ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-79874/2024

05 ноября 2025 года

г. Санкт-Петербург

/субс. Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября 2025 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 05 ноября 2025 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена, судей А.Ю. Слоневской, И.В. Сотова, при ведении протокола судебного заседания секретарем Т.А. Дмитриевой, при участии: 

от ФИО1: ФИО2 и ФИО3 по доверенности от 04.08.2025, ФИО4 по доверенности от 04.08.2025,  

от ООО «Внешнеэкономическая деятельность»: ФИО4 по доверенности от 01.08.2025,  

от ФНС России: ФИО5 по доверенности от 10.12.2024, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-21359/2025) ФИО1 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.07.2025 по делу № А56-79874/2024/субс. (судья Катарыгина В.И.), принятое по заявлению Управления Федеральной налоговой службы по Санкт-Петербургу к ФИО1, ООО «Внешнеэкономическая деятельность» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Милко Санкт-Петербург»,  

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратилось Управление Федеральной налоговой службы по Санкт-Петербургу с исковым заявлением о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Милко Санкт-Петербург» ФИО1 и ООО «Внешнеэкономическая деятельность». Заявитель просил взыскать с ответчиков в пользу Межрайонной ИФНС № 21 по Санкт-Петербургу 55 327 204 руб. 49 коп.  

Решением арбитражного суда от 07.07.2025 исковое заявление удовлетворено.  

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме, ссылается на нарушение судом норм материального и процессуального права.  

Податель жалобы указывает на то, что судом не проверена законность требований Инспекции, не исследованы материалы налоговой проверки, не установлено наличие долга при условии наличия возражений со стороны ответчиков. Апеллянт отмечает, что совершенные операции, которые суд квалифицировал как вывод активов, на самом деле направлены на сохранение бизнеса при блокировке счетов, исполнение обязательств перед контрагентами через ООО «Внешнеэкономическая деятельность» и сохранение рабочих мест. ФИО1 настаивает, что банкротство вызвано не действиями ответчиков, а операции с активами не нанесли вред кредиторам. Кроме того, ФИО1 считает, что суд неверно распределил бремя доказывания, поскольку истец не представил доказательств безвозмездности отчуждения имущества и безвозвратности займов, а суд не истребовал выписки по счетам ООО «Милко Санкт-Петербург».  

От ФИО1 поступили дополнения к апелляционной жалобе, которые приобщены к материалам дела.  

УФНС России по Санкт-Петербургу представлен отзыв, в котором изложены возражения по апелляционной жалобе.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».  

В судебном заседании представители ответчиков доводы апелляционной жалобы поддержали.  

Представитель налогового органа против удовлетворения жалобы возражал.  

 Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке.  

Как следует из материалов дела, Межрайонной ИФНС России № 21 по Санкт- Петербургу (далее – Инспекция, уполномоченный орган) в отношении ООО «Милко Санкт-Петербург» (ИНН 

<

***>, далее – Общество, должник) в период с 30.12.2020 по 26.08.2021 проведена выездная налоговая проверка по всем налогам, сборам страховым взносам за период c 01.01.2017 по 15.01.2019.  

ООО «Милко Санкт-Петербург» зарегистрировано в качестве юридического лица в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 07.07.2006. Адрес местонахождения: 195213, 

<

...>, литер А, кв. 28. Основной вид деятельности Общества – производство пластмассовых изделий для упаковывания товаров.  

Руководителем и единственным участником Общества с даты его создания по настоящее время является ФИО1 (ИНН 

<

***>).  

По итогам выездной налоговой проверки Инспекцией вынесено решение от 30.06.2022 № 03-18/27 (далее – Решение от 30.06.2022) о привлечении ООО «Милко Санкт-Петербург» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым Обществу было предложено уплатить 48 427 484,70 руб. (в том числе 30 611 543 руб. основного долга, 17 462 817.7 руб., пеней и 353 124 руб. штрафов).  

В связи с тем, что Общество не оплатило задолженность в добровольном порядке, а меры принудительного взыскания в соответствии с НК РФ не позволили ее погасить, Инспекция обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом), делу присвоен № А56-108570/2023.  

Определением арбитражного суда от 17.11.2023 заявление уполномоченного органа о банкротстве ООО «Милко Санкт-Петербург» возвращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.  

Вышеуказанное послужило основанием для обращения налогового органа с рассматриваемым иском в суд, истец просил привлечь контролирующее Общество лицо - ФИО1, а также выгодоприобретателя ООО «Внешнеэкономическая деятельность» к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, взыскав с ответчиков солидарно в пользу налогового органа 55 327 204 руб. 49 коп.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из установления недобросовестного поведения ФИО1 при осуществлении полномочий руководителя Общества, переводе им бизнеса на ООО «Внешнеэкономическая деятельность», которое являлось соисполнителем недобросовестного поведения контролирующего Общество лица и извлекло имущественную выгоду от фактического прекращения его деятельности.  

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий:  

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:  

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;  

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.  

В соответствии с пунктами 1 - 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в т.ч. в случае причинения существенного имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.  

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:  

- заявление о признании сделки недействительной не подавалось;  

- заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;  

- судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.  

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.  

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами в период исполнения ими обязанностей руководителя должника от имени должника действия (бездействие) необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются  

основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника действия не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).  

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 Постановления № 53 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица. широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).  

Суд первой инстанции обоснованно согласился с позицией налогового органа о том, что финансово-хозяйственная деятельность ООО «Милко Санкт-Петербург» последовательно переведена на новое юридическое лицо – ООО «Внешнеэкономическая деятельность» (194292, г. Санкт-Петербург, Муниципальный округ № 15, переулок 1-й Верхний, д. 12, литера 3, пом. А3-13, ИНН 

<

***>, дата регистрации 01.09.2017). С целью избежания последующего взыскания задолженности, образовавшейся по результатам контрольных мероприятий, в период проведения предпроверочных мероприятий из ООО «Милко Санкт- Петербург» в ООО «Внешнеэкономическая деятельность» перешли рабочий персонал, движимое имущество и основные контрагенты.  

Как указано ранее, согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, директором ООО «Милко Санкт-Петербург» с даты образования юридического лица 07.07.2006 по настоящее время является ФИО1.  

При этом с 01.09.2017 по 14.02.2022 руководителем ООО «Внешнеэкономическая деятельность» также являлся ФИО1. С 15.02.2022 генеральным директором данного общества является ФИО6.  

Таким образом, ФИО1 в период проведения выездной налоговой проверки в отношении ООО «Милко Санкт-Петербург» произведена смена генерального директора ООО «Внешнеэкономическая деятельность» на аффилированное лицо (ФИО6).  

ООО «Внешнеэкономическая деятельность» с момента регистрации начинает осуществлять деятельность, аналогичную ООО «Милко Санкт-Петербург».  

Среднесписочная численность работников ООО «Милко Санкт-Петербург» составляла за 2019 год – 17 человек, за 2020 год – 14 человек, за 2021 год – 11 человек, за 2022 год – 3 человека, за 2023 год – 1 человек.  

В тоже время ООО «Внешнеэкономическая деятельность» были представлены справки 2-НДФЛ за 2021-2023 на работников, которые ранее являлись работниками ООО «Милко Санкт-Петербург».  

В ходе сравнения количества сотрудников, получавших заработную плату в ООО «Милко Санкт-Петербург» и ООО «Внешнеэкономическая деятельность» установлено, что из 14 работников ООО «Милко Санкт-Петербург» 80% сотрудников переведено в ООО «Внешнеэкономическая деятельность».  

Согласно анализу представленных налоговым агентом справок 2-НДФЛ, заработная плата перешедших сотрудников не изменилась, а, следовательно, они не преследовали экономической выгоды после смены работодателя, а были  

переведены в новое юридическое лицо, при этом выполняя ту же самую деятельность, на тех же рабочих местах.  

В период проведения выездной налоговой проверки принадлежащее должнику и используемое в деятельности транспортное средство (автомобиль легковой СИТРОЕН SPACE TOURER, 2019 г.в.) безвозмездно отчуждено 12.04.2022 аффилированному лицу ООО «Внешнеэкономическая деятельность».  

В результате анализа данных о движении денежных средств по счетам организаций, книг покупок и продаж ООО «Милко Санкт-Петербург» и ООО «Внешнеэкономическая деятельность» за 2018-2023 годы установлено совпадение у следующих контрагентов: ООО «МЕТИЗЫ» (ИНН 

<

***>); ООО «ТЕРЕМОК - РУССКИЕ БЛИНЫ» (ИНН 

<

***>); ООО «ОХТА» (ИНН 

<

***>); ООО «ЛЕВРАНА» (ИНН 

<

***>); ООО «Новгородский бекон» (ИНН 

<

***>), а также еще 104 контрагента.  

После перевода контрактов выручка ООО «Милко Санкт-Петербург» снизилась на 100%, между тем показатели выручки ООО «Внешнеэкономическая деятельность» значительно увеличились именно в 2022 году.  

Таким образом, доля переведенной в ООО «Внешнеэкономическая деятельность» выручки, поступающей от контрагентов ООО «Милко Санкт- Петербург» уже 2022 году составляет 100 % от общего размера поступивших в ООО «Милко СанктПетербург» денежных средств за указанный период.  

ООО «Внешнеэкономическая деятельность» работает с заказчиками ООО Милко Санкт-Петербург», при этом ООО «Внешнеэкономическая деятельность» начало активно осуществлять финансово-хозяйственную деятельность с 1 кв. 2022 г., то есть в то время, когда должник прекратил свою деятельность.  

Таким образом, выручка, которая могла бы поступать на счета ООО «Милко Санкт-Петербург» в связи с переводом бизнеса стала поступать на счета ООО «Внешнеэкономическая деятельность».  

Судом установлено, что фактически ООО «Милко Санкт-Петербург» осуществлено перезаключение договоров со своими контрагентами на ООО «Внешнеэкономическая деятельность». При этом свою хозяйственную деятельность ООО «Внешнеэкономическая деятельность» осуществляет теми же трудовыми и производственными ресурсами, которые ранее были у ООО «Милко Санкт- Петербург».  

Таким образом, в предпроверочный период руководителем и учредителями ООО «Милко Санкт-Петербург» умышленно и планомерно совершались действия по переводу бизнеса (деятельности) на зависимую организацию ООО «Внешнеэкономическая деятельность».  

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно заключил, что ООО «Внешнеэкономическая деятельность» извлекло существенную выгоду за счет Общества посредством перевода на него «бизнеса» с ООО «Милко Санкт-Петербург», в результате чего ООО «Внешнеэкономическая деятельность» в настоящее время извлекает выгоду от взаимодействия с теми же контрагентами, с которыми работал должник.  

Также в ходе анализа движения денежных средств расчетных счетов ООО «Внешнеэкономическая деятельность» и ФИО1 судом выявлено перечисление денежных средств в размере 55 000 000 руб. с назначением платежа – займы, аренда.  

Согласно анализу расчетных счетов Общества за период с 2017 по 2021 гг. директору ООО «Милко Санкт-Петербург» ФИО1 выданы беспроцентные займы на сумму 11 202 000 руб. Денежные средства должнику не возвращены (подтверждается выписками по расчетным счетам должника).  

В вышеуказанный период ФИО1 приобретено 2 объекта недвижимости, 1 земельный участок на сумму 25 649 113,88 руб. (кадастровая стоимость).  

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО1 указал на возврат займов Обществу, в подтверждение чего представил платежные поручения.  

Апелляционная коллегия соглашается с критической оценкой судом первой инстанции представленных ответчиком доказательств по возврату займов, поскольку в платежных поручениях отсутствуют отметки кредитной организации об исполнении операции по перечислению, а также в некоторых поручениях отсутствуют сведения о дате списания денежных средств.  

С учетом изложенного, имеются объективные сомнения в добросовестности действий ответчиков, которые последними не опровергнуты.  

ООО «Внешнеэкономическая деятельность», являясь соисполнителем недобросовестных действий контролирующего должника лица ФИО1, продолжает осуществлять ту деятельность, которую ранее осуществлял должник, получая прибыль. В свою очередь, должник полностью прекратил деятельность, перенаправив бизнес-процессы на ООО «Внешнеэкономическая деятельность»,  

фактически лишился всяческой возможности получать доход, в том числе для целей погашения требований кредиторов и уполномоченных органов.  

С учетом изложенного, отклоняя доводы апелляционной жалобы, следует отметить, что формирование и поддержание такой формы ведения деятельности, которая позволяет не исполнять вступившее в законную силу решение налогового органа о привлечении Общества к ответственности, являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.  

Установив фактические обстоятельства дела, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле доказательствам, правильно применив нормы материального и процессуального права, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и взыскании с них солидарно 55 327 204 руб. 49 коп. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.  

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего наличие оснований для удовлетворения иска.  

Доводы подателя жалобы о незаконности и необоснованности доначисления налогов, равно как и о необоснованности вывода налогового органа о недобросовестном занижении Обществом выручки, являются несостоятельными, поскольку по существу выражают несогласие с решением, принятым по результатам выездной налоговой проверки.  

Решением вышестоящего налогового органа от 26.07.2023 № 16-15/03592@ Решение о привлечении Общества к ответственности оставлено без изменения. Решение от 30.06.2022 вступило в законную силу 26.07.2023. В судебном порядке Решение от 30.06.2022 не оспаривалось (срок на обжалование в судебном порядке составляет три месяца с момента вынесения решения вышестоящим налоговым органом, срок на обжалование истек 26.10.2023).  

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно учел, что обстоятельства, изложенные в материалах налоговой проверки, являются обоснованными и не влияют на рассмотрение спора о привлечении контролирующих Общество лиц к субсидиарной ответственности.  

Доводы ответчика о том, что кризисное состояние вызвано незаконной блокировкой счетов, отклоняются апелляционным судом. Блокировка счетов  

Общества явилась результатом действий по проведению незаконной налоговой оптимизации, подтверждённой Решением от 30.06.2022, согласно которому Обществу предложено уплатить 48 427 484,70 руб.  

В связи с неуплатой в установленный срок организацией налогов, доначисленных по выездной налоговой проверке, в адрес Общества направлялось требование об уплате налогов (сборов), пени и штрафов от 09.06.2023 № 2003.  

Задолженность по требованию в срок, установленный налоговым законодательством, не погашена, в связи с чем в соответствии со статьей 46 НК РФ, налоговым органом приняты решения о взыскании налога, сбора, пени, штрафа, процентов за счёт денежных средств на счетах налогоплательщика в кредитных организациях от 14.08.2023 № 746.  

Таким образом, должник стал отвечать признакам неплатежеспособности вследствие применения недобросовестной модели ведения бизнеса, а выездная налоговая проверка лишь пресекла дальнейшее использование Обществом незаконной схемы по уклонению от уплаты налогов.  

Довод апеллянта о том, что действия ответчиков не выходили за пределы обычного делового риска, так как представляли собой реализацию антикризисного плана, несостоятелен. Совокупностью представленных в материалы дела доказательств подтверждается факт перевода бизнеса контролирующим должника лицом на аффилированное лицо и причинение тем самым существенного вреда Обществу.  

Довод подателя жалобы о необоснованной критической оценке представленных доказательств возврата займов и оплаты за транспортное средство также несостоятелен. В материалы дела представлены выписки по счетам Общества, а также материалы налоговой проверки. Согласно данным банковских выписок оплата займов и транспортного средства на счета Общества не поступала.  

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.  

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.  

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в силу статьи 110 АПК РФ относятся на её подателя, так как в удовлетворении жалобы отказано.  

Апелляционный суд отмечает, что от ФИО1 поступило письмо, в котором ответчик просил вернуть ошибочно уплаченную государственную пошлину по платежным поручениям № 555 от 04.08.2025 на сумму 7000 руб., № 556 от 05.08.2025 на сумму 11000 руб., № 594 от 08.08.2025 на сумму 11000 руб., № 596 от 08.08.2025 на сумму 12000 руб., № 597 от 11.08.2025 на сумму 85000 руб., в связи с чем при оглашении резолютивной части настоящего постановления в пользу ФИО1 из федерального бюджета возвращены денежные средства в размере 126 000 руб.  

 При этом при изготовлении судебного акта в полном объёме установлено, что справки на возврат обозначенной выше государственной пошлины изготовлены 04.09.2025, направлены в адрес ФИО1 и согласно сведениям с сайта АО «Почта России» получены последним 12.09.2025. На основании изложенного, справки на возврат ошибочно уплаченной государственной пошлины повторной выдаче не подлежат.  

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.07.2025 по делу № А56-79874/2024/субс. оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

ФИО1 возвратить из федерального бюджета 126 000 руб., излишне уплаченных при подаче апелляционной жалобы.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.  

Председательствующий И.Ю. Тойвонен  

Судьи А.Ю. Слоневская  

 И.В. Сотов