ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

06.12.2019                                                                              Дело № А40-183194/15

 

Резолютивная часть постановления оглашена 2 декабря 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 6 декабря 2019 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Зеньковой Е.Л., Мысака Н.Я.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестХолдинг» – ФИО1 по доверенности от 02.12.2018;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЗапСиб-Транссервис» – ФИО2 по доверенности от 15.02.2019;

от акционерного общества «БМ-Банк» – ФИО3 по доверенности от 30.04.2019;

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестХолдинг» и акционерного общества «БМ-Банк»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2019,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2019,

о включении требований общества с ограниченной ответственностью «ЗапСиб-Транссервис» в размере 103 487 380,52 руб. в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестХолдинг»

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестХолдинг»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 31.08.2016 общество с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестХолдинг» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2019, требования общества с ограниченной ответственностью «ЗапСиб-Транссервис» (далее – кредитор) в размере 103 487 380,52 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника и акционерное общество «БМ-Банк» (далее – банк) обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, а обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника и банка доводы кассационных жалоб поддержали, а представитель кредитора просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений относительно них, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационных жалоб.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

При этом, необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 26 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление от 22.06.2012 № 35), в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, между должником (лизингодателем) и кредитором (лизингополучателем) были заключены договоры финансовой аренды (лизинга) от 21.01.2013 № 13.01.555.0002 и от 21.02.2013 № 13.01.555.0004, предметом которых являлись полувагоны.

В связи с тем, что 14.03.2016 между лизингодателем и лизингополучателем были подписаны два соглашения о расторжении указанных договоров лизинга, а также акты возврата предмета лизинга Лизингодателю, стороны согласились и подтвердили прекращение договоров финансовой аренды (лизинга) в связи с их расторжением.

Из указанных соглашений усматривается, что лизингополучатель согласен с расторжением договоров финансовой аренды (лизинга) на основании одностороннего отказа лизингодателя от исполнения договоров, согласовано наличие обязательства лизингополучателя по оплате лизинговых платежей за период до 14.03.2016 включительно и ответственности за их просрочку, а также обязанность возвратить лизингодателю предмет лизинга.

Вместе с тем, определением Арбитражного суда Новосибирской области от 24.06.2016 требование должника, основанное на представленном им вытекающее из тех же расторгнутых соглашений договоров финансовой аренды (лизинга) включено в реестр требований кредиторов общества «ЗапСиб-Транссервис» в рамках рассмотрения дела о признании последнего несостоятельным (банкротом) в размере 151 241 568 руб. 13 коп., в том числе: 129 890 000 руб. 00 коп. - основной долг, 21 351 568 руб. 13 коп. - неустойка, с отнесением в третью очередь удовлетворения.

Как следствие, кредитор обратился с рассматриваемым в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора требованием.

В соответствии со статьей 665 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и статьей 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закона о лизинге), договором лизинга является договор, по которому арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором (лизингополучателем) имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование.

Согласно пункту 5 статьи 15 Закона о лизинге, по договору лизинга лизингополучатель обязуется принять предмет лизинга, а также выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга.

В силу статьи 28 Закона о лизинге, под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Заключенные между должником и кредитором договоры являются договорами выкупного лизинга.

В связи с этим, расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

В соответствии с правовой позицией высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 3.2 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление от 14.03.2014 № 17), если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (пункт 3.3 постановления от 14.03.2014 № 17).

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю (пункт 3.4 постановления от 14.03.2014 № 17).

Таким образом, для проведения расчета сальдо встречных обязательств необходимо определить следующие показатели: внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового), стоимость возвращенного предмета лизинга, размер финансирования, плата за финансирование, убытки и иные санкции.

В соответствии с представленным кредитором расчетом сальдо встречных обязательств по договорам, произведенным в связи с расторжением сторонам названных договоров лизинга, указанные показатели соответствуют следующим суммам: внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) – 330 266 100 руб., стоимость возвращенного предмета лизинга – 625 024 047,28 руб., размер финансирования – 598 750 000 руб., плата за финансирование – 231 701 198,63 руб., убытки и иные санкции – 21 351 568,13 руб., а в результате произведенного расчета, усматривается что разница (сальдо) на стороне лизингополучателя, то есть на стороне кредитора в размере 103 487 380,52 руб.

Представленный кредитором расчет суд первой инстанции проверил, признал его обоснованным, документально подтвержденным.

При этом, суд критически оценил представленное должником выполненное обществом с ограниченной ответственностью «Центр по оценке собственности, инвестиционных рисков Экспертиза» заключение № 014/08-17 об оценке стоимости права требования кредитора на основании расчета сальдо встреченных обязательства, в связи с досрочным расторжением договоров финансовой аренды (лизинга),, так как в определении оценки рыночной стоимости использовались данные отчета об оценке № 23-АА-АА/17-1 об определении рыночной стоимости вагонов в количестве 500 единиц и права требования должника к кредитору по договорам финансовой аренды (лизинга), выполненного обществом с ограниченной ответственностью «ЭсАрДжи-Консалтинг», тогда как дата оценки в приведенном отчете № 23-АА-АА/17-1 (23.01.2017) является значительно более поздней, чем дата возврата лизингового имущества.

Как следствие, отметили суды, а также в связи с использованием в отчете неверных арифметических показателей, он не может считаться выполненном надлежащим образом.

В сущности, доводы заявителей кассационных жалоб сводятся к тому, что судами необоснованно принят к учету  расчет сальдо встречных обязательств, представленный конкурсным управляющим кредитора, сами же возражения сводятся к ошибочности учета налога на добавленную стоимость при расчете сальдо встречных обязательств.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что указанные доводы уже были предметом исследования судов в рамках рассмотрения судебного дела № А45-23915/2015, по сути направлены на несогласие с фактическими обстоятельствами, установленными вступившим в законную силу судебным актом (постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2018 по делу № А45-23915/2015, оставленное без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.09.2019), что в соответствии с положениями статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации недопустимо.

По этой же причине, судебная коллегия отклоняет и доводы заявителей кассационных жалоб о том, что на стороне должника отсутствуют неисполненные обязательства, вытекающие из названных договоров финансовой аренды (лизинга), полагая, что эти доводы направлены на преодоление вступившего в законную силу судебного акта (постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2018 по делу № А45-23915/2015), которым установлены обстоятельства неравноценности встречного исполнения по соглашениям от 14.03.2016 по отношению к кредитору.

Судом также учтено, что в дальнейшем, после заключения соглашения о расторжении от 14.03.2016, предмет лизинга продан на открытых торгах за 728 859 900 руб., что отражено в сообщении о результатах торгов на Едином федеральном ресурсе сведений о банкротстве.

Как следствие, судами отмечено, что при указанной стоимости лизингового имущества сальдо встречных обязательств будет в пользу лизингополучателя, что не было учтено в оспариваемых соглашениях от 14.03.2016.

В сущности, доводы о принятии судом первой инстанции расчета сальдо встречных обязательств, представленного кредитором, направлены на несогласие с фактическими обстоятельствами, установленными вступившим в законную силу судебным актом, что, в соответствии со статьей 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также недопустимо.

Тогда как аналогичные доводы заявлялись и банком, и конкурсным управляющим должника при рассмотрении кассационных жалоб на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2018 по делу № А45-23915/15 и были обоснованно отклонены постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.09.2018.

Судами отмечено, что у конкурсного управляющего должника была реальная возможность представить иной расчет сальдо встречных обязательств, однако, он настаивал на расчете, изложенным в заключении от 08.09.2017 № 014/08-17.

В отношении доводов о необходимости расчета стоимости возвращенного предмета лизинга без учета налога на добавленную стоимость, судами отмечено, что в соответствии с пунктом 15 части 2 статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), операции по реализации имущества и (или) имущественных прав должников, признанных в соответствии с законодательством Российской Федерации несостоятельными (банкротами), не являются объектами налогообложения по НДС.

Исходя из положений подпункта 1 пункта 1, подпункта 15 пункта 2 статьи 146 НК РФ, во взаимосвязи с пунктом 3 статьи 38 НК РФ, реализация имущества, в том числе изготовленного в ходе текущей производственной деятельности организаций-должников, признанных в соответствии с законодательством Российской Федерации несостоятельными (банкротами), объектом налогообложения налогом не является. 

Что касается выполнения работ (оказания услуг) налогоплательщиками, признанными в соответствии с законодательством Российской Федерации несостоятельными (банкротами), то пунктом 2 статьи 146 НК РФ освобождение от налогообложения налога на добавленную стоимость операций по выполнению работ (оказанию услуг) не предусмотрено.

Судами также учтено, что согласно статье 3 Федерального законаот  29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об оценочной деятельности) под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой этот объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства.

В силу статьи 12 Закона об оценочной деятельности, итоговая величина рыночной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки.

Оценщиком (ООО «Русская служба оценки») определена рыночная стоимость лизингового имущества в размере, котором включает в себя налог на добавленную стоимость.

То есть, оценщиком определена цена, по которой спорный объект оценки может быть отчужден на рынке.

При этом, на формирование рыночной стоимости полувагонов (предмет лизинга) не влияет то обстоятельство, является ли операция по реализации имущества объектом обложения налогом на добавленную стоимость или нет.

Согласно пункту 3.5 постановления от 14.03.2014 № 17, плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования.

Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

В рассматриваемом случае, плата за финансирование в процентном виде по договорам лизинга сторонами не оспаривается (процентная ставка составляет 12,5 %).

Само по себе отсутствие в расчете сальдо встречных обязательств кредитора календарного периода, в течение которого рассчитана плата за финансирование не является основанием для признания данного показателя порочным и неприменения последнего в целях расчета сальдо.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия также полагает необходимым отметить, что кассационные жалобы не содержат указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационных жалоб аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционных жалобах, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора должником и банком в качестве возражения не заявлялось то основание, что кредитором был бы возмещен налог на добавленную стоимость в спорном размере, как следствие, выводы судов соответствуют правовым позициям высшей судебной инстанции, приведенным в определениях Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 305-ЭС14-8805 и от 20.05.2019 № 305-ЭС19-5918.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает необходимым отметить и то обстоятельство, что в силу разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. 

В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

Институт преюдициальности вступивших в законную силу судебных актов подлежит применению с учетом принципа свободы оценки судом доказательств, что вытекает из конституционных принципов независимости и самостоятельности судебной власти.

Судами отмечено, что правовых оснований для переоценки выводов судов о несоответствии доводов о неправомерности учета размера налога на добавленную стоимость в цене предмета лизинга, изложенных во вступившем в законную силу судебном акте (постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2018 по делу № А45-23915/15, оставленное без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.09.2018) в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора указано не было.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2019по делу № А40-183194/15 – оставить без изменения, кассационные жалобы – оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                   Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                               Е.Л. Зенькова

 

                                                                                                            Н.Я. Мысак