ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-23512/2023

город Ростов-на-Дону

30 мая 2024 года

15АП-4747/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 мая 2024 года.

 

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего судьи Илюшина Р.Р.,судей Мельситовой И.Н., Нарышкиной Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Брылевым П.А.,

при участии:

от ООО «Фирма Гравитон» в лице участника компании Олесстар Лимитед: представитель ФИО1 по доверенности от 23.05.2023,

от ФИО8 О.: представитель ФИО3 по доверенности от 17.08.2022,

от ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 13.11.2023,

от ООО «Инвестконсалтинг»: представитель ФИО6 по доверенности от 14.02.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Фирма Гравитон» в лице участника компании Олесстар Лимитед 

на решение Арбитражного суда Краснодарского края 

от 15.02.2024 по делу № А32-23512/2023 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Фирма Гравитон» в лице участника компании Олесстар Лимитед 

к ФИО7, ФИО4, 

при участии в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Инвестконсалтинг», общества с ограниченной ответственностью «Многопрофильная строительная компания»

о возмещении убытков,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Фирма «Гравитон» (далее - фирма, компания) в лице участника Олесстар Лимитед, Виргинские острова, обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО7, ФИО4 (третьи лица: ООО «Инвестконсалтинг», ООО «Многопрофильная строительная компания») о взыскании убытков, причиненных действиями ответчиков. Основанием данных убытков истец указывает на отчуждение ответчиками по недействительным сделкам имущества ООО «Фирма «Гравитон» по заниженной стоимости. Убытки подлежат взысканию с ФИО4, как директора фирмы и ФИО8 О., как бенефициара компании.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.02.2024 в удовлетворении исковых требований отказано. Ходатайство ООО «Инвестконсалтинг» об оставлении искового заявления без рассмотрения оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обжаловал его в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просит отменить решение суда первой инстанции, по делу принять новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить в полном объёме.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что судом первой инстанции фактически не дана надлежащая правовая оценка недобросовестным действиям ответчиков по отчуждению через подконтрольные им юридические лица по недействительным сделкам имущества ООО «Фирма «Гравитон» по заниженной стоимости, что в свою очередь, является юридически значимым обстоятельством для применения статьи 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации. После принятия апелляционным судом постановления от 19.04.2021 по делу № А32-33156/2019, у ФИО4 как директора общества с 19.04.2021 возникла обязанность по возврату незаконно отчужденного имущества. Ответчик должен был обратиться с иском о виндикации имущества у ООО «МСК», которому часть спорного имущества передано ООО «Инвестконсалтинг» на основании договоров купли-продажи от 05.12.2018. Несовершение указанных действий и привело к возникновению взыскиваемых убытков. Также истец не согласен с выводом суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении иска по мотивам пропуска срока исковой давности. Как указывает истец, трёхлетний срок исковой давности им не пропущен, поскольку о заключённых договорах купли-продажи от 05.12.2018 ему стало известно в ходе рассмотрения спора по делу № А32-20311/2022.

От ФИО4, ООО «Инвестконсалтинг»  поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых они просят решение суда первой инстанции оставить без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Проверив материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы жалобы, отзывов на нее, апелляционная коллегия не находит оснований к отмене судебного акта.

Как следует из материалов дела, АО «Коммерческий банк «Кубанский торговый банк» (далее - банк; кредитор) и ООО «Фирма «Гравитон» (далее - заемщик) 13.02.2017 заключили договор № 4ЛЗ/0-17 об открытии кредитной линии, в соответствии с которым банк открыл компании кредитную линию с лимитом 150 млн. рублей со сроком погашения - 17.01.2018.

Дополнительным соглашением № 2 к договору № 4ЛЗ/0-17 от 13.02.2017 АО «Кубаньторгбанк» и ООО «Фирма «Гравитон» пришли к согласию об установлении срока окончательного погашения выданного кредита- 16.01.2019.

В качестве обеспечения исполнения обязательств по договору банк (кредитор, залогодержатель) и компания (заемщик, залогодатель) заключили следующие договоры залога движимого имущества: договор залога от 13.02.2017 № 16/4ЛЗ/0-17, предметом которого являлись 55 единиц оборудования рыночной стоимостью 793 335 853 руб. 06 коп., залоговой стоимостью 198 333 963 руб.37 коп.; договор залога от 13.02.2017 № 17/4ЛЗ/0-17, предметом которого являлись 123 единицы оборудования рыночной стоимостью 32 004 857 руб. 76 коп., залоговой стоимостью 8 001 214 руб. 44 коп.; договор залога от 13.02.2017 № 18/4ЛЗ/0-17, предметом которого являлись 104 единицы оборудования рыночной стоимостью 42 960 125 руб. 58 коп., залоговой стоимостью 10 740 031 руб. 40 коп.; договор залога от 13.02.2017 № 19/4ЛЗ/0-17, предметом которого являлись 64 единицы оборудования рыночной стоимостью 89 051 136 руб. 44 коп., залоговой стоимостью 22 262 784 руб. 11 коп.; договор залога от 13.02.2017 № 20/4ЛЗ/0-17, предметом которого являлись 210 транспортных средств, рыночной стоимостью 183 703 025 руб. 41 коп., залоговой стоимостью 91 851 512 руб. 71 коп.; договор залога от 13.02.2017 № 21/4ЛЗ/0-17, предметом которого являлись 47 транспортных средств рыночной стоимостью 69 479 066 руб. 26 коп., залоговой стоимостью 34 739 533 руб. 13 коп.

21.02.2018 банк (цедент) и ООО «Инвестконсалтинг» (далее – общество, цессионарий) заключили договор уступки прав требования по договору об открытии кредитной линии, в соответствии с которым цедент уступил цессионарию права по договору № 4ЛЗ/0-17 об открытии кредитной линии от 13.02.2017 в части основного долга в размере 70 167 300 руб., а также права по договорам залога от 13.02.2017 № 17/4ЛЗ/0-17, № 18/4ЛЗ/0-17, № 19/4ЛЗ/0-17, № 20/4ЛЗ/0-17, № 21/4ЛЗ/0-17. Цена уступаемых прав - 70 167 300 руб. Общество произвело оплату уступаемых прав в полном объеме, что подтверждается платежным поручением от 21.02.2019 № 2.

10.07.2018 банк (цедент) и общество (цессионарий) заключили договор уступки прав требования по договору об открытии кредитной линии, в соответствии с которым цедент уступил цессионарию права по договору № 4ЛЗ/0-17 об открытии кредитной линии от 13.02.2017 в части прав по основному долгу в размере 59 млн. рублей, проценты в сумме 193 972 руб. 60 коп., а также права по договору залога от 13.02.2017 № 16/4ЛЗ/0-17. Цена уступаемых прав - 59 193 972 руб. Общество произвело оплату уступаемых прав в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями от 10.07.2018 № 111 и от 10.07.2018 № 112.

Компания (должник) и общество (кредитор) 31.07.2018 заключили соглашение об отступном к договору от 13.02.2017 № 4ЛЗ/0-17, согласно которому компания передала в собственность обществу в счет погашения обязательств по кредитному договору движимое имущество, заложенное по договорам от 13.02.2017 № 16/4ЛЗ/0-17, № 17/4ЛЗ/0-17, № 18/4ЛЗ/0-17, № 19/4ЛЗ/0-17, № 20/4ЛЗ/0-17, № 21/4ЛЗ/0-17. 

В пункте 2.1 соглашения об отступном стороны определили стоимость имущества в размере 130 483 744 руб. 81 коп. 

Общество (арендодатель) и компания (арендатор) 01.08.2018 заключили рамочный договор аренды движимого имущества. Предметом аренды является имущество, ранее полученное от компании по соглашению об отступном от 31.07.2018. Часть спорного имущества ООО «Инвестконсалтинг» на основании договоров купли-продажи от 05.12.2018 продало ООО «Многопрофильная строительная компания» (далее - ООО «МСК»).

Постановлением апелляционного суда от 19.04.2021 по делу № А32-33156/2019, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции от 29.07.2021, соглашение об отступном от 31.07.2018 к договору № 4ЛЗ/0-17 об открытии кредитной линии от 13.02.2017, заключенное между ООО «Фирма «Гравитон» и ООО «Инвестконсалтинг», признано недействительным. 

Судебный акт мотивирован отчуждением имущества ООО «Фирма «Гравитон» по заниженной цене на крайне невыгодных для компании условиях.

Заявитель указывает, что фактическая стоимость отчужденного имущества составляет 147 954 466 руб., что подтверждается выводами экспертного заключения от 03.02.2021 № 91/09 ООО «1А Экспертиза» в рамках дела № А32-33156/2019.

Ссылаясь на постановление апелляционного суда от 19.04.2021, заявитель указывает, что действиями ответчиков фирме причинены убытки в размере стоимости утраченного имущества (147 954 466 руб.).

Требования к ФИО4 заявитель обосновывает тем, что ФИО4, как единоличный исполнительный орган компании, зная о реальной стоимости утраченного имущества, осуществил его отчуждение по цене более чем в 10 раз ниже рыночной. Данное обстоятельство и недобросовестность действий ФИО4 установлены судом в рамках рассмотрения дела № А32-33156/2019. Под действиями, которые привели к утрате спорного имущества, необходимо рассматривать заключение соглашения об отступном от 31.07.2018, договора аренды от 01.08.2018 и дополнительного соглашения к нему от 04.12.2018, которые со стороны фирмы подписаны директором ФИО4

ООО «Фирма «Гравитон», заключив договоры аренды в целях обеспечения исполнения соглашения об отступном, лишилось права собственности на движимое имущество, с помощью которого фирма осуществляла свою основную деятельность. Фактически компания лишилась не только имущества, но и дохода от его эксплуатации или реализации указанного имущества, что противоречит целям деятельности юридического лица, являющегося коммерческой организацией.

Обосновывая требования к ФИО8 О., истец указывает, что согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Фирма «Гравитон», участниками указанной фирмы на момент совершения оспариваемой сделки и по настоящее время являются в равных долях компания Олесстар Лимитед и компания Беллезар Лимитед. В соответствии с акционерными сертификатами бенефициарным владельцем компании Беллезар Лимитед является ФИО8. Согласно сведениям, размещенным на веб-сайте АО «Кубаньторгбанк» в сети Интернет (www.bktb.ru), акционером и председателем Совета директоров банка является также ФИО8 Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Инвестконсалтинг» единственным участником указанного общества на момент совершения оспариваемой сделки является ФИО9. При этом, родная сестра ФИО9 - ФИО10 является супругой ФИО8 Указанные обстоятельства свидетельствуют об аффилированности ООО «Инвестконсалтинг» одному из бенефициарных участников ООО «Фирма «Гравитон» ФИО8 Сделки, которые привели к причинению убытков, были заключены со стороны ООО «Фирма «Гравитон», где ФИО8 О. - бенефициарный участник (50%), в пользу аффилированной ему же на 100% компании - ООО «Инвестконсалтинг». С учетом изложенного, ООО «Инвестконсалтинг» не только знало о наличии явного ущерба, но и том, что стороны заключили соглашение об отступном в череде недействительных сделок с целью незаконного обогащения через причинение имущественного ущерба ООО «Фирма «Гравитон», действуя недобросовестно. ФИО8 О. имел фактическую возможность определять действия ФИО4, совершившего череду недействительных и убыточных для компании сделок в пользу сразу нескольких юридических лиц, где бинифициаром и аффилированным лицом выступает ФИО8 О.

Таким образом, действиями единоличного исполнительного органа ООО «Фирма «Гравитон» - директора ФИО4, совершенными в пользу бенефициара ООО «Фирма «Гравитон» - владельца компании Беллезар Лимитед ФИО8 О. через фирму, аффилированную с ФИО2 Р.С.О. (ООО «Инвестконсалтинг»), причинены убытки ООО «Фирма «Гравитон» в виде стоимости отчужденного имущества по договорам купли-продажи в пользу ООО «МСК».

По мнению истца, ФИО4, как единоличный исполнительный орган ООО «Фирма «Гравитон» (пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ), и ФИО8 О., как лицо, имеющее фактическую возможность определять действия ООО «Фирма «Гравитон», обязаны возместить убытки компании солидарно.

Также истец указал на то, что директор ФИО4, как директор компании, должен был обратиться с иском о виндикации имущества у ООО «МСК». ФИО8 О. после признания судами неэквивалентности произведенного обмена в результате совершения соглашения об отступном, действуя добросовестно и в интересах компании, обязан был устранить установленную неэквивалентность. Несовершение указанных действий привело к возникновению взыскиваемых убытков. Кроме того истец указал на то, что срок исковой давности по настоящему делу подлежит исчислению с момента вынесения постановления апелляционного суда от 19.04.2021 по делу № А32-33156/2019. До признания апелляционным судом соглашения об отступном недействительным претензии косвенного иска носили предположительный характер. ФИО8 О., не осуществлял никаких действий после 19.04.2021 для возврата имущества титульному владельцу.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков, применяемое в качестве меры гражданско-правовой ответственности и направленное на восстановление имущественных прав потерпевшего лица.

В силу пункта 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 40 Закона № 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (статья 53.1 Кодекса).

В статье 44 Закона № 14-ФЗ указано, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 Закона № 14-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

В пунктах 1 и 2 статьи 15 ГК РФ указано, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу статьи 15 ГК РФ для возмещения убытков необходимо установить факт возникновения убытков, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между неправомерными действиями и причиненными убытками, а также размер подлежащих возмещению убытков. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении иска.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В соответствии с пунктом 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения. Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

В пункте 3 Постановления № 62 указано, что неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Из протокола внеочередного общего собрания участников ООО «Фирма «Гравитон» от 29.08.2017 следует, что участники общества, в том числе компания Олесстар Лимитед одобрили предоставление дополнительного залога (недвижимого имущества) по договору № 4ЛЗ/0-17 об открытии кредитной линии от 13.02.2017.

Предоставление дополнительного залога обусловлено недостаточностью ранее представленного обеспечения сумме обеспечиваемого обязательства.

Истец указывает на причинение обществу убытков путем отчуждения по недействительным сделкам имущества по заниженной стоимости.

Вместе с тем, из всей цепочки проведенных сделок, недействительным признано только соглашение об отступном от 31.08.2018 к договору от 13.02.2017 № 4ЛЗ/0-17 (постановление апелляционного суда по делу № А32-33156/2019, согласно которому указано на отчуждение имущества по заниженной стоимости).

Сам факт заключения соглашения, признанного судом недействительной сделкой, не является достаточным основанием для привлечения стороны недействительной сделки к гражданско-правовой ответственности в виде установления для нее обязанности возместить убытки, причиненные такой недействительной сделкой.

Необходимые условия наступления ответственности в виде взыскания убытков возможны при наличии в совокупности фактов противоправности, факта и размера причиненных убытков и наличия причинной связи между действиями ответчиков и возникшими убытками.

Однако истцом не доказана совокупность обстоятельств (противоправность действий ответчика, наличие неблагоприятных последствий для общества и причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями), при наличии которых в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации у ответчиков могла возникнуть обязанность возмещения убытков обществу.

Действуя разумно и добросовестно в пределах обычного предпринимательского риска, ФИО4 принял решение о целесообразности совершения спорной сделки, опираясь на неплатежеспособность заемщика, не исполняющего заемные обязательства длительное время.

Заявляя об убытках, истец также не обосновал реальную возможность исполнения заемщиком своих обязательств но договору займа.

Доказательств того, что иные сделки были признаны недействительными, истцом не представлено.

Таким образом, сама по себе недействительность первоначальной сделки не свидетельствует о недействительности всех последующих сделок, совершенных с имуществом, в связи с чем вопреки доводам истца у ФИО4 отсутствовали основания для обращения к ООО «МСК» с требованием о виндикации имущества, при наличии действительного договора купли-продажи от 05.12.2018.

Апелляционный суд также отмечает, что компания Олесстар Лимитед, обращаясь с иском о признании недействительным соглашения об отступном от 31.07.2018 в рамках дела № А32-33156/2019, не заявляла требований о применении последствий недействительности сделки.

Кроме того, в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции ответчиками было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

Общим правилом, закрепленным статьей 200 ГК РФ, является определение начала течения срока исковой давности со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43) течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

В пункте 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» указано, что арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ).

В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Требования истца основаны на том, что ответчики по недействительным сделкам осуществили отчуждение имущества ООО «Фирма «Гравитон» по заниженной стоимости.

Таким образом, при определении момента начала течения срока исковой давности необходимо установить момент, когда истец владел или должен был владеть информацией об отчуждении имущества по заниженной стоимости на основании указанных им сделок.

Судебными актами по делу № А32-20311/2022 установлено, что о сделках, положенных в основание иска о взыскании убытков (соглашение об отступном от 31.07.2018, договор аренды от 01.08.2018 и дополнительное соглашение к нему от 04.12.2018), истцу стало известно с 25.10.2018, что подтверждается заявлением о преступлении от 24.10.2018, поданном адвокатом Новиковым И.С., действующим от имени Компании Оллестар Лимитед руководителю СУ СК России по Краснодарскому краю с целью проверки действий директора ООО «Фирма «Гравитон» ФИО4 по заключению указанных сделок. В заявлении о преступлении истец ссылался на обстоятельства, положенные в основание настоящего иска о взыскании убытков - отчуждение имущества по заниженной стоимости.

Именно с указанного момента истец располагал информацией о предполагаемом нарушении своего права.

Исковое заявление о взыскании убытков подано 05.05.2023, по истечении 4,5 лет с даты, когда об указанных обстоятельствах стало известно заявителю. Доказательств прерывания, приостановления течения срока исковой давности истцом в материалы дела не представлено.

Ссылка заявителя на то, что до признания постановлением апелляционного суда от 19.04.2021 соглашения об отступном от 31.07.2018 недействительным, косвенный иск носил предположительный характер, является необоснованной, поскольку течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, а не с момента, когда получило подтверждение своих предположений о нарушении права.

Определенный заявителем момент, когда ему стало известно о нарушении права, противоречит заявлению о преступлении от 24.10.2018, а также выводам судов по делу № А32-20311/2022.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ и пункта 15 Постановления № 43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Ссылка истца на то, что суду следовало отказать в применении срока исковой давности на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ, отклоняется апелляционным судом, ввиду нижеследующего.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 № 17912/09, определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2022 № 308-ЭС22-21274, отказ в применении срока исковой давности вследствие злоупотребления правом со стороны ответчиков допускается в случае, если иск подается после восстановления корпоративного контроля и пропуск срока обусловлен, в том числе, утратой истцом такого контроля до истечения срока давности. 

Вместе с тем, в данном случае истец не заявлял об утрате им корпоративного контроля.

С учётом изложенного, суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме.

На основании изложенного у судебной коллегии  отсутствуют основания для переоценки выводов суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы.

Выводы суда основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции не допущено.

Расходы по уплате госпошлины по апелляционной жалобе по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст. ст. 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.02.2024 по делу № А32-23512/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев через суд первой инстанции.

Председательствующий                                                           Р.Р. Илюшин

 

Судьи                                                                                             И.Н. Мельситова

 

Н.В. Нарышкина