ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А54-3326/2017

20АП-9118/2019

Резолютивная часть   постановления объявлена  28.07.2020

Постановление в полном объеме изготовлено 04.08.2020

      Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волошиной Н.А., судей Волковой Ю.А. и Григорьевой М.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания  Кулешовой А.В.,  при участии в судебном заседании:  от общества с ограниченной ответственностью «СВИФТ» - Черневцовой О.Ю. (доверенность от 11.05.2018), от Камынина А.А. - Гаврюшина В.А. (доверенность от 06.04.2018),  в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СВИФТ» на определение Арбитражного суда Рязанской области от 27.11.2019 по делу № А54-3326/2017 (судья Иванова В.Н.), принятое по заявлению Камынина Андрея Анатольевича (г. Рязань) о включении в реестр требований кредиторов Чистофорова Андрея Николаевича, требований в сумме 3450000 руб., как обязательства, обеспеченные залогом имущества должника, по заявлению общества с ограниченной ответственностью "СВИФТ" (390000, г. Рязань, ул. Ленина, д.51/21, офис3, ОГРН 1106234005316) к Камынину Андрею Анатольевичу (г. Рязань), Чистофорову Андрею Николаевичу о признании договора залога от 01.06.2016 недействительным и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя Чистофорова Андрея Николаевича (ИНН 623001576786 ОГРИП 315623400009419), 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "СВИФТ" (далее по тексту - ООО "СВИФТ", кредитор) обратилось в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5 в связи с наличием непогашенной задолженности на общую сумму 5 455 930 руб.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 05.06.2017 заявление ООО "СВИФТ" оставлено без движения.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 15.06.2017 заявление принято к производству, возбужденно производство по делу и назначено к рассмотрению в судебном заседании с привлечением лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 13.11.2017 (резолютивная часть объявлена в судебном заседании 07.11.2017) ФИО5 признан несостоятельным   (банкротом),   в    отношении   него   введена   процедура   реализации   имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в газете "Коммерсантъ" 25.11.2017.

24.01.2018(согласно почтового штемпеля на конверте) ФИО3 обратился в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ФИО5, требований в сумме 3450 000 руб., как обязательства, обеспеченные залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 29.01.2018 заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании с привлечением лиц, участвующих в деле о банкротстве.

В материалы дела от ООО "СВИФТ" поступило заявление, в котором ООО "СВИФТ" просит:

- признать договор залога от 01.06.2016, заключенный между ФИО5 и ФИО3 - недействительным;

- применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО5 автобетоносмисителя 518149Z на шасси КАМА36520-61, регистрационный знак 

<

***> свидетельством о регистрации ТС серия 

<

...> от 15.08.2015 г; автобетоносмесителя 58149Z на шасси КАМАЗ 6520-61, регистрационный знак С510СЕ62, паспортом ТС серия 02 НА №383571 от 01.03.2014.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 12.02.2019 заявление принято к производству и назначено к рассмотрению с привлечением лиц, участвующих в деле.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 12.03.2019 заявление ООО "СВИФТ" о признании договора залога от 01.06.2016 недействительным и применении последствий недействительности сделки и заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника, требований в сумме 3450000 руб., как обязательства, обеспеченные залогом имущества должника в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

04.06.2019от ООО "СВИФТ" в материалы дела в порядке статьи 49 Арбитражногопроцессуального кодекса Российской Федерации поступило уточнение правового основания заявленного требования об оспаривании сделки должника путем его дополнения статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Уточнение в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом принято.

Определением суда от 27.11.2019  в третью очередь реестра требований кредиторов индивидуального предпринимателя ФИО5 (31.08.1974 - года рождения, место рождения - гор. Рязань, место регистрации - 

<

...> СНИЛС 

<

***> ИНН 

<

***> ОГРИП 315623400009419)  включены требования ФИО3 (г. Рязань) в сумме 3450000 руб., как обязательства, обеспеченные залогом имущества должника.

       Заявление общества с ограниченной ответственностью "СВИФТ" (390000, г. Рязань, ул. Ленина, д.51/21, офис3, ОГРН 

<

***>) к ФИО3 (г. Рязань), ФИО5 о признании договора залога от 01.06.2016 недействительным и применении последствий недействительности сделки оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом,  ООО «Свифт»   обратилось  в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить.  Мотивируя позицию, заявитель указывает, что  отношения между должником и кредитором  носили формальный характер,   указывает на безденежность договора займа. Указывает, что стороны преследовали цель уменьшения конкурсной массы должника путем вывода ликвидного имущества из конкурсной массы должника.  

В судебном заседании представитель ООО «Свифт» поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, представитель ФИО3-возражал против ее удовлетворения.

До судебного заседания в обоснование финансовой возможности предоставить займ от ФИО3 поступили дополнительные документы, которые приобщены судом к материалам дела. 

От финансового  управляющего поступили сведения об отсутствии информации о расходовании заемных денежных средств.  

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве в данном обособленном споре, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся надлежаще извещенных участвующих в деле о банкротстве лиц на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  Кодекс).

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 Кодекса в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Согласно положениям пункта 1 статьи 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.2002 "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным Законом.

В соответствии с положениями пункта 4 статьи 213.24 в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан включить в течение пяти дней с даты получения требований кредитора в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о получении требований кредитора с указанием наименования (для юридического лица) или фамилии, имени, отчества (для физического лица) кредитора, идентификационного номера налогоплательщика, основного государственного регистрационного номера (при их наличии), суммы заявленных требований, основания их возникновения и обязан предоставить лицам, участвующим в деле о банкротстве, возможность ознакомиться с требованиями кредитора и прилагаемыми к ним документами.

Согласно положениям пункта 3 статьи 100 Закона о банкротстве возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. Такие возражения предъявляются в течение тридцати дней с даты включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведений о получении требований соответствующего кредитора.

Как следует из материалов дела и установлено судом области, между ФИО3 (заимодавец) и ФИО5 (заемщик) был заключен договор процентного займа, обеспеченного залогом от 01.06.2016 на сумму 3 000 000 руб. с уплатой процентов за пользование заемными денежными средствами в размере 15% годовых.

Согласно пункту 1 договора займа срок возврата займа - 01.06.2017.

Согласно пункту 2 договора в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа заемщик предоставляет в залог следующее имущество:

автобетоносмеситель 58149Z на шасси КАМАЗ 6520-61 (Идентификационный номер X6S 58149Z D 0002134, год изготовления - 2013, модель № двигателя - 740610 С2718583, шасси № ХТС 652003 С 1275381, ФИО7 № X6S58149ZD0002134 (2325313), свидетельство о регистрации 62 18 № 188829, регистрационный Знак - С510СЕ 62, зарегистрированный в МРЭО ГИБДД УМВД Рязанской области 01.03.2014;

 автобетоносмеситель 58149Z на шасси КАМАЗ 6520-61 (Идентификационный номер X6S 58149Z В 0001198, Год изготовления - 2011, модель № двигателя- 740610 В2637236, шасси № ХТС 652003 В 1231021, ФИО7 № X6S58149ZB0001198 (2238450), свидетельство о регистрации 62 37 № 780866, регистрационный знак - К762С062, зарегистрированный в МРЭО ГИБДД УМВД Рязанской области 15.08.2015.

  Выдача займа подтверждается актом о приеме - передаче денежных средств на сумму 3 000 000 руб.

 Кроме того заявителем начислены проценты по договору займа в сумме 450 000 руб.

Неисполнение ФИО5 обязанности по возврату суммы займа в размере 3 000 000 руб. и процентов, начисленных на сумму займа 450 000 руб., послужило основанием для обращения ФИО3 в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника.

Кредитор - ООО "СВИФТ", используя предоставленное ему право заявлять возражения на требования других кредиторов, возражал по требованию гражданина ФИО3, ссылаясь фактически на безденежность ( мнимость) заемных обязательств.

ООО "СВИФТ" полагая, что договор залога от 01.06.2016, заключенный между ФИО3 (залогодержатель) и ИП ФИО5 (залогодатель) в качестве обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа, заключен с нарушением пункта 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве обратился в суд с заявлением об оспаривании   договора залога от 01.06.2016.

Удовлетворяя требования ФИО3  об установлении требований в реестр требований  кредиторов  должника, суд области руководствовался следующим.

Статья 807 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии со статьей 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В силу положений статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Если в процессе оспаривания договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным.

Кредитор - ООО "СВИФТ", используя предоставленное ему право заявлять возражения на требования других кредиторов, возражал по требованию гражданина ФИО3, ссылаясь фактически на безденежность заемных обязательств.

В силу положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В деле о банкротстве кредитор в соответствии с процессуальными правилами доказывания обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований к должнику, вытекающих из неисполнения последним своих обязательств.

При рассмотрении требования о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договорам займа кредитор должен доказать факт реального получения заемщиком денежных средств.

Невыполнение бремени доказывания приводит к вынесению судом решения в пользу стороны, доказавшей обстоятельства, на которые ссылалась.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" содержится разъяснение, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В подтверждение факта того, что финансовое положение кредитора позволяло предоставить соответствующие денежные средства, от ФИО3 представлены сведения о том, что в период с конца 2014 года ФИО3 по договорам купли -продажи квартиры от 05.08.2014, от 29.09.2014, от 09.12.2014 проданы принадлежащие ему на праве собственности квартиры на общую сумму 4 000 000 руб., расположенные по адресам: 

<

...>; 

<

...>; 

<

...>.

В материалы дела от ИП ФИО5 поступили сведения, согласно которым ИП ФИО5 пояснил, что денежные средства в размере 3 000 000 руб. были необходимы для привлечения оборотных средств на текущую деятельность (ГСМ, ремонта автотранспортных средств, запасные части и т.д.). Как пояснял ИП ФИО5, необходимость займа обусловлена отсутствием иных средств, т.к. ранее были приобретены транспортные средства. Денежные средства направлены на текущие затраты представлены в материалы дела.

При изложенных обстоятельствах, суд области пришел к выводу о доказанности факта передачи заемных денежных средств должнику в заявленном размере, о финансовой возможности ФИО3 на выдачу денежных средств, что является основанием для включения суммы задолженности в размере 3 450 000 руб. (3 000 000 руб. - основной долг + 450 000 руб. - проценты), в реестр требований кредиторов должника.

Статьей 329 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что залог является одним из способов обеспечения обязательства. В силу статьи 348 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя (кредитора) может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

В целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа между ФИО3 (залогодержатель)   и   ИП   ФИО5   (залогодатель)   заключен   договор   залога   от 01.06.2016. Согласно пункту 1 договора в залог предоставляет следующее имущество:

автобетоносмеситель 58149Z на шасси КАМАЗ 6520-61 (Идентификационный номер X6S 58149Z D 0002134, год изготовления - 2013, модель № двигателя - 740610 С2718583, шасси № ХТС 652003 С 1275381, ФИО7 № X6S58149ZD0002134 (2325313), свидетельство о регистрации 62 18 № 188829, регистрационный Знак - С510СЕ 62, зарегистрированный в МРЭО ГИБДД УМВД Рязанской области 01.03.2014;

автобетоносмеситель 58149Z на шасси КАМАЗ 6520-61 (Идентификационный номер X6S 58149Z В 0001198, Год изготовления - 2011, модель № двигателя- 740610 В2637236, шасси № ХТС 652003 В 1231021, ФИО7 № X6S58149ZB0001198 (2238450), свидетельство о регистрации 62 37 № 780866, регистрационный знак - К762С062, зарегистрированный в МРЭО ГИБДД УМВД Рязанской области 15.08.2015.

В соответствии с пунктом 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество, за изъятиями, установленными законом.

Согласно пункту 4 статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются за счет стоимости предмета залога в порядке, установленном статьей 138 настоящего Федерального закона.

Как следует из разъяснений, изложенных в абз. 2 п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя", если судом не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).

В материалы дела от заявителя поступил акт осмотра предмета залога от 09.06.2018, согласно которого транспортные средства находятся  у должника. Судом  области указано, что право залога возникло в установленном порядке, сохраняется возможность обращения взыскания на заложенное имущество.

Таким образом, суд  первой инстанции включил в реестр требований кредиторов должника задолженность ФИО3 в сумме  3 450 000 руб., как обеспеченную залогом имущества должника.

ООО "СВИФТ" полагая, что договор залога от 01.06.2016, заключенный между ФИО3 (залогодержатель) и ИП ФИО5 (залогодатель) в качестве обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа, заключен с нарушением пункта 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве обратился в суд с заявление об оспаривании   договора залога от 01.06.2016.

Согласно пункту 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки   должника   подается   в   арбитражный  суд,   рассматривающий   дело   о   банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о  банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурснымкредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентовобщего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ установлено, что п.

1и 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона)применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п.п. 3-5 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона). Оспариваемая сделка совершена должником, являющимся индивидуальным предпринимателем 01.06.2016 и может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2. и 61.3 Закона о банкротстве.

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту - постановление Пленума № 63) разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Обращаясь с заявлением об оспаривании сделки должника, кредитор - ООО "Свифт" ссылается на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. По мнению ООО "Свифт", договор был совершен должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку спорный договор залога был заключен должником в период, не превышающий трех лет, предшествующих подаче заявления о признании ИП ФИО5 несостоятельным (банкротом). На момент заключения договора залога, ИП ФИО5 отвечал признакам неплатежеспособности и не мог в полной мере исполнять обязанности по обязательствам.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Отказывая в удовлетворении заявления ООО «Свифт» о признании сделки недействительной, суд области  руководствовался следующим.

ООО "СВИФТ" указывает о наличии у должника признака недостаточности имущества на момент заключения договора залога, связывая с тем, что на момент совершения оспариваемой сделки балансовая стоимость активов должника составляла 7 449 374 руб. 40 коп., тогда как должник принял на себя обязательства по обеспечению исполнения обязательств по договору займа на сумму 3 450 000 руб., а так же имел не исполненные обязательства перед иными кредиторами - ООО "Родник" и ЗАО "Автопром".

В рассматриваемом случае предметом оспаривания сделки является договор залога.

Согласно пункту 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действующей на дату заключения договора залога, в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

На основании пункта 1 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации залогодателем может быть как сам должник, так и третье лицо.

Правовой характер залога является обеспечительным, поскольку залог лишь обеспечивает возможность будущего неисполнения должником основного обязательства принятых перед кредитором. В связи с чем в момент совершения сделки залога последний как таковой не может причинить какой-либо вред как самому залогодателю, так и его кредиторам.

Само по себе заключение договора залога в обеспечение обязательств не является достаточным доказательством наличия признака недостаточности имущества должника, влекущего банкротство последнего, так как залог лишь обеспечивает обязательства, в силу чего неизвестно будут ли реально исполняться основные обязательства или нет в момент совершения сделки залога.

Суд области пришел к выводу, что на основе имеющихся в деле доказательств нельзя сделать вывод о том, что в момент заключения оспариваемого договора залога были ущемлены интересы кредиторов должника, а также причинён вред их имущественным правам. Основания полагать, что заимодавец, предоставляя денежные средства по договору займа, имел своей целью вступить в правоотношения с должником, неспособным погасить задолженность,  отсутствуют.

Вступая в правоотношения по договору займа, Заимодавец заинтересован в возврате денежных средств, а не в нарушении прав потенциальных кредиторов.

Обязательным условием признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве является недобросовестность действий обеих сторон сделки: направленность сделки на причинение вреда кредиторам должника и осведомлённость второй стороны сделки именно об указанной цели должника.

Однако ООО "СВИФТ" в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не доказало наличие сговора между сторонами сделки в целях причинения ущерба залогодателю-должнику.

По существу экономической выгодой заемщика является получение кредитов для пополнения оборотных денежных средств для ведения хозяйственной деятельности, правовое обеспечение обязательств по которым согласно нормам, содержащимся в параграфах 3 (залог), 5 (поручительство) главы 23 ГК РФ, осуществляет залогодатель (поручитель).

Таким образом, договор залога обеспечивает исполнение обязательств заемщика, предусматривающих целевое использование полученных денежных средств на финансирование по текущему обслуживанию техники, что подтверждается материалами дела (копии чеков).

Доказательств того, что должник после заключения договора залога не осуществлял хозяйственную деятельность и не мог увеличить активы, в материалы дела не представлено.

Относительно довода о наличии осведомленности о финансовом положении должника суд области указал, что при обращении должника к кредитору с просьбой предоставления займа были предоставлены подлинники ПТС на спец.технику, из чего судом был сделан вывод, что техника находилась в собственности и приобретена без привлечения кредитных банковских средств. Был предоставлен и ряд договоров, указывающих на востребованность и доходность услуг, предоставляющих должником контрагентам.

С учетом изложенных обстоятельств у кредитора отсутствовали основания сомневаться в неблагоприятном экономическом положении должника, поскольку должником самостоятельно приобреталась дорогостоящая техника, имелись заказы на предоставляемые услуги.

Наличие судебных процессов в отношении должника не могут являться безусловным фактором, указывающим на неплатежеспособность должника. Данная позиция нашла свое отражение в Постановлении Арбитражного Суда Центрального Округа от 13.10.2016 по делу А54-7080/2014.

Довод ООО "СВИФТ" о том, что на момент заключения договора залога были от-чуждены 40,27 % всех активов должника, судом области  признан  несостоятельным.

Исходя из содержания статьи 5 Закона о бухгалтерском учете операции займа подлежат учету, так как являются обязательствами.

Как следует из пункта 1 части 2 статьи 6 Закона о бухгалтерском учете, бухгалтерский учет могут не вести индивидуальные предприниматели, лица, занимающееся частной практикой, в случае, если в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах они ведут учет доходов или доходов и расходов и (или) иных объектов налогообложения либо физических показателей, характеризующих определенный вид предпринимательской деятельности.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда области ввиду следующего. 

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Кодекса, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований, также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Суд области  квалифицировал правоотношения сторон, обосновывающие требования заявителя, как заемные.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (пункт 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, заявитель, позиционирующий себя в качестве займодавца, обязан подтвердить фактическую передачу денежных средств.

Согласно абзацу 3 пункта 26 Постановления N 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Из данных разъяснений следует, что через установление названных обстоятельств достигается установление факта реальной передачи наличных денежных средств, подтвержденной распиской или приходным кассовым ордером, то есть документами, оформление которых зависит только от сторон договора займа, поэтому в рамках дела о банкротстве должника такие документы подлежат тщательной и всесторонней проверке через установление описанных в разъяснениях обстоятельств.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

Исходя из смысла приведенных правовых норм и разъяснений, предметом доказывания по настоящему спору являются факты реального предоставления заимодавцем заемщику суммы займа и невозврата их должником в определенный срок в целях установления наличия между сторонами правоотношений по договору займа.

Согласно позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу N 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

При наличии возражений относительно требований кредиторов заимодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

Как следует из материалов дела, в обоснование финансовой возможности предоставить займ  01.06.2016 года ФИО3 представил сведения о том, что в период с конца 2014 года ФИО3 по договорам купли -продажи квартиры от 05.08.2014, от 29.09.2014, от 09.12.2014 проданы принадлежащие ему на праве собственности квартиры на общую сумму 4 000 000 руб., расположенные по адресам: 

<

...>; 

<

...>; 

<

...>.

Из представленных  документов усматривается следующее. 

Так, ФИО3 02.06.2014 была приобретена 1-комнатная квартира по адресу: 

<

...> по цене 1 000 000 рублей. 

По договору купли-продажи от 05.08.2014 – данная квартиры была  продана   ФИО3 за 1 000 000 рублей

 ФИО3 22.08.2014 была приобретена 1-комнатная квартира по адресу: 

<

...> по цене 1 350 000 рублей. 

По договору купли-продажи от 09.12.2014 – данная квартиры была  продана   ФИО3 за 1 430 000 рублей. 

20.08.2014 ФИО3 приобрел по договору купи-продажи квартиру по адресу г. Рязань, кв. Новаторов 9в, кв. 430. Стоимость квартиры составила 3 000 000 рублей 

По договору купли-продажи от 29.09.2014 – данная квартиры была  продана   ФИО3 за 3 000  000 рублей. 

Таким образом, кредитор вкладывал денежные средства в покупку квартир, потом через незначительный промежуток времени их продавал. 

Однако доказательств того, что денежные средства в размере 3 000 000 рублей с 2014 года не были израсходованы ФИО3, и через полтора года были предоставлены по договору  займа ФИО5, в материалы дела не представлено. 

В частности, в материалах дела отсутствуют сведения о том, что денежные средства от реализации квартир были внесены на счета  в кредитных учреждениях, и накануне выдачи займа были сняты. 

Также в обоснование финансовой возможности  предоставить займ ФИО3 в материалы дела были приобщены выписки из лицевых счетов, из которых усматривается следующее. 

Согласно выписке по счету №40817.810.3.5300.0847730 по вкладу Visa Gold Сбербанка России в рублях за период с 01.01.2014 по 31.12.2016 ,  по состоянию на 30.05.2016 остаток вклада составлял 57 906,99 рублей. Из анализа выписки не следует, что денежные средства в сумме 3 000 000 рублей  поступали за указанный период на счет ФИО3  Всего за данный период была зачислено денежных средств в размере 288 500 рублей (без учета списания денежных средств).  

Судебная коллегия также отмечает, что согласно анализу выписки по данному счету за дальнейшие периоды (за период с 01.01.2017 по 31.12.2019), также не следует  поступления значительных денежных сумм, позволяющих сделать вывод об оборотах заявителя в размере, позволяющем выдать займ на сумму 3  000 000 рублей. 

Согласно выписке по счету №40817.810.9.5300.04377314 за период с 04.09.2014 по 12.12.2016, по состоянию на 18.05.2016 (последняя дата операции, предшествующая дате договора займа)  остаток по счету составил 87,96 рублей.

При этом, денежные средства в сумме 2 650 000 рублей, поступившие на счет 04.09.2014, были  сняты Каминным А.А в тот ж день (т.е. более чем за полтора года  до даты предоставления займа).   

Денежные средства в размере 1 530 000 рублей поступили на счет заявителя 19.01.2016 года, и 21.01.2016 были  сняты со счета (за полгода до  заключения договора займа). 

При этом, судебная коллегия отмечает, что из анализа данной  выписки следует, что в анализируемый период, в  основном, денежные средства поступали на счет ФИО3  в среднем в сумме 33 000 рублей, что не подтверждает финансовую возможность предоставить  займ в заявленном размере. 

Из представленных выписок по лицевым счетам,   судебная коллегия приходит к выводу о том, что  у ФИО3 отсутствовали денежные поступления в крупных суммах (за исключением суммы 2 650 000 рублей   от 04.09.2014 и 1530 000 от 21.01.2016) как до предполагаемой  даты  предоставления займа (01.06.2016), так и после нее.  

Каких-либо иных сведений, подтверждающих обоснованность заявленных требований,  заявителем в материалы дела не представлено.  

Доказательств, свидетельствующих о длительном накоплении суммы с целью предоставления займа должнику 01.06.2016 не представлено, при этом следует учитывать необходимость расходования денежных средств на личные потребности и нужды самого ФИО3 

С учетом изложенного, подлежат отклонению как несостоятельные ссылка ФИО3  на представленную в материалы дела акт приема-передачи денежных средств, ссылка на предоставление займа должнику, поскольку в материалы дела не представлено доказательств реального накопления суммы с целью предоставления 01.06.2016  займа должнику, а также доказательств снятия суммы со счета непосредственно перед датой займа.

Доводы должника о том, что денежные средства, полученные от ФИО3   были необходимы для привлечения оборотных средств на текущую деятельность и потрачены на ГСМ, ремонт автотранспортных средств, запасные части и т.д. судебной коллегией отклоняются.  Как указал суд области, из пояснений ИП ФИО5, необходимость займа обусловлена отсутствием иных средств, т.к. ранее были приобретены транспортные средства. Денежные средства направлены на текущие затраты,  доказательства  представлены в материалы дела.

Должником в материалы дела были представлены копии кассовых чеков, товарных чеков, подтверждающих некие расходы должника, которые производились на протяжении года после  выдачи займа. 

Вместе с тем, согласно письменных  пояснений финансового управляющего должником, в связи с не передачей (уклонением должника от  передачи документов о своей деятельности), сведений о том, как отражались  операции по внесению займа, операции по расходованию заемных денежных средств в отчетности должника,  запрашиваемую информацию  представить в  суд невозможно. 

 Учитывая, что заявителем в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представлено в материалы дела достоверных, относимых и допустимых доказательств наличия у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику, а также то, что в материалы дела не представлено удовлетворительных сведений о том, как полученные средства были истрачены должником,  судебная коллегия приходит к выводу о том, исследованные в совокупности доказательства не подтверждают наличие между сторонами обязательственных правоотношений, основанных на договоре займа, ввиду чего, не доказав совершение сделки, заявитель не вправе требовать от должника возврата денежной суммы в особом порядке, предусмотренном Законом о банкротстве.

В отсутствие достоверных доказательств, подтверждающих передачу денежных средств от заимодавца заемщику по договору займа, не имеется оснований для вывода о заключенности спорного  договора займа от 01.06.2016,  относящегося  к реальным сделкам (абзац 2 пункта 1 статьи 807 ГК РФ, пункт 3 статьи 812 ГК РФ).

Статьей 329 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что залог является одним из способов обеспечения обязательства. В силу статьи 348 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя (кредитора) может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

Из материалов дела судом установлено, что в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа между ФИО3 (залогодержатель)   и   ИП   ФИО5   (залогодатель)   заключен   договор   залога   от 01.06.2016. Согласно пункту 1 договора в залог предоставляет следующее имущество:

автобетоносмеситель 58149Z на шасси КАМАЗ 6520-61 (Идентификационный номер X6S 58149Z D 0002134, год изготовления - 2013, модель № двигателя - 740610 С2718583, шасси № ХТС 652003 С 1275381, ФИО7 № X6S58149ZD0002134 (2325313), свидетельство о регистрации 62 18 № 188829, регистрационный Знак - С510СЕ 62, зарегистрированный в МРЭО ГИБДД УМВД Рязанской области 01.03.2014;

автобетоносмеситель 58149Z на шасси КАМАЗ 6520-61 (Идентификационный номер X6S 58149Z В 0001198, Год изготовления - 2011, модель № двигателя- 740610 В2637236, шасси № ХТС 652003 В 1231021, ФИО7 № X6S58149ZB0001198 (2238450), свидетельство о регистрации 62 37 № 780866, регистрационный знак - К762С062, зарегистрированный в МРЭО ГИБДД УМВД Рязанской области 15.08.2015.

В соответствии с пунктом 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество, за изъятиями, установленными законом.

Федеральным законом от 21.12.2013 N 379-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" "Основы законодательства РФ о нотариате" дополнены главой 10.1, согласно которой нотариусы обязаны осуществлять регистрацию уведомлений о залоге движимого имущества.

В соответствие с абз. 1 п. п. 1 ст. 103.3 "Основ законодательства Российской Федерации о нотариате" (утв. ВС РФ 11.02.1993 N 4462-1) уведомления о залоге движимого имущества направляются нотариусу залогодателем или залогодержателем.

Поскольку в рассматриваемом случае договор залога был заключен в 2016 году, а Федеральный закон от 21.12.2013 N 379-ФЗ вступил в силу 01.07.2014, то у залогодержателя было законное право обратиться с уведомлением о залоге движимого имущества в порядке, предусмотренном "Основами законодательства РФ о нотариате", однако залогодержатель таким правом не воспользовался.

Согласно абз. 3 п. 4 ст. 339.1 ГК РФ залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога ранее этого.

Заключение договора залога в обеспечение договора займа в деле о банкротстве заемщика, создает преференциальный характер для требований заимодавца-залогодержателя, включаемых   в реестр требований кредиторов  должника-залогодателя наряду по отношению к требованиям других кредиторов должника, не обеспеченных залогом. 

Судебной коллегией установлено, что на момент заключения договора залога, должник обладал признаками несостоятельности.  В частности, решением  Арбитражного суда Рязанской области от 22.12.2015 по делу А54-5051/2015, в соответствии с которым с ФИО5 в пользу общества с ограниченной ответственностью "РегионЖилСтрой" взысканы убытки в размере 5 405 900 руб. (впоследствии правопреемником кредитора  стал-ООО «Свифт», требования включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника). 

В силу положений пункта 1 статьи 329 ГК РФ залог представляет собой способ обеспечения обязательства и является акцессорным (дополнительным) по отношению к обязательству основному.

Залог как акцессорное обязательство не может существовать без основного обязательства, судьбе которого оно следует и динамикой развития которого оно определяется. В любом случае нет оснований рассматривать обеспечительное обязательство в отрыве от обязательства обеспечиваемого.

Как указывалось ранее, судебная коллегия пришла к выводу о том, что денежные средства по договору займа не передавались должнику  ввиду отсутствия финансовой  возможности  у ФИО3 предоставить  займ в размере 3 000 000 рублей. 

Согласно пункту 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, пункту 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", если лицо, оспаривающее сделку, совершенную должником и конкурсным кредитором, обосновало существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков недействительности у данной сделки, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

Отсутствие у лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с этим она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Как указывалось ранее, ООО «Свифт»  было подано заявление о признании недействительным  договора залога от 01.06.2016.

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411 по делу N А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Из разъяснений, данных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 N 1446/14 по делу N А41-36402/2012 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

На основании изложенного, исходя из совокупности  обстоятельств выдачи займа, судебная коллегия  приходит к выводу о намерении сторон по созданию искусственной задолженности и выведению ликвидного актива (транспортных средств) из конкурсной массы должника.

Согласно пунктам 3, 4 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления.

Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (пункт 5 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Данная правовая позиция соответствует правовому подходу Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенному в постановлениях от 21.05.2013 N 17388/12, от 05.10.2010 N 5153/10, от 22.11.2011 N 17912/09, от 10.09.2013 N 3330/13.

    Поскольку при заключении договора займа   01.06.2016  между  ФИО3 не  имел финансовой возможности предоставить ФИО5 заемные денежные средства на общую сумму 3 000 000 рублей, следовательно, отсутствует реальность предоставления заемных денежных средств на такую значительную сумму, о чем сторонам сделки было известно, следовательно, сторонами при заключении сделки было допущено злоупотребление правом со стороны обеих сторон сделок, а, значит, данные сделки имеют дефекты (безденежны) и являются ничтожными на основании статьи 10 ГК РФ.

ФИО5  не представлены также относимые и допустимые доказательства, подтверждающие, что полученная им по договорам займа значительная денежная сумма от ФИО3  была им израсходована на предпринимательские цели либо в иных личных целях.

            Учитывая акцессорный характер залога,  судебная коллегия приходит к выводу о том, что договор  залога от 01.06.2016   является ничтожным, поскольку не  может существовать в отрыве от основного обязательства. При заключении  договора залога их сторонами также допущено злоупотреблением правом, данная сделка  не могла быть заключена в обеспечение обязательств по договору займа, которые не возникли, ввиду отсутствия у ФИО3 финансовой возможности предоставить в 2016 году 3 000 000 рублей должнику.

Данный вывод суда не противоречит  сложившейся судебной практике (Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 01.07.2018 по делу № А62-5485/2016; Определение Верховного Суда РФ   от 05.10.2018 №310-ЭС18-14967).

       На основании изложенного, заявление ООО «Свифт» о признании договора залога от 01.06.2016 года недействительной сделкой  подлежит удовлетворению. 

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской.

Таким образом, необходимым условием применения последствий недействительности сделки в виде возврата полученного по ней имущества в натуре является правовая и фактическая возможность такого возврата, определяемая нахождением объекта сделки на момент применения реституции в имущественной сфере одной из сторон по такой сделке.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки. Указанные разъяснения не исключают право суда указать о невозможности применения последствий недействительности сделки при их отсутствии.

            В данном случае, учитывая, что транспортные средства, являющиеся предметом залога, находятся у должника (в составе конкурной массы), отсутствует запись о регистрации залога, оснований для применения реституции  не имеется. 

      На основании изложенного, определение Арбитражного суда Рязанской области от 27.11.2019 по делу     № А54-3326/2017 подлежит отмене. 

Руководствуясь статьями 266, 268, 269,270,  272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 27.11.2019 по делу                             № А54-3326/2017 отменить.

           Признать недействительным договор  залога от 01.06.2016, заключенный между ФИО5 и ФИО3

             Заявление ФИО3 об установлении требований в размере 3 450 000 рублей, как обеспеченных залогом, в реестр требований кредиторов должника ФИО5, оставить без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба на постановление подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

                          Н.А. Волошина 

Судьи

                          Ю.А. Волкова

                          М.А. Григорьева