ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-13130/2020к3

г. Красноярск

22 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «15» мая 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен «22» мая 2023 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Инхиреевой М.Н.,

судей: Хабибулиной Ю.В., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности,

от конкурсного управляющего: ФИО4, представителя по доверенности,

от ФИО8: ФИО5, представителя по доверенности,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО8

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «14» ноября 2022 года по делу №  А33-13130/2020к3, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Энергоресурсы-Сибирь» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Вотэл» (далее – должник) банкротом.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 03.12.2020 должник признан банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО6

25.06.2021 в Арбитражный суд Красноярского края посредством системы «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, согласно которому просит взыскать с ФИО7, ФИО8 и ФИО2 в пользу ООО «Вотэл» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 4 284 698,29 рублей.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от «14» ноября 2022 года по делу №А33-13130/2020к3 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Взыскано к ФИО7, ФИО8, ФИО2 солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «Вотэл» 4 284 698,29 рублей в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО2, ФИО8 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят обжалуемое определение отменить.

В апелляционных жалобах указаны следующие доводы:

- ФИО8 заявлял о пропуске срока исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, однако судом не дана оценка соответствующему заявлению;

- должник не мог не предоставлять займы ООО «Энергоцентр», так как в пользовании ООО «Энергоцентр» находились коммунальные сети и от работоспособности коммунальных сетей зависела возможность должника получать прибыль;

- в период прекращения руководства должником ФИО8 срок исковой давности для требования о возврате займов не истек;

- доказательства того, что ФИО2 одобряла сделки по выдаче займов, давала указания об их не истребовании, отсутствуют;

- управляющий ходатайствовал об уменьшении суммы субсидиарной ответственности, судом данное ходатайство не оценено;

- имеются основания для исключения требования аффилированного лица из состава субсидиарной ответственности.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от «07» декабря 2022 года апелляционные жалобы приняты к производству. Рассмотрение апелляционных жалоб назначено на «12» января 2023 года.

В соответствии со статьями 158, 184, 185, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, протокольным определением судебное разбирательство откладывалось.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда производилась замена в составе судей. Окончательно состав суда сформирован в следующем виде: председательствующий судья – Инхиреева М.Н., судьи: Хабибулина Ю.В., Яковенко И.В.

Конкурсный управляющий и ФИО7 представили отзыв на жалобы, просят судебный акт оставить без изменения.

В материалы дела от конкурсного управляющего должника поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительным документов, а именно: реестр кредиторов ООО «Вотэл» на 18.04.2023; реестр текущих требований ООО «Вотэл» на 18.04.2023;  требование ФНС о погашении текущей задолженности.

В целях полного, всестороннего рассмотрения жалобы, судебная коллегия определила приобщить вышеуказанные документы к материалам дела.

В судебном заседании представители заявителей жалобы просили судебный акт отменить.

Конкурсный управляющий возражал по доводам апелляционной жалобы, полагает имеются основания для исключения из размера субсидиарной ответственности требования аффилированного кредитора.

Апелляционные жалобы рассматриваются в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 32, 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев заявление, пришел к выводу о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО8, ФИО7, ФИО2 в солидарном порядке к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вотэл» на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, взыскав солидарно с ФИО7, ФИО8, ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности в пользу конкурсной массы общества с ограниченной ответственностью «Вотэл» 4 284 698,29 руб.

Суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные доказательства, заслушав устные выступления, приходит к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта в части размера взыскания в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Частью 3 статьи 4 указанного Закона определено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закон о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд 24.06.2021, то есть после вступления в силу указанных изменений.

В целях привлечения лица к субсидиарной ответственности применяются материально-правовые нормы, действовавшие в тот период времени, когда виновные действия были совершены таким лицом. При этом нормы процессуального права применяются в редакции, действующей на момент рассмотрения данного заявления.

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями:

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 (№ 73-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013);

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 (№ 134-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);

- глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

На основании изложенного, учитывая, что в качестве фактических обстоятельств, послуживших основанием для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника конкурсный управляющий указал на совершение ответчиками неправомерных действий в 2013-2016 гг., арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о необходимости применения к спорным правоотношениям материальной нормы статьи 10 Закона о банкротстве.

Предметом рассмотрения по настоящему делу (с учетом уточнений) является требование конкурсного управляющего о привлечении в солидарном порядке руководителей должника ФИО7, ФИО8, ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность по обязательствам должника в случае недостаточности у него имущества может быть возложена на контролирующих должника лиц, если признание должника несостоятельным (банкротом) явилось следствием действий и (или) бездействия указанных лиц.

При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В силу п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относятся, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания, и т.п.

Требования к указанным в данном пункте лицам, несущим субсидиарную ответственность, могут быть предъявлены в ходе конкурсного производства. В случае удовлетворения судом взысканные суммы зачисляются в состав имущества должника, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов.

Из содержания приведенных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является наличие причинно-следственной связи между действиями данных лиц и банкротством должника.

Применение норм права о привлечении к субсидиарной ответственности допустимо при доказанности следующих обстоятельств:

- надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия;

- факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей;

- наличия причинно-следственной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника;

- вины контролирующего лица должника в несостоятельности (банкротстве) предприятия.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьей 10 и пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, необходимо установить наличие причинно-следственной связи между совершенными контролируемым лицом сделками и наступлением банкротства должника.

Верховным Судом РФ в Определении № 305-ЭС18-13210 (2) от 07.10.2021 по делу № А40-252160/2015 сформирована позиция, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В дальнейшем вышеуказанное Определение Верховного Суда РФ включено в пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2021).

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

При этом, в соответствии с пунктом 2 статьи 401, пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Согласно   выписке   из   ЕГРЮЛ, протоколу внеочередного общего собрания участников ООО «Вотэл» №8 от 15.02.2017, №3 от 15.04.20113, №1 от 08.10.2009, а также в соответствии с решением №1 от 09.09.2009 участниками должника являются:

- ФИО2 с долей в уставном капитале 49% по состоянию на 27.06.2012;

- ФИО8 с долей в уставном капитале 25% по состоянию на 17.05.2013;

- ФИО7 с долей в уставном капитале 26% по состоянию на 17.05.2013.

Лицами, имеющими право без доверенности действовать от имени должника являлись:

- ФИО8 в период с 15.04.2013 по 20.02.2017;

- ФИО7 в период с 20.02.2017 по 30.11.2020.

В соответствии с абз. 1 и 2 п. 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица. Из системного толкования абзаца второго п. 3 ст. 56 ГК РФ, п. 3 ст. 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Согласно п. п. 5 п. 2 Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

В соответствии с п. 7 Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов.

Как следует из материалов дела, между ООО «Вотэл» в лице ФИО8 (займодавец) и ООО «Энергоцентр» (заемщик) был заключен ряд договоров беспроцентного займа, а именно:

1. № 3 от 25.08.2015 по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 560 000 руб., а заемщик обязуется вернуть равную сумму денег в обусловленный срок. Заем передается в безналичной форме путем перечисления денежных средств на банковский счет. Срок возврата займа по договору определён 25.07.2016. Заем является беспроцентным.

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что на расчетный счет ООО «Энергоцентр» по договору беспроцентного займа от 25.08.2015 были перечислены денежные средства в общей сумме 1 000 000 руб.

2. № 3 от 20.10.2014 по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 1 425 000 руб., а заемщик обязуется вернуть равную сумму денег в обусловленный срок. Заем передается в безналичной форме путем перечисления денежных средств на банковский счет. Срок возврата займа по договору определён 20.08.2015. Заем является беспроцентным.

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что на расчетный счет ООО «Энергоцентр» по договору беспроцентного займа от 20.10.2014 были перечислены денежные средства в общей сумме 1 425 000 руб.

3. № 1 от 23.01.2015 по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 1 500 000 руб., а заемщик обязуется вернуть равную сумму денег в обусловленный срок. Заем передается в безналичной форме путем перечисления денежных средств на банковский счет. Срок возврата займа по договору определён 23.12.2015. Заем является беспроцентным.

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что на расчетный счет ООО «Энергоцентр» по договору беспроцентного займа от 23.01.2015 были перечислены денежные средства в общей сумме 1 500 000 руб.

4. № 2 от 11.08.2014 по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 2 400 000 руб., а заемщик обязуется вернуть равную сумму денег в обусловленный срок. Заем передается в безналичной форме путем перечисления денежных средств на банковский счет. Срок возврата займа по договору определён 30.06.2015. Заем является беспроцентным.

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что на расчетный счет ООО «Энергоцентр» по договору беспроцентного займа от 11.08.2014 были перечислены денежные средства в общей сумме 2 100 000 руб.

5. № 2 от 24.08.2015 по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 380 000 руб., а заемщик обязуется вернуть равную сумму денег в обусловленный срок. Заем передается в безналичной форме путем перечисления денежных средств на банковский счет. Срок возврата займа по договору определён 24.07.2016. Заем является беспроцентным.

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что на расчетный счет ООО «Энергоцентр» по договору беспроцентного займа от 24.08.2015 были перечислены денежные средства в общей сумме 380 000 руб.

Таким образом, совокупный размер выданных ООО «Вотэл» займов в пользу ООО «Энергоцентр» составляет 6 265 000 руб. Материалами дела подтверждается факт возврата ООО «Энергоцентр» займа только в сумме 1 467 000 руб.. Доказательства возврата ООО «Энергоцентр» займа в размере 4 798 000 руб. = (6 265 000 руб. – 1 467 000 руб.) не представлены.

При этом на даты выдачи займов у ООО «Вотэл» имелась задолженность перед ООО «КрасКом» и ООО «Энергоресурсы Сибирь». Определением Арбитражного суда Красноярского края от 02.10.2020 по делу № А33-13130-1/2020 требование общества с ограниченной ответственностью «Красноярский жилищно-коммунальный комплекс» включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника – общества с ограниченной ответственностью «Вотэл» в размере 1 895 450,61 рублей основного долга. Определением Арбитражного суда Красноярского края от 30.06.2020 по делу №А33-13130/2020 требование общества с ограниченной ответственностью «ЭнергоресурсыСибирь» включены в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Вотэл» в размере 2 389 247,68 руб. - основного долга. Доказательства погашения задолженности не представлены. Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют. Реестр требований кредиторов закрыт. Погашение требований кредиторов не производилось.

Задолженность перед вышеуказанными кредиторами образовалась в период с 2014 по 2016 годы, что подтверждается вышеуказанными вступившими в законную силу определениями, а также решением Арбитражного суда Красноярского края по делу №А33-19762/2019 от 19.12.2019, постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 19.02.2019 по делу А33-23293/2017, в связи с чем доводы ответчиком об отсутствии признаков неплатежеспособности должника на момент выдачи займов отклоняются судом.

Кроме того, как ранее установлено судом, выданные займы должником являются беспроцентными, т.е. с точки зрения предпринимательской деятельности не несут экономической целесообразности для заключения такого рода сделок между контрагентами и не отвечают условиям нормального оборота.

Также спорные договоры займа не предусматривают какой-либо обеспечительной гарантии. Дополнительные соглашения, а также отдельно заключённые договоры поручительства, залога не предоставлены в материалы дела. Лица, участвующие в деле, не оспаривают факт отсутствия обеспечения со стороны заемщика.

Принимая во внимание совокупный размер неисполненных обязательств на момент выдачи соответствующих займов, а также совокупный размер выданных займов, судом не усматривается разумность в действиях исполнительного органа должника, поскольку обоснованный выход из кризисной ситуации путем предоставления займов на сумму более 6 000 000 руб. при наличии задолженности свыше 4 000 000 руб. отсутствует. Доказательства обратного суду не представлено.

В случае добросовестного управления обществом, при погашении текущей задолженности перед указанными кредиторами в полном объеме, у должника оставались бы денежные средства в сумме превышающих 2 000 000 руб. (без выдачи соответствующих займов), которые в свою очередь могли быть направлены на безубыточную деятельность предприятия, в частности путем поиска иных контрагентов в целях использования соответствующих сетей снабжения.

Заемные отношения между должником и ООО «Энергоцентр» на столь невыгодных условиях имели место быть лишь при наличии аффилированности по отношению друг к другу. Имевшие место между сторонами отношения были возможны только в связи с тем, что ООО «Энергоцентр» был осведомлен о финансовом состоянии должника и преследовал иные цели при заключении соответствующих сделок по передаче денежных средств в заем, в частности на вывод активов должника. О таком выводе свидетельствует и поведение сторон, а именно: отсутствие процентов за пользование займом, выдача нового займа при наличии непогашенной задолженности по иному договору займа, а также фактическая заинтересованность должника и ответчика, что подтверждается представленными в материалы дела сведениями.

Как следует из материалов дела (выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Энергоцентр») и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, ФИО2 является участником данного общества с долей в уставном капитале 49% в период с 27.06.2012 по н.в.; ФИО7 является участником данного общества с долей в уставном капитале 51% в период с 17.05.2013 по н.в.

Таким образом, лицом, которому предоставлялись займы (ООО «Энергоцентр» является аффилированным по отношению к должнику.

В период с момента окончания срока возврата займа по вышеуказанным договорам (2015-2016), должником претензии в адрес контрагента по возврату займа в обусловленные договорами сроки не направлялись, судебное производство по взысканию задолженности не инициировалось.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в установленные договорами сроки ООО «Энергоцентр» сумму займов должнику не возвратил.

-   08.07.2019 ООО «Вотэл» обратилось к ООО «Энергоцентр» с претензией о погашении задолженности по договору займа №3 от 25.08.2015. Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по договору займа, 22.08.2019 истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании 465 000 руб. невозвращенной суммы займа. Решением Арбитражного суда Красноярского края от 14.11.2019 по делу № А33-26005/2019 в удовлетворении исковых требований о взыскании 465 000 руб. отказано по причине пропуска срока исковой давности для обращения взыскания по указанному договору. Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 21.05.2020 решение оставлено в силе.

-   08.07.2019 ООО «Вотэл» обратилось к ООО «Энергоцентр» с претензией о погашении задолженности по договору займа № 3 от 20.10.2014. Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по договору займа, должник обратился в арбитражный суд с иском о взыскании 1 425 000 руб. невозвращенной суммы займа. Решением Арбитражного суда Красноярского края от 03.10.2019 по делу № А33-26006/2019 в удовлетворении исковых требований о взыскании 1 425 000 руб. отказано по причине пропуска срока исковой давности для обращения в суд с указанным иском. Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.02.2020 решение оставлено в силе.

-   08.07.2019 ООО «Вотэл» обратилось к ООО «Энергоцентр» с претензией о погашении задолженности по договору займа № 1 от 23.01.2015. Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по договору займа, должник обратился в арбитражный суд с иском о взыскании 1 500 000 руб. невозвращенной суммы займа. Решением Арбитражного суда Красноярского края от 21.10.2019 по делу № А33-26008/2019 в удовлетворении исковых требований о взыскании 1 500 000 руб. отказано по причине пропуска срока исковой давности для обращения в суд с указанным иском. Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 12.02.2020 решение оставлено в силе.

-   08.07.2019 ООО «Вотэл» обратилось к ООО «Энергоцентр» с претензией о погашении задолженности по договору займа № 2 от 11.08.2014. Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по договору займа, должник обратился в арбитражный суд с иском о взыскании 1 028 000 руб. невозвращенной суммы займа. Решением Арбитражного суда Красноярского края от 10.10.2019 по делу № А33-26010/2019 в удовлетворении исковых требований о взыскании 1 028 000 руб. отказано по причине пропуска срока исковой давности для обращения в суд с указанным иском. Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 12.02.2020 решение оставлено в силе.

-   08.07.2019 ООО «Вотэл» обратилось к ООО «Энергоцентр» с претензией о погашении задолженности по договору займа № 2 от 24.08.2015. Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по договору займа, должник обратился в арбитражный суд с иском о взыскании 380 000 руб. невозвращенной суммы займа. Решением Арбитражного суда Красноярского края от 19.11.2019 по делу № А33-26011/2019 в удовлетворении исковых требований о взыскании 380 000 руб. отказано по причине пропуска срока исковой давности для обращения в суд с указанным иском. Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 23.03.2020 решение оставлено в силе.

Помимо прочего, между ООО «Вотэл» и ООО «Энергоцентр» заключен договор № 11э от 01.01.2011 на возмещение стоимости расходов по оплате услуг энергоснабжающей организации, согласно которому ООО «Энергоцентр» обязался возместить должнику стоимость расходов по оплате услуг энергоснабжающей организации. Возмещение услуг производится путем 100 % предоплаты до 5 числа текущего месяца за следующий месяц согласно показаниям счётчика, за текущий месяц с последующим перерасчетом. 29.01.2016 соглашением сторон договор расторгнут с 01.02.2016. ООО «ВОТЭЛ» в период с 31.03.2012 по 19.02.2016 оказал ООО «Энергоцентр» услуги на сумму 9 762 280,97 руб. Данная задолженность оплачена ООО «Энергоцентр» частично. Неоплаченная задолженность по договору составила 3 560 000 руб. Претензией от 14.02.2020 истец обратился к ответчику с требованием об оплате долга. 13.04.2020 должник обратился в суд за зашитой своего нарушенного права. Решением Арбитражного суда Красноярского края от 30.10.2020 по делу №А33-11904/2020 отказано в удовлетворении исковых требований. Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 01.03.2021 решение оставлено в силе.

Учитывая вышеизложенное, судом первой инстанции установлено, что ФИО8 и ФИО7, являясь директорами ООО «Вотэл» в периоды с 15.04.2013 по 20.02.2017 и с 20.02.2017 по 30.11.2020 соответственно, совершили бездействие, существенно нарушающие права и интересы кредиторов, выразившиеся в не обращении взыскания на дебиторскую задолженность (иски поданы за истечением срока исковой давности).

Судом первой инстанции правомерно отклонены доводы ФИО8 о том, что им прекращены полномочия 20.02.2017 в связи с чем у ФИО7 было достаточно времени для обращения в суд с заявлениями о взыскании задолженности, в связи с чем вина в действиях указанного лица отсутствует, как необоснованные и противоречащие действующему законодательству.

Как было указано ранее и следует из п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, уполномоченное выступать от имени юридического лица, должно действовать в его интересах добросовестно и разумно. По абз. 2 п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, уполномоченное выступать от имени юридического лица, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Исключения в части не проведения соответствующих мероприятий по причине возможного взыскания задолженности в течение длительного времени законодательством не предусмотрено. При этом независимый участник правоотношений по отношению к своему контрагенту, в условиях неплатежеспособности общества, не станет перечислять столь значительную сумму денежных средств без какой-либо имущественный выгоды, в том числе процентов за пользование. Кроме того, необходимо учитывать тот факт, что займы выдавались должником не только в условиях неплатежеспособности, но и при наличии уже не возвратных сумм займа, срок возврата по которым наступил.

В суде первой инстанции должником не доказана иная цель совершения сделок, чем уклонение от расчетов с кредиторами. Ответчиками в материалы настоящего обособленного спора не представлено доказательств, исключающих их осведомленность о заключении соответствующих договоров займа с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, учитывая, что заемщик - ООО «Энергоцентр» является заинтересованным лицом по отношению к должнику. При этом неплатежеспособность должника предполагается пока не доказано иное.

Разумных объяснений не взыскания задолженности по соответствующим договорам займа с момента окончания срока возврата указанных займов, по договору за оказанные услуги ответчиками в материалы дела не представлено. Направление претензий лишь в августе 2019 году, феврале 2020 года, принимая во внимание, что одним из самых последних сроков возврата займа являлось 25.07.2016, договор оказания услуг расторгнут 01.02.2016, не отвечает условиям нормального делового оборота. Какое-либо встречное предоставление со стороны ООО «Энергоцентр» отсутствует. При этом письмами в период с 22.09.2017 по 25.02.2019 исполнительный директор должника неоднократно уведомлял контролирующих лиц должника, в частности ФИО2, ФИО8, ФИО7 о кризисном финансовом положении ООО «Вотэл», в случае взыскания задолженности ООО «КрасКом» предприятию грозило банкротство.

Следовательно, в период возможного взыскания задолженности по вышеуказанным договорам займа, договору оказания услуг, срок исполнения обязательств по которым наступил (2016, 2017 годы) руководителям должника было известно об отсутствии денежных средств для расчета с кредиторами. Вместе с тем, какие-либо действия по взысканию дебиторской задолженности не проводились, переписка с ООО «Энергоцентр» о возврате долга, рассрочке и пр. отсутствует.

Материалами дела подтверждается, что ФИО8 и ФИО7, и ФИО2 не предпринимались какие-либо меры по выходу из кризисной ситуации. Взыскание дебиторской задолженности по договорам займа на сумму 4 798 000 руб., договору оказания услуг на сумму 3 560 000 руб. а также процентов в соответствии со ст. 395 ГК РФ, как меры ответственности за ненадлежащее исполнение принятых на себя обязательств в соответствии с условиями договоров, являлись реальной возможностью по выходу общества из кризисной ситуации в виду убыточной деятельности и полного погашения кредиторской задолженности.

Вышеперечисленные обстоятельства подтверждают отсутствие в действиях руководителей должника преодоления финансовых затруднений в разумный срок. Не предпринятые меры по взысканию дебиторской задолженности свидетельствуют о недобросовестных намерениях ФИО8, ФИО7, ФИО2 по выводу общества из кризисного состояния, сложившегося в 2017 году в результате кредиторской задолженности, образовавшейся в период с 2014-2016 годы, т.е. до выдачи соответствующих займов.

Доводы ФИО2 о том, что выданные займы осуществлялись без ее руководства и одобрения, а также тот  факт, что о наличии задолженности ей стало известно лишь в 2017 году отклонены судом как необоснованные и не имеющие правового значения для рассмотрения настоящего спора по существу. О наличии неисполненных обязательств перед должником и о сроке возврата займов указанному ответчику не могло быть не известно, поскольку ФИО2, как уже ранее установлено судом, являлась учредителем заемщика ООО «Энергоцентр» с размером доли 49%.

При указанных обстоятельствах, судом установлено, что в период возможного взыскания дебиторской задолженности ООО «Энергоцентр» (2016-июль 2019) должник в лице контролирующих должника лиц целенаправленно не предпринимал действий по взысканию соответствующей задолженности. Обращение в августе 2019 с претензией о возврате долга (по истечению срока исковой давности), а также последующее обращение в суд с соответствующими исковыми требованиями направлено лишь для создания видимости предпринятых мер по взысканию соответствующего долга. В нарушение ст. 65 АПК РФ доказательства  обратного не представлено.

При этом, ответчик в лице ООО «Энергоцентр», имея один и тот же субъектный состав в лице руководящих деятельность общества лиц, заявляет о пропуске срока исковой давности для обращения в суд с соответствующими исками.

Совокупность всех мероприятий в период с 2014 года по 2019 год, в частности по выдаче займа, условиях выдачи займа, не взыскание соответствующей задолженности, аффилированность должника и его контрагента-заемщика подтверждает выводы суда о преднамеренном выбытии активов должника путем согласованных действий всего руководящего состава должником. Руководители должника не могли не осознавать своих действий по не взысканию задолженности, а также  указанию в процессе судебного разбирательства о пропуске срока исковой давности (суд не рассматривает указанные доводы без указания на то лицом, участвующим в деле).

Само по себе ненаступление сроков возврата займов не свидетельствует о том, что такие меры не должны быть предприняты заблаговременно, с точки зрения разумности поведения руководителя. Выдача займа без какого-либо обеспечения не отвечает стандартам разумного и добросовестного поведения, противоречит интересам ООО «Вотэл» как коммерческой организации и ущемляет имущественную сферу кредиторов должника, так как создаются условия для снижения уровня обеспеченности общества собственными активами для надлежащего исполнения обязательств перед внешними независимыми кредиторами, а также в случае прекращения хозяйственной деятельности общества. В обычных условиях делового оборота в подавляющем большинстве случаев не практикуется выдача займов в столь значительном размере в отсутствие какого-либо обеспечения со стороны заемщика, учитывая отсутствие процентной ставки, также нехарактерную для отношений по выдаче займов без обеспечения залогом, поручительством, банковской или иной гарантией.

На основании вышеизложенного, учитывая, что размер выданных и невозвращенных ООО «Вотэл» займов составляет 4 798 000 руб., а общий размер кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов равен 4 284 698,29 руб., выданных ООО «Вотэл» займов было достаточно для удовлетворения всех требований кредиторов. Если бы контролирующие должника лица действовали более осмотрительно и разумно по отношению к имущественной сфере кредиторов ООО «Вотэл» при выдаче займов, то это могло предотвратить банкротство ООО «Вотэл».

Коллегия судей учитывает, что директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Между тем, мотивы и цели кредитования заемщика на описанных условиях и при установленных обстоятельствах перед судом не раскрыты. Экономический смысл, очевидно, в подобном кредитовании отсутствует. Доводы о целях выданных займов отклонены судом ранее как необоснованные и документально не подтвержденные.

Повторно исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что заключение договоров займа от 11.08.2014, от 20.10.2014, от 23.01.2015, от 24.08.2015, от 25.08.2015, не имели экономической составляющей, с учетом установленной процентной ставкой по займам, а также суммы займов, которые выданы без какого-либо обеспечения исполнения обязательств по их возврату. Бывшие руководители ФИО8, ФИО9, учредитель ФИО2, имели возможности обеспечить надлежащую работу системы управления юридическим лицом. В частности прекратить перечисление займов, потребовать обеспечение по займам, обратиться в суд в кратчайшие сроки (в пределах срока исковой давности) с соответствующими требованиями при установлении отсутствия встречного предоставления по указанным договорам. Вместе с тем, таких обстоятельств судом не установлено.

В результате заключения спорных договоров займа на невыгодных для должника условиях, и последующего несвоевременного взыскания соответствующей задолженности, ООО «Вотэл» утратило возможность взыскания в судебном порядке задолженности в общем размере не менее 4 798 000 руб., даже без учета процентов по займам.

Факт того, что ФИО7 обращался с требованием о взыскании задолженности ООО «Вотэл» не указывает на отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, поскольку фактически действия совершены за истечением срока давности, при отсутствии тому достаточных оснований (назначен на должность директора должника с 20.02.2017).

Заключая от имени должника договоры займа, ФИО8 как руководитель, мог и должен был предвидеть наступление возможных неблагоприятных последствий для должника в  виде невозврата займов,  выданных без  представления заёмщиком обеспечения. При этом, действуя разумно и осмотрительно, в интересах ООО «Вотэл» и его кредиторов, совершая сделки ФИО8 мог и должен был избрать такую модель поведения (стратегию ведения бизнеса), которая обеспечивала расчеты с кредиторами общества даже в случае прекращения финансово-хозяйственной деятельности. В противном случае следует сделать вывод, что ООО «Вотэл» вело деятельность в условиях недостаточности активов для расчетов с кредиторами. В итоге выбранная модель поведения руководителя ФИО8, и в последующем ФИО7 привела к невозможности ООО «Вотэл» выполнить обязательства перед другими кредитора. Однако руководитель обязан был действовать с такой степенью заботливости и осмотрительности, которая бы позволяла при обычном хозяйственном обороте исключить возникновение указанных выше последствий для должника.

Как участники должника ФИО7, ФИО2, ФИО8 также знали о финансовом состоянии должника и условиях заключенных договоров займа. Данное обстоятельство подтверждается письмами исполнительного директора должника в период с 2017 по 2019 годы. Доказательств того, что ФИО7, ФИО2, ФИО8 были в неведении относительно финансово-хозяйственной деятельности, в материалах дела отсутствуют.

Исчерпывающей информацией о финансовом (имущественном) положении юридического лица обладает его руководитель как единоличный исполнительный орган, а также учредитель. Они же должны действовать разумно и добросовестно, в том числе в отношении контрагентов должника.

Судом первой инстанции установлено, что сделки по предоставлению займа совершены на заведомо невыгодных для должника условиях и с лицом, которое оказалось неспособно исполнить обязательство по возврату займа. Данные обстоятельства ответчиками не опровергнуты надлежащими доказательствами.

Отсутствие в материалах дела прямого одобрения ФИО7, ФИО2 сделок по займам не имеет правового значения, поскольку доказательств прямого одобрения в данном случае не требуется, т.к. если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности. Из материалов дела следует, что ФИО7 является учредителем с долей 26% уставного капитала, ФИО2 - 49% уставного капитала. В силу пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» к исключительной компетенции ФИО7,   ФИО2   относится   определение   основных   направлений деятельности общества; образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему; утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов; утверждение (принятие) документов, регулирующих внутреннюю деятельность общества (внутренних документов общества). Соответственно, ФИО7, ФИО2 как учредители ООО «Вотэл», осуществляя широкие корпоративные полномочия, должны были знать о том, что договоры займа заключены на невыгодных для должника условиях и с заинтересованным по отношению к должнику лицом, которое неспособно исполнить обязательство по возврату займа, а следовательно могли и должны были предвидеть наступление возможных неблагоприятных последствий для должника в виде невозможности погасить требования кредиторов, поэтому обязаны были действовать с такой степенью заботливости и осмотрительности, которая бы позволяла при обычном хозяйственном обороте исключить возникновение указанных выше последствий для должника.

Фактически своими действиями ФИО8, ФИО7 как руководители должника и ФИО7, ФИО2, ФИО8 как учредители должника, повлекли выбытие денежных средств, принадлежащих ООО «Вотэл», что в конечном итоге привело к возникновению признаков несостоятельности (банкротства), и в последующем - признанию должника ООО «Вотэл» несостоятельным (банкротом). При этом, размер перечисленных по договорам займа денежных средств позволил бы удовлетворить требования кредиторов в полном объеме, в случае возврата займов заёмщиком, что исключило бы банкротство должника. В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора конкурсным управляющим представлены доказательства, подтверждающие, что спорные договоры займа, исполненные бывшим руководителем ФИО8, и одобренные учредителями ФИО7, ФИО2 привели к негативным последствиям для должника, ухудшению его финансового положения в последствии до критического.

Совершая вышеперечисленные сделки по выдаче займов, а также при бездействии по взысканию соответствующей задолженности ни ФИО8, ни ФИО7, ни ФИО2 не могли не знать, что тем самым ущемляются права кредиторов ООО «Вотэл», т.к. по общему правилу сделки заключаются в интересах возглавляемого общества и в целях извлечения прибыли. При этом, в силу основных видов деятельности общества и пункта 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации общество является коммерческой организацией, а не благотворительным фондом. В результате сделок по предоставлению займов, заключенных на невыгодных для должника условиях и с лицом, которое неспособно исполнить обязательство по возврату займа, причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку за счет денежных средств переданных в займ в полном объеме могли быть удовлетворены требования кредиторов, которые до настоящего времени не погашены. Данные обстоятельства со всей очевидностью указывают на то, что заключенные договоры займа привели к увеличению имущественных потерь должника, к образованию неликвидной дебиторской задолженности (учитывая, что заемщик признан банкротом) и невозможности получения удовлетворения кредиторами ООО «Ярус» своих требований.

На основании вышеизложенного вопреки доводам апелляционных жалоб, банкротство должника находится, в том числе, в прямой причинно-следственной связи с заключением спорных договоров займа на невыгодных для должника условиях при недостаточности собственных активов ООО «Вотэл» и с аффилированным по отношению к должнику лицом, а также с недобросовестным целенаправленным бездействием по взысканию задолженности по договорам займа. Данные обстоятельства в совокупности с ранее установленными обстоятельствами свидетельствуют о заключении должником сделок на невыгодных для должника условиях, последующее не взыскание дебиторской задолженности по указанным договорам в установленные законодательством сроки, которые привели к уменьшению активов должника.

В силу пункта 2 статьи 401 , пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Согласно абз. 7 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Таким образом, по смыслу данной нормы права, вина руководителя должника презюмируется.

Следовательно, доказательства отсутствия вины должны быть представлены самим руководителем и учредителем должника, как лицами, привлекаемыми к субсидиарной ответственности, в соответствии с требованиями пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ.

Однако, вопреки доводам апелляционных жалоб, ответчиками ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции доказательства отсутствия вины в несостоятельности ООО «Вотэл», не представлены. Доказательства того, что контролирующие лица должника выполняли какой-то экономически обоснованный план, также отсутствуют в материалах дела.

Согласно пункту 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

На основании вышеизложенного, коллегия судей поддерживает вывод суда первой инстанции о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО8, ФИО7, ФИО2 в солидарном порядке к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вотэл» на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

ФИО8 было заявлено о пропуске срока исковой давности.

В силу норм статей 195, 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности; общий срок исковой давности составляет три года; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске; если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, редакции, действующей на дату признания должника банкротом, заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Данные сроки, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статья 197 ГК РФ), начало течение которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Исковая давность применяется судом только по заявлению контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, определения о привлечении к ответственности (если производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о банкротстве) (пункт 2 статья 199 ГК РФ)

Поскольку должник ООО «Вотэл» признан банкротом резолютивной частью решения Арбитражного суда Красноярского края от 26.11.2020, а требование о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд 24.06.2021, срок исковой давности в настоящем случае не пропущен.

ФИО8 ссылается, что на момент его увольнения с должности директора, имелось достаточно времени для подачи исков в суд в целях взыскания займов, в связи с чем действия по выдаче займов и не истребования долга по займам не могут быть вменены ему в порядке субсидиарной ответственности.

Данные доводы отклонены в связи со следующим.

Как отражено выше, в реестр требований кредиторов должника включены требования двух кредиторов: ООО «КрасКом» в размере 1 895 450,61 рублей основного долга и ООО «ЭнергоресурсыСибирь» в размере 2 389 247,68 руб. основного долга.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, учредителем ООО «Энергоресурсы-Сибирь» с 13.05.2014 является ФИО7 Факт аффилированности кредитора ООО «Энергоресурсы-Сибирь» по отношению к должнику не оспаривается.

Следовательно, единственным независимым кредитором является ООО «КрасКом».

Задолженность ООО «КрасКом» взыскана в рамках дела № А33-23293/2017. Из содержания постановления Третьего арбитражного апелляционного суда от 19.02.2019 следует, что ООО «КрасКом» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к обществу с ограниченной ответственностью «Вотэл» о взыскании задолженности по договору от 17.02.2014 № 23/07826 за негативное воздействие на работу централизованной системы водоотведения в размере 4 036 314 рублей 53 копеек.

Из содержания судебного акта следует, что истцом ответчику направлена претензия от 07.02.2017 № 18-8869/17-0-0 с требованием оплатить задолженность. Указанная претензия направлена в адрес ответчика по почте и получена 21.02.2017 (стр. 4, 5 постановления).

Таким образом, 21.02.2017 должник получил претензию от ООО «Вотэл» с требованием оплаты долга, а 20.02.2017 ФИО8 уволился с должности директора должника. Следовательно, вся сформированная у должника задолженность перед кредитором ООО «КрасКом» образовалась в период руководства должником ФИО8 Займы выданы также в период руководства ФИО8

Кроме того, согласно протокола внеочередного собрания участников от 15.02.2017, где принимал участие ФИО8 и он же докладывал о финансовом состоянии должника, по итогам 2016 года работа предприятия признана неудовлетворительной. Следовательно, на момент срока возврата займов (2016 год), ФИО8 знал о наличии долга по займам, о неудовлетворительном финансовом положении должника (поскольку сам ссылался на данные факты по итогам работы за 2016 год), однако каких-либо мер по взысканию займа не предпринял. Более того, уволившись с должности директора, ФИО8 продолжал оставаться одним из учредителей, при этом на собраниях учредителей неоднократно рассматривались вопросы о неудовлетворительном финансовом состоянии должника в связи с наличием долга перед ООО «КрасКом», однако ФИО8 каких-либо мер по истребованию долга по займам не предпринял.

Доводы ФИО8 о том, что он после увольнения не принимал участия в управлении должником, не был осведомлен о судьбе должника, отклонены, поскольку в представленных в материалы дела протоколах собрания учредителей от 12.04.2017, от 19.12.2017, стоит подпись ФИО8 как участника собрания. Письма от 22.09.2017, где исполнительный директор ООО «Вотэл» сообщает учредителям о возможном банкротстве в связи с поданным иском ООО «Краском», от 04.10.2017 о сложном финансовом положении ООО «Вотэл», от 17.11.2017, где отражено, что сумма долга перед ООО «КрасКом» является для предприятия критичной, также адресовано ФИО8 как одному из учредителей.

Доводы ФИО8 о том, что должник не мог не выдавать займы ООО «Энергоцентр» отклонены, как не подтвержденные какими-либо доказательствами. Кроме того, даже принимая во внимание, что выдача займов ООО «Энергоцентр» могла быть выгодной для должника, указанное не исключает обязанности взыскания выданных сумм займа при наличии задолженности перед независимым кредитором. Фактически должник постоянно перечислял денежные средства своему аффилированному лицу под видом выдачи займов, денежные средства не истребовал, а при взыскании долга аффилированное лицо заявило о пропуске срока исковой давности. При этом, в период выдачи займов формируется задолженность перед независимым кредитором.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необоснованным вывод суда первой инстанции о размере солидарного взыскания 4 284 698,29 руб. с ФИО8, ФИО7, ФИО2

Как отражено выше, в реестр требований кредиторов должника включены требования двух кредиторов: ООО «КрасКом» в размере 1 895 450,61 рублей основного долга и ООО «ЭнергоресурсыСибирь» в размере 2 389 247,68 руб. основного долга.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, учредителем ООО «Энергоресурсы-Сибирь» с 13.05.2014 является ФИО7 Факт аффилированности кредитора ООО «Энергоресурсы-Сибирь» по отношению к должнику не оспаривается.

Коллегия судей приходит к выводу о наличии оснований для исключения из размера субсидиарной ответственности требований аффилированного по отношению к должнику лица в силу следующего.

Иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837 сформулирован правовой подход, согласно которому требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит только независимым от должника кредиторам и является исключительно их средством защиты. Именно поэтому в том числе абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам.

По общему правилу участники группы компаний не могут получать удовлетворение своих требований друг от друга через институт субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае не имеет правового значения основания приобретения права требования к должнику (на основании какого обязательства включено требование аффилированного лица в реестре требований кредиторов должника), поскольку значимым является субъект права, а не само основание (заключение с должником сделки или приобретение права в установленном законом порядке).

Суд апелляционной инстанции, установив обстоятельства аффилированности  требований общества с ограниченной ответственностью «Энергоресурсы-Сибирь» по отношению к должнику, приходит к выводу о том, что данные требования не могут противопоставляться независимым кредиторам должника и подлежат исключению из размера субсидиарной ответственности.

При этом тот факт, что в настоящее время в отношении требования ООО «Энергоресурсы-Сибирь» проведено процессуальное правопреемство и кредитор ООО «Энергоресурсы-Сибирь» заменен на кредитора ООО «Дилерснаб», не влияет на выводы суда о наличии оснований для исключения из суммы субсидиарной ответственности требования в размере 2 389 247,68 руб. основного долга, поскольку аффилированность правопредшественника подтверждена и требование по характеру не может трансформироваться в независимое при правопреемстве (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.05.2022 № Ф04-7169/2013 по делу № А45-23369/2011, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023 № 09АП-8008/2023, 09АП-8012/2023 по делу № А40-151614/2021, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2022 № 17АП-16892/2016(7)-АК по делу № А60-59759/2015).

Как следует из материалов дела, в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования кредитора ООО «КрасКом» в размере 1 895 450,61 руб. На момент рассмотрения дела в суде первой инстанции непогашенные текущие требования отсутствовали. В суде апелляционной инстанции управляющий заявил о наличии непогашенных текущих требований МИФНС № 1 по Красноярскому краю в размере 23 433,46 руб.

Принимая во внимание, что на дату рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности непогашенные текущие требования отсутствовали и управляющий ссылался на завершение мероприятий банкротства, наличие возможности определения размера субсидиарной ответственности, судебная коллегия не принимает для расчета суммы субсидиарной ответственности сведения о вновь образовавшихся текущих платежах. Кроме того, в обоснование наличия текущих платежей управляющий представил требование ФНС № 52411. Из данного требования возможно установить только сведения о наличии недоимки по штрафам в размере 258,84 руб., иная задолженность отражена исключительно справочно и данное требование не может подтверждать наличие соответствующей задолженности.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы лиц, участвующих в деле, пояснения конкурсного управляющего, с позиции статьи 71 Кодекса, и учитывая основание и предмет заявленного требования, принимая во внимание упомянутые нормы права и разъяснения, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об исключении из размера субсидиарной ответственности требования аффилированного по отношению к должнику лица, уменьшив размер взыскания в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника до суммы 1 895 450,61 руб. солидарно со всех ответчиков.

В соответствии с частью 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В силу пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены определения арбитражного суда первой инстанции является неправильное применение норм материального права.

Пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

С учетом вышеизложенного, определение Арбитражного суда Красноярского края от «14» ноября 2022 года по делу №  А33-13130/2020к3 подлежит отмене в части размера взыскания в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «14» ноября 2022 года по делу №  А33-13130/2020к3 изменить в части размера взыскания в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Изложить резолютивную часть определения в следующей редакции.

Заявление конкурсного управляющего удовлетворить.

Взыскать к ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженца г.Ачинск, ИНН 

<

***>, 660074, 

<

...>), ФИО8 ( ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженца г.Красноярск, ИНН 

<

***>, 660012, 

<

...>), ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженки г.Красноярск, ИНН 

<

***>, 660074, 

<

...>) солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «Вотэл» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Красноярск) 1 895 450,61 руб. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

М.Н. Инхиреева

Судьи:

Ю.В. Хабибулина

 

И.В. Яковенко