быть возложена на третье лицо, при этом третье лицо вправе требовать от должника, за которого им исполнено обязательство, стоимости произведенного исполнения по правилам о неосновательном обогащении. Обязанность по уплате денежных средств не является обязательством, которое должно быть исполнено лично. Таким образом, третье лицо вправе исполнить обязательство за основанного должника.

По смыслу статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации должник вправе исполнить обязательство, не требующее личного исполнения, самостоятельно или, не запрашивая согласия кредитора, передать исполнение третьему лицу. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять соответствующее исполнение. При этом закон не наделяет добросовестного кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся между третьим лицом и должником отношений, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо. Аналогичная позиция изложена в Постановлении Президиума ВАС N 7945/10 от 28.10.2010 дело N А40-66444/09.

К лицу, исполнившему обязательство за должника, в порядке пункта 1 статьи 313 Гражданского Кодекса Российской Федерации переходит право требования к нему в размере исполненного в пользу кредитора.

Таким образом, при перечислении денежных средств третьему лицу неосновательное обогащение возникает не у самого третьего лица, а у того лица, за которое произведено такое перечисление, в связи с чем заявитель требования, ссылаясь на перечисление спорных денежных средств третьим лицам за должника, должен доказать факт перечисления денежных средств третьим лицам за должника при наличии к тому соответствующих оснований и поручения от должника о перечислении спорных денежных средств третьим лицам.

Должник и иные лица, возражающие против требования, в свою очередь вправе доказывать наличие между должником и заявителем требования, осуществившим платежи за должника в порядке пункта 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательственных отношений, в силу которых заявитель обязан уплатить в пользу должника денежные средства, что исключает сбережение должником денежных средств за счет данного лица.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Следовательно, суду необходимо выяснить имелись ли обязательства у должника перед третьими лицами, выяснить прекратились ли данные обязательства в связи с перечислением ответчиком за должника денежных средств, в зависимости от выяснения данных обстоятельств разрешить вопрос о наличии со стороны должника неосновательного обогащения за счет кредитора.

В рассматриваемом случае, кем-либо не опровергнуты обстоятельства наличия у должника обязательств перед третьими лицами, прекращения данных обязательств в связи с перечислением ответчиком за должника денежных средств.

Доводы о наличии у должника денежных средств в спорный период для оплаты собственных обязательств со ссылкой на содержание представленной конкурсным управляющим выписки ПАО Сбербанк по операциям по счету в период с февраля 2020 по октябрь 2020 не являются обоснованными, поскольку из упомянутой выписки следует, что в течение большей части спорного периода (а именно с 17.03.2020 по 22.09.2020) какие-либо платежи должником по счету не производились, а иные произведенные платежи фактически производились за счет поступлений от ООО «Региональный ЖКХ-Сервис».

Указанные обстоятельства не подтверждают наличие у должника финансовой возможности для надлежащего  исполнения обязательств за счет собственных накоплений. 

Напротив, указанные документы фактически подтверждают, что должник в период осуществления спорных платежей находился в состоянии имущественного кризиса, не мог исполнять своевременно и в полном объеме обязательства перед кредиторами, при этом 23.12.2020 в отношении должника уже было возбуждено дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 21.09.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 31.05.2022 по делу № А55-2059/2021 исковые требования ООО «ЖЭУ-1» (должника по настоящему делу) удовлетворены, а встречные исковые требования ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» оставлены без рассмотрения.

При этом по первоначальному иску ООО «ЖЭУ-1»  просило взыскать с ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» о взыскании задолженности за период с 01.01.2020 по 31.10.2020 в сумме 6 756 533,59 руб. на основании  договора подряда № 1 от 09.11.2015 на содержание общего имущества многоквартирных домов между ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» (заказчик) и ООО «ЖЭУ-1» (подрядчик).

По встречному иску ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» просило взыскать с ООО «ЖЭУ-1»  те же денежные средств в сумме 2 099 474 руб. 70 коп., что являются предметом настоящего спора. Встречный иск был оставлен без рассмотрения на основании разъяснений, сформулированных в пункте 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Таким образом, несмотря на то, что судами фактически было признано, что денежные средств в сумме 2 099 474 руб. 70 коп. были действительно уплачены кредитором за должника, в деле № А55-2059/2021 указанные платежи не были приняты в зачет требований ООО «ЖЭУ-1» к ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» и не были взысканы с должника, а в настоящем споре не были включены в реестр требований кредиторов должника.

С учетом перечисленных обстоятельств, по мнению судебной коллегии, отказ кредитору в удовлетворении его требования не является справедливым и обоснованным.

Согласно пункту 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, лицо, которое пытается вернуть общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 6 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, указано, что очередность удовлетворения требования, перешедшего к лицу, контролирующему должника, в связи с переменой кредитора в обязательстве, понижается, если основание перехода этого требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника.

В соответствии с правовым подходом, изложенным в пункте 6.3 указанного Обзора судебной практики от 29.01.2020 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2020 № 306-эс20-224, компенсационное финансирование может предоставляться подконтрольному обществу путем исполнения его обязательств перед независимыми кредиторами.

Компенсационное финансирование предоставляется контролирующим лицом с целью возвращения подконтрольного общества, находящегося в трудном экономическом положении, к обычной экономической деятельности, тем самым не исполняется предусмотренная законом обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве этого общества, а независимые кредиторы вводятся в заблуждение относительно реального финансового состояния общества. Соответственно риски, связанные с банкротством, относятся на контролирующее лицо, и его суброгационные требования к должнику в целях защиты прав независимых кредиторов подлежат субординации.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве  в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Согласно пункту 3.4 Обзора не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли представленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

При указанных обстоятельствах, требования ООО «Региональный ЖКХ-Сервис» подлежат удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «ЖЭУ-1», указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Учитывая указанные обстоятельства, обжалуемый судебный акт подлежит отмене по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 4 части 1 статьи 270 АПК РФ с принятием нового судебного акта.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Самарской области от 27.06.2023 по делу №А55-35014/2020 отменить, принять по  делу новый судебный акт.

Признать требование ООО «Региональный ЖКХ-Сервис»  в размере 2 099 474 руб. 70 коп., обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «ЖЭУ-1», указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                     Д.К. Гольдштейн

 

Судьи                                                                                   Я.А. Львов 

 

А.В. Машьянова