АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9802/22 

Екатеринбург

20 марта 2023 г.

 

Дело № А07-10196/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 марта 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О.Н.,

судей Шавейниковой О.Э., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1, рассмотрел материалы кассационных жалоб ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.01.2022 по делу № А07-10196/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа. 

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель ФИО2 – ФИО4 (удостоверение, доверенность).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.08.2020 ФИО2 (далее – должник) признана несостоятельным (банкротом), в отношении ее имущества введена процедура реализации, финансовым управляющий утверждена ФИО5 (далее – финансовый управляющий).

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об утверждении положения о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника – жилого помещения, площадью 39,40 кв.м., с кадастровым номером 02:60:010152:753.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.04.2021 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен супруг должника – ФИО6 (далее – ФИО6)

Должник обратился в арбитражный суд с заявлением об исключении из конкурсной массы имущества – жилого помещения, площадью 47,1 кв.м., с кадастровым номером 02:60:010152:2080.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.07.2021 указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.01.2022 из конкурсной массы должника исключено жилое помещение площадью 47,1 кв.м. с кадастровым номером 02:60:010152:2080, утверждено положение о порядке, условиях и сроках реализации имущества гражданина в предложенной финансовым управляющим редакции, установлена начальная цена продажи имущества должника – жилого помещения площадью 39,40 кв.м. с кадастровым номером 02:60:010152:753 в сумме 1 024 400 руб.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.102.2022 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела № А07-10196/2020 Арбитражного суда Республики Башкортостан по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена ФИО3.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2022 определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.01.2022 отменено, исключено из конкурсной массы должника жилое помещение площадью 47,1 кв.м. с кадастровым номером 02:60:010152:2080, утверждено положение о порядке, условиях и сроках реализации имущества гражданина в предложенной финансовым управляющим редакции, установлена начальная цену продажи имущества должника – жилого помещения площадью 39,40 кв.м. с кадастровым номером 02:60:010152:753 в сумме 1 024 400 руб.

Не согласившись с указанными судебными актами, должник и ФИО3 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами. 

Должник полагает, что при принятии обжалуемых судебных актов  судами не принято во внимание, что должник и члены его семьи, включая несовершеннолетних детей  и мать должника – ФИО3, являющуюся пенсионером и инвалидом,  проживают  в  жилом помещении площадью 39,40 кв.м.  При этом должник и члены его семьи не могут проживать в жилом помещении площадью 47,1 кв.м., поскольку  в   данной  квартире   фактически  проживает   бывшей  муж  ФИО7 и не дает  согласие на вселение  ФИО3,  ФИО2  в данной квартире  принадлежит только  38/100  доли. 

Кроме того, должник указывает, что при рассмотрении спора об исключении из конкурсной массы имущества должника, суд первой инстанции не привлек к участию в обособленном споре законного представителя  - отца несовершеннолетних детей ФИО7, а также отдел опеки и попечительства Администрации Городского округа г. Кумертау.

Согласно доводам кассационной жалобы ФИО3,  единственным пригодным жильем для проживания должника и членов его, семьи, включая ФИО3,  является жилое помещение площадью 39,40 кв. м. В данной квартире ФИО3 проживает и зарегистрирована с 1982 года.   С 2008  года она являлась  собственником  указанной квартиры,  но  в 2018  формально  заключила  с  дочерью  ФИО2  договор купли-продажи  с целью урегулирования наследственных вопросов, каких- либо денежных средств  за продажу квартиры с дочери не получала,  напротив продолжала сама оплачивать коммунальные услуги. При заключении договора была введена в заблуждение,  сделка является мнимой. При этом кассатор указывает, что судами не принято во внимание, что сособственник жилого помещения площадью 47,1 кв.м. бывший муж дочери  ФИО7 не является членом семьи должника и не дает согласие на вселение ФИО3, в указанную квартиру, а также, что данная квартира непригодна для проживания пяти человек. По сути,  в настоящий момент  ФИО3,  являющаяся инвалидом и пенсионером,  осталась  без  жилья.   Кроме того, ФИО3 утверждает, что финансовый управляющий не состоит в саморегулируемой организации, следовательно, является неправомочным лицом в деле о банкротстве,  а также, что в отношении него возбуждено дело об отстранении от обязанностей финансового управляющего. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителей кассационных жалоб.

  Как следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество за должником зарегистрировано следующее имущество: 

  - квартира, площадью 39,40 кв.м.,  расположенная  по адресу: 

<

...>, кв. … (далее – квартира № 1) ;

- 38/100 долей  в   общей долевой собственности  в квартире площадью 47,1 кв.м.,  расположенной  по  адресу: 

<

...>, кв… (далее – квартира №2).

Квартира   № 1   приобретена  ФИО2   по  договору купли-  продажи от 18.04.2018  у  ФИО3  ( матери должника).

В  квартире   № 1  зарегистрированы следующие  лица: ФИО3 (с 05.03.1982), ФИО2 В., ФИО7, ФИО7

Согласно  выписке   из  ЕГРП  в отношении  квартиры  № 2  38/100 долей  в   общей долевой собственности   принадлежит  ФИО7 (бывшему  мужу должника), 12/100 ФИО7  (несовершеннолетний ребенок  должника), 12/100 ФИО7 (несовершеннолетний ребенок  должника). Указанная   квартира  приобретена Л-ными 01.09.2016  с  использованием средств  материнского  капитала.

Брак между  ФИО7  и ФИО2   расторгнут  27.01.2021.

Факт  прекращения   между   Л-ными  брачных  отношений  не  оспаривался.

Финансовый управляющий, выбирая одно из жилых помещений для реализации в процедуре банкротства, ссылаясь на то, что жилое помещение с площадью 47,1 кв.м. приобретено с использованием материнского капитала и как следствие менее рентабельно и не востребовано на рынке, обратился в суд с заявлением об утверждении положения о порядке, сроках и условиях реализации другого жилого помещения должника площадью 39,40 кв.м.

Должник, указывая на исключение из конкурсной массы квартиры площадью 39, 40 кв.м., ссылается на факт  проживания   в данной   квартире  с   матерью и  несовершеннолетними детьми.  Жилое помещение площадью 47,1 кв.м. не принадлежит должнику на праве собственности, а принадлежит его несовершеннолетним детям (ФИО7 – ? доля; ФИО7 – ? доли),  что  следует  из  пункта 13 соглашения об оформлении в общую долевую собственность жилого помещения, приобретенного с использованием средств материнского капитала от 27.09.2018.

Удовлетворяя требования финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что из двух квартир, зарегистрированных за должником, квартира площадью 39,40 кв.м. является более выгодной для реализации, ее реализация не затрагивает права несовершеннолетних детей по сравнению с квартирой площадью 47,1 кв.м., а следовательно, целесообразным является включить в конкурсную массу жилое помещение площадью 39,40 кв.м. и реализовать его с целью удовлетворения требований кредиторов, определив квартиру площадью 47,1 кв.м. помещением, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет. При этом поскольку возражений по представленному финансовым управляющим положению о порядке, условиях и сроках реализации имущества должника – жилого помещения площадью 39,40 кв.м. должником, кредиторами или иными лицами, участвующими в деле, не заявлено, суд первой инстанции утвердил положение в редакции финансового управляющего, определив начальную цену подлежащего реализации имущества в сумме 1 024 400 руб.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2022 суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена ФИО3. 

Рассмотрев обособленный спор по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, установив, что оба жилых помещения, принадлежащих должнику, находятся в домах, расположенных в одном населенном пункте, на одной улице, площади существенно не отличаются, принимая во внимание, что из копии паспорта, следует, что ранее до 03.12.2018 должник был зарегистрирован в жилом помещении площадью 47,1 кв.м., исходя из того, что продажа доли в праве, а не имущества в целом ухудшает положение кредиторов, так как может повлиять на достижение максимальной цены на торгах, при том, что продажа квартиры площадью 39,40 кв.м. не затрагивает права несовершеннолетних детей, являющихся собственниками долей в размере 1/100 в квартире площадью 47,1 кв.м., суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что квартира площадью 47,1 кв.м. подлежит исключению из конкурсной массы должника, утвердил положение о порядке, условиях и сроках реализации имущества гражданина в предложенной финансовым управляющим редакции, установил начальную цену продажи жилого помещения площадью 39,40 кв.м. в сумме 1 024 400 руб.

Кроме того, отклоняя доводы ФИО3, суд апелляционной инстанции указал, что из конкурной массы исключена квартира большей площади, с учетом необходимости проживания всех членов семьи, в том числе ФИО3

В отношении доводов относительно совершенной между ФИО3 и должником сделки суд апелляционной инстанции отметил, что данные доводы не входят в предмет исследования при рассмотрении вопроса об исключении имущества из конкурсной массы должника.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы и отзывов на нее, заслушав в судебном заседании пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, проверив правомерность выводов судов первой и апелляционной инстанций, суд округа находит обжалуемые судебные акты подлежащими отмене по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, а также земельные участки, на которых расположено названное помещение.

В силу пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление от 25.12.2018 № 48), исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав (абзац 2 пункта 3 постановление от 25.12.2018 № 48).

Жилой дом, в котором гражданин зарегистрирован и постоянно или преимущественно проживает по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, признается постоянным местом жительства гражданина (абзац 8 статьи 2 Закона от 25.06.1993 № 5242-1).

Во взаимосвязи со статьей 24 Гражданского кодекса Российской Федерации данное нормативное положение предоставляет должнику имущественный (исполнительский) иммунитет, с тем чтобы – исходя из общего предназначения данного правового института – гарантировать должнику и членам его семьи, совместно проживающим в принадлежащем ему помещении, условия, необходимые для их нормального существования (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17.01.2012 № 10-О-О).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2007 № 10-П указано, что необходимость обеспечения баланса интересов кредитора и гражданина-должника требует защиты прав последнего путем не только соблюдения минимальных стандартов правовой защиты, отражающих применение мер исключительно правового принуждения к исполнению должником своих обязательств, но и сохранения для него и лиц, находящихся на его иждивении, необходимого уровня существования, с тем, чтобы не оставить их за пределами социальной жизни.

Таким образом, при определении жилого помещения, подлежащего исключению из конкурсной массы, учитывается мнение должника и его право на выбор места пребывания и жительства.

   Гарантии жилищных прав членов семьи собственника жилого помещения закреплены в статье 31 Жилищного кодекса Российской Федерации.

    По общему правилу члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с самим собственником (часть 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В силу положения частей 1, 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении.

При рассмотрении настоящего обособленного спора должник указывал, что брак между должником и ФИО6 расторгнут, после расторжения брака должник и члены его семьи, включая несовершеннолетних детей и мать, являющуюся пенсионером, инвалидом третьей группы, проживают в жилом помещении площадью 39,40 кв.м., именно в данной квартире находится «центр жизненных интересов» должника и членов его семьи. При этом должник настаивал, что мать является членом ее семьи, совместное проживание с матерью продиктовано ухудшением здоровья матери должника и необходимостью осуществления ухода за ней.

Более того, должник указывал, что в жилом помещении площадью 47,1 кв.м. у него имеется только доля в праве в размере 38/100, кроме должника, долю в праве на данное недвижимое имущество имеют дети должника и ФИО6 – ФИО7, ФИО7 с размером долей 12/100 у каждого,  бывший муж ФИО6 с размером доли 38/100, ФИО6 не давал согласие на проживание в жилом помещении  матери должника. В суде кассационной инстанции представитель должника пояснял, что совместное проживание должника и ФИО6 невозможно, ввиду неприязненных отношений.

ФИО3  в суде апелляционной  также  последовательно   приводилось аналогичные доводы, в  том числе  относительно  обстоятельств реализации  квартиры  дочери.

Вместе с тем, указанные доводы должника при определении жилого помещения, обладающего исполнительским иммунитетом, не получили должной  правовой оценки со стороны судов, что явно недостаточно для полноценного рассмотрения спора.

При  этом   судами не  учтено, что бывший  супруг   ФИО6  в силу части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не  относится  к членам  семьи  должника.   Само по себе то обстоятельство, что  за  ФИО2  и  ее  детьми зарегистрировано  право собственности доли в квартире  № 2, не может являться безусловным основанием для вселения должника и членов его действующей семьи, в том числе  матери.

           Следует  также  отметить,  что  каких – либо  обстоятельства, свидетельствующих о недобросовестных действиях ФИО2, направленных на искусственное придание квартире   № 1  статуса единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, судом  не были установлены. Равно  как  и не установлено судом, что  оба  объекта  площадью 39, 4 и  47,1  кв.м.  соответственно   обладают признаками роскошного жилья.  

           Выводы  суда апелляционной  инстанции относительно  того, что  реализации  доли в праве в квартире   № 2, а не квартиры №1  в целом ухудшает положение кредиторов,  сделаны  без  относительно  обстоятельств  данного  обособленного спора.  

          Действительно,  с  экономической  точки  зрения реализация объекта  целиком всегда  будет  являться  выгоднее,  чем реализация доли в   праве собственности. Однако  реализация имущества в   банкротстве  физических лиц подчиняется не только  экономическим интересам,  но и социальным принципам принятых  законодателем  в качестве  основополагающих,    особенно  при регулировании  хозяйственной деятельности   граждан-  потребителей  не занимающихся предпринимательской  деятельностью.   Соответственно применение в конкретном обособленном споре как формальных норм законодательства о банкротстве,  без учета соответствующих  целей принятой нормы,  так и  выводы суда,  основывающиеся  при разрешении конкретного спора только на  экономической  целесообразности, не может быть признано  соответствующим   принципам потребительского   банкротства. 

Право собственности на жилое помещение, являющееся для конкретного гражданина единственным пригодным для постоянного проживания, не может рассматриваться как исключительно экономическое право, поскольку выполняет социально значимую функцию и обеспечивает гражданину реализацию ряда основных прав и свобод, гарантированных Конституцией Российской Федерации (постановление Конституционного Суда от 14.05.2012 N 11-П).

Для правильного разрешения настоящего обособленного спора, по сути, являющегося спором об определении квартиры, защищенной исполнительским иммунитетом, судам следует определить круг членов семьи должника, исходя из чего установить потребность должника в жилом помещении (какое жилое помещение необходимо оставить за должником), определить какое именно жилое помещение используется должником и членами его семьи, исследовать вопрос о том, может ли отчуждение жилого помещения площадью 39,40 кв.м. привести к ухудшению условий проживания должника и членов его семьи, в том числе установить возможно ли совместное проживание должника с бывшим мужем – ФИО6 оценить все доводы участников спора  (в том числе  возражения  ФИО3  об обстоятельствах  реализации  объекта  своей дочери).

Кроме того, суд округа полагает необходимым отметить, что из материалов дела следует, что ФИО6  уведомлялся о дате и времени судебных заседаний по рассматриваемому обособленному спору по    адресу: 

<

...>, кв. 31,  в то  время как по утверждению кассаторов  ФИО6 зарегистрирован и проживает по адресу: 

<

...>. Указанные  обстоятельства также суду следует проверить.

При указанных обстоятельствах суд округа полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для исключения из конкурсной массы должника жилого помещения площадью 47,1 кв.м., утверждении положения о порядке о порядке, условиях и сроках реализации имущества должника – жилого помещения площадью 39,40 кв.м., определении начальной цены продажи жилого помещения площадью 39,40 кв.м.  являются преждевременными, поскольку сделаны судами без установления всех значимых для разрешения спора обстоятельств.

Допущенные судами нарушения могли привести к неправильному разрешению спора и не могут быть восполнены на стадии кассационного рассмотрения дела, поскольку требуют исследования и оценки доказательств, установления необходимых для правильного разрешения спора обстоятельств дела.

Поскольку суды первой и апелляционной инстанций не установили все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора, то обжалуемые судебные акты подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а настоящий обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 названного Кодекса направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду первой инстанции следует учесть изложенное, устранить вышеупомянутые нарушения, рассмотреть все доводы лиц, участвующих в деле, и дать им надлежащую оценку, установить обстоятельства, входящие в предмет доказывания по заявленному основанию, после чего принять законный и обоснованный судебный акт.

      Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.01.2022 по делу № А07-10196/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2022 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                             О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                          О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                      Ф.И. Тихоновский