ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-8851/2022

18 января 2023 года

г. Санкт-Петербург

/тр.1

Резолютивная часть постановления объявлена     09 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 января 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Серебровой А.Ю.

судей  Будариной Е.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

от конкурсного управляющего ФИО2 – представитель ФИО3 (по доверенности от 11.10.2022),

от ООО «Развитие и Инвестиции Энергия» - представитель ФИО4 (по доверенности от 12.07.2022),

от ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» - представитель ФИО5 (по доверенности от 17.10.2022) и представитель ФИО6 (по доверенности от 17.10.2022),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-38280/2022, 13АП-38279/2022)  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Развитие и Инвестиции» ФИО2 и Государственного унитарного предприятия «Водоканал Санкт-Петербурга» 

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.11.2022 по делу № А56-8851/2022/тр.1 (судья Даценко А.С.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью  «Развитие и Инвестиции Энергия» о включении требования в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Развитие и Инвестиции»

 

об удовлетворении заявления, 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.04.2022 в отношении общества с ограниченной ответственностью «РАЗВИТИЕ И ИНВЕСТИЦИИ» (далее – ООО «РАЗВИТИЕ И ИНВЕСТИЦИИ», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №83(7284) от 14.05.2022.

08.06.2022 в арбитражный суд поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Развитие и Инвестиции Энергия» (далее – ООО «Развитие и Инвестиции Энергия», кредитор, заявитель), направленное через информационный ресурс «Мой арбитр» 06.06.2022, о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 328 817 986 руб. 48 коп.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.10.2022 в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2

 Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 03.11.2022 №205(7408).

Определением от 02.11.2022 (резолютивная часть объявлена 11.10.2022) арбитражный суд включил требование ООО «Развитие и Инвестиции Энергия» в размере 290 216 000,00 руб. основного долга, 38 311 770,36 руб. заемных процентов и 290 216,00 руб. неустойки в реестр требований кредиторов ООО «РАЗВИТИЕ И ИНВЕСТИЦИИ» с отнесением указанного требования в третью очередь удовлетворения требований кредиторов. 

Суд первой инстанции указал, что ГУП «Водоканал Санкт-Петербург» надлежаще не опровергнута реальность заемных отношений между сторонами и фактическое существование задолженности, заявленной по требованию. Перечисление денежных средств по договору займа осуществлялось в безналичном порядке, что подтверждается представленными в материалы дела платежными документами. Сложившиеся между кредитором и должником правоотношения, приведшие к образованию спорной задолженности, не характерны для их квалификации как компенсационное финансирование, поскольку кредитор не является учредителем (участником) должника, но могут влечь применение повышенного стандарта доказывания на заявленное требование. 

  В апелляционной жалобе ГУП «Водоканал» просит отменить указанное определение, полагает, что оспариваемый судебный акт является незаконным и подлежит отмене, поскольку судом допущено неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, судом первой инстанции не дана надлежащая оценка доводам кредитора о том, что договор займа является сделкой, прикрывающей собой корпоративные правоотношения дочерней организации и должника, требования, которые связаны с правами участия в должнике, не могут конкурировать с требованиями иных кредиторов и не подлежат включению в реестр. Договор займа заключен между аффилированными организациями, подконтрольными одному лицу – ФИО7, был экономически не выгоден кредитору (отсутствие экономической целесообразности). Источником денежных средств, полученных должником по договору займа, послужили денежные средства самого должника, переведенные учредителем должника на счета дочерней организации при её учреждении.

 Конкурсный управляющий ООО «Развитие и Инвестиции» ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что не согласна с определением суда (резолютивная часть от 11.10.2022), договор займа заключен между аффилированными лицами, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ и не отрицается кредитором, кредитором не раскрыты разумные экономические мотивы сделки, на момент заключения договора займа у должника имелись собственные денежные средства в достаточном объеме, в то время как у кредитора на момент совершения сделки не имелось собственных средств достаточном объеме для предоставления займа должнику. Согласно доводам конкурсного управляющего, аффилированные лица искусственно создали кругооборот денежных средств, спорный долг возник в результате притворной сделки, скрывающей корпоративный характер, договор займа использовался участником вместо увеличения уставного капитала хозяйственного общества, в связи с чем необходимо переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 ГК РФ. Невостребование кредитором займа в разумный срок и предъявление требования только в процедуре банкротства свидетельствует о том, что спорная задолженность сформирована путем совершения мнимых сделок, направленных на формирование искусственной задолженности в целях уменьшения доли голосов независимых кредиторов и получения контроля над процедурой банкротства. 

Возражая против удовлетворения апелляционных жалоб, кредитор ООО «Развитие и Инвестиции Энергия» в отзыве на них указал, что доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего аналогичны доводам, приводимым в суд первой инстанции, которые были рассмотрены, оценены и обоснованно отклонены судом первой инстанции. Довод о несвоевременном востребовании суммы займа у должника не был заявлен и не являлся предметом рассмотрения в суде первой инстанции, в связи с чем не может быть заявлен в суде апелляционной инстанции, кроме того, противоречит материалам дела. Кредитор представил в материалы обособленного спора доказательства обращения 31.10.2019 с требованием к должнику о возврате суммы займа по договору, после получения информации об обращении ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» с иском к должнику о взыскании 2 023 913 271,61 руб. (дело №А56-110839/2019). 28.05.2021 кредитор повторно обращался к должнику с требованием погасить имеющуюся задолженность, т.е. своевременно предпринимал необходимые меры по истребованию задолженности в разумный срок. Кредитор также считает несостоятельным довод конкурсного управляющего со ссылкой на Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 31.01.2022 по делу №А56-110839/2019 о том, что источником предоставления займа являлись незаконно удерживаемые должником денежные средства, принадлежащие ГУП «Водоканал Санкт-Петербург», поскольку требования к должнику были основаны на пересчете тарифов за предыдущие периоды, о неправильности применения которых не знал ни должник, ни ГУП «Водоканал Санкт-Петербург» до проведения последним внутренней проверки. Кроме того, договор займа был заключен 20.05.2019, а решение по делу №А56-110839/2019 вступило в законную силу только 29.09.2021. Вопреки доводам конкурсного управляющего, целью заключения договора займа являлось получение кредитором прибыли в виде процентов за пользование займом, размер процентов за пользование займом составлял 7% годовых (п.1.2 договора), т.е. не являлся завышенным, заем предоставлен на два года (с 20.05.2019 по 20.05.2021), денежные средства вносились на расчетный счет должника, что подтверждается представленными в материалы обособленного спора платежными поручениями. По мнению кредитора, необоснованным является также довод конкурсного управляющего об искусственном наращивании задолженности в целях контроля над процедурой банкротства, так как договор займа заключен почти за три года до даты подачи заявления о признании должника банкротом, задолго до возникновения признаков неплатежеспособности, в отсутствие имущественного кризиса должника. Кредитор полагает, что конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства на которые он ссылается, а именно: не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что стороны не имели намерений исполнять договор или требовать его исполнения, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении, равно как не доказал корпоративную природу требования.

  Кредитор также указал, что доводы апелляционной жалобы ГУП «Водоканал Санкт-Петербург» были предметом оценки судом первой инстанции и направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств. Реальность договора займа подтверждается совокупностью представленных кредитором в материалы обособленного спора доказательств, доводы ГУП «Водоканал Санкт-Петербург» о корпоративных отношениях также являются необоснованными и были правомерно отклонены судом первой инстанции, суд первой инстанции правильно определил правоотношения сторон, предмет доказывания по спору, с достаточной полнотой выяснил, исследовал и оценил в совокупности все значимые обстоятельства, правильно применил нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, не допустил нарушения процессуального права.

 В судебном заседании представители ГУП «Водоканал Санкт-Петербург», представитель конкурсного управляющего поддержали доводы своих апелляционных жалоб, просили определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении требования кредитора отказать. 

 Представитель кредитора возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, по основаниям, изложенным в отзыве, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

  В соответствии с абзацем 8 статьи 2 Закона о банкротстве, конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия). 

Под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию (абзац четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

  Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71, 100 и 142 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

  В соответствии с пунктом 1 статьи 100 Закона о банкротстве, кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. 

Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов. 

 В пунктах 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве установлено, что возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. 

  При этом требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. 

  По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов.  

  В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - постановление N35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

 При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Таким образом, при рассмотрении вопроса обоснованности требований кредитора суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделки, действительное намерение сторон создать правовые последствия, свойственные соответствующим правоотношениям. 

При установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований, также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств (пункт 26 постановления N 35). 

 Согласно пункту 1 статьи 40 Закона о банкротстве, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований.

  Процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, а арбитражный суд - оценивает эти доказательства (в том числе их взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте (статьи 8, 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

 Общие правила доказывания предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием к должнику обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (в том числе и денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству). 

 Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). 

 С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

 Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). 

 В таком случае, основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления N 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18- 413, от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197). При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации, Верховного суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16- 7060, N А32-16155/2011). 

 Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания. 

 О применении вышеуказанных правил в деле о банкротстве также указано и в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, где указано, что к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. 

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности. 

  В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующею необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. 

 В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. 

 В данном случае заявленное кредитором требование образовалось из следующего. 

В соответствии с договором от 20.05.2019 №05/05-19 должник получил от кредитора займ в размере 300 000 000 рублей, под 7% годовых, которые не вернул к установленному условиями договора сроку вместе с причитающимися заемными процентами. 

Займодавец частично исполнил взятые на себя обязательства по передаче суммы займа в размере 290 216 000 руб., денежные средства перечислены на счет должника в период с 20.05.2019 по 15.09.2020.

Факт предоставления заемных средств подтверждается представленными в материалы обособленного спора платежными поручениями. 

  Судом первой инстанции установлено, что кредитор является заинтересованным лицом по отношению к должнику в силу статьи 19 Закона о банкротстве, так как должник является учредителем общества и его участником с долей 99,9%, что свидетельствует об их аффилированности (статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

При таких обстоятельствах к требованиям кредитора может быть применен подход, изложенный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 №308-ЭС17-1556 (2). Согласно данному подходу арбитражный суд вправе переквалифицировать договорные отношения заинтересованных лиц в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели – по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр. 

 В силу сложившейся судебной практики данный подход может быть применен не только к участникам должника, но и к иным лицам, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ "О защите конкуренции" входят в одну группу лиц с должником, в частности, к кредиторам, участником (учредителем) которых является должник. Наличие таких отношений само по себе не исключает возможность финансирования деятельности должника , используя его « дочернее » предприятие.

 Вместе с тем, правовой подход, изложенный Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.07.2017 №308-ЭС17-1556 (2), предполагает переквалификацию заемных отношений в отношения по увеличению уставного капитала материнской компанией. В рассматриваемом же случае требование предъявлено дочерней компанией, с учетом чего презумпция увеличения уставного капитала при предоставлении займа не применима, о чем справедливо указано в определении суда первой инстанции. 

 Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции, пришел к верному выводу, что наличие неисполненных должником обязательств по возврату заемных средств подтверждено материалами дела, лицами, участвующими в деле не оспорено, размер предъявленного кредитором требования определен на дату введения в отношении должника процедуры наблюдения, нарушения порядка и срока, установленных статьей 71 Закона о банкротстве для предъявления требований к должнику со стороны кредитора не допущено, в связи с чем руководствуясь положениями статей 309, 310, 807, 809, 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, правомерно признал требование по договору займа в размере 290 216 000,00 руб. основного долга, 38 311 770,36 руб. заемных процентов и 290 216,00 руб. неустойки обоснованным и включил его в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что сделка, положенная в основу требований общества, не являлась ни мнимой, ни притворной. Отношения должника и общества не были корпоративными отношениями по докапитализации, поскольку по договору займа хозяйственное общество передавало денежные средства своему мажоритарному участнику, а не наоборот; общество не является лицом, оказывающим контролирующее влияние на собственных участников. Суд пришел к выводу о том, что общество обосновало целесообразность предоставления средств должнику: последний расходовал полученное на собственные нужды, суммы займа выданы на рыночных условиях.

  Доводы апелляционных жалоб о том, что договор займа является мнимой сделкой, прикрывающей собой корпоративные правоотношения, со ссылкой лишь на то, что указанный договор заключен между аффилированными лицами, заявлялись в суде первой инстанции и обоснованно отклонены с указанием на то, что установление аффилированности между кредитором и должником не влечет отказ во включении требования в реестр кредиторов, сложившиеся правоотношения между должником и кредитором, приведшие к образованию спорной задолженности не характерны для их квалификации как компенсационное финансирование, поскольку кредитор не является учредителем (участником) должника.

 Суд первой инстанции также обоснованно отклонил доводы ГУП «Водоканал Санкт-Петербург» и конкурсного управляющего должником ФИО2 о том, что договор займа заключен исключительно для целей увеличения подконтрольной кредиторской задолженности, как не подтвержденный достаточными доказательствами. 

  Вопреки позиции апеллянтов об аффилированности кредитора и должника, ими надлежаще не опровергнута реальность заемных отношений между сторонами и фактическое существование задолженности, заявленной по требованию. Перечисление денежных средств по договору займа осуществлялось в безналичном порядке, что подтверждается представленными в материалы дела платежными документами и никем не оспаривается.

Суд апелляционной инстанции соглашается с доводами кредитора о непоследовательности конкурсного управляющего в изложении своей позиции, так, утверждая, что аффилированные лица искусственно создавали кругооборот денежных средств, а кредитор наращивал подконтрольную задолженность, конкурсный управляющий одновременно указывает, что у должника на момент заключения договора займа и в период получения денежных средств по договору не имелось признаков неплатежеспособности, при этом ссылаясь на мнимость договора займа, конкурсный управляющий указывает, что согласно выпискам из банков, денежные средства полученные по договору займа, должник потратил на цели, не предполагающие получение прибыли, а именно на погашение задолженности по налоговым обязательствам, полученные по договору займа средства не использовались должником для увеличения своих активов, что, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствует об отсутствии целесообразности договора займа.

Конкурсный управляющий ФИО2 при наличии доказательств заключения и исполнения договора займодавцем, не обосновала свой довод о мнимости или притворности договора займа, не указала, какие именно внутрикорпоративные отношения, по её мнению, прикрываются данной сделкой. 

  Взаимозависимость должника и кредитора сама по себе не является основанием для отказа во включении требований в реестр требований кредиторов, притом, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (взаимосвязанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что займодавцем должника является общество, в котором должник является единственным участником (99,9%), сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требований по возврату суммы займа для целей банкротства.

В этой связи, суд первой инстанции, исходя из презумпции добросовестности участников гражданского оборота, правомерно отклонил доводы ГУП «Водоканал Санкт-Петербург» и конкурсного управляющего о том, что отношения сторон являются не заемными, а корпоративными.

 В целом, доводы заявителей апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта. Обжалуемое определение соответствует обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.11.2022 по делу №А56-8851/2022/тр.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Развитие и Инвестиции» ФИО2 и Государственного унитарного предприятия «Водоканал Санкт-Петербурга» - без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

А.Ю. Сереброва

Судьи

Е.В. Бударина

 

 Н.А. Морозова