СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

                                                

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                            Дело № А27-11766/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 мая 2022 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Апциаури Л.Н., 

судей Кудряшевой Е.В., 

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания до перерыва помощником судьи Гребенюк Е.И., после перерыва секретарем судебного заседания ФИО2, с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб конференции рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 (№ 07АП-10642/19 (6)) на определение от 14.03.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-11766/2018 (судья Дорофеева Ю.В) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Скородом» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего к наследственной массе ФИО13, город Новокузнецк Кемеровской области, о взыскании убытков в размере 11 112 500 руб. с ходатайством о замене стороны, к ФИО4, город Новокузнецк Кемеровской области о взыскании убытков в размере 2 200 000 руб.,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление опеки и попечительства Администрации Новокузнецкого городского округа, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО13 в лице ее законного представителя ФИО7, ФИО8, Территориальное Управление Федеральное агентство по управлению государственным имуществом по Кемеровской области, Управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Кемеровской области, общество с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Беркут», ООО «АР.ТЭГО», ФИО9,

В судебном заседании приняли участие:

В режиме веб-конференции:

Конкурсный управляющий ФИО3 (присутствовал до перерыва в помещении суда, после перерыва посредством веб-конференции);

от ФИО4 - ФИО10;

от ФИО11 - ФИО12, доверенность от 09.07.2021;

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Скородом» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, (далее – должник, ООО «Скородом») определением от 26.09.2019, остановленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2019, удовлетворено заявление конкурсного управляющего должником к наследственной массе ФИО13 и ФИО4 о взыскании убытков. 

В конкурсную массу должника взыскано с наследственной массы ФИО13 11 112 500 рублей, с ФИО4 – 2 200 000 руб. 

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.09.2019 судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд округа указал на необходимость установления всех наследников ФИО13, которые, в том числе, имели возможность объяснить причины управленческих решений умершего, представить дополнительные документы, либо обратиться к суду за содействием в их получении в порядке статьи 66 АПК РФ; а также разрешения вопроса о правопреемниках и возможности процессуальной замены выбывшей стороны в арбитражном процессе.

При новом рассмотрении обособленного спора определением суда от 02.09.2020, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2020, требования конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО13 и из наследственной массы ФИО13 выделены в отдельные производства. 

Определением от 20.12.2020 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о замене стороны спора: ФИО13 на ФИО13 Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 31.03.2021 судебные акты от 02.09.2020 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

При новом рассмотрении обособленного спора Арбитражного суда Западно-Сибирского округа в постановлении от 31.03.2021 указал, что при разрешении вопроса о взыскании убытков с ФИО13 необходимо установить значимые для данного спора фактические обстоятельства, дать оценку доводам и возражениям конкурсного управляющего, в том числе: наличия (отсутствия) у должника в период исполнения вступивших в законную силу судебных актов кредиторов, поставить на обсуждение сторон вопрос об объединении для совместного рассмотрения требования конкурсного управляющего о взыскании в конкурсную массу должника в возмещение убытков: с ФИО13 - 2 200 000 руб., из наследственной массы ФИО13 – 11 112 500 руб., правильно применить нормы материального права при разрешении обособленного спора.

Определением от 21.04.2021 споры о взыскании убытков с наследственной массы ФИО13 в размере 11 112 500 руб. и убытков с ФИО13 в размере 2 200 000 руб. объединены в одно производство. 

30.12.2020 конкурсный управляющий заявил о процессуальном правопреемстве с наследственной массы ФИО13 на Российскую Федерацию в лице Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Кемеровской и Томской областях и взыскании с Российской Федерации в лице Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Кемеровской и Томской областях в конкурсную массу должника убытки в пределах стоимости выморочного имуществ в размере 46 000 руб. (т. 23 л.д. 46-44). 

Конкурсный управляющий 17.02.2022 уточнил заявление, просил рассмотреть и удовлетворить требования к ФИО13 о взыскании 2 200 000 руб. убытков, пояснил, что требований к наследственной массе ФИО13 не имеет. 

В силу части 5 статьи 49 АПК РФ арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу. При взыскании убытков конкурсный управляющий, действуя от имени должника (его конкурсной массы), выступает в роли представителя должника, а косвенно - группы его кредиторов.

Данное заявление было удовлетворено Арбитражным судом по следующим основаниям.

Разрешение заявления в части требований о взыскании с наследственной массы ФИО13 убытков сопряжено с необходимостью установления наследников ФИО13, скончавшегося 01.01.2017, и установлением наследственной массы. 

Из материалов дела следует, что ФИО13 в период с 03.09.1974 по 07.10.2011 находился в зарегистрированном браке с ФИО5, в период с 15.12.2011 по 06.12.2016 – с ФИО13 (т. 15 л.д. 88, т. 4 л.д. 39-41). От первого брака с ФИО5 имеются дети ФИО13, ФИО6; от второго брака с ФИО13 – ФИО13 (т. 4 л.д. 35-37). 

В ответ на запрос суда первой инстанции, Кемеровская областная Нотариальная плата сообщила об отсутствии по состоянию на 10.04.2020 в Единой информационной системе нотариата России сведений о заведении наследственного дела после смерти ФИО13 (т. 19 л.д. 34). 

В ходе судебного разбирательства установлен состав имущества, оставшийся после смерти ФИО13 – это две единицы огнестрельного оружия (ответ Росгвардии от 11.11.2017 (т. 19 л.д. 130, т. 20 л.д. 90) и часть доли в уставном капитале ООО «ЧОП «Беркут», приобретенной последней супругой ФИО13 в период брака с ФИО13 (ответ Федеральной налоговой службы от 07.08.2020)., с которой брак расторгнут 06.12.2016. 

Также, установлено, что после смерти ФИО13 (01.01.2017) с его расчетного счета в ПАО «Сбербанк» 08.11.2017 на счет ФИО5 (первой супруги) через мобильный банк перечислено 28 353 рубля. Установить лицо, совершившее операцию по переводу денежных средств со счета ФИО13 08.11.2017, не удалось. 

Из ответа медицинского учреждения (т. 27. л.д. 48) получена информация о том, что в 2017 году ФИО13 шесть раз был госпитализирован (т. 26 л.д. 46-47). 

Из ответа управляющей компании ООО «Инком-С», обслуживающей жилое помещение по адресу: 

<

...>, получена информация о снятии ФИО13 с регистрации по указанному адресу 21.02.2017 (т. 26 л.д. 118). 

От Управления Федеральной миграционной службы по Кемеровской области получены сведения о месте регистрации ФИО13 после 21.02.2017: 

<

...>. От собственника жилого помещения по адресу: 

<

...> ФИО14 24.09.2021 получены пояснения, относительно обстоятельств прописки ФИО13 в принадлежащем ему жилом помещении (т. 27 л.д. 51). 

В совместных письменных пояснениях от 07.04.2020 ФИО13, ФИО6, ФИО5 (т. 19 л.д. 18-21, 65-68) сообщили, что семейные и фактические отношения с ФИО13 были прекращены с 2009 года; родственных отношений не поддерживали; сведениями о месте проживания ФИО13 после 2009 года и какое им приобреталось имущество и было в собственности на дату смерти, не располагают. 

Обстоятельства расторжения брака отражены в копии искового заявления о расторжении брака (т. 15 л.д. 89). Иные доказательства о составе возможных наследников ФИО13 и наличии иного имущества, имеющегося у него на дату смерти (кроме двух единиц оружия и доли в уставном капитале общества в режиме совместной собственности супругов), в ходе судебного разбирательства, при рассмотрении дела в суде первой инстанции, выявить не удалось. Участники спора об их наличии суду не сообщили. 

Согласно представленному расчету конкурсного управляющего, стоимость выявленного наследства составляет 46 000 руб. (т. 28 л.д. 58), которые управляющий предъявляет в качестве убытков в наследственной массе ФИО13 

Указанный размер убытков не сопоставим размеру ежемесячных текущих расходов на проведение процедуры, погашение которых согласно отчету конкурсного управляющего с даты открытия конкурсного производства (18.12.2018) не осуществлялось ввиду отсутствия имущества должника. При таких обстоятельствах (отсутствие доказательств наличия иного имущества ФИО13; отсутствие наследственного дела; отсутствие доказательств принятия наследства кем-либо из наследников; стоимость выявленного имущества; размер текущих платежей), а также учитывая волю всех кредиторов должника и конкурсного управляющего, суд первой инстанции верно принял уточнение заявления как не противоречащее статье 49 АПК РФ.  

Представитель ФИО13 возразил на удовлетворение заявления по доводам, изложенным в отзывах и письменных пояснениях, в том числе о пропуске срока исковой давности по требованиям конкурсного управляющего, который подлежит исчислению с 15.04.2010 - даты, не позднее момента обращения взыскания на заложенное имущество, находящееся в собственности должника, который на дату обращения управляющего в суд  с рассматриваемым заявлением 11.03.2019 истек. Также указал на истечение срока исковой давности по требованиям о взыскании убытков из договора дарения, заключенного 31.07.2009 (т. 19 л.д. 60-63). 

По мнению управляющего, началом течения срока исковой давности по настоящему делу является дата, когда заявитель в лице конкурсного управляющего узнал о нарушении прав должника и получил возможность действовать своей волей и выступить в защиту нарушенных прав должника. Начало срока исковой давности по настоящему спору конкурсный управляющий связывает с датой представления в материалы дела ФИО13 договора купли-продажи недвижимого имущества от 02.04.2007 между ООО «ТД «Галант» и ФИО13

Суд первой инстанции устанавливая факт пропуска исковой давности исходил из следующих обстоятельств. Заявителем требований о взыскании убытков в размере 11 112 500 руб. с ходатайством о замене стороны, к ФИО4, о взыскании убытков в размере 2 200 000 руб. является конкурсный управляющий, утвержденный определением суда от 11.12.2018. Трехгодичный срок, исчисленный с этой даты, истек 11.12.21, вместе с тем заявление подано в арбитражный суд 11.03.2019, о чем свидетельствует оттиск штемпеля (т. 9. л.д. 5). 

Следовательно, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что срок исковой давности для взыскания убытков с ФИО13 по заявлению конкурсного управляющего не пропущен.

Таким образом, апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в данной части.

Определением от 14.03.2022 Арбитражный суд Кемеровской области отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Скородом» к ФИО4 о взыскании убытков в размере 2 200 000 руб.

Принимая данное определение суд первой инстанции счел, что конкурсный управляющий не доказал причинно-следственную связь между утратой должником нежилого помещения в г. Новокузнецке и действиями ФИО13, получившего в дар от отца помещения в г. Новосибирске, что исключает возложение на ФИО13 ответственности в виде убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Не согласившись с данным определением Конкурсный управляющий ООО «Скородром» ФИО3 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Кемеровской области от 14.03.2022 г. по делу № А27–11766/2018 полностью, заявление конкурсного управляющего удовлетворить.

Мотивируя апелляционную жалобу ФИО15 указывает на следующие обстоятельства. По мнению конкурсного управляющего, факты обеспечения исполнения личных обязательств ФИО13 по кредитному договору от 23.03.2007 № 

<

***> (далее – кредитный договор) принадлежащим должнику имуществом - объектом незавершенного строительства, расположенного по адресу: 

<

...> (далее – объект незавершенного строительства), а также поручительством должника, в дальнейшем использование приобретенного за счет кредитных средств нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...> (далее – нежилое помещение), в интересах ФИО13 (сына ФИО13), а не в хозяйственной деятельности должника свидетельствуют о недобросовестном поведении указанных лиц; судами не принято во внимание и не дана оценка тому обстоятельству, что согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) общество с ограниченной ответственностью «АР.ТЭГО» (далее – ООО АР.ТЭГО»), единственным участником которого является ФИО13, создано 23.03.2007 с указанием юридического адреса: 

<

...>, указанное нежилое помещение фактически приобретено ФИО13 за счет стоимости имущества должника (объекта незавершенного строительством) при наличии факта уклонения ФИО13 от исполнения кредитных обязательств, вступивших в законную силу решений суда, о чем достоверно было известно ФИО13; судами не принято во внимание, что кредитные денежные средства потрачены на цели, не связанные с производственной (хозяйственной) деятельностью должника, однако долг по кредитному договору погашен за счет имущества должника, ФИО13 при наличии вступивших в законную силу судебных актов не принял мер к погашению задолженности перед акционерным коммерческим банком «Бизнес-Сервис-Траст» (далее - банк), в том числе путем предоставления иного принадлежащего ему имущества, приобретенного за счет кредитных средств нежилого помещения, вместо указанных действий передал нежилое помещение по договору дарения своему сыну – ФИО13, с 2008 года активно отчуждал принадлежащее ему на праве собственности иное недвижимое имущество, что свидетельствует о противоправности его действий, направленных на уклонение от исполнения судебных актов, о чем достоверно было известно ФИО13, совокупность этих действий привела к безвозмездному выбытию ликвидного актива должника и причинению ему убытков, сопровождающимися извлечением выгоды из недобросовестного поведения руководителя общества «Скородом» - ФИО13 и его сыном ФИО13, следовательно, в силу положений пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснений, изложенных в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности пи банкротстве» (далее – Постановление № 53), презюмируется наличие у ФИО13 статуса  лица, контролирующего должника. Конкурсный управляющий полагает, что ФИО13 при осуществлении своих полномочий в качестве руководителя должника действовал недобросовестно в ущерб интересам общества «Скородом», его сын – ФИО13 не мог не осознавать вредоносную цель действий своего отца, извлек выгоду из его недобросовестных действий, приобрел без встречного предоставления нежилое помещение за счет должника, чем причинил убытки последнему; последующее оставление в 2011 году банком как залогодержателем за собой объекта незавершенного строительством сделало невозможным исполнение обязательств должником перед своими кредиторами, поскольку с 2010 года у должника имелась просроченная задолженность, в том числе перед Комитетом градостроительства и земельных ресурсов Администрации города Новокузнецка (далее – Комитет), требования которого включены в реестр требований кредиторов должника, следовательно, вывод судов об отсутствии у должника кредиторов и, как следствие, оснований для привлечения ФИО16 к ответственности в виде возмещения убытков является необоснованным.

В порядке статьи 262 АПК РФ от ФИО16 в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу и доказательства направления отзыва в адрес лиц участвующих в обособленном споре. По тексту отзыва ФИО16 опровергает доводы изложенные в апелляционной жалобе. Просит оставить обжалуемое определение без изменений, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Определением от 13.04.2022 апелляционная жалоба конкурсного управляющего  принята к производству. Судебное заседание назначено на 16.05.2022 на 12 часов 20 минут. 

16.05.2022 в судебном заседании был объявлен перерыв до 23.05.2022 12 часов 55 минут. 

Участвующий в судебном заседании, до перерыва в помещении суда, после перерыва посредствам веб-конференции конкурсный управляющий ФИО15 настаивал на доводах изложенных в апелляционной жалобе.

Представитель кредитора ООО «Скородром» ФИО17 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы.

Представитель ФИО13 настаивала на доводах, изложенных в отзыве на апелляционную жалобу. Просила оставить обжалуемое определение без изменений. Указал, что конкурсным управляющим пропущен процессуальный срок на обжалование определения Арбитражного суда Кемеровской области от 14.03.2022. Участвующий в судебном заседании конкурсный управляющий и представитель кредитора ООО «Скородром» ФИО17 возражали против данного довода.

По общим правилам, установленным статьей 113 АПК РФ, процессуальные сроки исчисляются годами, месяцами и днями. В сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни. Течение процессуального срока, исчисляемого годами, месяцами или днями, начинается на следующий день после календарной даты или дня наступления события, которыми определено начало процессуального срока. Процессуальный срок, исчисляемый днями, истекает в последний день установленного срока (часть 3 статьи 114 АПК РФ). 

Согласно статьи 188 АПК РФ жалоба на определение арбитражного суда первой инстанции может быть подана в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий месяца со дня вынесения определения, если иные порядок и срок не установлены настоящим Кодексом. 

В качестве исключения в статье 223 АПК предусмотрено, что определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено АПК РФ и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения.

В данном случае определение от 14.03.2022 подлежит обжалованию в течении 10 дней с момента вынесения определения в полном объеме.

Полный текст определения суда первой инстанции был изготовлен судом 14.03.2022, следовательно, течение процессуального срока для обжалования судебного акта в порядке апелляционного судопроизводства началось 15.03.2022. Таким образом, последний день срока подачи апелляционной жалобы приходился на 28.03.2022 (без учета выходных дней). Апелляционная жалоба конкурсного управляющего была подана через систему «Мой Арбитр» 25.03.2022 в суд принявший обжалуемое определение. 

Из всего вышесказанного следует, что конкурсным управляющим не пропущен процессуальный срок на обжалование судебного акта. Доводы представителя ФИО13 о пропуске процессуального срока на обжалование отклоняется судом апелляционной инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие. 

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в оспариваемой части в порядке статей 266, 268 АПК РФ (применительно к доводам апелляционной жалобы), соответствие выводов, изложенных в определении обстоятельствам дела, применение норм материального права, изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что общество «Скородом» создано 02.04.2003, единственным участником общества являлся ФИО13, который вплоть до смерти (01.11.2017) являлся его руководителем.

На основании кредитного договора АКБ «Бизнес–Сервис–Траст» ФИО13 предоставлен кредит в размере 12 000 000 руб. на потребительские цели и приобретение нежилого помещения сроком на 5 лет (до 23.03.2012).

Исполнение обязательств ФИО13 по кредитному договору обеспечено залогом объекта незавершенного строительства, принадлежащего ООО «Скородом» (договор ипотеки от 23.03.2007 № 112) и поручительствами должника, ФИО5

В соответствии с пунктом 1.4 кредитного договора ФИО13 принял на себя обязанность в течение четырех месяцев со дня его подписания оформить в залог приобретаемое нежилое помещение в установленном законом порядке.

Получив кредитные денежные средства, ФИО13 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 02.04.2007 приобрел у общества с ограниченной ответственностью Торгового дома «Галант» нежилое помещение, которое передал в аренду по договору аренды от 25.05.2007 (далее – договор аренды), заключенному с обществом «АР.ТЭГО», единственным учредителем которого является ФИО13

Договор аренды неоднократно продлевался (09.01.2008, 06.01.2009).

В дальнейшем нежилое помещение на основании договора дарения от 31.07.2009 ФИО13 передал в дар своему сыну ФИО13

В связи с неисполнением ФИО13 принятых по кредитному договору обязательств по оформлению в залог нежилого помещения, равно как и невозвращением 2 000 000 руб. взамен оформления залога в установленный срок, банк потребовал досрочного погашения кредита.

Решением Центрального районного суда города Новосибирска от 21.08.2008 по делу № 2-6324/08 с ФИО13, ФИО5 и должника солидарно в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору в сумме 12 260 425 руб. 91 коп., обращено взыскание на предмет залога – объект незавершенного строительства (имущество общества «Скородом»,), который в связи с несостоявшимися торгами оставлен банком за собой по цене 13 312 500 руб.

Решением Центрального районного суда от 08.11.2010 по делу № 2-6421/10 с ФИО13, ФИО5 и должника солидарно в пользу банка взысканы проценты за пользование кредитом по кредитному договору в размере 2 591 101 руб. 44 руб.

Решением суда от 11.12.2018 (полный текст решения изготовлен 19.12.2018) общество «Скородом», признано банкротом, открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

Полагая, что согласованными действиями ФИО13 и ФИО13, являющихся аффилированными лицами в силу близкого родства, должнику причинены убытки, выраженные в недобросовестном заключении акцессорного обязательства, направленного на обеспечение личных кредитных обязательств ФИО13 и безвозмездное получение его родственником (сыном) недвижимого имущества за счет единственного актива должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из отсутствия вины ФИО13 (сына) в причинении убытков должнику и отсутствия его осведомленности о непередаче банку в залог приобретенного объекта недвижимости, о неисполненных обязательствах, из отсутствия доказательств наличия причинно-следственной связи между утратой объекта недвижимости должником и получением ФИО13 в дар нежилого помещения, из недоказанности цели причинения вреда должнику и его кредиторам, из отсутствия неисполненных обязательств перед кредиторами, из отсутствия у ФИО13 достаточного имущества для погашения личного кредитного обязательства,  

Между тем судом не учтено следующее. 

По своей юридической природе взыскание убытков является формой гражданско-правовой ответственности, соответственно убытки могут быть взысканы при наличии условий, необходимых для применения гражданско-правовой ответственности.

В предмет доказывания по спорам о возмещении убытков входят следующие материально-правовые факты: факт противоправного поведения (факт нарушения обязательства); факт наличия убытков (их размер); факт наличия причинно-следственной связи между противоправным поведением и возникшими убытками; факт вины причинителя убытков.

Под убытками понимаются отрицательные последствия, которые наступили в имущественной сфере потерпевшего в результате нарушения его гражданских прав и охраняемых законом интересов, денежная оценка имущественных потерь (вреда). 

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В гражданском праве действует презумпция вины правонарушителя. Правонарушитель предполагается виновным, если не докажет отсутствие своей вины. В п.1 статьи 401 ГК РФ, сформулировано правило, согласно которому гражданско-правовая ответственность наступает при наличии вины, за исключением случаев, когда законом или договором предусмотрено иное. В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ, виной в гражданском праве следует признавать непринятие правонарушителем всех возможных мер по предотвращению неблагоприятных последствий своего поведения, необходимых при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру лежащих на нем обязанностей и конкретным условиям оборота. 

Для возложения ответственности в форме взыскания убытков во всех без исключения случаях необходимо наличие причинной связи между действиями правонарушителя и возникшими убытками.

Распределение бремени доказывания между истцом (кредитором) и ответчиком (должником) происходит следующим образом: кредитор должен доказать наличие у него убытков, а также причинную связь между действиями должника и наступившим вредом; должник, в свою очередь, должен доказать отсутствие в своих действиях вины.

Как следует из разъяснений пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ). При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд округа в постановлении от 31.03.21 указал следующее. 

 Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия доказательств наличия причинно-следственной связи между утратой объекта недвижимости должником и получением ФИО13 в дар нежилого помещения. Суды посчитали, что признание ФИО13 конечным выгоприобретателем, в отсутствие доказательств того, что он имел право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, исключает отнесение ФИО13 к контролирующим лицам должника, в связи с этим, неисполнение ФИО13 обязательств по кредитному договору не свидетельствует о недобросовестности ФИО13 Отклоняя довод конкурсного управляющего о намеренном неисполнении ФИО13 кредитных обязательств, суды указали на принятие ФИО13 мер по выплате процентов по кредиту после вступления в силу решения Центрального районного суда (до мая 2009 года) и до даты возбуждения исполнительного производства (06.04.2010). Доводы о причинении вреда кредиторам должника отклонены с учетом отсутствия доказательств наличия у общества «Скородом» кредиторов в период 2007 – 2009 годов. Между тем, указал суд округа, судами не учтено следующее. 

В подпункте 5 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.  В пункте 3 Постановления № 53 разъяснено, что осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Согласно абзацу первому статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», абзац первый пункта 22 Постановления № 53). Сами по себе факты наличия семейных отношений в отдельности не свидетельствуют о наличии оснований для возложения на родственников контролирующего должника лиц ответственности за соучастие в доведении до банкротства. Вместе с тем изложенное не исключает возможности использования родственников в качестве инструмента для сокрытия контролирующими должника лицами имущества должника от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов. Вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать приобретатель. При этом не имеет правового значения, какое именно имущество контролирующих лиц освобождается от притязаний кредиторов на основании подобной сделки - приобретенное за счет незаконно полученного дохода или иное, поскольку контролирующее лицо отвечает перед кредиторами всем своим имуществом, за исключением того, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание (статья 24 ГК РФ). В этом случае возмещение причиненного кредиторам вреда ограничено по размеру стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по сути, оставленного в семье (статья 1082 ГК РФ). Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 № 305-ЭС19-13326. В рассматриваемом случае суды исходили из отсутствия доказательств наличия причинно-следственной связи между утратой должником объекта недвижимости и приобретением близким родственником бывшего участника и директора должника ФИО13 имущества в безвозмездном порядке по договору дарения. Вместе с тем, при рассмотрении обособленного спора конкурсным управляющим заявлены доводы и судами установлены обстоятельства приобретения ФИО13 за счет кредитных средств нежилого помещения и нарушения им предусмотренной условиями кредитного договора обязанности по предоставлению указанного имущества в целях обеспечения его обязательств по возврату кредитных средств в залог банку, совершение действий по передаче нежилого помещения в пользование подконтрольному его сыну обществу «АР.ТЭГО» и в дальнейшем при наличии вступивших в законную силу судебных актов о взыскании задолженности по кредитному договору передаче имущества в дар ФИО13 В условиях отсутствия доказательств принятия мер по погашению кредитных обязательств за счет личного имущества, передаче банку в соответствии с условиями кредитного договора приобретенного за счет кредитных средств нежилого помещения, фактического погашения задолженности за счет имущества должника указанная совокупность обстоятельств свидетельствует о недобросовестном поведении бывшего участника и директора должника ФИО13, осведомленности об указанных обстоятельствах ФИО13 в силу их близкой родственной связи (отец-сын). В данном случае без внимания судов и их оценки остались доводы конкурсного управляющего о принятии ФИО13 действий по отчуждению с 2008 года принадлежащего ему имуществу, наличии у должника в период принятия банком как залогодержателем актива должника (объекта незавершенного строительством) кредиторов (Комитета), что входит в предмет доказывания и является существенным обстоятельством для рассмотрения обособленного спора по существу.

Суд апелляционной инстанции относительно совершения противоправных действий, повлекших причинение убытков приходит к выводам о доказанности противоправности в поведении ФИО13 и ФИО13 

 Неисполнение ФИО13 принятых по кредитному договору № 

<

***> от 23.03.2007 обязательств по оформлению в залог нежилого помещения по адресу: город Новосибирск, Октябрьский район, улица Никитина, 2/1, равно как и невозвращение 2 000 000 руб. взамен оформления залога в установленный срок, привело к предъявлению Банком требования исполнить обязательство в срок, не позднее 17.08.2007, затем повторно до 14.04.2008 досрочного погашения кредита, что установлено во вступившем в силу решении Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 21.08.2008 (т. 9 л.д. 28). Согласно решению Центрального районного суда г. Новокузнецка по делу № 2-6324/08 от 21.08.2008 г. (страница 3 судебного акта абзац 3,4) ФИО13 был обязан либо передать в залог приобретенное имущество в г. Новосибирск либо оплатить часть кредита в размере 2 000 000,00 руб. в течение 10 дней с даты получения уведомления банка. Следовательно, основанием ко взысканию в судебном порядке всей суммы по кредитному договору явилось как не передача в залог Банку нежилого помещения в г. Новосибирске и не оплаты задолженности в 2 000 000 руб. по основному долгу.  В результате ненадлежащего исполнения ФИО13 принятых на себя обязательств по целевому кредитному договору было вынесено решение Центрального районного суда г. Новокузнецка по делу № 2–6324/08 от 21 августа 2008 г., которым взыскал с ФИО13, ФИО5, и ООО «Скородом» в пользу Банка задолженность по кредитному договору в сумме 12 260 425,91 рублей и расходы по оплате госпошлины в сумме 20 000,00 рублей. 

Судом обращено взыскание на предмет залога – объект незавершенного строительства (имущество общества «Скородом»,), который в связи с несостоявшимися торгами оставлен банком за собой по цене 13 312 500 руб. Предпринятая конструкция обеспечения кредитных обязательств ФИО13 не отвечает критериям стандартной банковской практики, когда при целевом кредитовании на покупку недвижимого имущества в залог передается именно покупаемая недвижимость, а не иное имущество, к тому же принадлежащее на праве собственности другому лицу. 

Указанные неправомерные действия совершены не без участия сопричинителя убытков – ФИО13 Так, получив кредитные денежные средства, ФИО13 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 02.04.2007 приобрел у общества с ограниченной ответственностью Торгового дома «Галант» нежилое помещение, которое передал в аренду по договору аренды от 25.05.2007 (далее – договор аренды), заключенному с обществом «АР.ТЭГО», единственным учредителем которого является ФИО13 Договор аренды неоднократно продлевался (09.01.2008, 06.01.2009). В дальнейшем нежилое помещение на основании договора дарения от 31.07.2009 ФИО13 передал в дар своему сыну ФИО13 

По мнению конкурсного управляющего, последовательность действий ФИО13 и ФИО13 по приобретению кредита, приобретению нежилого помещения в г. Новосибирске, по созданию ООО «АР.Тэга» и регистрации этого общества по адресу нахождения нежилого помещения в г. Новосибирске, свидетельствует о согласованности и направленности действий отца и сына на достижение единого результата. В связи с чем, конкурсный управляющий обоснованно указывает на причинение убытков совместными действиями этих лиц.

Приобретенный ФИО13 объект недвижимости по целевому кредитному договору использовался в интересах своего сына – ФИО13, но никогда не в целях хозяйственной деятельности должника. Указанное обстоятельство подтверждается тем, что по данным ЕГРЮЛ по адресу 

<

...> с даты государственной регистрации юридического лица располагается ООО «АР.ТЭГО» (ИНН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН 26.04.2007 г.), единственным участником (учредителем) указанного хозяйственного общества является ФИО4 (сын ФИО13).

ФИО13 при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей в качестве руководителя ООО «Скородом» действовал недобросовестно в ущерб интересам должника. ФИО13 извлек выгоду из недобросовестных действий ФИО13, являющегося руководителем ООО «Скородом». ФИО13, приобретая без встречного предоставления нежилое помещение за счет основных средств должника – ООО «Скородом», имущество последнего выступало в качестве залогового, а сам должник выступает поручителем по договору (п. 5.1 кредитного договора), каких–либо значительных затрат по приобретению нежилого помещения не понес ни самим ФИО13, ни директор ООО «Скородом» - ФИО13

Совокупность взаимосвязанных действий, которые в итоге привели к безвозмездному приобретению ФИО13 нежилого помещения за счет должника были построены на родственных связях (сын-отец, мать-сын), отчего являются согласованными действиями по безвозмездному выведению активов должника, сопровождающееся извлечением выгоды из недобросовестного поведения руководителя ООО «Скородом» – ФИО13, матери как поручителя по кредитному договору и их сына ФИО13 

Приобретение имущества за счет кредитных средств, а также привлечение отца и матери для предоставления личных поручительств указывает, что сыну было известно о нехватке денежных средств в семье для свободного приобретения недвижимого имущества без помощи третьих лиц либо о том, что такие денежные средства могли быть в ведении семьи только за счет доходов его родителей.

Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что ФИО4 является конечным бенефициаром по совокупности сделок, направленных на безвозмездное приобретение последним нежилого помещения за счет основных средств должника – ООО «Скородом». Соответственно, указанное лицо извлекло выгоду из недобросовестного поведения лиц, указанных в п.1 ст. 53.1 ГК РФ, из чего презюмируется за ФИО4 статус лица, контролирующего должника, в силу положений пп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве. Как отмечено в определении СКЭС ВС РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 г. № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении № 53. Данный подход также отражен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 г. № 310-ЭС20-6760.

Поведение должника, его руководителя, в лице ФИО13, а затем дарение приобретенного имущества заинтересованным лицам, включая ФИО13, у которого было создано юридическое лицо по адресу приобретенного имущества, указывает на последовательные действия, объединенные общей целью, получение имущества в личную собственность  за счет имущества должника. Именно нестандартный характер сделки должника по привлечению кредитных средств с предоставлением в залог недвижимого имущества должника и последующее поведение лиц в процессе расходования кредитных средств за счет залогового обеспечения, приобретения другого недвижимого имущества и его дальнейшее дарение близким родственникам указывает на наличие противоправного поведения ФИО13 и ФИО13 При этом, имущественную выгоду контролирующее должника лицо ФИО13 получил путем нанесения вреда другому лицу – ООО «Скородом» через действия руководителя ФИО13 Фактический интерес ФИО13 состоял в получении объекта недвижимости в г. Новосибирск через юридические действия должника в лице его отца, как руководителя ООО «Скородом». Указанное прослеживается через фактические связи и последовательности действий сторон по цепочке сделок к конечному выгодоприобретателю, что согласуется со ст. 2, ст. 19, ст. 61.10 Закона о банкротстве.

Кроме того, как следует из материалов дела и обжалуемого определения  ФИО13 активно отчуждал, принадлежащее ему на праве собственности недвижимое имущество, транспортные средства с целью сделать невозможным исполнение решений Центрального районного суда г. Новокузнецка за счет своего личного имущества. В том числе, в ходе умышленного выведения личных ликвидных активов было безвозмездно передано по договору дарения от 06.07.2009 г. нежилое помещение, приобретенное по целевому кредиту, в пользу своего сына – ФИО13, а также в пользу своей дочери – ФИО6 (в девичестве ФИО13) договор от 28.07.2009 г. дарения квартиры между ФИО13 (даритель) и ФИО13 (одариваемый); договоры от 10.02.2010 г. купли-продажи гаражей № 21, 45, 52 между ФИО13 и ФИО6 Данные действия являются убыточными, приведшими к безвозмездному выведению активов должника, сопровождающимися извлечением выгоды из недобросовестного поведения руководителя ООО «Скородом» – ФИО13, ФИО5 и их сына ФИО13

Действия руководителя должника ФИО13 в 2007 г. по передаче объекта недвижимости в залог по личным кредитным обязательствам и безвозмездное отчуждение ФИО13 приобретенного на кредитные средства актива своему сыну ФИО13 создало условия для причинения вреда должнику и кредиторам, поскольку должник безвозмездно принял на себя обязательство по долгам третьего лица, выгоду от которого извлек сын ФИО13

Совместными противоправными действиями были причинены убытки должнику-  ООО «Скородом» в сумме 13 312 500,00 рублей, предпосылкой возникновения которых стали факты заключения договора залога и дарения личных активов ФИО13 в размере 2 200 000 рублей. Решением от 21 августа 2008 г. суд обратил взыскание на заложенное имущество: незавершенный строительством объект, общей площадью 1 747 м2 , расположенный по адресу: 

<

...>, который принадлежал ООО «Скородом» на праве собственности. Долг по кредитному договору (личному кредиту) в конечном счёте был погашен за счет имущества должника – ООО «Скородом». Названная конструкция обеспечения кредитных обязательств ФИО13 не отвечает критериям стандартной банковской практики, когда при целевом кредитовании на покупку недвижимого имущества в залог передается именно покупаемая недвижимость, а не иное имущество, к тому же принадлежащее на праве собственности другому лицу. 

 Оценочная стоимость объекта незавершенного строительства, принадлежавшего ООО «Скородом», при заключении договора залога в 2007 г. и утраченного им в результате нарушения условий кредитного договора, составляла 17 750 000,00 рублей. В ходе реализации заложенного имущества протоколом № 853/И–П от 24.11.2010 г. повторные торги по реализации объекта незавершённого строительства признаны несостоявшимися. Заявлением Банка Исх. № 3166/1 от 06.12.2010 г. им выражено согласие на оставление за собой имущества Общества в счет погашения личных кредитных обязательств ФИО13 Стоимость имущества ООО «Скородом» определена в сумме 13 312 500,00 рублей. Таким образом, действиями ФИО13 и ФИО13 были причинены убытки в значительно большем размере, однако ФИО13 при этом получил имущество стоимостью 2 200 000 рублей, в связи с чем взыскание убытков с ФИО13 представляется верным ограничить стоимостью приобретенного им безвозмездно и за счет должника имущества.  

Довод ФИО13 о том, что кредитные денежные средства в размере 9 800 000,00 рублей были вложены ФИО13 в строительство объекта, принадлежащего ООО «Скородом», основан на пояснениях ФИО13, данных в судебном заседании Центрального районного суда г. Новокузнецка при рассмотрении дела № 2–6324/08. Указанные обстоятельства не являются преюдициальными и не подтверждены какими-либо иными доказательствами.  Вместе с тем, в опровержение указанного довода необходимо отметить, что оценочная стоимость объекта незавершенного строительства, принадлежавшего ООО «Скородом», при заключении договора залога в 2007 г. составляла 17 750 000,00 рублей, тогда как в последующем при реализации предмета залога в 2011 г. Банк как залогодержатель выразил согласие на оставление за собой имущества должника лишь по цене 13 312 500,00 рублей. Исходя из этого можно сделать вывод, что каких-либо вложений в сумме 9 800 000,00 рублей ФИО13 не предпринимались, напротив объект незавершенного строительства терял свою рыночную стоимость из-за отсутствия финансирования. Так, стоимость объекта оценки на дату выдачи кредита составляла 17 750 000 рублей. При вложении в объект недвижимости еще 9 800 000 рублей его рыночная стоимость должна была вырасти, а не упасть при проведении торгов до 13 312 500 рублей. Таким образом, при действительном вложении ФИО13 денежных средств в строительство объекта, принадлежащего ООО «Скородом», названный объект был бы реализован за более высокую цену. Иных доказательств, подтверждающих направление полученных кредитных средств на деятельность должника, в материалы дела не представлено. В этой связи предполагается в силу того, что кредит был получен ФИО13 как гражданином, кредитные средства были использованы на личные цели. При этом, у должника – юридического лица отсутствовали собственные экономические нужды по привлечению кредитных средств без возможности извлечения из этого иного положительного экономического эффекта. 

Причинение убытков должнику не связывается законом с обязательным наличием на момент совершения правонарушения и причинения убытков должнику с наличием кредиторов, которым также должны быть причинены убытки. Тем не менее у должника имелись кредиторы, в частности Комитет градостроительства и земельных ресурсов администрации г. Новокузнецка. 

  В соответствии с пунктом 3.3 договора № 72-05 от 18.04.2011 г. арендная плата начислялась за период с 01.01.2010 г. по 31.12.2011 г., что указывает на наличие созревающих обязательств, о которых ФИО13 не мог не знать, осознавая цель причинения вреда кредитору – Комитету, требования которого включены в реестр требований кредиторов. Таким образом, используя земельный участок с 01.01.2010 г. руководитель должника осознавал необходимость погашения задолженности по арендным обязательствам. В результате чего условия пункта 3.5 указывали на необходимость уплатить арендную плату в будущем, что свидетельствовало из фактического пользования земельным участком, зафиксированного заключением договора аренды от 18.04.2011 г. Согласно пункту 1 статьи 65 Земельного кодекса РФ использование земли в Российской Федерации является платным. Формами платы за использование земли являются земельный налог (до введения в действие налога на недвижимость), арендная плата, а также иная плата, предусмотренная ЗК РФ. С учетом положений пункта 1 статьи 606 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ), пункта 2 статьи 654 ГК РФ во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ и пункта 2 статьи 1105 ГК РФ за безвозмездное пользование земельным участком такое лицо обязано возместить потерпевшему (собственнику земельного участка/арендодателю) то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило как неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести. Следовательно, отсутствие заключенного договора в период арендных отношений не может являться основанием для отказа в удовлетворении заявления в силу отсутствия созревающих обязательств кредитора (включенного в реестр), что указывает на неправильное применение норм материального права. Таким образом, ООО «Скородом» через совокупность взаимосвязанных сделок оплатило приобретение имущества по кредитному договору в пользу ФИО13 при наличии неисполненных (созревающих) обязательств перед кредиторами.

Причинение убытков должнику - ООО «Скородом», носило длящийся характер. Первоначальные действия руководителя должника ФИО13 в 2007 г. по передаче объекта недвижимости в залог по личным кредитным обязательствам и безвозмездное отчуждение ФИО13 приобретенного на кредитные средства актива своему сыну ФИО13 создало условия для причинения вреда должнику и кредиторам, поскольку должник безвозмездно принял на себя обязательство по долгам третьего лица, выгоду от которого извлек сын ФИО13 Страница 13 из 14 При этом в связи с неисполнением ФИО13 принятых по кредитному договору № 

<

***> от 23.03.2007 г. обязательств по оформлению в залог нежилое помещение по адресу: город Новосибирск, Октябрьский район, улица Никитина, 2/1, равно как и невозвращением 2 000 000 руб. взамен оформления залога в установленный срок, Банк потребовал в срок, не позднее 17.08.2007, затем повторно до 14.04.2008 досрочного погашения кредита, что установлено во вступившем в силу решении Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 21.08.2008 (т. 9 л.д. 28). Согласно решению Центрального районного суда г. Новокузнецка по делу № 2-6324/08 от 21.08.2008 г. (страница 3 судебного акта абзац 3,4) ФИО13 был обязан либо передать в залог приобретенное имущество в г. Новосибирск либо оплатить часть кредита в размере 2 000 000,00 руб. в течение 10 дней с даты получения уведомления банка. Следовательно, основанием ко взысканию в судебном порядке всей суммы по кредитному договору явилось в первую очередь  не передача в залог Банку нежилого помещения в г. Новосибирске и  не оплата задолженности в 2 000 000 руб. по основному долгу, а также допущенные отступления от срока уплаты процентов с апреля 2007 года по 21.08.2008 года. Не исполнив данное обязательство наступила просрочка по графику погашения кредита, начиная с апреля 2007 г., что свидетельствует о наличии просроченных обязательств с этой даты и совершения убыточных связанных действий между собой. 

Установлено и наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО13, ФИО13 и причиненными должнику убытками. Так именно неправомерные действия по непередаче в залог приобретенного для ФИО13 нежилого помещения являлись основной причиной предъявление кредитором требования о досрочном погашении кредита и обращении взыскания на имущество должника. Несмотря на то, что другим их оснований обращения взыскания являлось просрочка по графику погашения кредита, начиная с апреля 2007 года, тем не менее основная причина обращения взыскания, при этом не исключается.  

Относительно вины ФИО13 в причинении убытков должнику, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о ее доказанности. Суд первой инстанции приходит к верному выводу о наличии вины в действиях ФИО13 Однако, судом не учтено, что действия ФИО13 являются совместными действиями с ФИО13  Противоправные действия совершены совместно. ФИО13 являясь сыном руководителя должника, и пользователем спорного имущества, получая безвозмездно имущество в личную собственность не может не осознавать, что данное имущество приобретено на кредитные денежные средства, что оно должно быть передано в залог, что данное обязательство не исполнено, что банком может быть обращено взыскание на предмет залога.  При этом, принимая во внимание понятие вины, суд полагает, что ФИО13 не предпринял никаких мер по предотвращению неблагоприятных последствий, также как и ФИО13 для передачи в залог объекта по первому требованию банка, а также по второму требованию банка до обращения в суд. В частности не было предпринято мер по передаче в залог банку нежилого помещения, по отчуждению личного имущества в целях удовлетворения требований банка. Напротив ФИО13 отчуждал личное имущество в целях невозможности обращения на него взыскания по его кредитным обязательствам, в том числе в пользу ФИО13 ФИО13 были произведены последовательные действия по передаче всех своих активов в пользу других членов семьи на случай предварительного распределения потенциальной наследственной массы либо обращения взыскания на такое имущество.  Ни одним из причинителей убытков не было предпринято мер, направленных на погашение кредита и недопущение обращения взыскания на имущество должника (незавершенный строительством объект). При этом правонарушитель предполагается виновным, если не докажет отсутствие своей вины. Такие доказательства в материалы дела ФИО13 не представлены. 

Таким образом, имеется полный состав гражданского правонарушения, что является основанием для удовлетворения заявления конкурсного управляющего и взыскания убытков с ФИО13

Определение Арбитражного суда Кемеровской области от 14.03.2022 подлежит отмене в связи с несоответствию выводов суда обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с принятием нового судебного акта об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков в размере 2 200 000 рублей с ФИО4.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, подпунктами 3,4 части 1 статьей 270, статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 14.03.2022 по делу № А27-11766/2018 отменить. Принять по делу новый судебный акт.

Взыскать с ФИО4 в конкурсную массу должника убытки в размере 2 200 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий Л.Н. Апциаури

 

Судьи Е.В. Кудряшева

 

ФИО1