ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

проезд Соломенной сторожки, д. 12, г. Москва, ГСП-4, 127994

официальный сайт: http://www.9aas/arbitr.ru; e-mail:9aas.info@arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-52523/2023-ГК

Дело № А40-283324/22

город Москва

29 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 сентября 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный  суд в составе:

председательствующего судьи Мезриной Е.А.,

судей Левченко Н.И., Головкиной О.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ООО "Каркаде"

на решение Арбитражного суда города Москвы от 16 июня 2023 года

по делу № А40-283324/22

по иску ООО "Выбор" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ООО "Каркаде" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании денежных средств по договору лизинга,

при участии в судебном заседании представителей: от истца: ФИО2 по доверенности от 28.12.2022, уд. адвоката № 7696 от 06.04.2005; 

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 09.12.2022, диплом  107704 0187671 от 09.12.2019;

УСТАНОВИЛ:

ООО "Выбор" обратилось в Арбитражный суд г.Москвы с иском к ООО "Каркаде" о взыскании 5 045 887,46 руб. неосновательного обогащения

Решением суда от 16 июня 2023 года по делу № А40-283324/22 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым по делу решением, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на нарушение судом норм материального права, неполное выяснение судом обстоятельств имеющих значение для дела.

В судебном заседании арбитражного апелляционного суда представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение  отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель истца в судебном заседании возражал против апелляционной жалобы, просил решение  оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

Законность и обоснованность судебного решения проверены судом апелляционной инстанции в порядке ст.ст.266, 268 АПК РФ.

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, проверив все доводы апелляционной жалобы, повторно рассмотрев материалы дела, приходит к следующим выводам.

Исковые требования мотивированы тем, что между ООО «Выбор» (лизингополучатель) и ООО «Каркаде» (лизингодатель) заключен договор лизинга от 18.04.2022 № 12260/2022, в соответствии с которым лизингодатель обязуется приобрести в собственность у продавца ООО «Тимбермашбайкал» и предоставить лизингополучателю в лизинг за плату во временное владение и пользование спецтехнику John Deere E260LC.

Лизингополучатель перечислил лизингодателю денежные средства в размере 1 500 000 руб., а также денежные средства в размере 3 348 406,99 руб., всего 4 848 406,99 руб.

Однако предмет лизинга лизингополучателю не передавался.

30.09.2022 по соглашению сторон договор лизинга расторгнут. Со стороны истца соглашение о расторжении договора подписано с протоколом разногласий. В частности, существенным для истца являлось условие о сроке возврата денежных средств. До настоящего времени протокол согласования разногласий от ответчика не поступил, возражения на протокол разногласий также не поступил.

Стороны пришли к соглашению расторгнуть договор 30.09.2022, однако срок возврата денежных средств сторонами не согласован.

Вместе с тем, удержание со стороны лизингодателя уплаченных лизинговых платежей без предоставления встречного исполнения влечет  возникновение у лизингодателя неосновательного обогащения. Разумные сроки возврата денежных средств истекли.

Также лизингополучатель оплатил страховую премию по договору страхования предмета лизинга, заключенного между ООО «Каркаде» и СПАО «Ингосстрах» в размере 197 480, 47 руб.

Однако, поскольку предмет лизинга лизингополучателю не передавался, договор лизинга расторгнут, оплата лизингополучателем страховой премии является неосновательным обогащением лизингодателя.

Претензионный порядок урегулирования спора истцом соблюден, в добровольном порядке ответчиком требования истца не удовлетворены, указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд.

В силу общего правила ст.665 Гражданского кодекса РФ, ст.2 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» по договору финансовой аренды обязанности лизингодателя сводятся к приобретению в собственность у третьей стороны (продавца) имущества и предоставлению данного имущества лизингополучателю во временное владение и пользование.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался положениями норм ст.ст. 309-310, 1102 ГК РФ. 

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Обязательства вследствие неосновательного обогащения возникают при наличии следующих условий: - приобретения или сбережения имущества в смысле увеличения стоимости собственного имущества приобретателя, присоединения к нему новых ценностей или сохранения имущества, которое по установленным законом основаниям должно было выйти из состава его имущества; - отсутствия правовых оснований для получения спорного имущества (денежных средств) ответчиком.

Судом первой инстанции установлено, что истцом совокупность данных обстоятельств доказана и подтверждена материалами дела.

Лизингодателем предмет лизинга в срок не позднее 3 месяцев с даты подписания договора лизинга лизингополучателю не передан, какие-либо уведомления истец в этот период от ответчика не получал.

При этом, согласно п.3.1. договора купли-продажи № 12280/2022 от 18.04.2022, заключенного между ООО «Тимбермаш Байкал» (продавец) и ООО «Каркаде» (покупатель), подписанного, в том числе, со стороны ООО «Выбор», товар передается лизингополучателю в присутствии покупателя в течение 45 календарных дней с момента получения оплаты продавцом.

Оплата договора купли-продажи произведена 28.04.2022.

Согласно ст. 668 ГК РФ в случае, когда имущество, являющееся предметом договора финансовой аренды, не передано арендатору в указанный в этом договоре срок, а если в договоре такой срок не указан, в разумный срок, арендатор вправе, если просрочка допущена по обстоятельствам, за которые отвечает арендодатель, потребовать расторжения договора и возмещения убытков.

28.07.2022 истцом в адрес ответчика направлено письмо, согласно которому истец просил расторгнуть договор лизинга и осуществить возврат денежных средств, оплаченных в рамках договора лизинга, принимая тот факт, что предмет лизинга не передан в пользование.

Учитывая, что договор лизинга заключен 18.04.2022, уведомление от 28.07.2022 отправлено по истечению 3 месяцев, в течение которого согласно п. 1.5.1. Общих условий ответчик обязан передать предмет лизинга лизингополучателю - истцу, а также по истечению 45 календарных дней с момента получения оплаты продавцом, после чего наступала обязанность передать товар согласно п.3.1. договора купли-продажи.

Ответчик согласился с правом истца на расторжение договора лизинга и 04.10.2022 в адрес истца с электронной почты kzinchenko@carcade.com направил в адрес истца соглашение от 30.09.2022 о расторжении договора лизинга № 12260/2022 от 18.04.2022.

В соответствии с условиями соглашения о расторжении стороны договорились расторгнуть договор лизинга (п.1.1.), а также лизингодатель обязался вернуть полученный от лизингополучателя аванс в общей сумме 4 848 406,99 руб. при условии поступления на расчетный счет лизингодателя денежных средств в полном объеме от ООО «Тибермаш Байкал» по договору купли-продажи № 12260/2022 от 18.04.2022 в соответствии с обязательством продавца, предусмотренным в соглашении от 30.09.2022 о расторжении договора купли-продажи, в течение 10 банковских дней с момента получения денежных средств в полном объеме от указанного продавца (п.2.3. соглашения о расторжении).

В указанном соглашении о расторжении в пункте 2.4. ответчиком было указано, что в связи с расторжением договора лизинга, стороны признают, что предмет лизинга лизингополучателю не передавался, пользование предметом лизинга не происходило и оснований для начисления лизинговых платежей отсутствуют. Соответственно, указанное соглашение, в том числе, содержит информацию в п.2.3., что 30.09.2022 ответчик расторг договор купли-продажи с продавцом.

Со стороны истца соглашение о расторжении договора подписано с протоколом разногласий, поскольку существенным для истца являлось условие о сроке возврата денежных средств.

Два экземпляра соглашения о расторжении договора с протоколом разногласий истцом направлено в адрес ответчика Почтой России 17.10.2022. Документы согласно идентификатора почтового отправления получены ответчиком 24.10.2022.

До настоящего времени подписанный протокол согласования разногласий от ответчика не поступил, возражения на протокол разногласий также не поступили.

Таким образом, истец, направив соглашение о расторжении договора с протоколом разногласий, направил ответчику новую оферту.

Истец считает договор лизинга расторгнутым 24.10.2022, с момента получения ответчиком новой оферты (соглашения о расторжении договора с протоколом разногласий), поскольку истец воспользовался правом на расторжение договора лизинга в связи с не передачей предмета лизинга на основании ст. 668 ГК РФ.

Ответчик признал данное право и направил в адрес истца соглашение о расторжении договора лизинга от 30.09.2022, ответчик расторг договор купли-продажи с продавцом, о чем указал в своей редакции соглашения о расторжении договора лизинга, ответчик не совершал действия по передаче предмета лизинга, а именно, не направлял в адрес истца уведомление о готовности предмета лизинга, о возможности его забрать, ответчик не начислял лизинговые платежи, требования об оплате лизинговых платежей в адрес истца не направлял, фактически правоотношения сторон прекратились.

Доводы ответчика о том, что истец отказался от принятия предмета лизинга являются необоснованными, поскольку предложение о принятия предмета лизинга произошло после расторжения договора лизинга по соглашению сторон.

В период с 04.10.2022 до 24.10.2022 для сторон действовала и имела силу направленная оферта ответчика - соглашение о расторжении договора от 30.09.2022.

В силу вышеизложенного, ответчик в период с 04.10.2022 по 24.10.2022, действия его оферты в виде соглашения о расторжении договора от 30.09.2022, не мог расторгнуть договор уведомлением от 18.10.2022 в силу отказа лизингополучателя от предмета лизинга. При этом действия лизингополучателя (истца) по отказу от предмета лизинга являются правомерными, так как истец воспользовался и действовал на основании права на расторжение договора лизинга в связи с не передачей предмета лизинга согласно ст. 668 ГК РФ и полученной офертой ответчика в виде соглашения о расторжении договора от 30.09.2022.

В силу вышеназванного, уведомление о расторжении договора лизинга от 18.10.2022, направленное в период действия оферты, не имеет правовой силы.

Кроме того, суд пришел к выводу,  что действия ответчика в отношении действия договора лизинга являются противоречивыми.

Согласно п. 4.2. Общих условий договора лизинга выгодоприобретателем по договору страхования по рискам угон (хищение), тотал (конструктивная гибель) предмета лизинга назначается лизингодатель. По остальным рискам выгодоприобретателем назначается лизингополучатель, если только иное не установлено договором страхования, заключенным в согласованной лизингодателем (в письменном виде) страховой компании. Выплата страхового возмещения при наступлении страхового случая производится с учетом п. 4.6 настоящих Общих условий договора лизинга, а также иных положений настоящего раздела общих условий договора лизинга.

Лизингополучатель оплатил страховую премию за период страхования, который выходит за сроки действия договора лизинга.

Поскольку страхователем - лицом, заключившим договор страхования со страховщиком, является лизингодатель, лизингополучатель не имеет возможности расторгнуть договор страхования, стороной которого он не является.

В то же время, финансирование лизингополучателем страхования за период после расторжения договора лизинга влечет возникновение неосновательного обогащения у лизингодателя, которому принадлежит предмет лизинга в виду отсутствия правовых оснований для страхования страхователем - лизингодателем предмета лизинга за счет лизингополучателя.

На основании вышеизложенного требования истца были удовлетворены судом первой инстанции в полном объеме.

При этом отклонены доводы ответчика о необходимости расчета сальдо встречных обязательств являются неправомерными, поскольку соглашением о расторжении договора лизинга от 30.09.2022 стороны установили иной порядок взаиморасчетов истца и ответчика

Однако суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами суда первой инстанции, в силу следующего.

В соответствии со статьей 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной.

В случае, когда имущество, являющееся предметом договора финансовой аренды, не передано арендатору в указанный в этом договоре срок, а если в договоре такой срок не указан, в разумный срок, арендатор вправе, если просрочка допущена по обстоятельствам, за которые отвечает арендодатель, потребовать расторжения договора и возмещения убытков (пункт 2 статьи 668 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 670 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором финансовой аренды, арендодатель не отвечает перед арендатором за выполнение продавцом требований, вытекающих из договора купли-продажи, кроме случаев, когда ответственность за выбор продавца лежит на арендодателе.

Риск невыполнения продавцом обязанностей по договору купли-продажи предмета лизинга и связанные с этим убытки несет сторона договора лизинга, которая выбрала продавца, если иное не предусмотрено договором лизинга (пункт 2 статьи 22 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)").

В соответствии со статьями 65, 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Между ООО «Выбор» (лизингополучатель) и ООО «Каркаде» (лизингодатель) заключен договор лизинга от 18.04.2022 № 12260/2022, в соответствии с которым лизингодатель обязуется приобрести в собственность у продавца ООО «Тимбермашбайкал» и предоставить лизингополучателю в лизинг за плату во временное владение и пользование спецтехнику John Deere E260LC. Лизингополучатель перечислил лизингодателю денежные средства в размере 1 500 000 руб., а также денежные средства в размере 3 348 406,99 руб., всего 4 848 406,99 руб. (аванс). Данные фактические обстоятельства не оспариваются сторонами.

Продавца по договору выбирал истец, что отражено в п. 1.1. договора. 

В соответствии с п. 4.1. договора стороны согласовали условие о том, что договор состоит из самого договора, приложений и дополнительных соглашений к нем,  в п. 4.2 лизингополучатель / истец подтвердил, что получил Общие условия договора лизинга и согласен с содержанием и условиями настоящей сделки. 

18.04.2022 между ответчиком и продавцом был заключен договор купли-продажи предмета лизинга, в соответствии с которым товар передается истцу в присутствии покупателя в течение 45 календарных дней с момента получения оплаты продавцом по договору.

Ссылаясь на положения п. 1.5.1 Общих условий к договору лизинга, истец тем не менее приводит их не в полном объеме, …если предмет лизинга имеется в наличии у поставщика (продавца) предмета лизинга на дату заключения договора лизинга, то лизингодатель обязан передать предмет лизинга лизингополучателю в срок не позднее 3 (трех) месяцев с даты подписания договора лизинга сторонами, при условии своевременного и надлежащего исполнения лизингополучателем обязанности по оплате лизинговых платежей, предусмотренных графиком платежей договора лизинга. При этом в случае, если поставщик (продавец) предмета лизинга готов передать лизингодателю предмет лизинга ранее срока, указанного в настоящем пункте, то лизингодатель обязан передать предмет лизинга лизингополучателю в течение 10 рабочих дней с момента подписания между лизингодателем и поставщиком (продавцом) предмета лизинга соответствующей товарной накладной и акта приема-передачи к договору купли-продажи (поставки), подтверждающих факт передачи предмета лизинга от поставщика (продавца) предмета лизинга к лизингодателю.

Также Истец ссылается на то, что лизингодателем предмет лизинга в срок не позднее 3 месяцев с даты подписания договора лизинга лизингополучателю передан не был, какие-либо уведомления истец в этот период от ответчика не получал.

Однако Истец не полностью учел положения, установленные данным пунктом, а именно, согласно указанному пункту: если предмет лизинга имеется в наличии у поставщика (продавца) предмета лизинга на дату заключения договора лизинга, то лизингодатель обязан передать предмет лизинга лизингополучателю в срок не позднее 3 (трех) месяцев с даты подписания договора лизинга сторонами, при условии своевременного и надлежащего исполнения лизингополучателем обязанности по оплате лизинговых платежей, предусмотренных графиком платежей договора лизинга.

Как следует из материалов дела, письма продавца, предмет лизинга имелся в наличии на момент заключения сторонами указанных выше сделок.

Как уже было указано ранее, Лизингополучателем был оплачем лишь авансовый платеж лизингодателю, что подтверждает сам лизингополучатель: платежное поручение № 5248 от 27.04.2022 г. на сумму 1 500 000 руб. и платежное поручение № 5250 от 27.04.2022 г. на сумму 3 348 406,99 руб., итого на общую сумму 4 848 406,99руб.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, коллегия пыталась уточнить у истца основания по которым им были нарушены условия договора в части оплаты лизинговых платежей (исходя из 45-ти дневного срока поставки, при наличии предмета лизинга у продавца) и оплата не произведена ни по одному из платежей, указанных в графике платежей. Представитель истца пояснений не дал.

Истец ссылается на положения п. 3.1. Договора купли-продажи (Поставки) № 12260/2022 от 18 апреля 2022 года, согласно которому товар передается Лизингополучателю в присутствии Покупателя в течение 45 (сорок пять) календарных дней с момента получения оплаты Продавцом по настоящему Договору. Допускается досрочная поставка.

Однако Истцом не учтены положения п. 2.3.2. Общих условий к договору лизинга № 12260/2022 от 18 апреля 2022 года, которые устанавливают обязанности лизингополучателя, а именно в данном пункте указано, что лизингополучатель обязан получить Предмет лизинга от Продавца в сроки и в порядке, установленном Договором купли-продажи.

Лизингополучателем указанные положения соблюдены не были, помимо нарушения условий договора лизинга в части оплаты лизинговых платежей,  Лизингополучатель отказался от получения предмета лизинга. Указанные обстоятельства подтверждаются письмом ООО «Выбор» (Исх. 40 от 28.07.2022 г.) (приложение № 8 к отзыву на исковое заявление).

Вместе с тем в данном письме, истец указывал на следующие обстоятельства – лизингополучатель оказался в беспрецендентной ситуации, когда отсутствует господдержка, рынки экспорта закрылись, а российский рынок не обеспечивает емкости по спросу. Новые логистические цепочки отсутствуют, кроме того, отсутствует подвижной состав для поставки сырья в необходимом количестве заказчиком, отсутствует спрос на лесопродукцию со стороны Китая и стран средней Азии, с которыми были заключены и планировались к заключению новые договоры поставки. В связи с вышеизложенным наша компания не имеет возможности вести свою деятельность в запланированных ранее объемах, под которые запланировано приобретение предмета лизинга, … из-за такой ситуации в лесной отрасли у  нашей компании образовалась уже большая задолженность перед контрагентами, поскольку нет поступлений денежных средств за уже поставленную лесопродукцию, и лесопродукцию которая готова к отправке. Также в связи с указанными обстоятельствами мы не имеет возможности производить очередные платежи по договору лизинга, что вынуждает нас отказаться от получения предмета лизинга в пользование. Исходя из сложившейся ситуации просим расторгнуть договор лизинга от 18.04.2022 и осуществить возврат денежных средств. ….сообщаем, что в настоящее время имеется возможность реализовать предмет лизинга по стоимости предмета лизинга покупателю, обратившемуся к лизингополучателю. В целях исключения несения со стороны лизингодателя каких-либо убытков, предлагаем реализовать предмет лизинга в кратчайшие сроки.

Таким образом, указанные в совокупности обстоятельства свидетельствуют, что лизингополучатель не был заинтересован во владении и пользовании предметом лизинга по договору лизинга № 12260/2022 от 18.04.2022 г., и лизинговые платежи им не оплачивались в силу изложенного в письме от 28.07.2022.

Из положений абзаца третьего пункта 1 статьи 2 ГК РФ следует, что лицо, являясь хозяйствующим субъектом и действуя в рамках предпринимательской деятельности, осуществляемой им на свой риск, должно проявлять достаточную осмотрительность в делах и разумность при заключении сделок.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.06.2007 N 366-О-П со ссылкой на постановление от 24.02.2004 N 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Выявление сторонами деловых просчетов, которые не были учтены на стадии заключения договора, при его исполнении на определенных в нем условиях, являются рисками предпринимательской деятельности. Истец знал и  должно было знать об отсутствии у него возможности исполнить договор лизинга и  должен был проявить внимательность и осмотрительность в процессе оформления сложившихся между сторонами правоотношений, как при заключении договора лизинга, так и  при акцепте  спорного соглашения о расторжении договора лизинга (о чем будет указано позднее). Непроявление требовавшейся при таких обстоятельствах осмотрительности является для Общества негативным последствием своего делового просчета.

Также судом первой инстанции не учтено, что предмет лизинга был приобретен ответчиком, его стоимость оплачена в пользу продавца по платежному поручению от 28.04.2022 на сумму 22 232 996,32руб.

Положения ст. 668 ГК РФ были применены неправомерно.

Пункт 2. ст. устанавливает последствия непередачи имущества, являющегося предметом договора аренды, в указанный в этом договоре срок либо в срок, признаваемый разумным в соответствии со ст. 314 ГК. В таком случае арендатор аналогично общему правилу п. 1 ст. 620 ГК вправе потребовать расторжения договора и возмещения убытков (см. коммент. к ст. 15, 393 ГК), но при одном условии: если просрочка допущена по обстоятельствам, за которые отвечает арендодатель.

В данном случае, предмет лизинга обоснованно не был передан лизингополучателю поскольку им не были соблюдены условия договора лизинга и не оплачивались лизинговые платежи, при этом оплата последних не ставиться в зависимость от получения в лизинг предмета лизинга.

Что касается выводов суда в части расторжения договора по соглашению сторон, и уведомления ответчика о расторжении договора лизинга от 18.10.2022, то представленное в материалы дела соглашение о расторжении не подписано никем со стороны лизинговой компании.

В силу пункта 2 статьи 432 ГК РФ договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 433 ГК РФ договор считается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

Акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии. Молчание не признается акцептом, если иное не вытекает из закона, соглашения сторон, обычая или прежних деловых отношений сторон (статьи 438 ГК РФ).

Согласно пункту 7 постановления N 49 оферта должна содержать существенные условия договора, а также выражать намерение лица, сделавшего предложение (оферента), считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение (абзац 2 пункт 1 статьи 432 ГК РФ, пункт 1 статьи 435 ГК РФ).

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" (далее - постановление N 49), условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

В силу пункта 9 постановления N 49 при заключении договора путем обмена документами для целей признания предложения офертой не требуется наличия подписи оферента, если обстоятельства, в которых сделана оферта, позволяют достоверно установить направившее ее лицо (пункт 2 статьи 434 ГК РФ).

Поскольку соблюдение письменной формы договора и внесение в него подписей сторон не связаны общими правилами определения момента заключения договора, необходимость обязательного наличия в тексте направляемого проекта договора подписи оферента отсутствует.

Указанное, следует из правового подхода, изложенного в определении судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 15.07.2015 N 14-АПГ15-7.

Соглашение о расторжении договора подписано истцом с протоколом разногласий, вместе с тем отсутствуют доказательства направления акцепта в адрес лизингодателя. Почтовые квитанции не подтверждают факт направления акцепта, поскольку не представляется возможным установить, что было направлено в почтовых отправлениях.

Таким образом, соглашение о расторжении договора не было подписано сторонами, в том числе путем обмена письмами – через направление подписанного со стороны истца соглашения и протокола разногласий к нему, оснований считать обязательства сторон по договору лизинга прекращенными с 30.09.2022 не имеется.

Направление проекта соглашения от 30.09.2022 г. о расторжении договора лизинга № 12260/2022 от 18.04.2022 г., который не содержал в себе подписи уполномоченного лица и печати, не может считаться противоречивым поведением лизингодателя в отношении договора лизинга.

Ни стороной Истца, ни судом первой инстанции не учтено, что существенным условием указанного соглашения является возврат денежных средств, который был  поставлен в зависимость от возврата денежных средств от поставщика (соглашение под отлагательным условием, которое не наступило (если считать что соглашение имеет юридическую силу).

Соглашение о расторжении договору купли-продажи (Поставки) № 12260/2022 от 18 апреля 20222 г. не было подписано по той причине, что поставщик отказался от его подписания. То обстоятельство, что договор купли-продажи (Поставки) № 12260/2022 от 18 апреля 2022 г. не был расторгнут подтверждается актом приемки-передачи от 17.10.2022 г. к договору купли-продажи (Поставки) № 12260/2022 от 18.04.2022 г. и договору лизинга № 12260/2022 от 18.04.2022 г. в соответствии с которым ООО «Каркаде» приняло транспортное средство на основании п. 4.2. договора купли-продажи (Поставки) № 12260/2022 от 18.04.2022 г.

Учитывая все вышеизложенное, суд апелляции пришел к выводу, что у суда первой инстанции не было правовых оснований для применения положений ст. 668 ГК РФ и вывода о прекращении обязательств по договору лизинга по соглашению сторон в связи с виновным поведением лизингодателя.

Напротив, в связи с отсутствием оплаты по договору лизинга, отказом от приемки предмета лизинга, суд апелляционной инстанции считает, что  ООО «Каркаде» правомерно приняло решение расторгнуть договор лизинга в одностороннем порядке в соответствии с положениями пп. 5.2.2. Общих условий договора лизинга.

18.10.2022 г. ООО «Каркаде» направило в адрес лизингополучателя уведомление о расторжении договора лизинга № 12260/2022 от 18.04.2022 г., которое не оспорено Истцом в установленном законом порядке.

При этом в соответствии со ст. 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

Исходя из положений статей 665 и 624 Гражданского кодекса, статей 2,4 и 19 Закона о лизинге по договору финансовой аренды (лизинга), функция лизингодателя в договоре выкупного лизинга не предполагает самостоятельного использования им предмета лизинга в своей предпринимательской деятельности,     а    состоит    в    финансовом    посредничестве    -    приобретении    необходимого лизингополучателю имущества за счет средств, полученных от лизингополучателя (авансовый платеж по договору лизинга), а также за счет финансирования, предоставленного самим лизингодателем.

Согласно пункту 4 статьи 453 ГК РФ стороны расторгнутого договора не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 г. № 35 «О последствиях расторжения договора», данное правило относится к случаям, когда встречные имущественные предоставления по расторгнутому договору к моменту расторжения осуществлены надлежащим образом либо при делимости предмета обязательства размеры произведенных сторонами имущественных предоставлений эквивалентны (например, размер уплаченных авансовых платежей соответствует предусмотренной в договоре стоимости оказанных услуг или поставленных товаров, такие услуги и товары сохраняют интерес для получателя сами по себе и т.п.), а потому интересы сторон договора не нарушены.

Соответственно, в случае нарушения равноценности встречных предоставлений сторон на момент расторжения договора сторона, передавшая деньги либо иное имущество во исполнение договора, вправе требовать от другой стороны возврата исполненного в той мере, в какой встречное предоставление является неравноценным, чтобы исключить возникновение неосновательного обогащения (пункт 1 статьи 1102 Гражданского кодекса).

Такой подход закреплен в абзаце втором пункта 4 статьи 453 ГК РФ.

В отношении определения равноценности встречных предоставлений при расторжении договора выкупного лизинга в п. 3.1. Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» указано, что расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно правилам».

При этом по договору лизинга № 12260/2022 от 18.04.2022 г., лизингополучатель перечислил лизингодателю авансовый платеж, то есть лизингополучатель осуществил финансирование приобретения предмета лизинга в своей части и, следовательно, был вправе рассчитывать на последующий выкуп предмета лизинга, а в случае его продажи - вправе требовать от лизингодателя выплаты денежных средств сообразно своей части вложенного.

ООО «Каркаде» исполнило свои обязательства по договору купли-продажи, перечислив 28.04.2022 г. на расчетный счет продавца денежные средства в ранее указанном размере, таким образом исполнило свою обязанность по предоставлению финансирования (оплате стоимости предмета лизинга).

Далее ООО «Каркаде» приняло предмет лизинга у продавца, что подтверждается актом приемки-передачи от 17.10.2022 г. к договору купли-продажи (Поставки) № 12260/2022 от 18.04.2022 г. и договору лизинга № 12260/2022 от 18.04.2022 г.

18.10.2022 г. договор лизинга № 12260/2022 от 18.04.2022 г. был расторгнут.

Финансирование по договору выкупного лизинга предоставляется лизингодателем в целях реализации имущественного интереса лизингополучателя, состоящего, согласно статье 19 Закона о лизинге и пункту 2 постановления Пленума № 17, в приобретении предмета лизинга в собственность лизингополучателя за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Таким образом, в данном конкретном случае ООО «Каркаде» исполнило свою обязанность по предоставлению финансирования (оплате стоимости предмета лизинга), а  лизингополучатель отказался от приемки предмета лизинга и оплате лизинговых платежей.

Поэтому в данном случае, если что  подлежит взысканию неосновательное обогащение, рассчитанное по принципу сальдо, а не аванс, уплаченный лизингополучателем по договору лизинга.

В связи с чем, ООО «Каркаде» был произведен расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга № 12260/2022 по правилам, изложенным в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. N 17 (страница 11-12 апелляционной жалобы), аналогичный расчет приведен им и в суде первой инстанции, вместе с тем доводы в части сальдо признаны судом нелегитимными.

Проверив расчет сальдо, суд апелляции, считает его верным и принимает ко взысканию. При этом данный расчет истцом не был оспорен в суде первой инстанции и письменных возражениях на апелляционную жалобу, контррасчет представлен не был. Судом апелляции было отклонено ходатайство истца о предоставлении ему времени для представления в материалы дела контррасчета, поскольку коллегия почитала, что с момента принятия апелляционной жалобы к производству 26.07.2023  до даты судебного разбирательства – 20.09.2023, у истца было достаточно времени для представления расчета, вместе с тем истец выбрал иную позицию и настаивал на требованиях, заявленных в иске, при этом не смог ответить на вопросы коллегии судей в судебном заседании. Более того, судом апелляции учтен тот факт, что расчет был представлен и в суд первой инстанции, однако от составления контррасчета сторона уклонилась.

Данные обстоятельства являются достаточными, для отказа в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства.

Итак, судебная коллегия пришла к выводу об отказе в иске в связи с применением положений ст. 668 ГК РФ и взысканию с ответчика неосновательного обогащения, рассчитанного по принципу сальдо в сумме 3 460 699,81руб.

Вторым требованием истца являлось взыскание с  ООО «Каркаде»  страховой премии в размере 197 480,47 руб., указанная сумма не могла быть квалифицирована в качестве неосновательного обогащения Лизингодателя.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Денежные средства в размере 197 480,47 руб. были оплачены не в ООО «Каркаде», а напрямую страховой компании,  не включены в расчет сальдо, таким образом у ООО «Каркаде» не приобрело и не обогатилось за счет истца на заявленную сумму.

Если рассматривать данное требование в качестве убытков, реального ущерба понесенного истцом, то основания для удовлетворения также отсутствуют.

Удовлетворяя требование, суд первой инстанции указал, что , финансирование лизингополучателем страхования за период после расторжения договора лизинга влечет возникновение неосновательного обогащения у лизингодателя, которому принадлежит предмет лизинга в виду отсутствия правовых оснований для страхования страхователем - лизингодателем предмета лизинга за счет лизингополучателя.

Денежные средства в сумме 197480,47руб. были оплачены истцом по платежному поручению 29.04.2022 в ООО «Каркаде Сервис», впоследствии истец принял решение отказаться от предмета  лизинга и предложил расторгнуть договор (28.07.2022).

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, истец не доказал, что ответчик является лицом в результате действий которого у истца возник ущерб, т.е. не доказано противоправное поведение. Более того, отсутствие вина ответчика в возникших у истца убытках и причинно-следственная связь, т.е. не доказаны все составляющие убытков.

Учитывая изложенное, оснований для взыскания суммы 197480,47руб. не имелось.

Исходя из выше изложенного, апелляционный суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований в части, отмене решения суда первой инстанции на основании п. 3,4  ч. 1 ст. 270 АПК РФ .

Руководствуясь ст.ст. 176, 266-268, п. 2 ст. 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

     

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 16 июня 2023 года по делу № А40-283324/22 отменить, исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ООО "Каркаде" в пользу ООО "Выбор" неосновательное обогащение в виде сальдо по договору лизинга в  сумме 3 460 699 руб. 81 коп.

В удовлетворении остальных требований отказать.

Взыскать с ООО "Каркаде" в пользу ООО "Выбор" 33078,00руб. в возмещение судебных расходов по оплате госпошлины по иску.

Взыскать с ООО "Выбор" в пользу ООО "Каркаде" 3000,00руб. в возмещение судебных расходов по оплате госпошлины  за подачу апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.  

 

Председательствующий судья                                                                    Мезрина Е.А.

 

Судьи:                                                                                                            Левченко Н.И.

                       

                                                                                                                        Головкина О.Г.