Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А45-7136/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 апреля 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                Кадниковой О.В.,

судей                                               Качур Ю.И.,

ФИО1

при ведении протокола помощником судьи Прусс Е.М. рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Сибирский комбинат древесных плит» (ИНН 

<

***>, далее – общество «СКДП») в лице его конкурсного управляющего ФИО6 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 29.09.2023 (судья Перминова О.К.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2023 (судьи Михайлова А.П., Иванов О.А., Фролова Н.Н.) по делу № А45-7136/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «БКДП» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – должник, общество «БКДП»), принятые по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО7 о привлечении ФИО2, ФИО8, ФИО3, ФИО4, ФИО9, ФИО5, обществ с ограниченной ответственностью (далее – общества) «СКДП», «НОВАТЭК» (ИНН 

<

***>), «ФДП» (ИНН 

<

***>), «РЕНТА» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 29 940 077,07 руб.

Третьи лица: Федеральная налоговая служба, Управление Федеральной налоговой службы по Новосибирской области, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Сибирскому федеральному округу, финансовый управляющий имуществом ФИО4 – ФИО10.

В судебном заседании в режиме веб-конференции (онлайн-режим) приняли участие: конкурсный управляющий должником ФИО7, ФИО4, представитель ФИО3 – ФИО11 по доверенности от 14.02.2024, представитель конкурсного управляющего обществом «СКДП» ФИО6 – ФИО12 по доверенности от 09.11.2022.

В здании Арбитражного суда Западно-Сибирского округа в судебном заседании принял участие представитель ФИО5 – ФИО13 по доверенности от 13.09.2023.

Суд установил:

определением Арбитражного суда Новосибирской области от 29.09.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2023, признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника его единственного участника и бывшего руководителя – ФИО4, а также: ФИО2, ФИО8, ФИО3, ФИО9, ФИО5, обществ «СКДП», «НОВАТЭК» и «РЕНТА».

В части размера субсидиарной ответственности названных лиц производство по спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами общества «БКДП».

В отношении общества «ФДП» производство по заявлению прекращено.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и общество «СКДП» обратились с кассационными жалобами.

В своих кассационных жалобах ФИО2, ФИО3, ФИО5 и общество «СКДП» просят отменить судебные акты в части признания доказанным наличия оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности, принять в этой части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего обществом «БКДП».

ФИО2 приводит доводы о том, что общество «НОВАТЭК» является партнером общества «СКДП», в связи с чем погашение должником, связанным с обществом «СКДП», обязательств последнего перед обществом «НОВАТЭК» является нормальной практикой и не свидетельствует о подконтрольности должника обществу «НОВАТЭК», руководителем которого являлся ФИО2, при этом, учитывая не совершение им вредоносных для должника сделок, полагает недоказанными основания для привлечения его к субсидиарной ответственности.

ФИО3 оспаривает выводы судов о его причастности к доведению должника до банкротства, а также отнесение его к числу контролирующих должника лиц; указывает на то, что никогда не являлся участником общества «БКДП» и не имел каких-либо иных корпоративных связей, не получал какой-либо выгоды от деятельности должника.

Кроме того, как считает ФИО3, совершенные с его участием сделки не являлись существенными для масштабов деятельности общества «БКДП» в соотношении с активами, а отчужденные транспортные средства не являлись профильным производственным активов должника, а потому не могли повлечь ухудшение его финансового состояния, более того, они возращены в конкурсную массу должника и впоследствии реализованы, что нивелирует какой-либо имущественный вред, причиненный кредиторам должника.

ФИО5 в своей кассационной жалобе ссылается на недоказанность его фактического участия в деятельности должника, отсутствие в судебных актах выводов о том, какие конкретно принятые им управленческие решения привели к имущественному кризису должника. Как указывает кассатор, он являлся участником только общества «СКДП», никогда не входил в состав участников должника и не был его руководителем; вывод судов о перечислениях обществом «СКДП» крупных денежных сумм в его пользу, носящих, якобы, безвозмездный характер, опровергается представленными в материалы дела судебными актами Заводского районного суда города Новокузнецка, согласно которым обозначенные перечисления являлись возвратом ранее выданных займов, договоры займа также были представлены в настоящее дело, недействительными не признаны.

Общество «СКДП» в кассационной жалобе ссылается на отсутствие доказательств его виновных действий, повлекших наступление банкротства должника. Сам по себе факт его аффилированности с должником, по мнению кассатора, не является безусловным основанием привлечения к субсидиарной ответственности.

ФИО4 в своей кассационной жалобе просит отменить судебные акты в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО3, ФИО9, ФИО2, обществ «СКДП», «НОВАТЭК» и «РЕНТА», принять в этой части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего обществом «БКДП». В части привлечения к субсидиарной ответственности его и ФИО5 ФИО4 просит отменить судебные акты и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы ФИО4 ссылается на то, что судами не установлен момент наступления признаков объективного банкротства должника, при этом ссылки на то, что со второго квартала 2019 года должник фактически прекратил погашение кредиторской задолженности, кассатор считает недостаточными для вывода о наступлении финансового кризиса должника. Сам по себе факт банкротства общества «БКДП», по мнению кассатора, является недостаточным для привлечения его руководителя к субсидиарной ответственности в отсутствие доказательств того, что именно его бездействие по неподаче заявления о признании должника банкротом стало причиной банкротства должника. Как утверждает ФИО4, документация должника частично была передана им конкурсному управляющему, при этом конкурсный управляющий не обосновал, отсутствие какой именно документации не позволило ему сформировать конкурсную массу, создало препятствия для выявления совершенных должником сделок.

Кроме того, как указывает ФИО4, судами не дана оценка величине оборотов (выручка) должника в первом полугодии 2019 года, который составил около 150 000 000 руб., что в сравнении с размером стоимости отчужденного имущества по признанным недействительными сделкам свидетельствует о незначительности совершенных сделок, не способных существенным образом ухудшить финансовое положение должника; сделки, совершенные в пользу ФИО3 и ФИО8 не причинили имущественного вреда кредиторам должника, поскольку имущество возвращено в конкурсную массу и реализовано; ссылки судов на выявленные конкурсным управляющим банковские операции, имеющие признаки обналичивания денежных средств, являются необоснованными, поскольку данные операции не оспорены, недействительными не признаны; доказательств наличия у ФИО9, ФИО2, обществ «РЕНТА», «НОВАТЭК» и «СКДП» статуса контролирующих должника лиц либо конечных бенефициаров, действия которых привели к банкротству должника, не имеется.

Заявленное в кассационной жалобе ФИО4 требование об отмене определения Арбитражного суда Новосибирской области от 17.06.2021 о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество ФИО8 и ФИО3 не подлежит рассмотрению в рамках настоящего кассационного производства, поскольку является самостоятельным требованием и должно быть заявлено отдельно с учетом инстанционной последовательности обжалования судебных актов.

В заседании суда кассационной инстанции участники процесса поддержали каждый свои доводы, изложенные в кассационных жалобах; конкурсный управляющий обществом «БКДП» возражал против доводов кассаторов.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции считает их подлежащим изменению в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела и установлено судами, единственным участником должника и его руководителем являлся ФИО4, он же – единственный участник общества «РЕНТА».

ФИО3 и ФИО8 – родные братья ФИО4, ФИО9 – их отец (совместно с обществом «РЕНТА» является собственником земельных участков с расположенными на них складскими помещениями и логистическим центром по адресу: Новосибирская область, поселок Плотниково, улица Школьная, дом 10А).

ФИО2 – соучредитель обществ «ФДП» и «НОВАТЭК», а также участник сделок с обществом «СКДП».

ФИО5 является контролирующим общество «СКДП» лицом, единственным участником которого является международная коммерческая компания «Эйбиси Бизнес Коммершиалс Лимитед» (Сейшельские острова).

Из выписок по счетам общества «СКДП» следует, что оно совершало в пользу ФИО5 перечисления (с 13.12.2016 по 16.11.2018) на сумму 63 819 395,64 руб. в качестве возврата займов.

Дело о банкротстве общества «СКДП» возбуждено определением суда от 17.07.2019, решением арбитражного суда от 20.01.2021 общество «СКДП» признано банкротом, открыто конкурсное производство.

Настоящее дело о банкротстве общества «БКДП» возбуждено определением суда от 27.03.2020 по заявлению кредитора.

Определением арбитражного суда от 03.07.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, решением суда от 29.10.2020 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

Направленные конкурсным управляющим в адрес ФИО4 требования о передаче документации должника не исполнены им.

В соответствии с последним бухгалтерским балансом общества «БКДП» за 2018 год его активы составляли: основные средства – 3 037 000 руб., запасы – 1 434 000 руб., дебиторская задолженность – 23 937 000 руб., однако конкурсному управляющему не переданы никакие основные средства и запасы, а также отсутствует документация для взыскания дебиторской задолженности на сумму 23 900 000 руб.

Согласно анализу финансового состояния должника признаки банкротства имелись уже по состоянию на 2018 год. За 2019 год провести такой анализ не представилось возможным в связи с непередачей бывшим руководителем общества «БКДП» документации, однако наличие признаков банкротства подтверждается сведениями из картотеки арбитражных дел, в соответствии с которыми начиная с сентября 2019 года к должнику предъявлялись иски контрагентов о взыскании задолженности (порядка 38 арбитражных дел), из которых прослеживается, что просрочка исполнения обязательств перед независимыми кредиторами началась как минимум с 03.04.2018 (решение суда по делу № А50-25658/2018, постановление апелляционного суда от 10.01.2023).

В ходе процедуры банкротства должника конкурсным управляющим на основании данных, представленных регистрирующими органами, было установлено, что в период с 2018 по 2019 годы имели место денежные переводы в пользу ФИО4 на сумму 14 509 377,86 руб., а также в пользу иных лиц в общем размере 17 917 609,90 руб.

Кроме того, были выявлены совершенные уже в процедуре наблюдения сделки по отчуждению транспортных средств должника (9 автомобилей), при этом приобретателями автомобилей были как сам ФИО4, так и его братья – ФИО3 и ФИО8; сделки признаны судом недействительными, в качестве последствий недействительности сделок на ответчиков возложена обязанность по передаче автомобилей в конкурсную массу должнику.

В связи с уклонением ФИО4 от исполнения судебных актов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом, на основании которого определением арбитражного суда от 16.12.2021 возбуждено дело № А45-18650/2021 о банкротстве ФИО4

В реестр требований ФИО4 включено требование общества «БКДП» в размере 26 827 677,07 руб. при общем размере реестра требований кредиторов – 30 996 861,13 руб.

Общества «СКДП», «НОВАТЭК» и «ФДП» вели идентичную с должником деятельность с единым фактическим центром производства и управления с последовательной сменой торгового дома с общества «НОВАТЭК» на должника.

Полагая, что созданная группа компаний в составе обществ «БКДП», «СКДП», «НОВАТЭК», «ФДП», «РЕНТА» находилась под контролем семьи К-ных с участием партнеров по бизнесу – ФИО2 и ФИО5, деятельность которой была направлена на извлечение прибыли и в тоже время уклонение об погашения кредиторской задолженности, в том числе, путем вывода ликвидного имущества должника, что в свою очередь привело к наступлению финансового кризиса должника и банкротству, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В качестве дополнительного основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал на его уклонение от передачи документации должника, отсутствие которой ограничило возможности проведения более тщательного анализа деятельного должника, оспаривания сделок и формирования конкурсной массы.

Суд первой инстанции и поддержавший его выводы апелляционный суд, признавая доказанными основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 ФИО8, ФИО3, ФИО9, ФИО2, ФИО5 и обществ «СКДП», «НОВАТЭК» и «РЕНТА», сочли доказанной наличие причинно-следственной связи между недобросовестным осуществлением группой лиц хозяйственной деятельности, направленной на собственное обогащение, в том числе, путем вывода активов должника, в то же время ограничивающей возможности кредиторов должника на получение полного удовлетворения своих требований.

Между тем суды не учли следующее.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые были необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В данном случае суды первой и апелляционной инстанций, установив уклонение ФИО4 от передачи конкурсному управляющему документации должника, существенным образом затруднившее формирование конкурсной массы, в частности посредством взыскания дебиторской задолженности, а также совершение убыточных для должника сделок по отчуждению его имущества как в свою пользу, так и в пользу близких родственников в период тяжелого финансового положения должника на момент совершения сделок, учитывая наличие у него статуса контролирующего должника лица, обоснованно сочли доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В этой части суд кассационной инстанции полагает выводы судов обоснованными и правомерными, основанными на презумпции, предусмотренной пунктом 1 и подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, не опровергнутой ФИО4

Доводы ФИО4 об обратном подлежат отклонению, как направленные на иную оценку установленных судам обстоятельств с неправильным толкованием вышеприведенных норм права.

Вместе с тем, суд округа считает ошибочным отнесение судами ФИО8, ФИО3, ФИО9, ФИО2, ФИО5 и обществ «СКДП», «НОВАТЭК» и «РЕНТА» к лицам, контролировавших должника, под влиянием которых были совершены сделки по отчуждению имущества (транспортных средств в пользу ФИО3 и ФИО14), а также выводы о получении за счет должника  обогащения ФИО9 и обществом «РЕНТА» посредством использования в хозяйственной деятельности должника земельных участков с возведенными на них складскими помещениями и логистическим центром, в результате чего имущественная сфера должника несла убытки, послужившие наступлению объективного банкротства должника.

Мотивируя причастность ФИО2, ФИО5 и общества «НОВАТЭК» к банкротству должника, суды сослались на тесную взаимосвязь указанных лиц с обществом «СКДП», которое в свою очередь является основным структурным звеном в организации производственной деятельности как должника, так и всей группы компаний.

Вместе с тем суды не установили обстоятельств, касающихся совершения ФИО8, ФИО3, ФИО9, ФИО2, ФИО5 и обществами «СКДП», «НОВАТЭК» и «РЕНТА» конкретных неправомерных действий, приведших к объективному банкротству и невозможности удовлетворения требований кредиторов, а также наличия причинно-следственной связи между их действиями и данными последствиями.

Из положений пункта 1 и подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве следует, что контролирующее должника лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности в том случае, когда оно извлекло выгоду из незаконного или недобросовестного поведения органов управления должника.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Вместе с тем конкретных выводов о том, что ФИО8, ФИО3,ФИО9, ФИО2, ФИО5 и общества «СКДП», «НОВАТЭК», «РЕНТА» действительно получили определенную имущественную выгоду в результате недобросовестного ведения хозяйственной деятельности должника и в чем именно эта выгода состоит, – судебные акты суда первой и апелляционной инстанций не содержат; обстоятельств того, что данные ответчики безусловно являются «держателями» имущества (его части) должника, и они использовались для аккумулирования имущества должника, утаенного от кредиторов, либо за ними закреплены (сохранены) объекты, являвшиеся предметом сделок с имуществом должника, либо они являлись конечными бенефициарами сделок по выводу имущества, – судами не установлено.

При этом возложенная судом на ФИО3 и ФИО8 обязанность по возврату транспортных средств по сделкам, признанным недействительными, ответчиками исполнена, автомобили поступили в конкурную массу и реализуются конкурсным управляющим на торгах.

В отношении транспортного средства Hyundai Eguus, отчужденного в пользу ФИО8, обязанность по возврату которого не исполнена им, установлено, что автомобиль находится в аварийном состоянии на штрафстоянке ГИБДД. Помимо этого, в рамках дела о банкротстве общества «НОВАТЭК» применены последствия недействительности сделки по возврату этого же автомобиля в конкурсную массу общества «НОВАТЭК», то есть является спорным факт владения транспортным средством до сделки должником, а, следовательно, вывод о причинении имущественного вреда кредиторам общества «БКДП» отчуждением автомобиля Hyundai Eguus не очевиден.

Кроме того, с учетом стоимости транспортных средств конкурсным управляющим не доказано получение ФИО3 и ФИО8 существенной (относительно масштабов деятельности должника) выгоды в виде увеличения (сбережения) активов.

На основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Привлекая ФИО9 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции отнес его к числу контролирующих должника лиц, поскольку он является отцом руководителя и участника должника ФИО4 При этом суд сослался на то, что по юридическому адресу общества «ФДП» - село Плотниково Новосибирской области, улица Школьная, 10А, – находятся нежилые помещения и земельные участки, собственником которых являлись ФИО9 и общество «РЕНТА», 100 % участник которого является ФИО4 По указанному адресу находился склад, на котором происходила отгрузка товара обществами «СКДП» и «БКДП». Суд счел, что безвозмездное использование обществами склада свидетельствует о скрытом договоре покрытия, с целью сохранения активов за ФИО9, с перекладыванием всех рисков и расходной части на юридические лица его сыновей.

Однако, материалы дела не содержат доказательств того, что эти активы в виде земельных участков и объектов недвижимости принадлежали обществу «БКДП» и были изъяты из его оборота, отсутствуют доказательства осуществления предприятиями ФИО9 своей деятельности по указанному адресу.

Также в материалах отсутствуют доказательства того, что ФИО9 являлся лицом, непосредственно принимавшим ключевые решения по деятельности должника либо каким-то иным образом влияющим на должника; отсутствуют доказательства получения им какой-либо выгоды от деятельности должника.

Относительно проведения должником оплат за общество «НОВАТЭК» судами не учтено наличие между обществами «СКДП» и «НОВАТЭК» договорных отношений, в рамках которых сторона исполняла свои обязательства посредством погашения задолженности другой стороны перед его контрагентом. Поскольку должник являлся связанным с обществом «СКДП» лицом, то оплату задолженности последнего мог проводить должник, что не является достаточным основанием для вывода о связанности всех юридических лиц и выводе активов должника через общество «НОВАТЭК».

ФИО2 привлечен судом к субсидиарной ответственности лишь на том основании, что он являлся руководителем общества «НОВАТЭК», при этом судами не установлено, какие именно финансовые операции были произведены в его пользу, оспаривались ли данные операции, то есть не установлены обстоятельства для отнесения ФИО2 к контролирующим должника лицам.

Поскольку вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО3, ФИО9, ФИО2, ФИО5 и обществ «СКДП», «НОВАТЭК» и «РЕНТА» не обоснован установленными в рамках настоящего спора обстоятельствами и не основан на имеющихся в деле доказательствах, судебные акты подлежат изменению в обжалуемой части.

Руководствуясь пунктами 1, 2 части 1 статьи 287, статьями 288, 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 29.09.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2023 по делу № А45-7136/2020 изменить в обжалуемой части, изложив резолютивную часть судебного акта в следующей редакции.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «БКДП» ФИО4.

В части размера ответственности ФИО4 производство по спору приостановить до окончания расчетов с кредиторами.

В удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «БКДП» ФИО7 отказать.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                   О.В. Кадникова

 

Судьи                                                                                                                 Ю.И. Качур

 

ФИО1