﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А18-485/2020

г. Краснодар

25 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 октября 2021 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Денека И.М. и Конопатова В.В., при участии в судебном заседании от Компании KHS GmbH (КХС Гмбх) – Фоломеева А.В. (доверенность от 02.06.2021), в отсутствие иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы KHS GmbH (КХС Гмбх) и должника – общества с ограниченной ответственностью «Миранда» в лице конкурсного управляющего Аушева Магомеда – Башир Мухарбековича на определение Арбитражного суда Республики Ингушетия  от 31.05.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда   от 03.08.2021 по делу № А18-485/2020, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Миранда» (далее – должник) в арбитражный суд обратилась Компания KHS GmbH (КХС Гмбх) (далее – компания) с заявлением о восстановлении срока для включения в реестр кредиторов,  включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника (далее – реестр) 5 528 428,88 евро, что на 15.12.2020 эквивалентно 489 708 230 рублям 19 копейкам (по курсу Банка России 88 рублей 58 копеек за 1 евро), из которых 4 636 тыс. евро основного долга, 584 428,88 евро процентов по пункту 5.1.3 контракта, 308 тыс. евро компенсации в соответствии с пунктом 5.5 контракта, обеспеченных залогом имущества должника: земельным участком площадью 4879 кв. м, категория земель – земли поселений, вид разрешенного использования по документу – для эксплуатации физкультурно-оздоровительного комплекса, расположенным по адресу: г. Москва, ул. Минская, 18, к. 2, кадастровый номер 77:07:0005005:9; объектом капитального строительства площадью 1047,7 кв. м по адресу:  г. Москва, ул. Минская, 18, к. 2, кадастровый номер 77:07:0005005:1067. В качестве основания для восстановления срока компания ссылается на то, что никаких обращений в адрес компании ни должником, ни конкурсным управляющим не направлялось; о наличии возбужденной в отношении должника процедуры конкурсного производства компания узнала 08.12.2020 от третьего лица ООО «КХС РУС».

Определением суда от 31.05.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 03.08.2021, заявление компании удовлетворено, компания признана кредитором должника на сумму 5 528 428,88 евро, что эквивалентно 489 708 230 рублям 19 копейкам (по курсу Банка России 88 рублей 58 копеек за 1 евро); требование удовлетворить за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр. Судебные акты мотивированы тем, что кредитор должен знать о банкротстве должника с даты соответствующей публикации в средствах массовой информации; информация о введении должника конкурсного производства опубликованы в установленном законом порядке, поэтому отсутствуют основания полагать, что заявитель не уведомлен надлежащим образом о признании должника банкротом. Кроме того, управляющий направил в адрес компании уведомление кредитора от 14.10.2020. Заявление компании подано 18.12.2020, то есть за пределами двухмесячного срока, установленного законом.

В кассационной жалобе компания  просит изменить принятые судебные акты, включить в реестр требование компании как обеспеченное залогом имущества должника. Компания ссылается на то, что в Арбитражном суде города Москвы рассмотрен спор компании и должника об обращении взыскания на заложенное имущество, решением Арбитражного суда города Москвы от 30.09.2019 по делу № А40-57902/2019 обращено взыскание на заложенное имущество с определением начальной продажной стоимости земельного участка в размере 147 174 059 рублей 20 копеек, нежилого здания – 62 519 379 рублей 20 копеек; постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2020 решение суда первой инстанции в части определения начальной продажной стоимости отменено; постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.11.2020 отменено постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2020, оставлено в силе решение Арбитражного суда города Москвы от 30.09.2019. Таким образом, спор об обращении взыскания на заложенное имущество завершился в суде кассационной инстанции 10.11.2020. Заявляя требования, компания указала, что в данном случае двухмесячный срок для установления требований по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, следует исчислять с 10.11.2020, поскольку до указанной даты компания не имела сведений о наличии возбужденной в отношении должника процедуры банкротства; у компании не было оснований отслеживать положение должника, так как в это же время в судах г. Москвы рассматривался спор с должником; вступившим в законную силу решением суда на залоговое имущество должника обращено взыскание. Компания в своих отношениях с должником руководствовалась разумным ожиданием исполнения вступившего в законную силу судебного акта. Спор о включении требования компании в реестр по сути является продолжением спора об обращении взыскания на залоговое имущество должника, начатого в Арбитражном суде города Москвы. Иной подход перекладывает на кредитора риски, связанные с введением процедур банкротства в отношении выдавших обеспечение лиц, что недопустимо (определение Верховного Суда Российской Федерации                             от 11.05.2021 по делу № А56-53647/2019).

  В дополнении к кассационной жалобе компания в обоснование своей позиции сослалась на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.04.2019 № 304-ЭС17-1382(8) по делу № А27-24985/2015. По мнению подателя жалобы, применительно к настоящему спору должник и заинтересованные лица своими недобросовестными действиями не позволили компании заявить требования о включении в реестр в установленный законом срок. 

Так, избрав способ защиты нарушенного права, компания 06.03.2019 обратилась в Арбитражный суд города Москвы об обращении взыскания на заложенное имущество (дело № А40-57902/2019). 

Решение вынесено судом первой инстанции 30.09.2019.  

25 октября 2019 года должник обратился с апелляционной жалобой на данное решение суда.

31 января 2020 года протоколом общего собрания участников ООО «Миранда» принято решение о ликвидации общества. Данное решение о начале процедуры ликвидации должника согласно общедоступной информации (https://egrul.nalog.ru) не зарегистрировано в уполномоченном органе.

Назначенный учредителями ликвидатор должника не подал заявление о начале процедуры ликвидации общества и не опубликовал сведения в печатном издании.

В судебном заседании в суде апелляционной инстанции по спору об обращении взыскания на предмет залога 11.02.2020, 02.03.2020, 15.04.2020 представитель должника не сообщил о процедуре ликвидации.

Заявление о признании должника банкротом подано ликвидатором 30.04.2020 без предварительного уведомления о намерении обратиться в суд с данным заявлением,  а также без опубликования уведомления о намерении обратиться с заявлением о признании себя банкротом в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ), то есть в нарушение абзаца 2 пункта 4 статьи 37 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Доказательства соблюдения требования о предварительном публичном раскрытии информации о намерении должника подать заявление о собственном банкротстве не представлены.

В нарушение пункта 4 статьи 37 Закона о банкротстве, статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) копии заявления должника не направлены конкурсным кредиторам, уполномоченным органам, другим лицам. Заявление должника о признании себя банкротом в адрес компании не поступило.

Определением суда от 04.06.2020 заявление должника принято к производству, возбуждено производство по данному делу (опубликовано 06.06.2020). Решением суда от 11.06.2020 (спустя 6 дней после принятия к производству заявления) должник признан банкротом, введена процедура конкурсного производства. В данном решении  имеются сведения о залоговых правах компании в отношении имущества должника.

После введения процедуры 11.06.2020 в апелляционный суд по спору об обращении взыскания на предмет залога конкурсный управляющий не явился. Суд не уведомил участников дела о введении в отношении должника конкурсного производства.

От должника в судебных заседаниях 15.06.2020 и 29.06.2020 приняла участие Мещерякова Ю.В. по доверенности от 08.06.2020, выданной директором должника, полномочия которого прекратились 11.06.2020 (подпункт 7 пункта 1 статьи 188 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

По мнению компании, целью введения в отношении должника процедуры банкротства был вывод имущества и денежных средств через аффилированных по отношению к должнику  кредиторов и причинение ущерба залоговому кредитору – компании, что недопустимо в силу статьи 10 Гражданского кодекса. С учетом изложенного компания считает, что включение ее требования за реестр только на основании того, что пропущен двухмесячных срок для установления требований с момента публикации, нарушает принцип pari passu (принцип обеспечения справедливости и упорядоченной ликвидации банкротов).

В кассационной жалобе должник в лице конкурсного управляющего                         Аушева М-Б.М. просит отменить определение суда от 31.05.2021 и постановление апелляционного суда от 03.08.2021, прекратить производство по делу. По мнению управляющего, задолженность компании как залогового кредитор может быть погашена исключительно за счет реализации имущества, находящегося в залоге, что исключает его нахождение в числе «зареестровых кредиторов», по которым удовлетворение требований происходит за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.  Компания в связи с пропуском соответствующего срока утратила статус залогового кредитора, а в силу положений пункта 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 данная организация неправомерно признана судом кредитором, удовлетворение требований по которому происходит за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.

В судебном заседании представитель компании поддержал доводы своей жалобы, возражал против удовлетворения жалобы должника в лице управляющего, утверждение которого признано неправомерным.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационных жалоб, выслушав пояснения представителя компании, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба компании подлежит удовлетворению, а в удовлетворении кассационной жалобы должника в лице управляющего надлежит отказать по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и общедоступных источников в сети Интернет, определением суда от 04.06.2020 заявление должника принято к производству, возбуждено производство по данному делу (опубликовано 06.06.2020). Решением суда от 11.06.2020 должник признан банкротом, введена процедура конкурсного производства.

Суды установили, что 08.10.2015  Компания и ООО «Ачалуки» заключили контракт № 08-10/15, предметом которого являлась продажа технологической линии для приготовления безалкогольных напитков. Обязательства по поставке оборудования Компания  исполнила надлежащим образом и в полном объеме, общая сумма контракта составила 6 160 тыс. евро. 

В качестве обеспечения исполнения третьим лицом обязательств по указанному контракту 16.02.2016 должник и компания заключили договор залога недвижимого  имущества (ипотеки), в соответствии с которым должник передал в залог компании в обеспечение исполнения обязательства третьим лицом принадлежащее ему на праве собственности следующее недвижимое имущество: 

– земельный участок площадью 4879 кв. м, категории земель – земли поселений, вид разрешенного использования – по документу – для эксплуатации физкультурно-оздоровительного комплекса, расположенный во адресу: г. Москва, ул. Минская, 18, к. 2, кадастровый номер 77:07:0005005:9; 

– объект капитального строительства площадью 1047,7 кв. м по адресу: г. Москва, ул. Минская, 18, к. 2, кадастровый номер 77:07:0005005:1067. 

Третьим лицом допущены нарушения условий контракта в части оплаты приобретенного оборудования (просрочка оплаты). 

Указанные обстоятельства явились основанием для направления компанией  в адрес третьего лица претензии от 28.05.2018 с требованием об осуществлении в месячный срок уплаты денежных средств в размере 705 150 евро. Пунктом 5.2 контракта предусмотрено, что если покупатель в месячный срок после письменного требования продавца не осуществит в полном объеме оплату сумм, срок оплаты которых наступил, то все платежи становятся подлежащими оплате в течение 30 дней и продавец имеет право потребовать оплаты соответствующей денежной суммы от покупателя. 

Третье лицо задолженность не уплатило, в связи с чем 10.09.2018 компания  направила претензию с требованием об оплате суммы основного долга по контракту в размере 4 636 000 евро. Данная претензия третьим лицом также оставлена без удовлетворения. 

На основании пункта 2.5 договора об ипотеке залог обеспечивает требования залогодержателя по оплате товара по основному договору (контракт от 08.10.2015                   № 408-10/15), а также обеспечивает дополнительные требования залогодержателя по основному договору, в частности, - компенсации, проценты, неустойку, убытки, понесенные в связи с просрочкой исполнения обязательств. Согласно расчету размер процентов, установленных условиями контракта, составляет 892 428,88 евро. Таким образом, общий размер задолженности, обеспеченной залогом имущества должника, составляет  5 528 428,58 евро, что на 15.12.2020 эквивалентно 489 708 230 рублям 19 копейкам (по курсу Банка России 88 рублей 58 копеек за 1 евро).

Нарушения основного кредитора ООО «Ачалуки» по уплате задолженности послужили основанием для обращения в суд с требованием к должнику об обращении взыскания на предмет залога. 

Решением Арбитражного суда города Москва от 30.09.2019 по делу                                    № A40-57902/2020 обращено взыскание в пользу компании на заложенное имущество по договору залога недвижимого имущества (ипотеки) от 16.02.2016, принадлежащего должнику. Определена начальная продажная стоимость земельного участка площадью 4879 кв. м с кадастровым номером 77:07:0005005:9 по адресу: г. Москва, ул. Минская вл., 18, корп. 2 в размере 147 174 059 рублей 20 копеек и нежилого здания общей площадью 1047,7 кв. м с кадастровым номером 77:07:0005005:1067 по адресу: г. Москва, ул. Минская вл. 18, корп. 2 в размере 62 519 379 рублей 20 копеек. Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2020 решение суда первой инстанции в части определения начальной продажной стоимости изменено. Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.11.2020  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2020 по делу № A40-57902/2019 отменено, оставлено в силе решение Арбитражного суда города Москвы от 30.09.2019.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения 18.12.2020 компании в суд с рассматриваемым требованием.

При принятии судебных актов суды руководствовались статьями 16, 69, 71, 223 Кодекса, статьями 16, 28, 32, 40, 100, 126, 128, 134, 142 Закона о банкротстве, Федеральным законом от 16.08.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее — Закон об ипотеке), статьей 96 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35).

На 06.07.2020 (и на дату закрытия реестра – 20.08.2020) у компании в отношении должника имелся вступивший в законную силу судебный акт – постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2020, которым обращено взыскание на предмет залога и компания могла заявить свои требования. Поскольку в данном случае сведения о признании должника банкротом и введении конкурсного производства были опубликованы в установленном законом порядке, основания полагать, что заявитель не уведомлен надлежащим образом о признании должника несостоятельным, отсутствуют. 

Специальное правило о начале течения срока на предъявление требований лицами в деле о банкротстве предусмотрено для лиц, являющихся взыскателями по исполнительным документам, если такие документы были переданы конкурсному управляющему в соответствии с частью 5 статьи 96 Закона об исполнительном производстве.

В рассматриваемом случае на дату открытия реестра постановление Девятого арбитражного апелляционного суда еще не было принято, то есть судебный акт, на котором компания основывает свои требования, на дату открытия реестра не вступил в силу, следовательно, на дату открытия реестра взыскателем не мог быть получен исполнительный лист и исполнительное производство в отношении должника не могло быть открыто. При таких обстоятельствах порядок уведомления кредитора об окончании исполнительного производства и введении процедуры конкурсного производства в  отношении должника, установленный в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009  № 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "Об исполнительном производстве" в случае возбуждения дела о банкротстве», не подлежал применению.

Апелляционный суд указал, что кредитор является профессиональным участником в категории дел, связанных с несостоятельностью, а также осуществляет предпринимательскую деятельность и самостоятельно несет свои риски (статьи 1, 2, 9 Гражданского кодекса), ненадлежащая реализация кредитором указанного права не свидетельствует о нарушении его прав. 

Законом о банкротстве предусмотрен общий, рассчитанный на большинство кредиторов механизм уведомления их о праве заявлять свои требования к должнику путем публикации в газете «КоммерсантЪ» и на сайте ЕФРСБ. 

Суды не установили доказательства того, что кредитор не мог в установленный срок заявить свои требования в реестр, а также объективные причины, препятствующие кредитору своевременно предъявить требования к должнику.

Вместе с тем, суды не учли следующего.

На уровне высшей судебной инстанции выработан ряд правовых позиций, согласно которым в исключительных случаях лицо может претендовать на включение задолженности в реестр требований кредиторов юридического лица,  даже несмотря на то, что требование заявлено с опозданием, то есть после закрытия указанного реестра (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве). В частности, это относится к следующим ситуациям:

– предъявление требования взыскателем по исполнительному производству, который получил уведомление от конкурсного  управляющего о передаче последнему исполнительного листа в связи с окончанием исполнительного производства (часть 5 статьи 96 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009  № 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "Об исполнительном производстве" в случае возбуждения дела о банкротстве»);

– предъявление реституционного требования кредитора к должнику-банкроту после признания недействительной сделки по специальным основаниям пункта 1 статьи 61.2 или пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве (пункт 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"»); 

– предъявление неуведомленным/поздно уведомленным (пункт 2 статьи 201.4 Закона о банкротстве) участником строительства требования к застройщику о включении в реестр (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 14452/12);

– предъявление регрессного требования гаранта к принципалу-банкроту, возникшего по правилам пункта 1 статьи 379 Гражданского кодекса после закрытия реестра (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2014                            № 307-ЭС14-100);

– предъявление цедентом после признания недействительным договора цессии требования к должнику по основному обязательству, находящемуся в банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 310-ЭС15-50(3));

– предъявление уполномоченным органом требований к банкроту при наличии к этому объективных препятствий, возникновение которых обусловлено необходимостью соблюдения установленных законодательством процедур выявления задолженности по обязательным платежам, обеспечения прав плательщиков обязательных платежей при их привлечении к публично-правовой ответственности (пункт 12 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016);

– предъявление в деле о банкротстве контролирующего лица требования о возмещении им вреда в порядке субсидиарной ответственности (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве») и др. Таким образом, данный перечень исключений не является закрытым.

Подобного рода исключения применяются, как правило, в случаях, когда возможность предъявления требований в двухмесячный срок объективно отсутствовала, в связи с чем и не была реализована кредитором: такой кредитор не должен нести негативные последствия (в виде понижения очередности) за несовершение тех действий, совершить которые он был не в состоянии.

В перечисленных примерах высшей судебной инстанцией используется юридический прием, согласно которому требование кредитора (несмотря на хронологическое опоздание) считается как бы заявленным в срок, то есть де-факто, такой срок закрытия реестра восстанавливается ввиду наличия у кредитора уважительной причины опоздания, находящейся вне его воли. 

Суд кассационной инстанции учитывает правовые выводы, изложенные вопределении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.04.2019 № 304-ЭС17-1382(8) по делу № А27-24985/2015.

Компания сослалась на нарушение должником и утвержденным по его заявлению конкурсным управляющим требований статьи 10 Гражданского кодекса, которые фактически своими действиями скрыли от компании, являющейся иностранной, и обратившейся в суд за защитой нарушенного спора путем предъявления иска об обращении взыскания на заложенное имущество, в процессе разрешения данного спора с нарушением норм действующего Российского законодательства о раскрытии информации инициировало процедуру собственного банкротства, фактически скрыв данное обстоятельство от компании.  

Данные доводы подтверждаются установленными судами обстоятельствами и общедоступными источниками в сети Интернет.

Компания 06.03.2019 обратилась в Арбитражный суд города Москвы с иском об обращении взыскания на заложенное имущество (дело № А40-57902/2019). 

Решение вынесено судом первой инстанции 30.09.2019.  

25 октября 2019 года должник обратился с апелляционной жалобой на данное решение суда.

31 января 2020 года протоколом общего собрания участников ООО «Миранда» принято решение о ликвидации общества. Данное решение о начале процедуры ликвидации должника согласно общедоступной информации (https://egrul.nalog.ru) не зарегистрировано в уполномоченном органе.

Назначенный учредителями ликвидатор должника не подал заявление о начале процедуры ликвидации общества и не опубликовал сведения в печатном издании.

В судебном заседании в суде апелляционной инстанции по спору об обращении взыскания на предмет залога 11.02.2020, 02.03.2020, 15.04.2020 представитель должника не сообщил о процедуре ликвидации. От должника в судебных заседаниях принимал участие представитель по доверенности, выданной директором должника, а не ликвидатором.

Заявление о признании должника банкротом подано ликвидатором 30.04.2020 без предварительного уведомления о намерении обратиться в суд с данным заявлением,  а также без опубликования уведомления о намерении обратиться с заявлением о признании себя банкротом в ЕФРСБ, то есть в нарушение абзаца 2 пункта 4 статьи 37 Закона о банкротстве. Доказательства соблюдения требования о предварительном публичном раскрытии информации о намерении должника подать заявление о собственном банкротстве не представлены.

В нарушение пункта 4 статьи 37 Закона о банкротстве, статьи 125 Кодекса копии заявления должника не направлены конкурсным кредиторам, уполномоченным органам, другим лицам. Заявление должника о признании себя банкротом в адрес компании не поступило.

Определением суда от 04.06.2020 заявление должника принято к производству, возбуждено производство по данному делу (опубликовано 06.06.2020). Решением суда от 11.06.2020 должник признан банкротом, введена процедура конкурсного производства. В данном решении  имеются сведения о залоговых правах компании в отношении имущества должника.

После введения процедуры 11.06.2020 в апелляционный суд по спору об обращении взыскания на предмет залога конкурсный управляющий не явился. Суд не уведомил участников дела о введении в отношении должника конкурсного производства. От должника в судебных заседаниях 15.06.2020 и 29.06.2020 приняла участие Мещерякова  Ю.В. по доверенности от 08.06.2020, выданной директором должника, а не ликвидатором, полномочия которого прекратились 11.06.2020 (подпункт 7 пункта 1 статьи 188 Гражданского кодекса).

  Таким образом, материалами дела подтверждается, что компания заявила свои требования с нарушением двухмесячного срока для обращения с требованиями не в связи с бездействием своих сотрудников, а в связи с отсутствием у нее информации о признании должника банкротом и объективным отсутствием возможности предъявления требований в двухмесячный срок в результате недобросовестных действий должника и конкурсного управляющего, поскольку должник и утвержденный управляющий скрывали от компании данную информацию.  Компания в своих отношениях с должником руководствовалась разумным ожиданием исполнения вступившего в законную силу судебного акта. Спор о включении требования компании в реестр по сути является продолжением спора об обращении взыскания на залоговое имущество должника, начатого в Арбитражном суде города Москвы. Иной подход перекладывает на кредитора риски, связанные с введением процедур банкротства в отношении выдавших обеспечение лиц, что недопустимо (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.05.2021 по делу                        № А56-53647/2019).

Установив данные обстоятельства, суды не применили норму права, подлежащую применению в данном случае, а именно, статью 10 Гражданского кодекса о недопустимости злоупотребления своими правами.   

Довод компании о том, что она узнала о банкротстве должника 08.12.2020, документально не опровергнут.

При указанных обстоятельствах требование компании, обратившейся в суд в течение двух месяцев с того момента, как она узнала о банкротстве должника, (несмотря на хронологическое опоздание) считается как бы заявленным в срок, то есть де-факто, такой срок закрытия реестра восстанавливается ввиду наличия у компании уважительной причины опоздания, находящейся вне ее воли. Вывод судов о том, что требование компании подтверждается представленными в дело доказательствами и является обоснованным, является правильным.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права либо законность решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций повторно проверяется арбитражным судом кассационной инстанции при отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 3 части 1 названной статьи.

Учитывая, что суды неправильно применили нормы материального права, подлежащие применению при рассмотрении заявления компании при определении причин пропуска двухмесячного срока для обращения с требованием, определение и постановление апелляционного суда надлежит отменить в части включения требования компании за реестр, указав, что данное требование подлежит включению в третью очередь реестра как обеспеченное залогом имущества должника: земельным участком площадью 4879 кв. м, категория земель – земли поселений, вид разрешенного использования по документу – для эксплуатации физкультурно-оздоровительного комплекса, расположенным по адресу: г. Москва, ул. Минская, 18, к. 2, кадастровый номер 77:07:0005005:9; объектом капитального строительства площадью 1047,7 кв. м по адресу:  г. Москва, ул. Минская, 18, к. 2, кадастровый номер 77:07:0005005:1067, поскольку наличие данного имущества в натуре подтверждается инвентаризационной описью управляющего должника, опубликованной в ЕФРСБ.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 31.05.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.08.2021 по делу № А18-485/2020 в части признания требования компании подлежащими удовлетворению за счет имущества должника – общества с ограниченной ответственностью «Миранда», оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, отменить. 

В отмененной части изложить абзац третий резолютивной части определения от 31.05.2021 в следующей редакции: «Указанное требование KHS GmbH (КХС Гмбх) подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Миранда» как обеспеченное залогом имущества общества с ограниченной ответственностью «Миранда»: земельным участком площадью 4 879 кв. м, категория земель – земли поселений, вид разрешенного использования по документу «для эксплуатации физкультурно-оздоровительного комплекса», расположенный по адресу: г. Москва, ул. Минская, 18, к. 2, кадастровый номер 77:07:0005005:9; объект капитального строительства площадью 1 047,7 кв. м, по адресу:  г.  Москва, ул. Минская, 18, к. 2, кадастровый номер 77:07:0005005:1067».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в прядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

И.М. Денека

В.В. Конопатов