ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                        Дело № А23-2950/2017

(20АП-4527/2018)

Резолютивная часть постановления объявлена 28.08.2018

Постановление в полном объеме изготовлено  04.09.2018

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Афанасьевой Е.И., судей Сентюриной И.Г. и Тучковой К.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии в судебном заседании до перерыва (21.08.2018) и после перерыва (28.08.2018) от общества с ограниченной ответственностью «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» – ФИО2 (доверенность от 09.01.2018), от ООО «СБК «Паритет» – ФИО3 (доверенность от 13.03.2018), в отсутствие иных лиц участвующих в деле, надлежащим образом, извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» ФИО4 на определение Арбитражного суда Калужской области от 20.06.2018 по делу № А23-2950/2017 (судья Сафонова И.В.), принятое в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) заявление общества с ограниченной ответственностью «Проперти Эдвайзерз» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) об оспаривании сделок должника договора поручительства № 01260013/30013210-П4 от 26.02.2016 и договора залога имущественных прав 

<

***>-з3 от 26.02.2016, с участием в рассмотрении заявления об оспаривании сделки в качестве заинтересованных лиц публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «КИДК» (ОГРН1074027006646, ИНН 

<

***>), конкурного управляющего общества с ограниченной ответственностью «КИДК» ФИО5, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Калужской области от 07.07.2017 общество с ограниченной ответственностью «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом) как ликвидируемый должник и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Определением суда от 06.09.2017 в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» включено требование общества с ограниченной ответственностью «Проперти Эдвайзерз» в сумме 1 584 919 рублей, в том числе  задолженность – 1 000 000 рублей, неустойка – 552 000 рублей, убытки (ущерб) – 32 919 рублей.

Общество с ограниченной ответственностью «Проперти Эдвайзерз» обратилось в арбитражный суд с заявлением от 09.10.2017 о признании недействительными сделок – договора поручительства № 01260013/30013210-П4 от 26.02.2016 и договора залога имущественных прав № 01260013/30013210-з3 от 26.02.2016, заключенных между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» в обеспечение исполнения обязательств ООО «КИДК» (заемщика) по кредитному договору от 22.08.2013 № 01260013/30013210; применении последствий недействительности сделок должника в виде прекращения договора поручительства № 01260013/30013210-П4 от 26.02.2016 и ипотеки в отношении предмета залога, предусмотренного пунктами 1.1 и 1.2 договора залога имущественных прав № 01260013/30013210-з3 от 26.02.2016, исключении из реестра требований кредиторов должника требования ПАО «Сбербанк России» в сумме 1 049 924 156 рублей 41 копейки, включенное в реестр на основании определения суда от 26.09.2017.

Определением суда от 17.10.2017 в качестве заинтересованных  лиц привлечены публичное акционерное общество «Сбербанк России», общество с ограниченной ответственностью «КИДК», конкурсный  управляющий  общества с ограниченной ответственностью «КИДК» ФИО5.

Определением суда от  14.02.2018 произведена  замена кредитора  общества с ограниченной ответственностью «Проперти Эдвайзерз» в обособленном споре по заявлению  общества с ограниченной ответственностью «Проперти Эдвайзерз»  об установлении требования кредитора в сумме 1 584 919 рублей  (определение суда от 06.09.2017)  на его правопреемника общество с ограниченной ответственностью «Рус Бизнес актив-Орел».

Определением суда от 20.06.2018 в удовлетворении заявления о признании недействительными сделками  - договор поручительства № 01260013/30013210-П4 от 26.02.2016 и договор залога имущественных прав 

<

***>-з3 от 26.02.2016, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» и  публичным акционерным обществом «Сбербанк России»,  применении последствий недействительности сделок,  отказано.

В жалобе конкурсный управляющий ООО «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» просит определение суда от 20.06.2018 отменить, разрешить вопрос по существу. В обоснование своей позиции ссылается на то, что на момент совершения сделок – 26.02.2016 не было исполнено требование ООО «Проперти Эдвайзерз», согласно решения Арбитражного суда г. Москвы от 09.02.2017 по делу № А40-149839/2016 ООО «ТРК «Курский» обязалось выплатить вознаграждение ООО «Проперти Эдвайзерз» в размере 1 000 000 рублей не позднее, чем 31.12.2015, требование общества включено в реестр требований кредиторов должника. По мнению заявителя жалобы, учитывая небольшой промежуток времени между заключением сделок (26.02.2016) и обращением в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (май 2017 года – менее двух лет), значительной суммой  принятого на себя обязательства, на момент совершения сделок должник уже отвечал признаку неплатежеспособности.

В судебном заседании апелляционной инстанции 21.08.2018 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) до 28.08.2018. После перерыва судебное заседание продолжено.

В судебном заседании  апелляционной инстанции представитель ООО «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» доводы жалобы поддержал, представитель ООО «СБК «Паритет» против доводов жалобы возражал. 

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статьей 266 и 268   АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив доводы апелляционной жалобы и материалы дела, заслушав представителей ООО «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» и ООО «СБК «Паритет», явившихся в судебное заседание, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральным законом, регулирующим вопросы несостоятельности.

Как следует из материалов дела и установлено судом области, 22.08.2013 между ООО «КИДК» (заемщик) и ПАО «Сбербанк России» (кредитор, банк) заключен кредитный договор 

<

***>, в соответствии с которым  заемщиком получены денежные средства в размере 17 335 200 евро с уплатой процентов, определяемых в соответствии с пунктом 4.1. договора и сроком по 18.08.2013.

В обеспечение обязательств ООО «КИДК» по вышеуказанному кредитному договору, между ООО «ТРК «Курский» и ПАО «Сбербанк России» заключен договор поручительства 

<

***>-П4 от 26.02.2016, а также договор залога имущественных прав 

<

***>-з3 от 26.02.2016.

В соответствии с условиями договора поручительства должник, выступая поручителем по указанному договору, принял на себя обязательство солидарно и в полном объеме отвечать перед банком за исполнение заемщиком всех обязательств по кредитному договору. В соответствии с пунктом 4.1. договора поручительства обязательства поручителя (должника) действуют с даты подписания договора поручительства по 18.06.2016 включительно.

Статьей 1 договора залога определен предмет залога, передаваемого должником в пользу банка. Согласно пункту 1.5. договора залога стоимость предмета залога, исходя из оценочной стоимости с применением залогового дисконта (40%), составляет 1 836 164 400 рублей. В соответствии со статьей 2.1. договора залога предметом залога обеспечивается исполнение заемщиком обязательств по кредитному договору.

Определением суда от 26.09.2017 по делу № А23-2950/2017  в третью очередь требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» включено  требование  публичного акционерного общества «Сбербанк России»  в сумме 1 049 924 156 рублей 41 копейка, в том числе просроченная задолженность по процентам – 26 095 115 рублей 61 копейка, ссудная задолженность – 1 023 331 919 рублей 57 копеек, неустойка за несвоевременную уплату процентов – 493 190 рублей 27 копеек, неустойка за несвоевременное погашение кредита – 3 930 рублей 96 копеек, как обеспеченное залогом имущества должника.

Вышеуказанное определение обжаловано не было и вступило в законную силу.

Обратившись с требованием о признании договоров, заключенных между Банком и ООО «ТРК «Курский», недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный кредитор ООО «Проперти Эдвайзерз» сослался на то, что договор поручительства № 01260013/30013210-П4 от 26.02.2016 и  договор залога имущественных прав № 01260013/30013210-з3 от 26.02.2016 отвечают признакам подозрительной сделки и заключены должником в целях причинения вреда имущественным правам и законным интересам конкурсных кредиторов ООО «ТРК «Курский».

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Статьей 61.9 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, кредиторская задолженность которых составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника.

В силу положений пунктов 1 и 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, то есть действия, направленные, в том числе, на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и, если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Принимая во внимание, что производство по делу о несостоятельности ООО «ТРК «Курский» возбуждено 13.06.2017, а оспариваемые в рамках данного обособленного спора договоры совершены 26.02.2016, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что оспариваемые сделки относятся к периоду подозрительности, установленному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пунктах 5, 6, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 данного постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Обосновывая заявленные требования, заявитель ссылался на то, что на момент совершения сделок ООО «ТРК «Курский» отвечало признакам неплатежеспособности, так как имела место задолженность перед ООО «Проперти Эдвайзерз» в размере 1 000 000 рублей.

При этом достоверные доказательства того, что на момент совершения сделок (26.02.2016)  должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, в материалах дела отсутствуют и суду не представлены.

В частности, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно положениям абзаца 33 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Из положений абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве следует, что под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Из бухгалтерского баланса на 31.12.2016 следует, что на 31.12.2015  совокупные активы должника составляли 2 916 559 тыс. рублей, из них: незавершенное строительство – 2 730 262 тыс. рублей, запасы - 3 тыс. рублей,  дебиторская задолженность – 5 912 тыс. рублей, денежные средства – 18 194 тыс. рублей, прочие оборотные активы – 2 179 тыс. рублей; кредиторская задолженность составляет – 78 783 тыс. рублей ; на 31.12.2016 - 2 894 512 тыс. рублей, из них: запасы – 2 180 243 тыс. рублей, дебиторская задолженность – 318 603 тыс. рублей, финансовые вложения – 273 086 тыс. рублей, денежные средства – 34 тыс. рублей, кредиторская задолженность составляет – 374 634 тыс. рублей.

Согласно представленным в материалы дела выпискам по расчетным и ссудным счетам должника, имелось движение денежных средств (т. 4, л. д. 68-100).

Таким образом, признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества из представленных в материалы дела документов должника на момент совершения спорной сделки не установлено.

Сам по себе факт наличия задолженности перед отдельным кредитором не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, установленных статьей 2 Закона о банкротстве.

Как правильно отметил суд области, согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником также объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок.

Установив, что ООО «ТРК «Курский» и ООО «КИДК» входят в группу компаний с конечными бенефициарами Лоренц В.Я. и Лоренц С.В., владеющие ими как через компании, зарегистрированные в офшорной зоне – Кипр, так и непосредственно, суд области пришел к правильному выводу, что заключение должником договоров поручительства и залога с Банком в обеспечение обязательств ООО «КИДК», при наличии изложенных выше фактов экономической и правовой связи между физическими и юридическими лицами говорит о групповой согласованности действий и решений физических и юридических лиц. В связи с этим, все взаимоотношения ООО «КИДК» и ООО «ТРК «Курский», необходимо рассматривать консолидировано.

Кроме того, обязательным условием недействительности сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является осведомленность лица, в отношении которого совершена сделка, о наличии у должника признака неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12.2 постановления Пленума № 63 сам по себе факт того, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

Доказательства, подтверждающие, что при заключении спорных договоров Банку было известно о наличии признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества, а также, что на момент заключения спорного договора ООО «ТРК «Курский» являлось неплатежеспособным юридическим лицом, заявителем не представлены.

Приняв во внимание справку ПАО «Сбербанк России» о задолженности ООО «ТРК «Курский» по кредитному договору № 

<

***> от 08.05.2014, согласно которой  у ООО «ТРК «Курский» на момент совершения оспариваемых сделок (26.02.2016) отсутствовала какая-либо задолженность по кредиту, суд области пришел к правильному выводу, что у Банка не было оснований полагать, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

Доказательств того, что именно в результате оспариваемых сделок причинен вред имущественным правам кредиторов, что именно должник после их заключения прекратил свою хозяйственную деятельность, а имущества должника было явно недостаточно для расчетов п обязательствам, срок по которым наступил к тому моменту, также в материалы дела не представлено.

Учитывая вышеизложенное, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания договора поручительства недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является обоснованным.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанная норма устанавливает принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

О злоупотреблении правом со стороны кредитной организации при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать совершение банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях.

Однако таких обстоятельств из материалов дела не следует.

Следует также отметить, что правовая природа договора поручительства не предполагает встречного предоставления Гарантией защиты прав поручителя служат положения пункта 1 статьи 365 ГК РФ, в соответствии с которыми к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

Согласно пункту 1 статьи 335 ГК РФ залогодателем может быть как сам должник, так и третье лицо. При этом закон не устанавливает требования о каких-либо обязательных возмездных отношениях между залогодателем и залогодержателем, если залогодателем является третье лицо.

Собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения имуществом (статья 209 ГК РФ).

В данном случае ООО «ТРК «Курский» обладало  правами собственника на  имущественные права - предмет договора залога, следовательно, передача их в залог банку является правом собственника, установленным нормами статьей 209 ГК РФ.

Право кредитора-залогодержателя получить удовлетворение за счет заложенного имущества залогодержателя преимущественно перед другими кредиторами предусмотрено законом (пункт 1 статьи 334 ГК РФ, статья 18.1, статья 138 Закона о банкротстве). Реализация кредитором такого права, в том числе и в процедурах банкротства залогодержателя, не может быть расценена как причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Судебной коллегией также принято во внимание, что спорные договоры поручительства и залога были заключены 26.02.2016, то есть за полтора года до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТРК «Курский» - 13.06.2017, что исключает направленность сделок на умышленное уменьшение стоимости имущества должника с целью причинения ущерба своим потенциальным кредиторам.

Таким образом, вывод суд об отсутствии правовых оснований для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ, также является обоснованным.

Доводы заявителя жалобы о том, что на момент совершения сделок – 26.02.2016 не было исполнено требование ООО «Проперти Эдвайзерз», согласно решения Арбитражного суда г. Москвы от 09.02.2017 по делу № А40-149839/2016 ООО «ТРК «Курский» обязалось выплатить вознаграждение ООО «Проперти Эдвайзерз» в размере 1 000 000 рублей не позднее, чем 31.12.2015, требование общества включено в реестр требований кредиторов должника, не заслуживают внимания, поскольку сам по себе факт наличия задолженности перед отдельными кредиторами не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, установленных статьей 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 25.01.2016 № 307-ЭС15-20344, неплатежеспособность не следует отождествлять с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

Как было указано выше, доказательств, подтверждающих, что на момент заключения договоров поручительства и залога, должник отвечал признакам недостаточности имущества или неплатежеспособности, заявитель не представил.

Иные доводы заявителя, содержащиеся в жалобе, не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой суда установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торгово-развлекательный комплекс «Курский» ФИО4 и отмены вынесенного определения.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 20.06.2018 по делу                                 № А23-2950/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  

В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

 

Е.И. Афанасьева

И.Г. Сентюрина

ФИО6