СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-11235/2022-ГК

г. Пермь

12 декабря 2022 года

Дело №А71-17500/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 декабря 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего О.В. Лесковец, судей Р.А. Балдина, Н.П. Григорьевой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, предъявлены паспорт, доверенность №9 от 01.12.2022, диплом; 

от ответчика: ФИО3, предъявлены удостоверение адвоката, доверенность №356 от 06.09.2022,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы  истца, общества с ограниченной ответственностью «Частное агентство занятости «Потенциал и К», и  ответчика, общества с ограниченной ответственностью «СДС – Строй», на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26 сентября 2022 года по делу №А71-17500/2021

по иску общества с ограниченной ответственностью «Частное агентство занятости «Потенциал и К» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «СДС – Строй» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о взыскании задолженности, неустойки по договору возмездного оказания услуг, процентов за пользование чужими денежными средствами,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «СДС – Строй» 

к обществу с ограниченной ответственностью «Частное агентство занятости «Потенциал и К» 

о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Частное агентство занятости «Потенциал и К» (далее – ООО, общество «ЧАЗ «ПиК», истец) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском (с учетом уточнения заявленных требований, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ, л. д. 43-48 т. 14) к обществу с ограниченной ответственностью «СДС – Строй» (далее – ООО, общество «СДС – Строй», ответчик) о взыскании:

 1) стоимости фактически оказанных истцом ответчику услуг по договору за период с 01.11.2021 по 30.11.2022 в общем размере 40418140 руб. 80 коп., в том числе:

- за период с 01.11.2021 по 15.11.2021 в размере 21958783 руб. 80 коп.;

- за период с 16.11.2021 по 30.11.2021 в размере 18459357 руб.;

2) договорной неустойки за период с 10.11.2021 по 23.09.2022 в общем размере 67113578 руб. 43 коп, в том числе: 

- за период с 10.11.2021 по 31.03.2022 в размере 27545384 руб. 65 коп.; 

- за период с 01.04.2021 по 23.09.2022 в размере 39568193 руб. 78 коп.; 

3) стоимости услуг питания персонала истца в период с 16.10.2021 по 30.11.2021 в общем размере 5947500 руб., в том числе: 

- за период с 16.10.2021 по 31.10.2021 - 2049500 руб.; 

- за период с 01.11.2021 по 15.11.2021 - 1998500 руб.; 

- за период с 16.11.2021 по 30.11.2021 - 1899500 руб.;

4) процентов за пользование чужими денежными средствами (питание персонала истца), начисленных за период с 17.11.2021 по 23.09. 2022 в общем размере 556406 руб. 37 коп., с последующим их начислением по момент фактической оплаты ответчиком долга; 

5) суммы расходов по оплате спецодежды в общем размере 1958695 руб.;

6) процентов за пользование чужими денежными средствами (спецодежда), начисленных за период с 26.11.2021 по 23.09.2022 в общем размере 183258 руб. 73 коп., с последующим их начислением на сумму основного долга по момент фактической оплаты ответчиком;

7) суммы простоя персонала истца в период с 01.12.2022 по 23.03.2022 в общем размере 32053356 руб., в том числе: 

- за период с 01 по 31.12.2021 в размере 15043380 руб.; 

- за период с 01 по 31.01.2022 в размере 9530488 руб.; 

- за период с 01 по 28.02.2022 в размере 7328128 руб.; 

- за период с 01 по 23.03.2022 в размере 151360 руб.;

8) процентов за пользование чужими денежными средствами (простой персонала истца) за период с 09.02.2022 по 23.09.2022 в общем размере 2318083 руб. 22 коп., с последующим их начислением на сумму основного долга по момент фактической оплаты ответчиком.

Обществом «СДС-Строй» подан встречный иск к обществу «ЧАЗ «ПиК» о взыскании 73464399 руб. 60 коп. неосновательного обогащения, 4618583 руб. 67 коп.  процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 20.11.2020 по 14.04.2022, с последующим их начислением  с 15.04.2022 по день погашения основного долга (л. д. 55-61 т. 10).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.07.2022 первоначальный иск удовлетворен частично: с общества «СДС-Строй» в пользу общества «ЧАЗ «ПиК» взыскано 48324335 руб. 80 коп. долга, 5509076 руб. 93 коп. пени, 309481 руб. 07 коп. процентов, 101202 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины, в удовлетворении остальной части первоначального иска отказано. При этом истцу разъяснено, что в части требований о взыскании финансовой санкции с 01.04.2022 ему отказано на основании постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1, абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве, а также то, что требование о взыскании финансовой санкции по день фактической оплаты задолженности заявлено истцом преждевременно, в связи чем истец вправе обратиться с таким требованием в отношении дней просрочки, которые наступят после завершения моратория. Отказ от встречного иска принят судом, производство по встречному иску прекращено, обществу «СДС-Строй» из федерального бюджета возвращено 140000 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 26.04.2022 № 8804.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец (ООО «ЧАЗ «Потенциал и К») обратился с апелляционной жалобой, в которой просит изменить решение суда в части взыскания с общества «СДС-Строй» в пользу ООО «ЧАЗ «ПиК» договорной неустойки, взыскать с ООО «СДС-Строй» в пользу ООО «ЧАЗ «ПиК» общую сумму договорной неустойки за период с 10.11.2021 по 23.09.2022 в размере 67113578 руб. 43 коп., с последующим начислением ее на сумму основного долга по момент ее фактической оплаты ответчиком, из расчета 0,5 % в день, в том числе:

за период с 10.11.2021 по 31.03.2022 – 27545384 руб. 65 коп.;

за период с 01.04.2021 по 23.09.2022 – 39568193 руб. 78 коп.

Необоснованно, по мнению апеллянта, суд взыскал с ответчика в пользу истца договорную неустойку за период с 10.11.2021 по 31.03.2022 в размере 5509076 руб. 93 коп. и отказал в части требований истца о взыскании финансовой санкции с 01.04.2022 на основании постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее – постановление Правительства Российской Федерации № 497), п.п. 2 п. 3 ст. 9.1, абзаца десятого п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве. При этом истец полагает, что судом при расчете договорной неустойки в  нарушение принципа свободы договора вместо предусмотренной договором ставки 0,5%, самостоятельно применена ставка 0,1%, ссылаясь на судебную практику, на правовые позиции, высказанные в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О, в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации по делу №4-КГ 19-48 от 22.10.2019. По мнению ООО «ЧАЗ «Потенциал и К», судом при принятии решения не учтены доводы данной стороны относительно последствий, которые наступили для истца в связи с недобросовестным поведением ответчика, выразившемся в неисполнении им своих обязательств по договору, и как следствие этого, значительному ухудшению его финансового состояния (образование задолженности перед бюджетом,  перед поставщиками), тогда как исполнение ответчиком своевременно своего обязательства могло полностью исключить наступление для истца указанных последствий. При этом истец отмечает, что в связи с недобросовестным поведением ответчика истцу причинены убытки, обусловленные принятием его единственным участником ряда решений с целью осуществления беспрерывной деятельности истца по договору. Приведенные истцом в апелляционной жалобе доводы, по его мнению, свидетельствуют о том, что взысканная судом неустойка является заниженной, несоразмерной последствиям нарушения ответчиком обязательства.

Кроме того, неправомерно, по мнению апеллянта, суд отказал во взыскании с ответчика в пользу истца финансовой санкции по договору с 01.04.2022, применив положения постановления Правительства Российской Федерации №497. Ссылаясь на непредставление ответчиком доказательств того, что он пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, на то, что ответчик не является банкротом и в отношении него не подано заявление о банкротстве, а также на то, что на момент обращения истца в суд апелляционной инстанции действие моратория прекращено, истец просит взыскать сумму договорной неустойки за период с 01.04.2022 по 23.09.2022 в размере 39568193 руб. 78 коп. В этой связи, по мнению истца, необоснованными являются и выводы суда относительно преждевременности требований истца о взыскании с ответчика неустойки по момент фактической оплаты им суммы долга.

Ответчик также с принятым судебным актом не согласен, в своей апелляционной жалобе просит отменить решение суда и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать. Полагая необоснованным взыскание с него стоимости услуг в заявленном истцом размере за период с 01.11.2021 по 15.11.2021 (21958783 руб. 80 коп.), а также за период с 16.11.2021 по 30.11.2021 (18459357 руб.), заявитель жалобы ссылается на наличие в материалы дела трудовых договоров в отношении лишь 186 из 336 работников, привлеченных для работы в ноябре 2021 года, указывает на необходимость наличия доказательств внесения сведений о работе по договору о предоставлении труда работников (персонала) у принимающей стороны в трудовую книжку работника и (или) сведений о трудовой деятельности, а также документов, подтверждающих уровень квалификации работников, отработавших на объекте ответчика. Необоснованно, полагает апеллянт, с ответчика взысканы и пени за просрочку оплаты по договору в размере 5509076 руб. 93 коп., поскольку не подлежит удовлетворению  требование истца о взыскании стоимости услуг за ноябрь 2021 года. Ответчик обращает внимание суда на то, что стоимость услуг за октябрь 2021 года в размере 4597629 руб. 60 коп. оплачена им в добровольном порядке, в связи с чем неустойка за просрочку платежа в этой части за период с 10.11.2021 по 31.03.2022 подлежала соразмерному снижению до суммы неустойки в размере, не превышающем однократную ключевую ставку Банка России (п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»), то есть до суммы 195115 руб. 85 коп., исходя из приведенного в жалобе расчета. Кроме того, по мнению ответчика, в расчете суда допущены арифметические ошибки. Апелляционная жалоба общества «СДС-Строй» также содержит указание на необоснованное удовлетворение искового требования о взыскании с ответчика стоимости услуг питания персонала в период с 16.10.2021 по 30.11.2021 в общем размере 5947500 руб., поскольку оказание истцом ответчику услуги по предоставлению работникам питания, равно как и обязанность ответчика по ее оплате, сторонами не согласованы в договоре либо иных соглашениях, а ссылки на платежные поручения предшествующих периодов не относятся к предмету спора, в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие несение расходов истцом. В этой связи, по мнению ответчика, отсутствуют и основания для взыскания с него процентов по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) на взысканную сумму стоимости услуг питания в сумме 232796 руб. 82 коп. Также неправомерно, полагает апеллянт, судом удовлетворено и исковое требование о взыскании с ответчика стоимости спецодежды на сумму 1958695 руб., поскольку по вопросу оплаты спецодежды спорный договор содержит два взаимоисключающих положения (п. 2.1.6 и п. 2.3.8 договора), вина ответчика в приобретении ответчиком спецодежды отсутствует, поскольку именно на истца возложена эта обязанность по договору; наличие убытков (несение расходов) истцом не доказано; причинно-следственная связь между действиями ответчика и возникновением у истца убытков отсутствует ввиду отсутствия убытков как таковых. Кроме того, по мнению ответчика, в удовлетворении требования о взыскании с него процентов по ст. 395 ГК РФ на сумму убытков также следовало отказать с учетом разъяснений, данных в п. 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которым обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков. Следовательно, по мнению апеллянта, при возложении на ответчика обязанности по возмещению убытков на приобретение спецодежды одновременное взыскание с него процентов на эту сумму за прошлый период (с 26.11.2021) неправомерно.

Обществом «СДС-Строй» представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором данная сторона просит оставить апелляционную жалобу истца без удовлетворения, ссылаясь на несостоятельность приведенных в ней доводов.

05.12.2022, непосредственно до судебного заседания суда апелляционной инстанции, от общества «ЧАЗ «ПиК» поступили возражения на отзыв ответчика на апелляционную жалобу истца и отзыв истца на апелляционную жалобу ответчика, в которых истец просит оставить апелляционную жалобу ответчика без удовлетворения, а требования истца по его апелляционной жалобе удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 05.12.2022 представитель истца на доводах своей апелляционной жалобы настаивал, против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика возражал; представитель ответчика поддержал доводы своей апелляционной жалобы, против удовлетворения апелляционной жалобы противоположной стороны возражал.

Согласно ч. 5 ст. 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 30.06.2020 №12) разъяснено, что при применении ч. 5 ст. 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в ч. 4 ст. 270 АПК РФ.

С учетом положений ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ и п. 27 постановления Пленума ВС РФ от 30.06.2020 №12, а также отсутствия соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции только в обжалуемой части (в части отказа в удовлетворении требований о взыскании неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами в рамках первоначального иска и в части удовлетворения первоначального иска). 

Как следует из материалов дела, верно установлено судом первой инстанции и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, 28.10.2020  между обществом «СДС-Строй» (заказчик) и обществом «ЧАЗ «ПиК» (исполнитель) заключен договор оказания услуг по предоставлению труда персонала    №75/94-20-У (далее – договор), по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство временно направлять своих работников с их согласия к заказчику для выполнения ими своих трудовых функций в интересах, под управлением и контролем последнего, а последний в свою очередь, обязался оплатить услуги по предоставлению труда работников (далее – персонала) и использовать труд направленного к нему исполнителем персонала в соответствии с условиями указанного договора (п.  1.1-1.4 договора).

Целью направления персонала является выполнение монолитных, электросварочных работ, работ по монтажу стальных и железобетонных конструкций, работ по ремонту и обслуживанию электрооборудования, а также других строительно-монтажных работ на объекте строительства: «Строительство нового специализированного порта на Дальневосточном побережье Российской Федерации для облегчения доступа к портовой инфраструктуре малых и средних угледобывающих предприятий» по адресу: Приморский край, Шкотовский район, с. Романовка, б. Теляковского (далее – объект) (п. 1.5 договора). 

Подбор, отбор и направление квалифицированного персонала в распоряжение ответчика должны осуществляться истцом на основании сформированной заказчиком (ответчиком) заявки (п. 2.3.1 договора).

При нарушении заказчиком (ответчик) сроков оплаты услуг, установленных договором, исполнитель (истец) вправе приостановить выполнение работ предоставленным по договору персоналом, уведомив об этом в письменной форме (п. 2.4.4 договора).

В соответствии с п. 4.2 договора заказчик производит оплату оказанных услуг исполнителя два раза в месяц в следующем порядке: за первый период в срок до 25-го числа текущего месяца, на основании выставленного исполнителем акта об оказании услуг за отчетный период, счета и счет - фактуры; за второй период в срок до 10-го числа месяца, следующего за отчетным, на основании выставленного исполнителем акта об оказании услуг за отчетный период, счета и счет – фактуры.

Согласно п. 4.3 договора факт оказания услуг заказчику исполнителем фиксируется актами об оказании услуг. По окончании отчетного периода оказания услуг, два раза в месяц, стороны подписывают двусторонний акт. Отчетные периоды оказания услуг:  первый период - с 01 по 15 число каждого месяца; второй период - с 16 по 30 (-31) число каждого месяца. Подписанный со стороны исполнителя акт предоставляется заказчику на согласование в течение двух рабочих дней с даты окончания отчетного периода. Одновременно исполнитель передает заказчику счет и счет-фактуру. Заказчик обязуется возвратить подписанный уполномоченными лицами экземпляр акта не позднее двух дней, с даты его получения, либо в тот же срок представить письменные возражения. В противном случае акт считается принятым и подписанным сторонами в редакции исполнителя. 

Выполненные работы персоналом исполнителя сдаются службе технического контроля заказчика. В случае обнаружения недостатков в выполненной работе службой технического контроля заказчика в пятидневный срок со дня обнаружения брака составляется акт о браке с указанием Ф.И.О. виновного лица, порядка и сроков устранения недостатков и предъявляется для подписания уполномоченному представителю исполнителя. Неисполнение условий настоящего пункта лишает заказчика возможности предъявлять исполнителю требований о возмещение убытков (п. 4.4 договора).

Пунктом 4.5 договора предусмотрено, что табели учета фактически отработанного времени составляются уполномоченным представителем исполнителя дважды в месяц не позднее 16 числа и за второй период не позднее 01 числа и представляются заказчику на согласование. Заказчик обязуется возвратить согласованный уполномоченными лицами экземпляр табеля учета времени не позднее двух дней с даты его получения, либо в тот же срок представить письменные возражения. В противном случае табель считается принятым и подписанным сторонами в редакции исполнителя.

Время простоя по вине заказчика, повлекшее остановку работы персонала исполнителя либо обеспечение работой не в полном объеме (загруженности), подлежит оплате в размере не менее 2/3 за 1 человеко-час за каждого работника от ставок, согласованных в протоколе договорной цены. Время простоя фиксируется актом и подписывается уполномоченными представителями обеих сторон (п. 6.3 договора). 

Как указывает истец, в октябре 2021 года ответчик перестал исполнять свои обязательства в части оплат услуг по договору, в связи с чем 17.11.2021 истцом в адрес ответчика направлено письмо исх. № 1210-ПИК о погашении задолженности  по договору, а в случае непогашения задолженности о приостановлении выполнения работ персоналом с 01.12.2021  в соответствии с п. 2.4.4 договора.  

Ссылаясь на то, что исполнителем заказчику оказаны услуги услуг по договору в общем размере 40418140 руб. 80 коп. (в том числе за период с 01.11.2021 по 15.11.2021 в размере 21958783 руб. 80 коп. и за период с 16.11.2021 по 30.11.2021 в размере 18459357 руб.), оплата которых не произведена, в период с 16.10.2021 по 30.11.2021 понесены расходы по оплате услуг питания персонала в общем размере 5947500 руб. (в том числе за период с 16.10.2021 по 31.10.2021 - 2049500 руб.; за период с 01.11.2021 по 15.11.2021 - 1998500 руб.;  за период с 16.11.2021 по 30.11.2021 - 1899500 руб.), по оплате спецодежды в общем размере 1958695 руб., подлежащие возмещению заказчиком, а также указывая, что виновные действия заказчика привели к вынужденному простою персонала исполнителя, подлежащему оплате за период с 01.12.2022 по 23.03.2022 в общем размере 32053356 руб. (в том числе за период с 01.12.2021 по 31.12.2021 в размере 15043380 руб.; за период с 01.01.2022 по 31.01.2022 в размере 9530488 руб.; за период с 01.02.2022 по 28.02.2022 в размере 7328128 руб.; за период с 01.03.2022 по 23.03.2022 в размере 151360 руб.) заказчиком, который в добровольном порядке не исполнил претензионные требования исполнителя, последний обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском о взыскании указанных сумм, а также неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Удовлетворяя требование о взыскании 40418140 руб. 80 коп. долга по оплате услуг, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 309, 310, 421, 431, 779, 781 ГК РФ, п. 2 ст. 18.1 Закона Российской Федерации от 19.04.1991 № 1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации», квалифицировал договор как договор о предоставлении труда работников (персонала) и исходил из отсутствия доказательств исполнения ответчиком надлежащим образом обязанности по оплате оказанных ему услуг. Установив факт просрочки  оплаты по договору, суд частично удовлетворил требование о взыскании с ответчика неустойки, поскольку в порядке ст. 333 ГК РФ счел возможным снизить размер неустойки до 5509076 руб. 93 коп. за период с 10.11.2021 по 31.03.2022 из расчета 0,1% в день, отказав в удовлетворении остальной части данного требования. Суд также признал обоснованными, документально подтвержденными и подлежащими удовлетворению требования истца о взыскании с ответчика расходов на питание персонала и приобретение спецодежды, частично удовлетворив требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами (за период до 31.03.2022). При этом суд отказал в удовлетворении требований о взыскании пени и процентов после 31.03.2022, констатировав, что ответчик относится к категории лиц, в отношении которых в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации № 497 на период с 01.04.2022 по 01.10.2022 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов, в связи с чем в указанный период проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ), неустойка (ст. 330 ГК РФ) не начисляются на требования, возникшие до введения моратория. Отказывая в удовлетворении требования о взыскании суммы простоя персонала истца в период с 01.12.2022 по 23.03.2022 в общем размере 32053356 руб., в том числе: за период с 01.12.2021 по 31.12.2021 в размере 15043380 руб., за период с 01.01.2022 по 31.01.2022 в размере 9530488 руб.,; за период с 01.02.2022 по 28.02.2022 в размере 7328128 руб. и за период с 01.03.2022 по 23.03.2022 в размере 151360 руб., арбитражный суд, проанализировал условия договора (п. 2.3.1, 2.4.4, 6.3), руководствовался положениями ч. 3 ст. 72.2, ч. 2 ст. 22, ч. 2 ст. 22.1, ст. 22.3, ч. 5 ст. 312.1, ч. 5 ст. 312.3 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), разъяснениями Роструда, данными в письме № 395-6-1 от 19.03.2012, положениями п. 2 ст. 25 Закона Российской Федерации от 19.04.1991 № 1032- 1 «О занятости населения в Российской Федерации» и исходил из отсутствия доказательств того, что для выполнения работ в декабре 2021 года, а также в январе-марте 2022 года ответчиком направлялись заявки, а также констатировал, что ответчиком режим простоя на объекте строительства не объявлялся, строительные работы на всей территории объекта велись в соответствии с договором генерального подряда № 16/2018/СБО от 06.11.2018, а прекращение выполнения персоналом работ на объекте заказчика не является простоем в смысле трудового законодательства, в материалы дела не представлены документы, подтверждающие простой персонала с указанием возможности отсутствия персонала на рабочих местах, документы, подтверждающие присутствие персонала на рабочих местах в период заявляемого истцом простоя, а также доказательства  письменного уведомления работника работодателем о наступлении простоя. Отказ в удовлетворении требования о взыскании суммы задолженности за простой работников повлек и отказ в удовлетворении требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.02.2022 по 23.09.2022 в общей сумме 2318083 руб. 22 коп. с последующим их начислением на сумму основного долга по момент фактической оплаты ответчиком. В связи с отказом ответчика от встречного иска в полном объеме производство по делу в этой части прекращено (ч. 2 ст. 49, п. 4 ч. 1 ст. 150 АПК РФ), государственная пошлина по встречному иску возвращена в размере 70 %.

В части отказа в удовлетворении требований о взыскании 32053356 руб.  задолженности за простой работников, о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.02.2022 по 23.09.2022 в общей сумме 2318083 руб. 22 коп. с последующим их начислением на сумму основного долга по момент фактической оплаты ответчиком, а также в части прекращения производства по встречному иску решение суда не оспаривается, в связи с чем законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в указанной части судом апелляционной инстанции не проверяется. 

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта не установил.

В соответствии с п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (п. 2 и 3 ст. 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

Законодательное определение деятельности по предоставлению персонала введено Федеральным законом от 05.05.2014 № 116-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», которым Закон Российской Федерации от 19.04.1991 № 1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации» (далее - Закон о занятости) был дополнен ст. 18.1, согласно п. 1 которой осуществление деятельности по предоставлению труда работников (персонала) - направление временно работодателем (далее также - направляющая сторона) своих работников с их согласия к физическому лицу или юридическому лицу, не являющимся работодателями данных работников (далее также - принимающая сторона), для выполнения данными работниками определенных их трудовыми договорами трудовых функций в интересах, под управлением и контролем принимающей стороны. Договор о предоставлении труда работников (персонала) является договором, по которому исполнитель направляет временно своих работников с их согласия к заказчику для выполнения этими работниками определенных их трудовыми договорами трудовых функций в интересах, под управлением и контролем заказчика, а заказчик обязуется оплатить услуги по предоставлению труда работников (персонала) и использовать труд направленных к нему работников в соответствии с трудовыми функциями, определенными трудовыми договорами, заключенными этими работниками с исполнителем (п. 2 указанной статьи).

До нормативного закрепления определения договора о предоставлении работников (персонала) хозяйствующие субъекты заключали такие договоры на основании принципа свободы договора, установленного ст. 421 ГК РФ. 

Договоры предоставления работников (персонала) имеют комплексный правовой характер, сочетающий положения трудового законодательства и гражданско-правового регулирования.

Сутью договора о предоставлении работников (персонала) является временное предоставление одной организацией специалистов необходимого профиля и квалификации в распоряжение другой организации для осуществления определенных трудовых функций в интересах последней. Для оформления отношений между заказчиком и исполнителем используется конструкция договора оказания услуг.

На основании п. 1 ст. 779, п. 1 ст. 781 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В силу ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Согласно ст. 783 ГК РФ общие положения о подряде (ст. 702-729 ГК РФ) и положения о бытовом подряде (ст. 730-739 ГК РФ) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит ст. 779-782 названного Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

По смыслу приведенных положений основанием для оплаты оказанных услуг является их сдача заказчику.

В соответствии с п. 1 ст. 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений (ч. 1 ст. 65  АПК РФ).

Удовлетворяя требование о взыскании 40418140 руб. 80 коп. долга по оплате услуг, в том числе за период с 01.11.2021 по 15.11.2021 в размере 21958783 руб. 80 коп.  (акт  № 183 от 15.11.2021, л. д. 19 т. 1) и за период с 16.11.2021 по 30.11.2021 - 18459357 руб. (акт № 190 от 30.11.2021, л. д. 139-140 т. 2), суд первой инстанции, верно определив правовую природу спорного договора как договора о предоставлении труда работников (персонала), правомерно исходил из отсутствия доказательств погашения задолженности в заявленном размере.

При этом в подтверждение факта оказания ответчиком услуг на заявленную к взысканию сумму истцом в материалы дела представлены, в частности, следующие доказательства: копии односторонних актов об исполнении обязательств по договору (л. д. 19 т. 1, л. д. 139-140 т. 2), трудовых договоров (л. д. 43-152 т. 6, т. 7, л. д. 1-95 т. 8, л. д. 1-95 т. 9, л. д. 119-161 т. 10, л. д. 1-18 т. 11), табелей учета рабочего времени за 1-15 ноября 2021 года и 16-30 ноября 2021 года (л. 

<

...> т. 2, л. д. 1-17 т. 3). 

Указанные акты не были возвращены исполнителю после их направления заказчику, возражений по актам не поступало, в связи с чем в соответствии с пунктом 4.3 договора акты считаются принятыми и подписанными в редакции исполнителя.

Соответственно, исковое требование о взыскании задолженности по оплате оказанных услуг правомерно удовлетворено судом. 

Оспаривая правомерность удовлетворения указанного искового требования, ответчик ссылается на то, что истцом в материалы дела представлены трудовые договоры в отношении лишь 186 из 336 работников, в отношении 150 работников, привлеченных для работы в ноябре 2021 года, истцом не доказано наличие трудовых отношений.

Отклоняя указанный довод, суд первой инстанции справедливо указал, что само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом трудового договора, подписанного уполномоченным лицом со стороны работодателя, не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношений признаков трудового правоотношения, поскольку по смыслу ст. 11, 15, ч. 3 ст. 16  и ст. 56, 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. 

При этом ссылки ответчика на положения ст. 341.2 ТК РФ, регулирующей особенности регулирования труда работников, направляемых временно частным агентством занятости к другим физическим лицам или юридическим лицам по договору о предоставлении труда работников (персонала), а также на отсутствие доказательств внесения в трудовые книжки работников сведений о трудовой деятельности не принимаются судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку непредставление данных документов не опровергает факта оказания истцом услуг ответчику и не является основанием для освобождения ее от их оплаты.

Факт оказания услуг по договору на заявленную сумму подтвержден истцом совокупностью иных доказательств, в частности, табелями учета рабочего времени за 1-15 ноября 2021 года и 16-30 ноября 2021 года (л. 

<

...> т. 2, л. д. 1-17 т. 3), которые являются корректными, подписаны представителями обеих сторон на объекте; на указанных табелях учета рабочего времени имеется подпись сотрудника ответчика в их принятии, действия которого в силу положений ст. 402 ГК РФ являются действиями самого ответчика.

В силу условий договора (п. 4.5) истец и ответчик обязаны совместно осуществлять учет рабочего времени персонала. 

О недостоверности изложенных в табелях рабочего времени сведений заказчик своим правом на мотивированные возражения не воспользовался, следовательно, соответствующие сведения суд признает достоверными в отсутствие неопровержимых доказательств обратного.

Предположение ответчика об отсутствии у общества «ЧАЗ «ПиК» трудовых договоров с рядом работников не подтверждено какими-либо объективными доказательствами. Более того, указанное обстоятельство существенного значения для разрешения настоящего спора не имеет.

Поскольку фат выполнения персоналом истца в спорный период трудовых функций на объекте ответчика последним не опровергнут, обязательство по оплате данных услуг за ответчиком сохраняется. 

Кроме того суд апелляционной инстанции отмечает, что предметом настоящего спора является оказание услуг по предоставлению персонала исполнителем в рамках гражданско-правовых отношений, отношения между сторонами спора не являются трудовыми; в свою очередь трудовые отношения между работниками и обществом «ЧАЗ «ПиК» не касаются спорных правоотношений с обществом «СДС-Строй» по оказанию услуг, в связи с чем также признаны необоснованными доводы о необходимости применения к спорным отношениям Трудового кодекса Российской Федерации.

Указания ответчика в апелляционной жалобе на отсутствие в материалах дела документов, подтверждающих уровень квалификации на большую часть работников, а также на некачественное выполнение работ привлеченными истцом работниками несостоятельны.  

Утверждения заказчика о предоставлении сотрудников ненадлежащей квалификации не подтверждены какими-либо достоверными доказательствами по делу. 

Действительно, в соответствии с п. 1.1-1.2 договора в обязанности исполнителя (истца) входит предоставление труда работников, соответствующих квалификационным требованиям. При этом к квалификационным требованиям отнесены уровень и профиль образования, квалификация по диплому, опыт работы, а также наличие лицензий, аттестаций, разрешений, допусков.

В свою очередь, в п. 2.2.2 договора предусмотрено право заказчика потребовать от исполнителя замены персонала, направленного заказчику, в случае несоответствия персонала требованиям заказчика, указанным в сформированной заявке. К письменному уведомлению заказчика должны быть приложены объяснения причин несоответствия персонала, предъявляемым заказчиком требованиям. 

Пункт 2.1.14 договора предусматривает обязанность заказчика оплатить фактически отработанное время заменяемого персонала. 

Указанные пункты заключенного договора услуг между сторонами предусматривают процедуру замены неквалифицированного персонала по требованию ответчика и порядок оплаты оказанной услуги, при этом оплата за предоставление неквалифицированного персонала должна производиться ответчиком в соответствии с соответствующим приложением к договору, то есть по тарифам квалифицированного персонала, до даты направления требования о замене персонала. 

Проанализировав приведенные условия договора, суд первой инстанции верно отметил, что за предоставление неквалифицированного персонала оплата должна производиться заказчиком в любом случае в соответствии с приложением № 1 к договору оказания услуг, по тарифам квалифицированного персонала, до даты направления требования о замене персонала. 

При этом предоставленные работники, направляемым временно для работы у принимающей стороны по договору о предоставлении труда работников (персонала), выполняют трудовые функции в интересах, под управлением и контролем физического лица или юридического лица, не являющихся работодателями по этому трудовому договору, таким образом, управляет производственным процессом, дает задание и принимает его результат представитель заказчика; в случае выявления предоставленного истцом (исполнителем) сотрудника, который не соответствует заявленным требованиям заказчика, последний мог потребовать его замены, что предоставлено ему условиями п. 2.2.2 договора.

Доказательств того, что конкретные работники не имели надлежащей квалификации и потому не были допущены к работе, сведений о наличии разногласий между сторонами по этому поводу и претензий, ответчиком в материалы дела не представлено. Ответчик не представил суду и документов, подтверждающих наличие и предъявление им истцу претензий в период оказания услуг и при получении актов оказанных услуг, а также доказательств низкой квалификации работников. Факт допущения персонала, указанного в табелях учета рабочего времени за спорный период, к работе и учет рабочего времени без замечаний свидетельствует о надлежащем исполнении обязательства ООО «ЧАЗ «ПиК». Согласно пояснениям истца, в период исполнения договора ответчик ни разу не направлял претензий о некачественном оказании услуг и требований о замене персонала ввиду отсутствия квалификации персонала. Кроме  того, в период с 21 по 22 сентября 2022 заказчик произвел оплату задолженности по договору в общем размере 4597629 руб. 60 коп. за оказанные истцом услуги в октябре 2021 года, чем фактически подтвердил факт предоставления ему истцом квалифицированного персонала. Данное обстоятельство также свидетельствует об отсутствии неопределенности в части составления и подписания документов.

Таким образом, материалы дела свидетельствуют о том, что заказчик принял исполнение договора в отсутствие замечаний и возражений по качеству услуг, в связи с чем у него возникла обязанность по оплате услуг по предоставлению персонала по тарифам квалифицированного персонала, согласованные сторонами в договоре. При этом ответчик не пояснил, каким образом отсутствие документов в отношении ряда работников, на которые он указывает в жалобе, отразилось на качестве выполняемой ими трудовой функции, в связи с чем указание в апелляционной жалобе ответчика на наличие оснований для отказа во взыскании с него стоимости услуг истца за ноябрь 2021 года в отношении работников с ненадлежащей квалификацией со ссылками на положения ст. 783, 723 ГК РФ несостоятельно.

Арбитражный суд первой инстанции правомерно отклонил ссылку ответчика на взаимосвязь некачественного выполнения работ с ненадлежащей квалификацией работников истца и выдачей генеральным подрядчиком и надзорным органом предписаний ответчику, обратив внимание на отсутствие в представленных предписаниях о нарушениях в производстве работ (л. д. 73-138 т. 14) конкретных лиц, ответственных за соответствующее нарушение, что свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между действиями персонала истца и выписанными предписаниями. Суд также принял во внимание пояснения представителей ответчика о том, что на объекте строительства имеются иные организации, предоставившие работников, в том числе работники подрядных организаций.

То обстоятельство, что заказчик воспользовался трудом предоставленного персонала без истребования у исполнителя документов, на которые он ссылается в апелляционной жалобе, свидетельствует о соответствии предоставленного персонала требованиям заказчика.

С учетом изложенного само по себе отсутствие в материалах дела ряда трудовых договоров, а также документов, подтверждающих уровень квалификации ряда работников, не может являться основанием для отказа заказчиком от оплаты по договору при доказанности факта предоставления работников исполнителем и выполнения ими работ (трудовой функции) на территории заказчика.

Арбитражный суд согласно ч. 1 ст. 71 АПК РФ оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Таким образом, установив факты оказания истцом услуг по договору и их неоплаты ответчиком, в отсутствие доказательств исполнения заказчиком обязанности по оплате оказанные ему услуг, а также достоверных данных об ином объеме услуг, равно как и сведений о наличии каких-либо претензий заказчика до предъявления к нему настоящего иска по объему и качеству оказанных услуг по предоставлению персонала, в частности квалификации работников, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование общества «ЧАЗ «ПиК» о взыскании долга.

Предметом рассмотрения суда также явилось исковое требование  общества «ЧАЗ «ПиК» о взыскании с ответчика 67113578 руб. 43 коп. неустойки, начисленной за просрочку внесения платежей по договору,  в том числе за период с 10.11.2021 по 31.03.2022 в размере 27545384 руб. 65 коп. и за период с 01.04.2021 по 23.09.2022 – 39568193 руб. 78 коп. 

В соответствии со ст. 329, 330 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой; неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно п. 2.1.8 договора  на заказчика возложена обязанность оплатить полученные услуги  в порядке и на условиях, указанных в настоящем договоре. В случае задержек оплаты со стороны заказчика по действующему договору  заказчик выплачивает исполнителю  пени (в п. 6.2 неустойка) в размере 0,5% от стоимости оказанных услуг за каждый день просрочки. 

Пунктом 6.2 договора предусмотрено, что за просрочку оплаты платежей по договору заказчик оплачивает исполнителю  штрафную неустойку  (в п. 2.1.8 пени) в размере 0,5%  от суммы неоплаченного или не полностью оплаченного платежа за каждый день просрочки.

Указанный расчет неустойки произведен истцом исходя из указанного размера – 0,5%.

Возражая против заявленного требования и настаивая на уменьшении заявленной истцом неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ как явно несоразмерной последствиям нарушения обязательства, ответчик ссылался на то, что размер пени по договору превышает ставку процентов по краткосрочным кредитам более чем в 15 раз (договорная процентная ставка неустойки составляет 182,5 процента годовых, а средневзвешенные процентные ставки по краткосрочным кредитам нефинансовым организациям - около 12 % годовых); размер пени, установленный сторонами в договоре, многократно превышает размер ключевой ставки Банка России, которая в период с декабря 2021 года по 31.03.2022 год колебалась в интервале от 7,5 до 9,5 % с однократным повышением до 20 процентов годовых (в период с 28.02.2022 по 11.04.2022); сумма пени, заявленная к взысканию, превышает размер задолженности (40418140 руб. 80 коп); взыскание пени в заявленном размере привело бы к получению истцом необоснованной выгоды. Кроме того, поскольку стоимость услуг за октябрь 2021 года в размере 4597629 руб. 60 коп. оплачена ответчиком в добровольном порядке, он просил не начислять на эту сумму за период с 10.11.2021 по 31.03.2022 неустойку в размере, превышающем однократную ключевую ставку Банка России (п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», далее - постановление Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81).

Ответчик также указал на необоснованное включение в расчет неустойки периода с 01.04.2022 по 18.07.2022 в нарушение моратория, установленного постановлением Правительства Российской Федерации № 497, в связи с чем просил снизить размер заявленной истцом неустойки за период по 31.03.2022 как несоразмерной последствиям нарушения обязательства, а также просил отказать в удовлетворении требования о взыскании пени по договору за период с 01.04.2022 по 18.07.2022 как противоречащего положениям постановления Правительства Российской Федерации № 497, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве.

Установив обстоятельства ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по оплате в порядке и на условиях, предусмотренных договором, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об обоснованности требования истца о взыскании пени.

Вместе с тем, руководствуясь положениями ст. 333 ГК РФ, разъяснениями, данными в п. 69, 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» далее - постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7), п. 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, данными в определениях от 21.12.2000 № 277-О, от 22.01.2004 № 13-О, арбитражный суд первой инстанции счел возможным снизить размер неустойки до 5509076 руб. 93 коп. за период с 10.11.2021 по 31.03.2022 из расчета 0,1% в день, отказав в удовлетворении остальной части данного требования.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

В силу ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении (п. 1 ст. 333 ГК РФ).

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (п. 2 ст. 333 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 69 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7, подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (п. 1 ст. 333 ГК РФ).

Уменьшение размера взыскиваемой неустойки возможно на основании ст. 333 ГК РФ лишь при условии, что указанный размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства.

В соответствии с разъяснениями, данными в 

<

...> поименованного постановления Пленума ВС РФ  от 24.03.2016 № 7, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть, по существу, - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Именно поэтому в части первой ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Данная позиция изложена Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 277-О.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства.

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон. В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом обстоятельств спора и взаимоотношений сторон.

Таким образом, рассматривая вопрос о возможности уменьшения неустойки, суд исходит из фактических обстоятельств, оценки несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, усмотрения того, является ли во взаимосвязи с суммой задолженности оправданной заявленная истцом к взысканию сумма неустойки.

Рассмотрев ходатайство ответчика об уменьшении размера неустойки как меры гражданско-правовой ответственности, суд первой инстанции, учитывая компенсационный характер неустойки, необходимость соблюдения баланса интересов сторон, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела, сделал вывод о том, что начисленная неустойка является чрезмерной и подлежит уменьшению по правилам ст. 333 ГК РФ до 5509076 руб. 93 коп.

Доказательств явной несоразмерности размера неустойки в сумме 5509076 руб. 93 коп. последствиям нарушения обязательства, а также того, что взысканная судом неустойка может привести к получению истцом необоснованной выгоды, ответчик не представил.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в указанной части у апелляционного суда не имеется. По мнению суда апелляционной инстанции, в данном случае суд первой инстанции обеспечил соблюдение баланса интересов сторон, что не повлекло ущемление имущественных прав истца либо ответчика.

При этом, вопреки позиции ответчика, оснований для начисления неустойки за период с 10.11.2021 по 31.03.2022 в размере, не превышающем однократную ключевую ставку Банка России (п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81), на стоимость услуг за октябрь 2021 года (4597629 руб. 60 коп.), добровольно оплаченную ответчиком, у суда первой инстанции не имелось, поскольку наличие исключительных обстоятельств ответчик в порядке ст. 65 АПК РФ не доказал. Соответственно, оснований для дальнейшего снижения размера неустойки не имеется.

Указание ответчика в апелляционной жалобе на наличие арифметических ошибок в расчете суммы пени, произведенном судом, является необоснованным. Указанный расчет произведен судом, располагавшим сведениями о сумме основного долга, об установленном в договоре размере неустойки и о начисленной общей сумме неустойки, о сроке, в течение которого не исполнялось обязательство, исходя из ставки неустойки 0,1% в день, в связи с чем размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца неустойки - 5509076 руб. 93 коп., рассчитан судом в результате деления заявленной истцом к взысканию суммы неустойки на пять в связи с  применением судом при расчете неустойки ставки 0,1% вместо договорной ставки – 0,5%. Указанный расчет судом апелляционной инстанции проверен, признан верным, арифметических ошибок не содержит.

По изложенным основаниям арбитражный суд правомерно удовлетворил соответствующее требование истца частично, в размере 5509076 руб. 93 коп.

В свою очередь, доводы апелляционной жалобы истца  о неправомерном, в нарушение принципа свободы договора, применении судом при расчете неустойки ставки 0,1% (вместо предусмотренной договором ставки – 0,5%), также подлежат отклонению судом апелляционной инстанции.

При оценке указанных доводов суд апелляционной инстанции исходит из того, что принцип свободы договора, закрепленный в ст. 421 ГК РФ, не является безграничным. Сочетаясь с принципом добросовестного поведения участника гражданских правоотношений, он не исключает оценку разумности и справедливости условий договора.

Оценив по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании фактические обстоятельства, доказательства, представленные в материалы дела, доводы и возражения сторон в их совокупности и взаимосвязи в порядке, предусмотренном ст. ст. 65-68, 70, 71 АПК РФ, суд первой инстанции правомерно уменьшил размер взыскиваемой истцом неустойки до 0,1% за каждый день просрочки платежа, поскольку такой размер неустойки является обычно принятым в деловом обороте и не считается чрезмерно высоким. 

Напротив, как обоснованно указывает ответчик, размер неустойки 0,5%, на применении которого настаивает истец, не является обычно принятым в деловом обороте, а считается чрезмерно высоким, значительно превышает действовавшие в спорный период ключевые ставки, а также ставки по краткосрочным кредитам.

Суд апелляционной инстанции также полагает, что заявленная истцом к взысканию общая сумма санкции (пени)-67113578 руб. 43 коп. при размере долга 45015770 руб., а также при отсутствии в договоре зеркальных условий об ответственности исполнителя за нарушение договорных обязательств явно несоразмерна последствиям нарушения заказчиком обязательств.

Неустойка в общем размере 5509076 руб. 93 коп. служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения за счет должника. Такой размер ответственности достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав исполнителя, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости и не приведет к чрезмерному, избыточному ограничению имущественных прав и интересов, как истца, так и ответчика.

Ссылки истца в апелляционной жалобе на судебную практику также не принимаются судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку соответствующие судебные акты приняты по конкретным делам, обстоятельства которых не являются аналогичными обстоятельствам, установленным судом в оспариваемом судебном акте. 

Указание общества «ЧАЗ «ПиК» на то, что в результате недобросовестного поведения ответчика, не исполнившего свои обязательства, у истца наступили неблагоприятные последствия, выразившиеся в значительном ухудшении финансового состояния, его убыточности, образовании задолженности по уплате налогов  и иных обязательных платежей (налога на добавленную стоимость, налога на прибыль организаций, налога на доходы физических лиц, страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, страховых взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, страховых взносов на обязательное медицинское страхование  работающего населения, транспортного налога с организаций, штрафных санкций за просрочку по уплате налогов), перед поставщиками, а также перед банком в связи с оформлением овердрафта, не может быть признано обоснованным в отсутствие бесспорных доказательств того, что к указанным истцом негативным последствиям привело именно и исключительно неисполнение обществом «СДС-Строй» свих договорных обязательств (ст. 9, 65, 67, 68, 71, ч. 1 ст. 168 АПК РФ). 

По указанным мотивам оснований для взыскания неустойки за период с 10.11.2021 по 31.03.2022 в большем размере, чем взыскал суд первой инстанции, суд апелляционной инстанции не выявил.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца, в удовлетворении остальной части требования о взыскании неустойки за период с 01.04.2022 по 23.09.2022 (в размере 39568193 руб. 78 коп.) суд первой инстанции отказал правомерно. 

Довод апелляционной жалобы истца об отсутствии оснований для применения к указанному исковому требованию положений постановления Правительства Российской Федерации № 497 с указанием на то, что мораторий вводится на подачу заявлений о признании должника банкротом, ответчик не пострадал  в условиях ухудшения ситуации и на момент обращения истца в суд апелляционной инстанции  действие моратория прекращено, также подлежит отклонению судом апелляционной инстанции.

С целью стабилизации экономики и поддержки бизнеса в соответствии с п. 1 ст. 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» названным постановлением Правительства Российской Федерации № 497 на срок с 01.04.2022 по 01.10.2022 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, за исключением лиц, перечисленных в п. 2 данного постановления.

На основании п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 44) в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подп. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве).

Согласно положениям п. 1, подп. 4 п. 3 ст. 9.1 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, данных в п. 2 постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 44, на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.

Таким образом, учитывая, что с 01.04.2022 начисление каких-либо финансовых санкций невозможно в отношении всех субъектов вне зависимости от организационно-правовой формы, за исключением прямо перечисленных в п. 2 постановления № 497, принимая во внимание, что ответчик не относится к числу лиц, в отношении которых в силу п. 2 постановления № 497 не применяются положения о введении моратория на возбуждение дел о банкротстве, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования о взыскании с ответчика 39568193 руб. 78 коп. неустойки за период с 01.04.2022 по 23.09.2022 и признал обоснованным начисление неустойки лишь за период, предшествующий введению в действие моратория, удовлетворив исковое требование частично. Оснований для начисления неустойки за иной период не имеется.

Общество «ЧАЗ «ПиК» также просило взыскать с общества «СДС-Строй» стоимость услуг питания персонала в период с 16.10.2021 по 30.11.2021 в общем размере 5947500 руб., в том числе за период с 16.10. 2021  по 31.10.2021 – 2049500 руб.; за период с 01.11.2021 по 15.11.2021 – 1998500 руб.; за период с 16.11.2021 по 30.11.2021 – 1899500 руб.

В соответствии с п. 2.1.3 договора на заказчика возложена обязанность по обеспечению персонала исполнителя (общества «ЧАЗ «ПиК») на время выполнения работ питанием из расчета 500 руб. в день на одного человека.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждено, что 24.02.2021 обществом «ЧАЗ «ПиК» (заказчик) и  индивидуальным предпринимателем ФИО4 (исполнитель) заключен договор на оказание услуг по организации горячего питания № 1 (л. д. 36 т. 10.), по условиям которого исполнитель принял на себя обязанность по оказанию услуг, связанных с организацией трехразового питания сотрудников ООО «ЧАЗ «ПиК» в столовой, расположенной на участке с кадастровым номером 25:24:000000:2616 по адресу ориентира: Приморский край, 

<

...>, т.е. в столовой, расположенной на территории ответчика, а заказчик обязался принять и оплатить оказанные услуги. 

В подтверждение факта оказания услуг истцом в материалы дела представлены подписанные им в одностороннем порядке акты от 31.10.2021 № 173 (за период с 16.10. 2021 по 31.10.2021 на сумму 2049500 руб.), от 15.11.2021 № 184 (за период с 01.11.2021 по 15.11.2021 на сумму 1998500 руб.); от 30.11.2021 № 190 (за период с 16.11.2021 по 30.11.2021 на сумму 1899500 руб.) (л. 

<

...> т. 10).

Как указывает истец, оплата фактически оказанных им услуг по питанию персонала, направленного к ответчику, производилась последним ежемесячно на основании выставленных истцом ответчику счетов на оплату (л. д. 96-110 т. 10), рассчитанных на основании данных табелей учета рабочего времени за соответствующий период, по формуле: количество фактически работающего персонала в определенном периоде * на количество фактически отработанных им дней * на 500 руб., по каждому работнику. Так, в период действия договора ответчиком без возражений оплачивались выставленные истцом счета на оплату услуг питания (дополнительные пояснения, л. д. 70-76 т. 10). 

В отсутствие доказательств самостоятельного оказания обществом «СДС-Строй» данных услуг их стоимость правомерно взыскана с ответчика в пользу истца, поскольку по условиям договора между истцом и ответчиком именно ответчик должен был обеспечивать персонал  истца питанием (п. 2.1.3).

Выводы суда первой инстанции в указанной части суд апелляционной инстанции поддерживает, оснований для отказа в удовлетворении требования о взыскании с общества «СДС-Строй» стоимости услуг питания персонала в период с 16.10.2021 по 30.11.2021 в общем размере 5947500 руб. суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы общества «СДС-Строй» о том, что представленные истцом в обоснование заявленных требований акты не могут считаться принятыми ответчиком, поскольку составлены истцом в одностороннем порядке, подписи и печати ответчика не содержат и подобная услуга истца договором не предусмотрена, судом апелляционной инстанции исследованы и признаны подлежащими отклонению в отсутствие доказательств самостоятельного выполнения указанного обязательства лицом, на которое такое обязательство возложено договором – заказчик (ООО «СДС-Строй», п. 2.1.3 договора). При этом оформление актов исполнителем в одностороннем порядке не опровергает факта оказания соответствующей услуги (обеспечение питанием персонала) обществом «ЧАЗ «ПиК» при наличии в материалах дела доказательств оказания истцом для ответчика в соответствующий юридически значимый период услуги по предоставлению труда работников и обусловленной данным фактом очевидной и объективной необходимости обеспечения питанием персонала на объекте строительства. В этой связи указание ответчика в апелляционной жалобе на то, что он не является стороной договора  на оказание услуг по организации горячего питания от 24.02.2021         № 1, заключенного между истцом и предпринимателем ФИО4 и в силу п. 3 ст. 308 ГК РФ обязательства, предусмотренные данным договором, не создают для него обязанностей, является неправомерным, не освобождает ответчика как заказчика (не исполнившего самостоятельно возложенную на него условиями договора обязанность) по договору с истцом (исполнителем) от возмещения последнему расходов, понесенных в связи с оплатой услуг по организации питания.

Вопреки убеждению ответчика, наличие в материалах дела доказательств оплаты ответчиком истцу аналогичных услуг, оказанных в предшествующий (не спорный) период, подтверждает обоснованность позиции истца (ст. 71 АПК РФ), в связи с чем соответствующие доводы ответчика, основанные на противоречивом поведении, а также ссылки апеллянта на отсутствие в материалах дела документов, подтверждающих обязательство ответчика по оплате истцу за услуги питания по договору № 75/94-20-У от 28.10.2020, несение таких расходов истцом для обеспечения питанием работников на строительном объекте ответчика, признаются несостоятельными и не принимаются судом апелляционной инстанции во внимание (ст. 71 АПК РФ).

Рассмотрев исковое требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на стоимость питания за период с 17.11.2021 по 23.09.2022 в общем размере 556406 руб., с последующим их начислением на сумму основного долга по момент фактической оплаты ответчиком, суд первой инстанции, руководствуясь положениями п. 1 ст. 395 ГК РФ, проверив представленный истцом расчет процентов и признав его арифметически верным, признал соответствующее требование подлежащим удовлетворению частично, за общий период с 17.11.2021 по 31.03.2022 в размере 232796 руб. 82 коп. (в том числе за период с 17.11.2021 по 31.03.2022 на сумму 2049500 руб.; за период с 23.11.2021 по 31.03.2022 - 1998500 руб. и за период с 09.12.2021 по 31.03.2022 - 1899500 руб.), отказав в удовлетворении остальной части иска. 

В этой части выводы суда первой инстанции признаются верными, расчет процентов судом апелляционной инстанции проверен, признан правильным.

Рассмотрев требование общества «ЧАЗ «ПиК» о взыскании с ответчика 1958695 руб. расходов по оплате спецодежды, суд первой инстанции также правомерно удовлетворил его.

При этом суд учел, что по условиям договора заказчик обязался обеспечить персонал за свой счет необходимыми материалами, средствами и орудиями труда, помещением, надлежащими условиями для выполнения трудовых функций, спецодеждой и средствами индивидуальной защиты (п. 2.1.6). 

В свою очередь, на исполнителя по условиям договора (п. 2.3.8) также возложена обязанность обеспечить персонал спецодеждой и средствами индивидуальной защиты, а также обеспечить доставку персонала исполнителя за свой счет до места нахождения объекта заказчика и обратно один раз за каждого работника, при условии, что персонал должен отработать на объекте заказчика 2 (два) и более месяцев, но не более 9 месяцев. 

В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Проанализировав указанные условия договора наряду с иными его условиями, суд установил, что из буквального значения слов и выражений п. 2.3.8 договора следует, что при условии, если персонал исполнителя отработал на объекте заказчика менее 2 месяцев, то расходы на спецодежду относятся на заказчика, а исходя из системного толкования п. 2.3.8 и п. 2.1.6 договора следует, что обязательства по обеспечению спецодеждой персонала, при условии отработки персонала не менее 2 -х месяцев, первый раз относятся к расходам ООО «ЧАЗ «ПиК», а все последующее снабжение персонала исполнителя спецодеждой относится к расходам ООО «СДС-Строй».

С учетом указанных положений договора и в отсутствие доказательств обеспечения ответчиком работников истца спецодеждой суд первой инстанции правомерно счел обоснованно заявленным и подлежащим удовлетворению исковое требование о взыскании с ответчика в пользу истца 1958695 руб. в возмещение расходов по оплате спецодежды.

Отклоняя доводы ответчика о включении данных расходов  в стоимость оказанной истцом услуги, суд первой инстанции констатировал, что имеющаяся в материалах дела преддоговорная переписка (л. д. 121 т. 3) свидетельствует лишь о намерениях сторон заключить основной договор на определенных условиях, тогда как в последующем договор заключен на иных условиях, в связи с недостижением сторонами согласия относительно изложения в договоре оказания услуг № 75/94-20-У условий, отраженных в преддоговорной переписке. В этой связи суд первой инстанции обоснованно счел, что условия преддоговорной переписки не имеют правового значения для сторон и не образуют возникновение обязательств между сторонами на основании преддоговорной переписки. 

Суд апелляционной инстанции, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, изучив положения договора в их системной взаимосвязи, проанализировав указанную преддоговорную переписку сторон, не выявил из ее содержания бесспорных оснований полагать, что стороны договорились увеличить стоимость услуг исполнителя за счет включения в круг его обязанностей обеспечение персонала спецодеждой. Из буквального значения приведенных пунктов договора не следует тех выводов, которые делает апеллянт (ответчик).

Иных аналогичных договоров, заключенных с участием спорящих сторон, из содержания которых следовал бы вывод о том, что возложение на исполнителя расходов по обеспечению персонала спецодеждой является обычно принятой практикой взаимоотношений сторон, в материалы дела не представлено.

В этой связи доводы апелляционной жалобы общества «СДС-Строй» об отсутствии оснований для взыскания с ответчика 1958695 руб. расходов по оплате спецодежды в связи с тем, что согласно преддоговорной переписке при согласовании условий договора стороны договорились о повышении размера стоимости тарифа за труд каждого работника на 25 рублей взамен обеспечения персонала спецодеждой со стороны ответчика не могут быть приняты во внимание, соответственно, суд исходит из буквального содержания условий договора, которые являются взаимодополняющими и с достаточной степенью определенности позволяют установить права и обязанности его сторон.

Позиция ответчика о том, что судом при рассмотрении требования истца о взыскании расходов необоснованно приняты во внимание ведомость учета спецодежды, спецобуви и предохранительных приспособлений (л. д. 94-103 т. 11), а также договор поставки с ООО «Торговый дом ДАСК» № 74/20 от 13.11.2020 и акт сверки взаимных расчетов  за период с 13.11.20 по 25.11.2021 (л. д. 21-24 т. 3), из которых, полагает апеллянт, невозможно сделать вывод о выдаче спецодежды для целей исполнения договора с ответчиком, установить дату и/или место выдачи спецодежды сотрудникам истца, а также указание на явно завышенную стоимость спецодежды, указанной в ведомости, являются необоснованными в отсутствие иных доказательств, оценка которых способна поставить под сомнение доказательственное значение представленных истцом документов в обоснование заявленного требования (ст. 71 АПК РФ). В частности, в обоснование факта несения им расходов истцом представлены ведомости учета выдачи персоналу истца, фактически осуществляющему свои трудовые обязанности на объекте ответчика, спецодежды, спецобуви и предохранительных приспособлений (л. д. 94-150 т. 11), приобретенной по договору поставки от 13.11.2020 № 74/20 (л. д. 21-23 т. 1) у ООО «Торговый дом ДАСК» (ИНН 

<

***>), зарегистрированного и осуществляющей торговлю в 

<

...> (согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц); счета фактуры (т. 5); платежные поручения, свидетельствующие об оплате  обществу «Торговый дом ДАСК» приобретенной спецодежды (л. д. 5-93 т. 11).

По утверждению истца, указанная спецодежда (приобретенная им в ООО «Торговый дом ДАСК») приобреталась именно для персонала истца, фактически работающего в Приморском крае на объекте ответчика, иных заказчиков в Приморском крае, и, следовательно, договоров на оказание услуг по предоставлению труда персонала, куда мог бы предоставляться персонал истца, у последнего не было и нет, доказательств обратного ответчиком не предоставлено.

Оценив представленные истцом доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции признает их допустимыми и достаточными для признания обоснованным представленного истцом расчета (его механизма) расходов, учитывающего количество работников, подлежащих обеспечению спецодеждой и отработавших менее двух месяцев (217 человек), а также  более 2 месяцев (575 человек), стоимость выданной спецодежлды (776375 руб. в первом случае и 1182320 руб. – во втором случае), а также условия договора, согласно которым обязанность по обеспечению персонала в первом случае возложена на ООО «СДС-Строй», а во втором - первый раз возложена на истца, а в последующие – на ответчика. При этом судом первой инстанции  отмечено, что указанные расходы подтверждены истцом универсальными передаточными актами с учетом минимальной цены (закупочная стоимость одного и того же типа спецодежды в разные периоды времени различается).

Указание ответчика в апелляционной жалобе на отсутствие оснований для взыскания с него реального ущерба (стоимости спецодежды) в размере 1958695 руб. в связи с отсутствием вины ответчика в приобретении спецодежды (ввиду возложения этой обязанности на истца) несостоятельно, поскольку данное требование общества «ЧАЗ «ПиК» обосновано неисполнением самостоятельно обществом «СДС-Строй» как заказчиком обязанности, предусмотренной п. 2.1.6 договора, по обеспечению персонала за свой счет  спецодеждой. Поскольку соответствующая обязанность вместо заказчика принята на себя исполнителем, понесшим расходы на приобретение спецодежды для работников, что не образует состава убытков в смысле ст. 15 ГК РФ, указанная сумма предъявлена истцом к взысканию с ответчика именно в качестве расходов, понесенных в связи с неисполнением обязательств заказчиком и подтвержденных документально, оснований для применения к спорным правоотношениям положений ст. 15 ГК РФ не имеется. В этой части нарушения норм материального права судом не допущено.

Требование ООО «ЧАЗ «ПиК» о взыскании 183258 руб. 73 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами (спецодежда), начисленных за период с 26.11.2021 по 23.09.2022, с последующим начислением их на сумму основного долга по момент их фактической оплаты ответчиком удовлетворено судом первой инстанции, проверившим указанный расчет и признавшим его арифметически верным, частично, в размере 76684 руб. 25 коп. за период с 26.11.2021 по 31.03.2022 на сумму 1958695 руб., в удовлетворении остальной части требования отказано.

Поскольку, как ранее отмечено, истец просил взыскать с ответчика  1958695 руб. в возмещение понесенных им расходов, что по сути является требованием о взыскании долга, проценты на указанную сумму за период с 26.11.2021 по 23.09.2022 начислены истцом в порядке ст. 395 ГК РФ правомерно, в связи с чем разъяснения Пленума ВС РФ, данные в п. 57 постановления от 24.03.2016 № 7, на которые ссылается ответчик в апелляционной жалобе (согласно которым обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, возникает лишь со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков), в рассматриваемом случае применению не подлежат. 

Расчет процентов также проверен судом первой инстанции, признан правильным.

Отказывая в удовлетворении требований истца о процентов после 31.03.2022, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что ответчик относится к категории лиц, в отношении которых в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации № 497  на период с 01.04.2022 по 01.10.2022 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов, в связи с чем в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами и неустойка не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подп. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве). 

При этом суд первой инстанции в резолютивной части обжалуемого судебного акта разъяснил истцу, что требование о взыскании финансовой санкции по день фактической оплаты задолженности заявлено истцом преждевременно, в связи чем истец вправе обратиться с таким требованием в отношении дней просрочки, которые наступят после завершения моратория.

Выводы суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для удовлетворении указанной части требования (о начислении процентов до момента фактического исполнения обязательства) в связи с преждевременностью его заявления соответствуют правовой позиции, изложенной в п. 7 «Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 30.04.2020.

Арбитражный суд правомерно указал, что истец имеет право на обращение с таким требованием в отношении дней просрочки, которые наступят после завершения моратория.

Доводы апелляционной жалобы истца, оспаривающие выводы суда в указанной части, подлежат отклонению, поскольку основаны на неверном толковании норм материального права. 

Иные доводы апелляционных жалоб истца и ответчика также исследованы судом апелляционной инстанции, однако их оценка на правомерные выводы суда первой инстанции не влияет, удовлетворение апелляционных жалоб не влечет.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены решения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционных жалоб с учетом приведенных в них доводов не имеется.

Решение суда первой инстанции в обжалуемой части следует оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб относятся на заявителей.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26 сентября 2022 года по делу №А71-17500/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий

      О.В. Лесковец 

 

Судьи

 

          Р.А. Балдин

 

Н.П. Григорьева