АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А15-10694/2023

30 сентября 2024 г.

г. Махачкала

 

Резолютивная часть решения объявлена 25 сентября 2024 г.

            Решение в полном объеме изготовлено 30 сентября 2024 г.

 

Арбитражный суд  Республики Дагестан  в составе судьи Аджиевой Л.З., при ведении протокола судебного заседания секретарем Абакаровой З.М., рассмотрев в судебном заседании дело по иску  ООО «Зингер Спб» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 62500 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060,  8477 руб. судебных издержек, состоящих из расходов на приобретение спорного товара в размере 49 руб., расходов на фиксацию правонарушения в размере 8000 руб., почтовых расходов в размере 145 руб., 200 руб. расходов за получение выписки из ЕГРИП (с учетом уточнения),

с участием лиц согласно протоколу,  

 

УСТАНОВИЛ:

ООО «Зингер Спб»  обратилось в Арбитражный суд Республики Дагестан с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 50000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060,  8477 руб. судебных издержек, состоящих из расходов на приобретение спорного товара в размере 49 руб., расходов на фиксацию правонарушения в размере 8000 руб., почтовых расходов в размере 145 руб., 200 руб. расходов за получение выписки из ЕГРИП (с учетом уточнения).

В последующем от истца поступило заявление об изменении исковых требований, в  котором просит взыскать с ответчика 62500 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060,  8407 руб. судебных издержек, состоящих из расходов на приобретение спорного товара в размере 49 руб., расходов на фиксацию правонарушения в размере 8000 руб., почтовых расходов в размере 158,50 руб., 200 руб. расходов за получение выписки из ЕГРИП, что суд принял.

Ответчик в отзыве на исковое заявление просит отказать.

Стороны не обеспечили явку своих представителей в судебное заседание. В связи с этим дело рассмотрено по правилам ст. 156 АПК РФ.

Исследовав материалы дела и оценив, руководствуясь статьей 71 АПК РФ, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО "Зингер Спб" является обладателем исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации N266060, который представляет собой словесное обозначение "ZINGER".

Указанный товарный знак зарегистрирован, в том числе в отношении товаров 06, 08, 14, 21, 26 классов и услуг 35, 42 классов Международной классификации товаров и услуг.

14.04.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, в супермаркете «Европейский» ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар - маникюрный инструмент (кусачка), обладающий техническими признаками контрафактности, на упаковку которого нанесено обозначение, сходное, по мнению общества, до степени смешения с товарным знаком N266060.

В подтверждение заключения сделки розничной купли-продажи истцом в материалы дела представлены кассовый чек от 16.04.2022, в котором содержатся сведения о наименовании продавца, его индивидуальном номере налогоплательщика, совпадающие с данными указанными в выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, уплаченной за товар денежной сумме, дате заключения договора розничной купли-продажи; приобретенный товар; видеозапись приобретения товара (статьи 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и часть 2 статьи 64 АПК РФ).

Полагая, что ответчиком нарушены исключительные права истца на спорный товарный знак, определив размер компенсации в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ на основании лицензионного договора от 11.08.2021, заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО2, которому истцом было предоставлено право использования товарного знака по свидетельству Российской Федерации №266060, ООО "Зингер Спб" обратилось в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Предметом настоящего иска являются требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060, они подлежат рассмотрению в арбитражном суде, независимо от субъектного состава лиц, участвующих в деле.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 названной статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В пункте 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

В пункте 59 постановления N 10 разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Материалами дела подтверждено наличие у истца исключительных прав на товарный знак по свидетельству N 266060.

Сравниваемые обозначения на контрафактном товаре, приобретенном у ответчика, и товарный знак истца содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца. На спорном товаре, приобретенном у ответчика, присутствует слово "ZINGER", схожее до степени смешения с товарным знаком по свидетельству №266060, при этом истец не передавал ответчику право на использование товарного знака. Иное ответчиком не доказано (статья 65 АПК РФ).

Факт предложения к продаже и реализации спорного товара подтвержден кассовым чеком и видеозаписью, представленными в дело истцом.

На представленной в материалы дела видеозаписи зафиксирован факт реализации спорного товара в торговой точке ответчика, проведен осмотр товара и чека.

Представленная совокупность доказательств подтверждает факт предложения товара к продаже и факт заключения договора розничной купли-продажи от имени ответчика.

Согласно ст. 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара. Ответчиком факт заключения договора купли продажи не оспорен в установленном законом порядке, договор купли-продажи недействительным не признан.

Выданный покупателю в подтверждение приобретения спорного товара терминальный чек подтверждает оплату товара.

На терминальном чеке (предоставлен в Арбитражный суд Республики Дагестан), выданном продавцом при реализации товара, имеются наименование продавца ИП ФИО1, ИНН продавца  

<

***>, дата продажи 14.04.22, наименование ТЦ «Европейский». Факт реализации товара и выдачи чека покупателю зафиксирован на видеозаписи, также предоставленной в материалы дела истцом.

Таким образом, следует, в данном торговом помещении осуществляет предпринимательскую деятельность ответчик, а значит, и ответственность за нарушение исключительных прав истца должно нести лицо, выступающее продавцом в совершенной сделке купли-продажи — ответчик по настоящему делу. Именно с ответчиком покупатель заключил договор розничной купли-продажи и именно ответчик получил доход от указанной сделки.

Истцом на основании ст. 12, 14 ГК РФ и п. 2 ст.64 АПК РФ в целях самозащиты гражданских прав была произведена видеосъёмка, которая также подтверждает предложение к продаже, заключение договора розничной купли-продажи, а, кроме того, подтверждает, что представленные товары были приобретены по представленному чеку.

Cогласно разъяснению, данному в п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10 от 23.04.2019г. «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

Статья 89 АПК РФ не предусматривает каких-либо специальных требований к носителям информации. Видеозапись реализации спорного товара с неправомерно размещенным товарным знаком, воплощенного на спорном товаре, и оригинальных изображений, была предоставлена суду в качестве приложения к исковому заявлению.

Использование видеозаписи в рамках арбитражного процесса допустимо, и не требует какого-либо особого разрешения или соблюдения каких-то особых действий или условий.

Исходя из анализа норм статей 12, 14 ГК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта продажи товара является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. При этом данная видеосъемка проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений. Оснований полагать, что данное доказательство получено с нарушением федерального закона, в деле не имеется.

Согласно статье 23 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 (ред. от 04.08.2023) «О защите прав потребителей» цена товара определяется, исходя из его цены, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование добровольно удовлетворено не было.». Соответственно, наличие ценника на товаре — обязанность продавца (п. 3 Постановления Правительства РФ от 31.12.2020 № 2463). 

Таким образом, ООО "Зингер Спб" доказало факт нарушения его исключительных прав на товарный знак действиями ответчика по продаже контрафактного товара.

В пункте 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В данном случае истцом заявлено требование о взыскании компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ исходя из цены права использования принадлежащего ему товарного знака, установленной лицензионным договором от 11.08.2021, заключенным с иным лицом.

По условиям лицензионного договора от 11.08.2021 истец предоставил лицензиату право на использование товарного знака по свидетельству N 266060 в отношении товаров 08 класса и услуг 35 класса Международной классификации товаров и услуг: 08 - кусачки для ногтей; кусачки для удаления заусенцев; наборы маникюрных инструментов; наборы педикюрных инструментов; ножницы; пилочки для ногтей; пинцеты; полировальные приспособления для ногтей (электрические или неэлектрические); щипцы для ногтей; щипцы для удаления заусенцев; щипцы; 35 - демонстрация товаров; реклама; сбыт товара через посредников.

Согласно пункту 2.1 указанного договора ежегодное вознаграждение за предоставление права использования товарного знака №266060 составляет 750 000 руб.

В связи с этим истец произвел расчет компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации в виде двукратной стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (750 000 руб./1 товарный знак/2 класса Международной классификации товаров и услуг/1 способ применения/12 месяцев * 2 из расчета двукратного размера стоимости права использования товарного знака).

При определении размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца за нарушение исключительных прав на товарный знак, суд руководствуется следующим.

Как разъяснено в пункте 61 постановления N 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательствах и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Соответственно, при избранном истцом виде компенсации и учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом вид компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение исходя из этой цены.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с расчетом размера компенсации, заявленным истцом, могут основываться на оспаривании заявленной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими такое несогласие.

В рассматриваемом случае права лицензиата по лицензионному договору от 11.08.2021 распространяются на всю территорию Российской Федерации вне зависимости от региона использования.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Буквальный смысл и действительная воля сторон лицензионного договора от 11.08.2021 выражены в установлении условия о минимальном размере вознаграждения лицензиата, выплата которого не зависит ни от объемов реализованной продукции, ни от времени их использования.

Устанавливая размер фиксированного вознаграждения, лицензиар не проводил расчет стоимости права пользования на основе фактически реализуемых лицензиатом полномочий. Фиксированное вознаграждение лицензионного договора не обладает динамическим характером ценообразования. Правообладателем устанавливается фиксированная стоимость использования объекта интеллектуальной собственности вне зависимости от региона использования, реализуемых товаров или каких-либо других параметров. Основным критерием для определения размера фиксированного вознаграждения служит сам по себе любой предусмотренный договором вид использования объекта интеллектуальной собственности.

В каком объеме использовать предоставленное право на товарный знак, остается на усмотрение лица, которому предоставляется указанное право, и не влияет на минимальный размер вознаграждения.

Ввиду изложенного суд соглашается с произведенным истцом расчетом компенсации (750 000 руб./1 товарный знак/2 класса Международной классификации товаров и услуг/1 способ применения / 12 месяцев).

В Постановлении от 24.07.2020 N 40-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Конституционный Российской Федерации суд указал на необходимость учитывать все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины.

При определении размера компенсации суд учитывает характер нарушения, допущенного ответчиком, разъяснения пункта 62 постановления N 10, приведенные позиции Конституционного суда Российской Федерации, принимает во внимание, что нарушение ответчиком исключительных прав истца на товарный знак не носило грубый характер и было совершено однократно, правообладатель не понес значительных имущественных потерь (стоимость реализованного контрафактного товара составляет 41 руб.), размер предъявленной к взысканию компенсации, исчисленной по избранному истцом правилу, многократно превышает стоимость товара, продажа спорного товара не являлась существенной частью хозяйственной деятельности ответчика.

Таким образом, требования ООО "Зингер Спб", направленные на взыскание с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав в размере 62 500 руб., не представляется возможным расценивать в качестве обоснованных с точки зрения разумности и справедливости, как обеспечивающего баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, в связи с чем суд полагает, что применительно к рассматриваемому спору имеются основания для снижения размера взыскиваемой истцом компенсации до 31 250 руб. (однократная стоимость права использования товарного знака).

Статья 101 АПК РФ закрепляет, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Конституционным Судом Российской Федерации была выработана правовая позиция, изложенная в Постановлении от 28.10.2021 N 46-П, в соответствии с которой решение арбитражного суда о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, определенной истцом (правообладателем) в минимальном размере, установленном законом, - как по основаниям его принятия, так и по вызываемым юридическим последствиям - не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований, обусловленным отсутствием (недоказанностью) надлежащих оснований для их признания судом полностью обоснованными.

Оценка такого судебного акта для целей распределения судебных расходов между лицами, участвующими в деле, должна учитывать выявленные Конституционным Судом Российской Федерации отличительные особенности итогового определения судом размера компенсации за нарушение индивидуальным предпринимателем при осуществлении предпринимательской деятельности исключительных прав и лежащих в их основе материальных правоотношений (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П и от 24.07.2020 N 40-П).

Снижение арбитражным судом размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, когда требование о выплате такой компенсации было заявлено правообладателем в минимальном размере, предусмотренном нормами ГК РФ для соответствующего нарушения, не может - по своим отличительным юридическим параметрам - приравниваться к частичному удовлетворению исковых требований.

Принятие соответствующего судебного акта фактически означает доказанность нарушения исключительных прав правообладателя, а снижение размера подлежащей выплате компенсации обусловливается не неправомерностью (чрезмерностью) заявленного им ее минимального размера, а наличием оснований для использования особого правомочия арбитражного суда, обусловленных не избыточностью исковых требований, а необходимостью - с учетом обстоятельств конкретного дела и личности нарушителя - соблюдения конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности при применении данной штрафной санкции, выполняющей, наряду с защитой частных интересов правообладателя, публичную функцию превенции.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 28.10.2021 N 46-П, часть 1 статьи 110 АПК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает взыскания с обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности судебных расходов, понесенных нарушителем таких прав, в случае, когда, установив нарушение исключительных прав и удовлетворяя требования правообладателя о выплате ему компенсации за их нарушение, заявленные в минимальном размере, предусмотренном законом для соответствующего нарушения, арбитражный суд принимает решение о снижении размера компенсации. При названных обстоятельствах взыскание с правообладателя расходов на оплату услуг представителя ответчика ограничивает в подобных случаях возможность защиты объектов интеллектуальной собственности и не только не обеспечивает восстановления имущественной сферы истца, но и не способствует достижению публично-правовой цели - стимулированию участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению, исключающему получение собственных преимуществ в предпринимательской деятельности с помощью неправомерных методов и средств. Подобная ситуация противоречит пункту 4 статьи 1 ГК РФ, согласно которому никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения, и фактически препятствует правообладателю защищать свое нарушенное право в судебном порядке.

С учетом изложенного, арбитражный суд приходит к выводу о том, что принятие решения о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации в размере 31 250 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак фактически означает доказанность нарушения исключительного права правообладателя, а снижение размера подлежащей выплате компенсации, заявленной в минимальном размере - двукратный размер стоимости права использования, обусловлено не неправомерностью (чрезмерностью) заявленного им требования, а необходимостью с учетом обстоятельств конкретного дела - соблюдения конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности при применении данной штрафной санкции.

Рассматриваемая ситуация не может приравниваться к частичному удовлетворению исковых требований и соответственно не дает оснований для пропорционального распределения судебных расходов.

Судебные расходы по приобретению товара, по оплате почтовых услуг, подтверждены материалами дела и подлежат отнесению на ответчика.

Поскольку факт несения расходов на оплату стоимости фиксации правонарушения в размере 8000 руб. истцом документально не подтвержден, оснований для их возмещения не имеется.

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 16.10.2023 по делу №А36-11038/2022, постановлении Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2023 по делу №А15-6959/2022.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 156, 167-171, 176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Зингер Спб» (ИНН 

<

***>) 31 250 рублей компенсации и 2477  рублей в возмещение судебных расходов. В удовлетворении требований в остальной части отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>)   в доход федерального бюджета 500 рублей госпошлины.

Решение суда может быть обжаловано в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок  со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Дагестан.

 

Судья                                                                                                             Л.З. Аджиева