234/2023-73681(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А46-324/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 06 декабря 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объёме 07 декабря 2023 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Шаровой Н.А., судей Глотова Н.Б.,  ФИО1 - 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Нурписовым А.Т.  рассмотрел кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «СТЭМ»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «СТЭМ»), ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области  от 18.08.2023 (судья Горобец Н.А.) и постановление Восьмого арбитражного  апелляционного суда от 11.10.2023 (судьи Брежнева О.Ю., Аристова Е.В.,  Сафронов М.М.) по делу № А46-324/2021 о несостоятельности (банкротстве)  общества ограниченной ответственностью СК «Сибстрой» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>; далее – общество СК «Сибстрой», должник), принятые  по заявлению конкурсного управляющего ФИО3  (далее – управляющий) к обществу «СТЭМ», ФИО2, ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «ТЦ Шереметьево»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «ТЦ Шереметьево»)  о признании недействительными договора купли-продажи транспортного средства  от 31.05.2020, сделок по перечислению денежных средств, акта взаимозачета  от 31.05.2020, бухгалтерских справок, применении последствий недействительности  сделок.  

В заседании приняла участие ФИО5 – представитель управляющего  по доверенности от 24.04.2023.  

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного  суда Омской области (судья Дябин Д.Б.) в заседании участвовал ФИО6 –  представитель общества «СТЭМ» по доверенности от 18.08.2022.  

Суд установил: 

в деле о банкротстве должника управляющий обратился в суд с заявлением о признании  недействительными:  

 договора от 31.05.2020 купли-продажи транспортного средства - TOYOTA LAND  

CRUISER 150 (PRADO), год выпуска 2012, VIN 

<

***>, государственный  знак 

<

***> (далее – транспортное средство), заключённого между обществом  СК «Сибстрой» (продавец) и обществом «СТЭМ» (покупатель), по цене 1 500 000 руб.;  

 по перечислению денежных средств в сумме 1 084 195 руб. от общества «СТЭМ»  в пользу общества СК «Сибстрой», совершённых 05.06.2020 на сумму 900 000 руб.,  30.06.2020 на сумму 5 000 руб., 30.06.2020 на сумму 3 195 руб., 08.09.2020 на суму  100 000 руб., 23.09.2020 на сумму 8 000 руб., 28.09.2020 на сумму 10 000 руб., 30.09.2020  на сумму 58 000 руб., как частичную оплату по договору купли-продажи транспортного  средства от 31.05.2020;  

 по перечислению денежных средств от общества СК «Сибстрой» в пользу общества  «СТЭМ», совершённых 05.06.2020 на сумму 996 000 руб., в качестве возврата  по договору процентного займа от 23.01.2020 № 1;  

 акта взаимозачёта от 31.05.2020, заключённого межу обществами СК «Сибстрой»  и «СТЭМ», по которому задолженность по договору купли-продажи транспортного  средства от 31.05.2020 уменьшилась на сумму 175 205 руб. в счёт задолженности  общества СК «Сибстрой» перед обществом «СТЭМ» по договору займа от 23.01.2020   № 1;  

 бухгалтерских справок: от 24.07.2020 № 68, от 30.07.2020 № 69, от 31.07.2020 № 71,  от 10.08.2020 № 70, от 05.11.2020 № 80, от 01.12.2020 № 81, от 25.12.2020 № 95,  на основании которых между обществами «СТЭМ» и СК «Сибстрой» заключены акты  взаимозачёта по платежам, осуществлённым обществом «СТЭМ» третьим лицам  по обязательствам общества СК «Сибстрой», в сумме 240 600 руб.  

 К участию в рассмотрении спора в качестве соответчиков привлечены  ФИО2, ФИО4, общество «ТЦ Шереметьево».  

 Определением суда от 18.08.2023, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 11.10.2023, заявленные требования удовлетворены, признана  недействительной цепочка сделок: договор купли-продажи транспортного средства  от 31.05.2020, заключённый между обществами СК «Сибстрой» и «СТЭМ», договор  купли-продажи транспортного средства от 26.09.2021, заключённый между обществом  «СТЭМ» и индивидуальным предпринимателем ФИО4, договор купли-продажи транспортного средства от 27.09.2021, заключённый между индивидуальным  предпринимателем ФИО4 и ФИО2, применены последствия  недействительности сделок: на ФИО2 возложена обязанность возвратить  в конкурсную массу должника транспортное средство. Признаны недействительными  перечисления денежных средств от общества СК «Сибстрой» в пользу общества «СТЭМ»  05.06.2020 на сумму 996 000 руб. Признан недействительной сделкой акт взаимозачёта  от 31.05.2020, заключённый между обществами СК «Сибстрой» и «СТЭМ». Применены  последствия недействительности сделок в виде восстановления права требования  общества «СТЭМ» к обществу СК «Сибстрой» на сумму 328 795 руб. Распределены  судебные расходы.  

 Суды исходили из доказанности совокупности условий, предусмотренных  положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункта 2 статьи 170  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), для признания сделки  по выводу из состава активов неплатёжеспособного должника ликвидного имущества  (транспортное средство) в пользу аффилированного лица недействительной, сделав вывод  о том, что в действительности должник и ответчик заключили притворные сделки,  прикрывающие формальный перенос на аффилированное лицо титула собственности  на транспортное средство без эквивалентной оплаты его стоимости должнику,  с созданием видимости оплаты (прикрывающей фактически состоявшийся досрочный  необоснованный возврат займа, предоставленного неплатёжеспособному должнику  компенсационного финансирования (путём платежа обществу «СТЭМ» на сумму  996 000 руб. и взаимозачёта с указанным обществом на сумму 175 205 руб. в счёт возврата  займа).  

 В кассационной жалобе общество «СТЭМ» просит отменить определение  от 18.08.2023 и постановление от 11.10.2023, принять новый судебный акт об отказе  в удовлетворении заявления управляющего, в обоснование ссылается на недоказанность  факта причинения вреда кредиторам в результате продажи транспортного средства  по рыночной стоимости; отсутствие признаков цепочки притворных сделок по реализации  транспортного средства неаффилированному с должником лицу – ФИО2;  неправомерность возложения на ФИО7 обязанности доказывания  отрицательных фактов неиспользования и невладения транспортным средством;  недоказанность осведомлённости ФИО4 и ФИО2  о причинении вреда кредиторам должника исходя из реальности взаиморасчётов между  этими лицами по рыночной стоимости транспортного средства; отсутствие  у оспариваемых сделок признаков капиталозамещающего финансирования исходя из того,  что заём предоставлен обществом «СТЭМ» в большем размере, чем рыночная стоимость  проданного должником транспортного средства, а зачёт взаимных требований, которым  частично погашена задолженность по договору займа, произведён на сумму 175 205 руб.  (11 % от стоимости автомобиля), поэтому, задолженность по займу нельзя считать  созданной умышленно для вывода имущества должника (транспортного средства),  при этом договор займа от 23.01.2020 № 1 заключён в период действия договоров подряда  с заказчиками, когда общество «СТЭМ» рассчитывало на возврат займа за счёт расчётов  по окончании работ; заём для должника не являлся единственным источником  финансирования деятельности, обязательства им исполнялись не только перед обществом  «СТЭМ»; причиной неисполнения должником обязательств по действующим контрактам,  а также непогашения образовавшейся задолженности перед кредиторами являлись  ограничения в связи с распространением инфекции COV1D-19; неправильное применение  последствий недействительности сделок, в результате которого в конкурсную массу  подлежит возвращение и произведённая оплата по оспариваемому договору купли- 

продажи и само транспортное средство, то есть должник получает двойное возмещение.  

 В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить определение от 18.08.2023  и постановление от 11.10.2023, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении  заявления управляющего, в обоснование ссылается на неправомерность возложения  на него обязанности возвратить в конкурсную массу должника приобретённое им для  личного пользования и оплаченное по рыночной стоимости транспортное средство.  

 В приобщённом к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отзыве  на кассационную жалобу управляющий возражает против доводов кассаторов, считает  обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.  

 Представитель общества «СТЭМ» в судебном заседании поддержал доводы,  изложенные кассационной жалобе. Представитель управляющего возражал против  удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на неё.  

 Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в обособленном споре лиц  о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается  в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 АПК РФ.  

 Изучив материалы обособленного спора, заслушав представителей, обеспечивших  участие в судебном заседании, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ  по доводам, изложенным в кассационных жалобах, законность обжалуемых определения  и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.  

 В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке,  предусмотренным Законом о банкротстве.  

 Во избежание нарушения имущественных прав конкурсных кредиторов, вызванных  противоправными действиями должника-банкрота (в частности, в лице контролирующих  его деятельность лиц) по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже  пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств,  действующим законодательством предусмотрен ряд правовых механизмов, направленных  на восполнение имущественных потерь на стороне конкурсной массы должника, в том  числе оспаривание сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным  правам кредиторов, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности либо взыскание с них убытков и т.п.  

 В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником  в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх  лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия  указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным  правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника  к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

 В силу указанной нормы цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате  совершения сделки стал отвечать признаку неплатёжеспособности или недостаточности  имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного  лица, либо совершена при наличии одного из иных указанных в данном пункте условий.  Предполагается также, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника (противоправной цели совершения сделки) либо  о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.  При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных  обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно  и проявляя требующуюся от неё по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств. Установленные презумпции являются опровержимыми - они  применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона  «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Постановление № 63).  

 В рассматриваемом случае дело о несостоятельности (банкротстве) должника  возбуждено определением суда от 22.01.2021, оспариваемые сделки совершены в период  с 31.05.2020 по 30.09.2020, то есть в период подозрительности, предусмотренный  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

 Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать  шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63  обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования  которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним  сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой  сделки, подтверждают факт неплатёжеспособности должника для целей оспаривания  сделок в деле о банкротстве.  

 К моменту совершения оспариваемой сделки должник прекратил исполнение  обязательств перед акционерным обществом «Роспан интернешнл» в размере  1 142 806,33 руб. основного долга по договору от 09.04.2018 № РИ296-18, 1 200 000 руб.  штрафа на основании требования об уплате штрафа от 15.05.2018 № 0143-18/5, 3 429  516,99 руб. - неустойки по договору подряда от 09.04.2018 № РИ 296-18, по договору  подряда от 08.02.2019 № РИ 133-19.Указанные требования впоследствии включены  в реестр требований кредиторов в настоящем деле о банкротстве, в связи с чем,  предполагается, что прекращение исполнения должником обязательств вызвано  недостаточностью денежных средств, что не опровергнуто.  

 Кроме того, должник, будучи ознакомленным с актом выездной налоговой проверки  (далее также – ВНП) от 16.07.2018, осознавал, что существует значительный риск  

принятия решения о привлечении его к ответственности за совершение налогового  правонарушения, а, следовательно, допускал просрочку в исполнении обязательств  по обязательным платежам. 06.09.2019 вынесено решение о привлечении  налогоплательщика к налоговой ответственности от № 192дсп на общую сумму  22 485 186,27 руб., 06.07.2020 вынесено требование № 14132 об уплате налогов, пени,  штрафов, 02.10.2020 - решение № 3271 о взыскании налога, сбора, страховых взносов,  пени, штрафа, процентов за счёт денежных средств на счетах налогоплательщика в  банках.  

Указанная задолженность включена в реестр требований кредиторов, о длительном  неисполнении налоговых обязательств контролирующие должника лица признаются  осведомлёнными, а учитывая значительный объём задолженности по обязательным  платежам, о невозможности их исполнения презюмируются осведомлёнными  и аффилированные с должником лица.  

Наличие длительных судебных разбирательств по оспариванию должником  как налогоплательщиком результатов ВНП указанную презумпцию подтверждает.  

 Вывод судов об аффилированности должника с обществом «СТЭМ» через  ФИО7, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа  в обоих обществах, соответствует правилам статьи 19 Закона о банкротстве.  

 В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом,  причинённым имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости  или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований  к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически  значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счёт его имущества.  

 Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы  не пострадали, а осуществлённые в рамках оспариваемой сделки встречные  предоставления являлись равноценными (эквивалентными).  

В силу с пунктов 1, 2 статьи 810 ГК РФ заёмщик обязан возвратить займодавцу  полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.  Если иное не предусмотрено договором займа, сумма беспроцентного займа может быть  возвращена заёмщиком досрочно.  

 В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных  кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования  из обязательств, вытекающих из факта участия.  

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать  заёмные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам  пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ,  абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус  корпоративного.  

 Когда же участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием  заёмного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет  завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими  лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.  

 В деле о банкротстве общества требование участника, фактически осуществлявшего  докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями  независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того,  каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение  уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного  кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда  Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).  

 Возврат приобрётшего корпоративную природу капиталозамещающего  финансирования не за счёт чистой прибыли, а за счёт текущей выручки должника  необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного  участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата  займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ  как совершенные со злоупотреблением правом.  

 По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только  такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством  (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства,  которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности  таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение  и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале  должника).  

 Как следует из материалов дела и установлено судами, по условиям оспариваемого  договора купли-продажи транспортного средства от 31.05.2020 общество «СТЭМ»  (покупатель) обязалось перечислить должнику (продавец) в счёт оплаты стоимости  транспортного средства (1 500 000 руб.) денежные средства в течение 10 рабочих дней  с момента передачи транспортного средства покупателю.  

 Акт о передаче транспортного средства покупателю датирован 31.05.2020. 

 В подтверждение исполнения перед должником обязательства по оплате  транспортного средства общество «СТЭМ» указало следующие обстоятельства:  1) перечисление на счёт должника 1 084 195 руб., 2) перечисления на счета третьих лиц  за должника в общей сумме 240 600 руб., 3) акт взаимозачёта от 31.05.2020, согласно  которому задолженность покупателя по договору купли-продажи транспортного средства  от 31.05.2020 уменьшена на сумму 175 205 руб. в счёт погашения задолженности  продавца перед покупателем по договору займа от 23.01.2020 № 1.  

 Вместе с тем, судами установлено, что из перечисленных обществом «СТЭМ»  1 084 195 руб. в оплату транспортного средства в соответствии с условиями договора  купли-продажи произведён платёж только 05.06.2020 в сумме 900 000 руб., остальные  

платежи производились за пределами десятидневного срока оплаты с момент получения  покупателем транспортного средства.  

 Кроме того, 996 000 руб. должник в тот же день возвратил, перечислив эту сумму  обратно обществу «СТЭМ» с назначением платежа: «возврат по договору процентного  займа № 1 от 23.01.2020».  

Давая оценку заявлению управляющего о недействительности этого платежа  (996 000 руб.), суды пришли к выводу о его квалификации как необоснованного  досрочного возврата аффилированному лицу предоставленного им несостоятельному  должнику компенсационного финансирования, оформленного договором процентного  займа от 23.01.2020 № 1.  

Так, судами установлено, что в спорный период (с января 2020 года)  все поступающие должнику от контрагентов денежные средства расходовались на оплату  инкассовых поручений, выставленных налоговым органом по решениям о взыскании  от 27.12.2019 № 8516, от 03.02.2020 № 574, от 11.03.2020 № 2039, от 11.03.2020 № 2083.  

Предоставление обществом «СТЭМ» заёмных денежных средств на общую сумму   3 443 953,46 руб. осуществлялось с декабря 2019 по 01.06.2020 путём множества  перечислений, хронология и размер которых со всей очевидностью связаны  с нуждаемостью должника в денежных средствах для выплаты заработной платы, налогов,  исполнения обязательств по гражданско-правовым сделкам.  

 Как указывает в кассационной жалобе общество «СТЭМ», суммы займа,  перечислялись должнику вплоть до 01.06.2020, срок возврата займа определён договором  займа от 23.01.2020 № 1 до 22.01.2021, также согласована уплата процентов в сумме 17 %  годовых.  

 Вместе с тем, кроме возврата в начале июня 2020 года спорной суммы  996 000 руб. (в нарушение согласованного договором срока и при явной нуждаемости  в денежных средствах должника, продолжавшего получать займы в начале июня 2020  года), общество «СТЭМ» больше возвратов займа не получало, не требовало  (и, по утверждению управляющего, не требует до настоящего времени) их возврата,  а равно договорных процентов как платы за заём.  

Указанные обстоятельства в полной мере подтверждают выводы судов  о предоставлении займов в порядке компенсационного финансирования и причинении  вреда имущественным правам независимых кредиторов его досрочным необоснованным  возвратом с одновременным созданием видимости оплаты должнику спорного  транспортного средства (путём оформления сторонами встречных безналичных операций  фактически одновременно).  

Таким образом, вывод судов об отсутствии оплаты должнику транспортного  средства в сумме 996 000 руб. является правильным.  

По тем же обстоятельствам и причинам точно такая же правильная квалификация  дана судами акту взаимозачёта от 31.05.2020 (которому задолженность покупателя  по договору купли-продажи транспортного средства от 31.05.2020 уменьшена на сумму  

175 205 руб. в счёт погашения задолженности продавца перед покупателем по договору  займа от 23.01.2020 № 1) и сделан правильный вывод о том, что на сумму 175 205 руб.  транспортное средство не оплачено.  

Более того, акт взаимозачёта от 31.05.2020 противоречит условиям договора  купли-продажи транспортного средства о порядке оплаты (перечисление денежных  средств должнику в течение 10 дней).  

 Вместе с тем, суды правильно указали на реальный характер произведённых  обществом «СТЭМ» перечислений за должника на счета третьих лиц в общей сумме  240 600 руб. и сделали вывод о том, что на эту сумму обязательство по оплате  транспортного средства могло считаться исполненным (оформлено письмами,  бухгалтерскими справками должника).  

 При таких обстоятельствах оплата транспортного средства, рыночная стоимость  которого определена экспертным путём в размере 1 546 000 руб., произведена обществом  «СТЭМ» только в сумме 328 795 руб. из расчёта: 1 084 195 руб. (на счёт должника)996 000 руб. (возврат обществу «СТЭМ») + 240 600 руб. (третьим лицам за должника).  

В этой связи доводы кассационной жалобы общества «СТЭМ» о неправильном  расчёте судами его реституционного обязательства отклоняются.  

 Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания  сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении  которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ  (пункт 4 постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных  с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом  «О несостоятельности (банкротстве)»).  

 Сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2  статьи 168 ГК РФ, а при наличии в законе специального основания недействительности  сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 ГК РФ) - пункт 8  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации».  

 При указанных обстоятельствах, сделка по отчуждению транспортного средства,  рыночной стоимостью 1 546 000 руб., совершена должником при неравноценном  встречном предоставлении, а именно обществом «СТЭМ» подтверждена оплата только  в части 328 795 руб. (1 084195 – 996 000) + 240 600).  

Зачёт на сумму 175 205 руб. и возврат обществу «СТЭМ» 996 000 руб., не являлись  возвратом займа, а возвратом компенсационного финансирования в отсутствие для этого  правовых и экономических оснований, с причинением вреда кредиторам должника,  в пользу аффилированного лица, находящегося (как и должник) под контролем  ФИО7 (руководитель общества «СТЭМ»).  

Суды правильно исходили также из следующих отношений участников  

оспариваемых сделок, подтверждающих их формально-юридическую заинтересованность.  

ФИО7 и ФИО4 – супруги, ФИО2 - приобретатель  спорного транспортного средства по конечной в цепочке сделке, участник общества  «СТЭМ», отец ФИО4  

 В отношении предпринятых обществом «СТЭМ» мер по реализации транспортного  средства путём заключения договора купли-продажи от 26.01.2021 с обществом «ТЦ  Шереметьево» судами установлено, что решением суда от 17.08.2021 по делу   № А41-37334/2021 данный договор расторгнут.  

Далее спорный автомобиль последовательно отчуждён ФИО4  по договору от 26.09.2021, затем – по договору от 27.09.2021 ФИО2  

Объективных доказательств передачи транспортного средства во владение,  пользование и распоряжение общества «ТЦ Шереметьево», несения этим обществом  бремени содержания, уплаты налога, оформления полисов ОСАГО, материалы дела  не содержат.  

 Поэтому сделка между обществом «СТЭМ» и обществом «ТЦ Шереметьево»  не состоялась, возникновения у общества «ТЦ Шереметьево», по правилам статьи 223  ГК РФ, права собственности на транспортное средство не повлекла и поэтому  её формальное существование в какой-то период не опровергает выводов судов  о совершении в отношении транспортного средства единой сделки с оформлением титула  собственности на ФИО2, в свою очередь, также не представившего  объективных доказательств реализации правомочий собственности (статьи 209, 210 ГК  РФ) - владения, пользования, распоряжения, несения бремени содержания транспортного  средства, оформления полисов ОСАГО (страхователем и допущенным к управлению  лицом согласно полисам ОСАГО по прежнему остался ФИО7).  

 Совершение безналичных платёжных операций для цели подтверждения оплаты  транспортного средства по прикрывающим промежуточным сделкам также  не опровергает указанных выводов, поскольку денежные средства остались внутри семьи.  

Доводы кассаторов о неправомерности возложения на ФИО7 бремени  доказывания отрицательного факта (невладения, непользования транспортным средством)  отклоняются.  

Напротив, на него и остальных лиц, аффилированных и заинтересованных  в сохранении оспариваемых сделок, возложено бремя доказывания положительного факта  – возникновения у ФИО2 права собственности путём подтверждения  объективными доказательствами обстоятельств владения, пользования, распоряжения,  несения бремени содержания транспортного средства, что, учитывая свойства имущества  и преимущественно безналичный порядок расходов на ГСМ, техосмотры, ремонты,  допустимо и возможно, если бы такие обстоятельства имели место в месте проживания  ФИО2  

Стороны пользовались услугами профессиональных представителей и осведомлены  о рисках (статья 9 АПК РФ) выбранного характера реализации процессуальных прав при  

обосновании своих требований и возражений.  

 В соответствии с пунктом 22 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 1 (2021), утверждённым Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 07.04.2021, сделка, направленная на прямое отчуждение  должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может  прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным  субъектным составом. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является  недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может  быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

 В настоящей ситуации сторонами искусственно создана видимость вовлечения  спорного транспортного средства в оборот с участием множества лиц, оформленные  договоры купли-продажи направлены только на смену титульного собственника с  оставление транспортного средства под контролем ФИО7 и необоснованное  прекращение права собственности неплатёжеспособного должника с целью исключения  обращения взыскания на указанное имущество по обязательствам должника, сторонами  оформлены притворные сделки, прикрывающие единую сделку по выводу активов  должника в нарушение прав его кредиторов на нерыночных условиях в пользу  аффилированного лица.  

 Следовательно, суды пришли к обоснованному выводу о том, что такая цепочка  сделок является единой притворной в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая  сделка является недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

 Рассматривая вопрос о применении последствий недействительности сделок,  суды руководствовались положениями пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и пункта  2 статьи 167 ГК РФ, согласно которым применение последствий недействительности  сделки направлено на приведение сторон оспоренной сделки в первоначальное  положение, которое существовало до её совершения.  

 Доводы, изложенные в кассационной жалобе, направлены на переоценку  доказательств по делу, что в соответствии со статьёй 287 АПК РФ не входит  в компетенцию суда кассационной инстанции.  

 Фактические обстоятельства установлены судами двух инстанций в результате  полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их  совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы судов  соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам,  нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального  права не допущено.  

 Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены  обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению  не подлежит.  

 Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ,  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Омской области от 18.08.2023 и постановление  Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2023 по делу № А46-324/2021  оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной  ответственностью «СТЭМ», ФИО2 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий Н.А. Шарова  

Судьи Н.Б. Глотов  

 ФИО1