АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А43-18084/2021

18 января 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 января 2023 года.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Голубевой О.Н.,

судей Камановой М.Н., Павлова В.Ю.,

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу истца – 

ФИО1

на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 30.05.2023,

принятое судьей Алмаевой Е.Н., и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2023,

принятое судьями Тарасовой Т.И., Насоновой Н.А., Новиковой Л.П.,

по делу № А43-18084/2021

по иску ФИО1

к ФИО2 и 

к ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам 

общества с ограниченной ответственностью Туристическое агентство «Глобакс тур»

(ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, – 

финансовый управляющий имуществом ФИО2 – ФИО4,

и   у с т а н о в и л : 

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с иском к ФИО2 и ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью Туристическое агентство «Глобакс тур» (далее – Общество) путем взыскания 949 013 рублей 52 копеек убытков.

Исковое требование основано на статьях 53.1, 64.2 и 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО), 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон о регистрации). Требование мотивировано тем, что действия руководителя и учредителя Общества привели к неудовлетворительному финансовому состоянию организации, исключению данного лица из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), чем лишили заявителя возможности получить взысканные с него средства (неосновательное обогащение). 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4 – финансовый управляющий имуществом ФИО2

Арбитражный суд Нижегородской области решением от 30.05.2023, оставленным в силе постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2023, отказал в удовлетворении иска. Суды пришли к выводу о том, что недобросовестность и неразумность действий ответчиков, связь их поведения с неисполнением обязательств судом не установлены.

ФИО1 не согласился с принятыми судебными актами и обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просил их отменить. По мнению заявителя, ФИО2 и ФИО3 действовали неразумно и недобросовестно; суды неверно возложили бремя доказывания на истца, не учли постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П; ответчики каких-либо объяснений не представили. ФИО1 полагает, что суды не дали оценки его аргументам относительно мнимости сделок с контрагентами Общества, которые, по его мнению, являются «фирмами-однодневками». Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

Отзывы на кассационную жалобу в суд округа не поступили.

Участвующие в деле лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание окружного суда представителей не направили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность решения Арбитражного суда Нижегородской области, постановления Первого арбитражного апелляционного суда проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к изложенным в кассационной жалобе доводам. 

Как следует из материалов дела и установили суды первой и апелляционной инстанций, общество «Акрефия» перечислило Обществу денежные средства по платежным поручениям от 31.08.2017 № 316 и 317 в размере 299 211 рублей и 312 044 рублей, в назначении платежей указано «оплата по счету №93 от 31.08.2017 года за т/услуги», а также «оплата по счету №94 от 31.08.2017 года за т/услуги». Однако Обществом данные услуги оказаны не были.

Общество «Ривьера» перечислило Обществу денежные средства по платежному поручению от 04.09.2017 № 20 в размере 294 877 рублей, в назначении платежа указано «оплата по счету №95 от 31.08.2017 года за т/услуги», но услуги оказаны не были.

Общество «Акрефия» и ФИО1 15.11.2017 заключило договор цессии, согласно которому общество «Акрефия» уступило, а ФИО1 принял право требования денежных средств в размере 611 255 рублей к Обществу и все иные требования, которые могут возникнуть вследствие невыплаты денежных средств. Аналогичный договор заключен ФИО1 с обществом «Ривьера» 15.11.2017 в отношении требования на сумму 294 877 рублей. 

Решением Нижегородского районного суда города Нижнего Новгорода от 19.04.2018 по гражданскому делу № 2-4157/2018 с Общества в пользу ФИО1 взыскано 906 132 рубля неосновательного обогащения, 45 723 рубля 27 копеек процентов. 

ФИО1 выдан исполнительный лист серии ФС № 023321145 от 08.06.2018, который предъявлен в ПАО АКБ «АВАНГАРД» по месту нахождения расчетного счета Общества. 

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 15 по Нижегородской области 08.05.2020 в ЕГРЮЛ внесла регистрационную запись 2205200352267 о прекращении деятельности Общества как недействующего юридического лица. 

29.10.2020 исполнительный лист возвращен взыскателю в связи с закрытием расчетного счета должника, при этом была совершена частичная оплата на сумму 8079 рублей 75 копеек.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ директором Общества являлся ФИО2, а его единственным участником ФИО3

Названные обстоятельства явились основанием для обращения ФИО1 в арбитражный суд с настоящим иском.

Изучив материалы дела и оценив доводы жалобы, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не нашел оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом следующего.

В соответствии со статьей 64.2 (пунктами 1 и 2) Гражданского кодекса Российской Федерации считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ юридическое лицо, которое в течение 12 месяцев, предшествующих его исключению из реестра, не представляло документы отчетности и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету. Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

В статье 21.1 (пунктах 1 – 4) Закона о регистрации определено: недействующее юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном этим законом.

При наличии одновременно всех указанных признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ. Решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ.

Заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 данного закона, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается.

Согласно статье 61 (пункту 1) Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам. При этом, в силу статьи 64.2 (пункта 3), исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 кодекса.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность (пункт 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В статье 3 (пункте 3.1) Закона об ООО определено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Предусмотренное пунктом 3.1 статьи 3 Закона об ООО субсидиарная ответственность является мерой гражданско-правовой ответственности, цель которой заключается в защите нарушенных должником прав кредитора и в восстановлении его имущественного положения. Возникший из субсидиарной ответственности долг по правовому режиму может быть приравнен к долгам, возмещение которых регулируется положениями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поэтому при реализации данной ответственности необходимо установить наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, наличие вреда и причинная связь между этими элементами, а также вину правонарушителя; отсутствие вины в данном случае доказывается ответчиком.

Исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам, но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности. 

Такой подход отражен в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.05.2021 № 20-П указал следующее. 

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо – потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей сторон. Это обусловлено тем, что от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Закона об ООО, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из ЕГРЮЛ, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. При отказе от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

В развитие данной правовой позиции, в постановлении 07.02.2023 № 6-П Конституционный Суд Российской Федерации также указал следующее. 

Выравнивание объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания осуществляется, в частности, посредством возложения в силу закона на участников соответствующих отношений дополнительных обязанностей, наделения корреспондирующими правами, предоставления процессуальных преимуществ в виде презумпций и посредством процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания с целью соблюдения принципа добросовестности в его взаимосвязи с принципом справедливости для недопущения извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, в том числе при злоупотреблении правом.

Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В число мер, которые могут быть применены судом к контролирующим должника лицам при установлении их недобросовестного поведения в процессе (при уклонении от раскрытия информации о хозяйственной деятельности должника), входит и перераспределение бремени доказывания между сторонами спора. 

В связи с этим, пункт 4 статьи 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) предусматривает, что в случае непредставления лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, отзыва по причинам, признанным судом неуважительными, или явной неполноты возражений относительно предъявленных к нему требований по доводам, содержащимся в заявлении, бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности может быть возложено судом на привлекаемое к ней лицо.

Применительно к процедурам банкротства Пленум Верховного Суда Российской Федерации также исходит из того, что, хотя по общему правилу на кредиторах лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо, отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Если арбитражный управляющий или кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Этот же подход применим и к спорам о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, а равно к иным процессуальным действиям участников спора.

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в дело доказательства в совокупности и во взаимосвязи, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о том, что требование ФИО1 удовлетворению не подлежит.

Суды верно исходили из того, в деле не имеется достаточных доказательств, подтверждающих наличие признаков неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо. 

Суды двух инстанций подробно исследовали имеющиеся в деле доказательства, в том числе информацию о движении денежных средств с 01.01.2016 и установили, что поступающие на счета общества денежные средства расходовались в соответствии с основным видом экономической деятельности общества (деятельность туристических агентств). С учетом назначения платежей Обществом производилась оплата за туристические путевки с целью исполнения обязательств по заключенным возмездным договорам, списывались для оплаты комиссии банками за прием и обработку платежных документов. Неправомерность расходования денежных средств, как и совершение ответчиками действий, направленных на вывод имущества из Общества в пользу третьих лиц на невыгодных условиях перед прекращением деятельности Общества судами не установлены.

Как верно отметили суды, само по себе наличие неисполненного решения суда не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков в усугублении финансового положения организации и безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. При этом, как установили суды, Общество частично исполнило требования исполнительного документа, то есть не уклонялось от него исполнения. Истец, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом имеющихся в деле доказательств, не обосновал наличие признаков какого-либо недобросовестного или неразумного поведения ответчиков, в связи с чем у судов не имелось оснований для переноса бремени доказывания (опровержения основания иска) на последних. 

Все аргументы кассационной жалобы, по существу, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела, установленных судом апелляционной инстанции, и иную оценку доказательств, представленных в материалы дела, в связи с чем подлежат отклонению, как заявленные за пределами полномочий суда кассационной инстанции (статьи 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. Данная позиция изложена в определении от 17.02.2015 № 274-О.

Суды правомерно отказали в удовлетворении иска.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется. Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не допущено.

В соответствии со статьями 110 и 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы подлежат отнесению на заявителя.

Руководствуясь статьями 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 30.05.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2023 по делу № А43-18084/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

           Председательствующий

 

О.Н. Голубева

Судьи

М.Н. Каманова

В.Ю. Павлов