СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12628/2019(6)-АК

Дело № А71-11406/2018

21 июля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 июля 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Зарифуллиной Л.М., Саликовой Л.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии:

от лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка – общества с ограниченной ответственностью «ТрансРемСервис» (далее – ответчик, ООО «ТрансРемСервис»)  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>): ФИО2 по доверенности от 11.11.2019,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика ООО «ТрансРемСервис»

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 12 апреля 2022 года 

о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,

вынесенное в рамках дела № А71-11406/2018  

о признании несостоятельным (банкротом) муниципального унитарного предприятия Камбарского района «Энергия» (далее – МУП Камбарского района «Энергия», должник) (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

установил:

10.07.2018 в Арбитражный суд Удмуртской Республики поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Ижевск» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании МУП Камбарского района «Энергия» несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 17.07.2018, возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.09.2018 (резолютивная часть определения объявлена 05.09.2018) указанное заявление признано  обоснованным, в отношении МУП Камбарского района «Энергия» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3, являющийся членом Союза арбитражных управляющих «Возрождение».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №168 от 15.09.2018.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.04.2019 (резолютивная часть решения объявлена 25.04.2019) МУП Камбарского района «Энергия» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, являющийся членом ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №79 от 08.05.2019.

01.11.2019 в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий с заявлением о признании недействительными дополнительных соглашений от 01.09.2015, от 31.05.2016 к договору поставки от 01.09.2013 №/н, заключенных между должником ООО «ТрансРемСервис» и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.04.2022 (резолютивная часть определения объявлена 06.04.2022) постановлено следующее. 

Признать недействительными сделками дополнительные соглашения от 01.09.2015 и от 31.05.2016 к договору поставки от 01.09.2013, заключенные между МУП Камбарского района «Энергия» и ООО «ТрансРемСервис». 

Признать недействительной сделкой действия ООО «ТрансРемСервис» по поставке угля в адрес МУП Камбарского района «Энергия» в рамках исполнения обязательств по договору поставки от 01.09.2013 в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года каменного угля в объеме 1 408, 85 тонн.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ТрансРемСервис» в пользу МУП Камбарского района «Энергия» суммы, излишне выплаченной стоимости каменного угля в размере 7 574 322  руб. 74 коп. 

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик ООО «ТрансРемСервис» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. 

В апелляционной жалобе ответчик приводит доводы, согласно определение суда подлежит отмене ввиду недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными; несоответствия изложенных выводов обстоятельствам дела; нарушения норм материального права; отсутствие мотивов, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле. 

Конкурсный управляющий представил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что 01.09.2013 между ответчиком ООО «ТрансРемСервис» (поставщик) и должником МУП Камбарского района «Энергия» (покупатель) заключен договор поставки, на основании которого ответчик обязался осуществлять поставку в собственность должника каменного угля марки ДР (0-300), а последний принимать и оплачивать данный товар в порядке и на условиях заключенного между сторонами договора.

В соответствии с пунктом .2.1 данного договора сторонами была согласована цена за 1 тонну подлежащего поставке каменного угля в размере 3 500 руб.

01.09.2015 между теми же сторонами заключено дополнительное соглашение к договору поставки от 01.09.2013, в котором на период поставок с 01.09.2015 по 31.05.2016 сторонами установлена новая цена каменного угля марки ДР (0-300) в размере 4 950 руб. за тонну поставляемого товара.

31.05.2016 между ответчиком и должником было заключено еще одно дополнительное соглашение к договору поставки от 01.09.2013, в котором сторонами была согласована цена за 1 тонную подлежащего поставке каменного  угля марки ДР (0-300) в размере 4 950 руб. 

Указанная в дополнительных соглашениях от 01.09.2015 и от 31.05.2016 стоимость каменного угля применялась во взаимоотношениях должника и ответчика при поставке товара в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года (отопительные сезоны 2015-2016 г.г., 2016-2017 г.г., 2018-2019 г.г.).

Конкурсный управляющий должника, ссылаясь на недействительность дополнительных соглашений от 01.09.2015 и от 31.05.2016  к договору поставки от 01.09.2013  ввиду завышения стоимости 1 тонны каменного угла, а также на осуществление ответчиком в адрес должника поставки каменного угля в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года в завышенных объемах, что, по его мнению, повлекло уменьшение конкурсной массы и позволяет квалифицировать спорные сделки как подозрительные, обратился в арбитражный суд с настоящим требованием, уточненным в ходе судебного разбирательства. 

Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего. 

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на апелляционную жалобу, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе, в том числе, подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: 

о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; 

об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

В силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из перечисленных в данном пункте условий.

В пункте 5 Постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)  разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно пункту 6 Постановления № 63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указано в статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Кроме того, в силу статьи 10 ГК РФ, с учетом разъяснений, данных в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки. По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что заявление о признании МУП Камбарского района «Энергия» несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству 17.07.2018, а оспариваемые дополнительные соглашения заключены 01.09.2015 и 31.05.2016, то есть в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела установлено, что на момент совершения оспариваемых дополнительных соглашений у должника имелись неисполненные обязательства, в том числе, перед МУП ЖКХ Камбарского района, ООО «Газпром межрегионгаз Ижевск», ООО «Файерс-Гранд», требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Из представленных в материалы дела бухгалтерских балансов должника по состоянию на 31.12.2014, 31.12.2015, 31.12.2016, на 31.12.2017 следует, что в период с 2015 года по 2017 год кредиторская задолженность значительно увеличивалась. Так, по состоянию на 31.12.2014 кредиторская задолженность составляла 25 070 тыс. руб.; по состоянию на 31.12.2015 кредиторская задолженность уже составляла 34 282 тыс. руб.; по состоянию на 31.12.2017 – 40 454 тыс. руб.

Таким образом, совокупность указанных обстоятельств позволяет суду прийти к убеждению, что оспариваемые сделки совершены в условиях неплатежеспособности и недостаточности должника.

В материалах дела нашли свое подтверждение доводы конкурсного управляющего о завышении стоимости каменного угля марки ДР (0-300), установленной в спорных дополнительных соглашениях.

В обоснование соответствующих доводов конкурсным управляющим представлены в материалы обособленного спора экспертные заключения независимого оценщика – ООО «Агентство оценки «Центр» № 361 /19 от 19.08.2019 «Об определении стоимости угля, потребности в топливе (угле) при производстве тепловой энергии в системах коммунального теплоснабжения, стоимости материального ущерба», а также № 23/21 от 30.03.2021 «Об определении стоимости услуг по доставке угля», из содержания которых усматривается, что действительная рыночная стоимость каменного угля спорной марки в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года, с учетом расходов на его доставку до объектов теплоснабжения должника варьировалась в диапазоне от 3 306 руб. 35 коп. до 3 829 руб. 14 коп. за 1 тонну, что на 33% меньше фактической цены приобретения угля по оспариваемым сделкам.

Помимо этого конкурсный управляющий в сравнение с аналогичными сделками, заключенными в спорный период, представил в материалы дела ряд товарных накладных и универсальных передаточных актов, подписанных в период с 2015 года по 2019 год третьими лицами, территориально находящимися в Камбарском районе Удмуртской Республики.

Так, согласно товарным накладным № 3 от 04.01.2015, № 30 от 13.08.2015, № 40 от 15.10.2015, № 55 от 24.12.2015, подписанных между ООО «СТК» (поставщик) и ИП ФИО5 (покупатель), стоимость поставки 1 тонны каменного угля (включая железнодорожный тариф) в 2015 году вырьировалась в диапазоне 2 474 руб. 58 коп. до 2 728 руб. 81 коп.; с учетом расходов на доставку до объектов теплоснабжения должника указанная рыночная стоимость угля составляла 2 591 руб. 93 коп. – 2 846 руб. 16 коп., что на 47% меньше фактической цены приобретения угля по оспариваемым сделкам.

Согласно универсальному передаточному документу № 127 от 10.12.2016, подписанному между ООО ТД «Регион-Траст» (поставщик) и ИП ФИО5 (покупатель), стоимость поставки 1 тонны каменного угля в 2016 году составляла 2 644 руб. 07 коп.; с учетом расходов на доставку до объектов теплоснабжения должника указанная рыночная стоимость угля составляла 2 770 руб. 89 коп., что на 44% меньше фактической цены приобретения угля по оспариваемым сделкам.

Согласно универсальным передаточным документам № 32 от 20.01.2017, № 65 от 14.08.2017, № 107 от 12.10.2017, подписанных между ООО ТД «Регион-Траст» (поставщик) и ИП ФИО5 (покупатель), стоимость поставки 1 тонны каменного угля в 2017 году  варьировалась в диапазоне  от 2 728 руб. 81 коп. до 2 966 руб. 10 коп.; с учетом расходов на доставку до объектов теплоснабжения должника указанная рыночная стоимость угля составляла 2 860 руб. 71 коп. – 3 098 руб.,  что на 42% меньше фактической цены приобретения угля по оспариваемым сделкам.

 Согласно универсальным передаточным документам № 11 от 03.01.2018, № 180 от 27.09.2018, № 192 от 14.10.2018, № 46 от 27.10.2018, № 273 от 19.12.2018, подписанных между ООО ТД «Регион-Траст» (поставщик) и ИП ФИО5 (покупатель), стоимость поставки 1 тонны каменного угля в 2018 году  варьировалась в диапазоне  от  3 881 руб. до 3 720 руб. 34 коп.; с учетом расходов на доставку до объектов теплоснабжения должника указанная рыночная стоимость угля составляла 3 518 руб. 81 коп. – 3 857 руб. 79 коп.,  что на 29% меньше фактической цены приобретения угля по оспариваемым сделкам.

Согласно универсальным передаточным документам № 40 от 05.08.2019, № 11 от 30.11.2019, подписанных между ООО ТД «Регион-Траст» (поставщик) и ИП ФИО5 (покупатель), стоимость поставки 1 тонны каменного угля в 2019 году  варьировалась в диапазоне  от 3 416 руб. 67 коп. до 3 658 руб. 33 коп.;  с учетом расходов на доставку до объектов теплоснабжения должника указанная рыночная стоимость угля составляла 3 560 руб. 81 коп. – 3 802 руб. 47 коп.,  что на 28% меньше фактической цены приобретения угля по оспариваемым сделкам.

Кроме того, представитель конкурсного управляющего неоднократно обращал внимание арбитражного суда в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции на то, что конкурсным управляющим в порядке статьи 102 Закона о банкротстве был расторгнут договор поставки угля с ответчиком, как заключенный на невыгодных условиях для должника и заключены новые на более выгодных условиях.

В частности, 29.07.2019 между должником (покупатель) и ООО «Сигма-Сервис» (поставщик) был заключен договор поставки № 26-07/19, в соответствии с которым стоимость 1 тонны каменного угля составила 3 450 руб.; с учетом расходов на доставку до объектов теплоснабжения должника указанная рыночная стоимость угля составляла 3 594 руб. 14 коп.,  что на 27% меньше фактической цены приобретения угля по оспариваемым сделкам.

18.11.2019 между должником (покупатель) и ООО «Орбита» (поставщик) был заключен договор поставки № 23/11/2019, в соответствии с которым стоимость 1 тонны каменного угля составила 3 430 руб.; с учетом расходов на доставку до объектов теплоснабжения должника указанная рыночная стоимость угля составляла 3 574 руб. 14 коп., что на 27% меньше фактической цены приобретения угля по оспариваемым сделкам.

Также конкурсным управляющим представлено в материалы обособленного спора письмо ООО «Орбита» от 24.12.2021, занимающегося поставкой угля в период с 2017 года по 2019 год, согласно которому, рыночная стоимость 1 тонны данного товара в указанный период времени для поставки в том числе, в Удмуртскую Республику варьировалась в диапазоне 2 850 руб. до 3 400 руб.

Таким образом, совокупность указанных конкурсным управляющим обстоятельств и представленных доказательств в целом позволяют арбитражному суду признать обоснованным его утверждение о наличии в оспариваемых сделках признаков неравноценного встречного исполнения, выразившихся в поставке ООО «ТрансРемСервис» в адрес должника в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года каменного угля по завышенной цене, отличающейся в худшую для него сторону от действующих в указанный период времени рыночных цен на данный вид товара.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ со стороны ответчика указанные конкурсным управляющим обстоятельства и представленные доказательства не опровергнуты.

Согласно материалам дела, ходатайство о назначении экспертизы по определению цены договора (рыночной) поставки угля от 01.09.2013 (л.д. 10 т.1) в ходе рассмотрения спора судом первой инстанции снято представителем ответчика.

Представленный ответчиком в материалы дела отчет об оценке № 054-02-00180, составленный Союзом «Удмуртская торгово-промышленная палата», также не опровергает доводов конкурсного управляющего, поскольку из его содержания следует, что рыночная стоимость  угля рассчитывалась оценщиком с учетом его доставки ж/д (железнодорожным) транспортом до станции Камбарка, аренды ж/д вагонов, разгрузочной площадки (ж/д) тупика, работы спецтехники по разгрузке ж/д вагонов, работы спецтехники по погрузке в автомобильный транспорт, доставки автомобильным транспортом угля до котельных покупателя, а также с учетом нормальной рентабельности коммерческой организации (поставщика).

При этом определением суда от 16.12.2020 у ответчика истребованы первичные документы, подтверждающие осуществление ООО «ТрансРемСервис» в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года расходов по разгрузке угля с железнодорожного транспорта, погрузке угля в автомобильный транспорт, а также о его фактической доставке до котельных должника силами и средствами самого ответчика либо с помощью привлеченных им на коммерческой основе транспортных средств третьих лиц.

Во исполнение данного определения ответчиком были представлены: копия договора об оказании услуг от 18.09.2014 № 7, заключенного между ООО «ТрансРемСервис» и ИП ФИО5,  а также акты об оказании услуг по данному договору за период с января 2016 года по май 2019 года.

При этом доказательств реального осуществления расходов по аренде ж/д вагонов, разгрузочной площадки (ж/д) тупика, работе спецтехники по разгрузке ж/д вагонов, работы спецтехники по погрузке в автомобильный транспорт, доставке автомобильным транспортом угля до котельных покупателя, с учетом нормальной рентабельности коммерческой организации (поставщика) ответчиком не представлены.

Кроме того, справедливо обращено внимание конкурсного управляющего на то обстоятельство, что дополнительные расходы на доставку угля автотранспортом Ижевск-Камбарка (согласно отчету «Расчет доставки до г.Камбарки») были приняты во внимание оценщиком исходя из доставки угля до котельных поставщика по автомобильной дороге через г. Чайковский Пермского края, в связи с тем, что по трассе через Удмуртскую Республику в 2015-2018 г.г. не было моста и переправа через р. Кама осуществлялась на пароме, в то время как фактическая доставка угля осуществлялась ж/д транспортом непосредственно до станции «Камбарка» и далее напрямую до котельных МУП Камбарского района «Энергия».

При отмеченных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно согласился с позицией конкурсного управляющего о том, что рассматриваемый отчет не отражает актуального учета и анализа факторов ценообразования в реально сложившихся правоотношениях сторон при исполнении договора поставки от 01.09.2013.

Иных доказательств в подтверждение факта соответствия стоимости угля, обозначенной в спорных дополнительных соглашениях рыночным условиям, ответчиком не представлено.

Также в материалах дела нашли свое подтверждение доводы конкурсного управляющего об осуществлении ответчиком в адрес должника поставки каменного угля в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года в завышенных объемах.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, он, оспаривая сделки, помимо осуществления поставки на нерыночных условиях ссылался на наличие в сделках признаков недобросовестного поведения должника и ответчика, выразившегося в согласованных действиях по оформлению первичных документов на поставку угля, содержащих недостоверные (искусственно завышенные) сведения об объемах приобретенного должником у ответчика в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года каменного угля.

При этом, расчет заявленной ко взысканию с ответчика в порядке применения последствий недействительности сделки суммы излишне выплаченной стоимости угля марки ДР (0-300) был произведен конкурсным управляющим без учета данных о фактическом объеме приобретенного ответчиком за период с сентября 2015 года по апрель 2019 года для целей последующей поставки в адрес должника.

Как отмечалось ранее, определением суда от 16.12.2020 у ответчика истребованы первичные документы, подтверждающие осуществление ООО «ТрансРемСервис» в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года расходов по разгрузке угля с железнодорожного транспорта, погрузке угля в автомобильный транспорт, а также о его фактической доставке до котельных должника силами и средствами самого ответчика либо с помощью привлеченных им на коммерческой основе транспортных средств третьих лиц.

Согласно представленным ответчиком во исполнение требований суда первой инстанции документам (л.д. 49-145 т.2, 1-140 т.3) и данным представителем ответчика в ходе судебного разбирательства пояснениям, весь приобретенный ответчиком для последующей поставки в адрес должника каменный уголь был доставлен до места разгрузки в Камбарском районе Удмуртской Республики железнодорожным транспортом. При этом, приемку всех железнодорожных вагонов с поставленным в адрес ответчика каменным углем производил ИП ФИО5 на основании договора об оказании услуг от 18.09.2014 № 7.

Определением суда от 26.02.2021 истребованы у ИП ФИО5 копии всех имеющихся у него первичных документов (квитанций о приемке груза, товарно-транспортных накладных и т.д.), содержащих сведения о наименовании, маркировке и массе груза принятого ИП ФИО5 в железнодорожных вагонах, указанных в актах об оказанных услугах № 000005 от 17.01.2019, № 0000028 от 22.09.2016, № 000013 от 14.03.2019, № 0000001 от 09.01.2018, № 000010 от 09.02.2018, № 00000011 от 15.02.2018, № 00000013 от 26.02.2018, № 000027 от 06.11.2018, № 000031 от 07.12.2018, № 000034 от 28.12.2018, № 0000001 от 17.01.2017, № 0000009 от 07.02.2017, № 0000015 от 31.03.2017, № 0000011 от 28.02.2017, № 0000605 от 20.10.2017, № 000061 от 06.11.2017, № 000066 от 03.12.2017, № 00000070 от 27.12.2017, № 0000005 от 24.02.2016, № 0000006 от 14.03.2016, № 0000015 от 25.07.2016, № 0000039 от 14.12.2016, № 0000038 от 30.11.2016, подписанных между ИП ФИО5 и ООО «ТрансРемСервис» и в рамках действия договора № 7 от 18.09.2014.

Проанализировав представленные ИП ФИО5 во исполнение требований суда документы (л.д. 69-142 т.4) конкурсный управляющий установил и ответчиком не опровергнуто, что в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года данным лицом на основании договора об оказании услуг от 18.09.2014 № 7 ответчику были оказаны услуги по приемке 3 615, 3 тонн каменного угля, доставленного в адрес контрагента по оспариваемым сделкам должника железнодорожным транспортом, в том числе:

в период отопительного сезона 2015-2016 г.г. – 824, 85 тонн;

в период отопительного сезона 2016-2017 г.г. – 903,3 тонны;

в период отопительного сезона 2017-2018 г.г. – 937,45 тонн;

в период отопительного сезона 2018-2019 г.г. – 949,7 тонн.

Конкурсным управляющим также справедливо отмечено, что практически аналогичный объем доставленного железнодорожным транспортом в адрес ответчика каменного угля для целей его последующей поставки в адрес должника подтверждается материалами доследственной проверки № 280пр-2019, проведенной на основании заявления конкурсного управляющего должника (постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.08.2020 – л.д. 2-9 т.2).

Соответствующий объем каменного угля, необходимый для обеспечения надлежащей работы котельных должника, исходя из технических параметров работы котлов за период с сентября 2015 года по апрель 2019 года указан также в представленном конкурсным управляющим в дело заключении ООО «Агентство оценки «Центр» № 361/19 от 19.08.2019 «Об определении стоимости угля, потребности в топливе (угле) при производстве тепловой энергии в системах коммунального теплоснабжения, стоимости материального ущерба».

Таким образом, в материалах дела имеется совокупность доказательств, подтверждающих как фактический объем приобретенного ответчиком для целей последующей поставки в адрес должника в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года каменного угля, так и объем каменного угля, указанный в первичных документах (товарных накладных), оформленных между ответчиком и должником в тот же период в рамках исполнения обязательств по договору поставки от 01.09.2013.

В свою очередь, конкурсным управляющим сопоставлены объемы, указанные в справке главного бухгалтера должника от 29.09.2019 о поставке ответчиком в адрес должника каменного угля за период с сентября 2015 года по апрель 2019 года  с объемами фактически принятого ИП ФИО5 в интересах ответчика каменного угля в соответствующие период времени и установлено следующее:

- в период отопительного сезона 2015-2016 г.г. ответчиком в адрес должника поставлено 1 203,9 тонн каменного угля, что на 379,5 тонн больше фактически принятого ИП ФИО5 в интересах ответчика за соответствующий период времени;

- в период отопительного сезона 2016-2017 г.г. ответчиком в адрес должника поставлено 1 304,05 тонн каменного угля, что на 400,75 тонн больше фактически принятого ИП ФИО5 в интересах ответчика за соответствующий период времени;

- в период отопительного сезона 2017-2018 г.г. ответчиком в адрес должника поставлено 1 387,9  тонн каменного угля, что на 450,45 тонн больше фактически принятого ИП ФИО5 в интересах ответчика за соответствующий период времени;

- в период отопительного сезона 2018-2019 г.г. ответчиком в адрес должника поставлено 1 128,3 тонн каменного угля, что на 178,6 тонн больше фактически принятого ИП ФИО5 в интересах ответчика за соответствующий период времени.

Каких-либо иных доказательств приобретения и доставки в адрес ответчика каменного угля для последующей поставки должнику иным способом, минуя его первичную железнодорожную приемку ИП ФИО6 по договору об оказании услуг № 7 от 18.09.2014, ответчиком в материалы дела не представлены (статьи 9, 65 АПК РФ).

Также ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие фактическую передачу каменного угля должнику за период с сентября 2015 года по апрель 2019 года в количестве 5 024 тонны.

Таким образом, совокупность обозначенных конкурсным  управляющим обстоятельств и доказательств позволяют арбитражному суду признать обоснованным его утверждение о том, что в результате согласованных действий должника и ответчика общий объем поставленного ответчиком в адрес должника каменного угля был завышен на 1 408,85 тонн, следствием чего явилась необоснованная выплата должником ответчику стоимости каменного угля по договору поставки от 01.09.2013 за период с сентября 2015 года по апрель 2019 года в общем размере 7 574 322 руб. 74 коп. (расчеты – л.д. 173, 174 т. 4, 15 т.5), в том числе:

в период отопительного сезона 2015-2016 г.г. - 3 055 080 руб. 95 коп.;

в период отопительного сезона 2016-2017 г.г. - 3 204 033 руб. 85 коп.;

в период отопительного сезона 2017-2018 г.г.- 283 837 руб. 57 коп.;

в период отопительного сезона 2018-2019 г.г. – 1 031 380 руб. 37 коп.

Расчеты конкурсного управляющего ответчиком также не опровергнуты (статьи. 9, 65 АПК РФ).

Возражения представителя ответчика в данной части судом первой инстанции правильно не приняты во внимание, поскольку не обоснованы ни с правовой, ни с документальной точки зрения; заявленное представителем ответчика в ходе судебного разбирательства ходатайство о назначении экспертизы  об определении потребности в угле при производстве тепловой энергии в системах коммунального теплоснабжения котельных (с.Кама, с. Шолья, с. Балаки, с. Михайловка Камбарского района Удмуртской Республики) по состоянию на 2015-2016, 2016-2017, 2017-2018, 2018-2019 отопительные сезоны с учетом фактической температуры окружающего воздуха; фактического состояния изолированности тепловых сетей; фактического состояния изолированных отапливаемых помещений; фактического технического состояния котельного оборудования, впоследствии представителем ответчика было снято.

Как указывалось выше, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Из системного толкования пунктов 9 - 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» при разрешении споров о защите от несправедливых договорных условий, суд должен оценивать спорные условия в совокупности, установить от какой стороны исходить спорное договорное условие. В случае если, невозможно установить от какой стороны исходит спорное договорное условие (в рассматриваемом случае условие о цене работ), предполагается, что оно исходит от лица, являющимся профессионалом в соответствующей сфере, требующих специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.)

В контексте данного спора и указанных разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации профессионалом в соответствующей сфере является ответчик.

Ответчик, заключая спорные дополнительные соглашения с должником и осуществляя в адрес последнего поставку каменного угля в рамках договора поставки от 01.09.2013, как профессионал в соответствующей сфере должен был знать, что цена поставки угля и объемы поставленного угля в спорный периоды завышены, нарушена предполагаемая эквивалентность встречного предоставления, а спорные дополнительные соглашения заключаются, равно как и последующие действия ответчика по поставке должнику угля  совершаются на заведомо невыгодных для должника условиях. Существенное нарушение эквивалентности встречного представления и необоснованное завышение объема поставок повлекло в будущем соразмерное уменьшение конкурсной массы должника и частичную утрату возможности получить кредиторам должника удовлетворение свои требований, что согласно статье 2 Закона о банкротстве является достаточным критерием наличия вреда имущественным интересам кредиторов.

В нарушение статьи 65 АПК РФ иного арбитражному суду не доказано.

В связи с изложенным арбитражный суд установил наличие оснований для признания спорных дополнительных соглашений, а также действий ответчика по поставке угля в адрес должника  в рамках исполнения обязательств по договору поставки от 01.09.2013 в период с сентября 2015 года по апрель 2019 года в объеме 1 408, 85 тонн недействительными сделками применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 29 Постановления № 63, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки.

В рассматриваемом случае, с учетом существа оспариваемых сделок, суд первой правомерно применил последствия их недействительности в виде взыскания в виде взыскания с ответчика в пользу должника суммы, излишне выплаченной стоимости каменного угля в размере 7 574 322  руб. 74 коп. 

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверены и им дана надлежащая оценка.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее. 

Исходя из данных бухгалтерского баланса МУП Камбарского района «Энергия» по состоянию на 31.12.2015 кредиторская задолженность должника (строка 1520 бухгалтерского баланса) уже составляла 31 480 тыс. руб. (увеличилась по отношению к предыдущему отчетному периоду на 6 410 тыс. руб.).

Согласно бухгалтерскому балансу МУП Камбарского района «Энергия» по состоянию на 31.12.2016 кредиторская задолженность предприятия составляла 34 282 тыс. руб. (увеличилась по отношению к предшествующему отчетному периоду на 2 802 тыс. руб.).

В соответствии с бухгалтерским балансом должника по состоянию на 31.12.2017 (отчетный период непосредственно предшествующий дате возбуждения в отношении МУП Камбарского района «Энергия» дела о банкротстве) кредиторская задолженность предприятия составляла 40 454 тыс. руб. (увеличилась по отношению к предшествующему отчетному периоду на 6 172 тыс. руб. и на 15 384 тыс. руб. по отношению к показателю 2014 года).

Аналогичные показатели МУП Камбарского района «Энергия» усматриваются и в последующем отчетном периоде - по состоянию на 31.12.2018.

Отрицательная динамика коэффициентов, характеризующих платежеспособность должника на дату совершения оспариваемых сделок подтверждается также и анализом коэффициентов платежеспособности МУП Камбарского района «Энергия», содержащимся в анализе финансового состояния должника от 05.09.2018 и представленного в материалы дела по результатам проведения в отношении должника процедуры наблюдения, а именно: в таблице 4 временный управляющий пришел к следующим выводам:

большая доля кредиторской задолженности в общей структуре пассивов означает отсутствие денежных средств для погашения долгов, что свидетельствует о низкой платежеспособности предприятия. За весь период с 2016 года по 2018 год структура баланса является неудовлетворительной, так как присутствуют признаки банкротства - рост отрицательного значения по статье «непокрытый убыток» (пункт 1 таблицы № 4); 

 анализ сопоставления ликвидных активов с текущими обязательствами указывает на отсутствие платежеспособности предприятия, предприятие является банкротом (пункт 5 таблицы № 4);

за период 2017 года по 2018 год обязательства должника превышали оборотные активы, что свидетельствует о неплатежеспособности предприятия.

Из совокупности названных обстоятельств, а также динамики показателей бухгалтерской отчетности МУП Камбарского района «Энергия» видно, что на момент совершения оспариваемых сделок должник обладал признаком неплатежеспособности, имеющей устойчивую тенденцию к увеличению.

Кроме того, из материалов дела о банкротстве, на момент заключения и исполнения оспариваемых дополнительных соглашений у МУП Камбарского района «Энергия» имелись неисполненные денежные обязательства, в том числе перед МУП ЖКХ Камбарского района, ООО «Газпром Межрегионгаз Ижевск», ООО «Файерс-Гранд», требования которых в последствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, на дату заключения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатежеспособности, находившись в крайне тяжелом финансовом состоянии с размером просроченной кредиторской задолженности в сумме более 30 млн. руб. и заключил с ответчиком спорные сделки в отсутствие какой-либо разумной целесообразности, не предполагающей соразмерного встречного исполнения, то есть с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и в результате совершенных сделок был причинен вред кредиторам, что ответчику было известно из открытых источников информации, а также с учетом того, что должник, являясь муниципальным унитарным предприятием, совершил спорные сделки без соблюдения Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», что также свидетельствует о злоупотреблении правом.

Таким образом, материалами дела подтверждено и ответчиком доказательно не опровергнуто, что спорные сделки совершены в период подозрительности при наличии у должника признаков неплатежеспособности и осведомленности об этом ответчика, в результате  совершения спорных сделок из конкурсной массы должника выведены денежные средства, предназначенные для расчетов с реальными кредиторами, что повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, следовательно, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о доказанности совокупности необходимых обстоятельств для признания спорных сделок недействительными.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что ссылаясь на недействительность спорных сделок, конкурсный управляющий представил со своей стороны доказательства, подтверждающие соответствующий довод, который не оспорен ответчиком достаточными и допустимыми доказательствами (глава 7 АПК РФ), следовательно, выводы суда первой инстанции о признании недействительными спорных сделок, основаны на материалах дела, которым дана оценка в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Возражений относительно применения последствий недействительности спорных сделок апелляционная жалоба не содержит. 

Доводы апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции отклоняются в полном объеме, поскольку не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, доводы апелляционной жалобы ничем не подтверждены и не мотивированны, что свидетельствует о формальной подаче апелляционной жалобы. 

Выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств, надлежащим образом мотивированы, являются правильными, поскольку соответствуют требованиям действующего законодательства и обстоятельствам дела. 

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения настоящего обособленного спора, а также доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а также учитывая конкретные обстоятельства по настоящему спору, суд апелляционной инстанции считает, что конкурсный управляющий доказал обоснованность заявленных требований, которые ответчиком не оспорены, приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения. 

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены (изменения) судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном  подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на ответчика и уплачена им при подаче апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12 апреля 2022 года по делу № А71-11406/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

Л.М. Зарифуллина 

 

Л.В. Саликова