ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-658/2019

02 декабря 2020 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  26 ноября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 декабря 2020 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Брежневой О.Ю., Смольниковой М.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-9671/2020) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 07 августа 2020 года по делу № А70-658/2019 (судья Климшина Н.В.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Реал» ФИО3 к бывшему руководителю должника ФИО2 о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и о приостановлении производства по рассмотрению заявления до окончания расчетов с кредиторами, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Реал» (ИНН: 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании представителей:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Реал» ФИО3 – представитель ФИО4, доверенность от 19.08.2019, срок до 31.12.2020;

от ФИО2 – представитель ФИО5, доверенность 86 АА 2561611 от 10.01.2020, срок действия три года;

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 22.04.2019 (резолютивная часть от 15.04.2019) заявление Управления Федеральной налоговой службы по Тюменской области о признании общества с ограниченной ответственностью «Реал» (далее - ООО «Реал», должник) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении ООО «Реал» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО3).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 15.08.2019 (резолютивная часть от 08.08.2109) ООО «Реал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил привлечь бывшего руководителя должника ФИО2 (далее – ФИО2) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановить производство по рассмотрению заявления в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

От ФИО2 поступили ходатайства об истребовании доказательств.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 08.06.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета заявленного спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «РЕА-Транс» (далее – ООО «РЕА-Транс»), общество с ограниченной ответственностью «Интеко» (далее – ООО «Интеко»), акционерное общество «Инвестиционная нефтяная компания» (далее – АО «Инвестиционная нефтяная компания»), общество с ограниченной ответственностью «РН-Снабжение» (далее – ООО «РН-Снабжение»), ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО7 (далее – ФИО7).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 07.08.2020 ходатайства об истребовании доказательств оставлены без удовлетворения, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательства ООО «Реал», производство по обособленному спору приостановлено до формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указал следующее:

- суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства ФИО2 об истребовании из налогового органа и ООО «РЕА-Транс» доверенности, на основании которой ФИО6 подписывал документы; учитывая, что ФИО2 фактически не управлял деятельностью должника, ему не передавались документы и имущество должника, установление лиц, в отношении которых выдавались пропуска на технику, и оснований, по которым ФИО6 подписывал документы от имени должника, которые впоследствии были предоставлены налоговому органу, позволило бы установить фактических бенефициаров ООО «Реал»;

- ФИО2 фактически ни дня не руководил деятельностью должника, а потому у него отсутствует документация и имущество последнего, которые ответчик мог бы передать конкурсному управляющему, в то же время ФИО2 неоднократно указывал на наличие у должника имущества, в настоящее время расположенного на территории ООО «РН-Снабжение», на которую у ответчика отсутствует доступ.

В связи с поступлением от конкурсного управляющего и от ФИО2 ходатайств об участии в онлайн-заседании и в связи с их удовлетворением судом заседание суда апелляционной инстанции от 26.11.2020 проведено с применением сервиса «Онлайн-заседания» (https://kad.arbitr.ru/).

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указал, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Представитель конкурсного управляющего указал, что считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, несостоятельными, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не считает определение Арбитражного суда Тюменской области от 07.08.2020 по настоящему делу подлежащим отмене или изменению.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) заявления, поданные с 01.07.2017, о привлечении к субсидиарной ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, предусмотренной ранее статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», рассматриваются по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве, либо статей 61.11-61.12 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений, касающихся субсидиарной ответственности,  зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Такой же подход к действию закона во времени изложен в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, а также в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица 07.10.2019 (штамп входящей корреспонденции суда).

Поэтому требование конкурсного управляющего подлежит рассмотрению по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Закона № 266-ФЗ.

Как следует из материалов дела, 05.11.2014 на общем собрании участников ООО «Реал» (протокол № 1) приняты решения принять ФИО2 в качестве участника в ООО «Реал»; вкладом в уставной капитал ООО «Реал» считать денежные средства в размере 1 000 руб., внесенные в кассу ООО «Реал»; увеличить уставной капитал ООО «Реал» с 10 000 руб. до 11 000 руб. за счет денежного вклада в уставной капитал ООО «Реал» путем внесения денежных средств в размере 1 000 руб. в кассу предприятия на основании заявления ФИО2 от 05.11.2014; с 05.11.2014 с ФИО7 снять полномочия директора ООО «Реал»; с 06.11.2014 назначить генеральным директоров ООО «Реал» ФИО2; поручить заключение трудового договора с ФИО2 от имени ООО «Реал» ФИО8; поручить ФИО2 зарегистрировать соответствующие изменения в налоговом органе (том 5, листы дела 15-18).

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) ФИО2 на дату признания ООО «Реал» банкротом являлся его генеральным директором.

Таким образом, ФИО2 является лицом, контролирующим должника, и, соответственно, субъектом, который в силу Закона о банкротстве может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы ФИО2 об обратном несостоятельны, поскольку по приходному кассовому ордеру № 4 от 07.11.2014 (том 5, лист дела 70) от ФИО2 в ООО «Реал» приняты 1 000 руб. для внесения вклада в уставной капитал. В качестве главного бухгалтера ООО «Реал» указан ФИО2 

07.11.2014 в присутствии нотариуса нотариального округа города Тюмени Тюменской области ФИО9 засвидетельствована подлинность подписи генерального директора ООО «Реал» ФИО2 на заявлениях; удостоверена подлинность доверенности от 07.11.2014, выданной на имя гр. ФИО10 и ФИО11; нотариусом удостоверена личность ФИО2 и его полномочия (том 5, листы дела 77-100). 

Чеком от 09.11.2014 ФИО2 оплатил налог в размере 800 руб. для внесения изменений в учредительные документы (том 5, лист дела 46).

Как правильно указал суд первой инстанции, доводы ФИО2 о том, что он никогда не вступал в должность директора ООО «Реал» и не получал документы и имущество фирмы от предыдущего директора и узнал о записи в ЕГРЮЛ в качестве директора только после возбуждения производства о привлечении его к субсидиарной ответственности, противоречат представленным в материалы дела доказательствам и учредительным документам.

Так, определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.01.2019 по делу № А70-658/2019 заявление уполномоченного органа о признании ООО «Реал» несостоятельным (банкротом) оставлено без движения до 13.02.2019.

Согласно почтовому уведомлению № 62505231065656 вышеуказанный судебный акт получен ФИО2 06.02.2019 лично.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.03.2019 по делу № А70-658/2019 заявление уполномоченного органа о признании ООО «Реал» несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено дело о банкротстве и назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований заявителя к должнику на 15.04.2019.

Согласно почтовому уведомлению № 62505233069393 вышеуказанный судебный акт получен ФИО2 25.03.2019 лично.

ФИО2 в письменных пояснениях от 09.12.2019 указывал, что 03.11.2014 он в результате обмана со стороны ФИО7 предоставил паспортные данные, которые были использованы для внесения изменений в ЕГРЮЛ в сведения о юридическом лице ООО «Реал».

Однако в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие недействительность записи в ЕГРЮЛ, отсутствуют доказательства того, что ФИО2 не мог обратиться за нотариальным удостоверением своего заявления лично с целью внесения изменений в ЕГРЮЛ.

Как верно указал суд первой инстанции, ФИО2 с 2014 года по настоящее время не обращался в полицию и в прокуратуру с соответствующим заявлением о привлечении к уголовной ответственности  ФИО7, что косвенно свидетельствует об одобрении действий последнего, направленных на участие ФИО2 в должнике.

Кроме этого, письменные пояснения ФИО2 от 09.12.2019 относительно ФИО7 противоречат его же пояснениям, данным в полиции в отношении ФИО12

Так, конкурсный управляющий ФИО3 обращался в ОУР ОП-1 УМВД России по г. Нижневартовску с заявлением о пропаже транспортных средств (постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 02.11.2019 (том 7, листы дела 128-129)). В ходе проверки был опрошен ФИО2, который пояснил, что в 2014 году он подписал договор с ФИО12 на переоформление фирмы ФИО12 на себя; все сделки по переоформлению фирмы ООО «Реал» происходили в г. Тюмени в 2014 году; после подписания документов он уехал домой в г. Нижневартовск, где он ждал звонка от ФИО12; вскоре ФИО12 умер; он никаких действий от своего имени в качестве директора данной фирмы не предпринимал; где может находиться документы и имущество фирмы он не знает; транспортные средства на его имя не числятся.

Таким образом, доводы ФИО2 о том, что он не является контролирующим должника лицом, несостоятельны.

Приведенные им доводы свидетельствуют как минимум о наличии у него статуса номинального директора должника.

В апелляционной жалобе ФИО2 прямо указал, что он являлся номинальным директором ООО «Реал», фактически ни дня не руководил деятельностью должника.

Вместе с тем указанное обстоятельство не означает невозможность привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по причинам и основаниям, изложенным ниже.

1. В обоснование заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий указал, что в реестр требований кредиторов ООО «Реал» включены требования уполномоченного органа в размере 554 621 руб. 20 коп. (в том числе определение Арбитражного суда Тюменской области от 22.04.2019 по настоящему делу о введении в отношении ООО «Реал» процедуры наблюдения), основанные, в том числе, на решениях о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения № 111247 от 28.09.2015, № 12-1-20/119219 от 12.09.2016, № 46736 от 01.10.2016 (том 7, листы дела 28-33), в которых содержатся сведения о непредставлении истребуемых документов в установленный срок в налоговый орган, сведения о занижении налоговой базы, установлены недоплаты транспортного налога за 2015 год.

По итогам налоговых проверок должнику выставлялись требования об уплате налогов, пени и штрафов за неуплату или неполную уплату налогов в результате занижения налоговой базы и в результате неправильного исчисления налога, решения и постановления о взыскании налога, сбора, пени, штрафа, процентов за счет имущества налогоплательщика (том 7, листы дела 34-138, том 8, листы дела 1-62).

Бухгалтерская документация, отправляемая по ТКС от ООО «Реал» в налоговый орган от 31.01.2018, 29.01.2017, 02.03.2017, 30.01.2016, 02.03.2016, 28.01.2015, 23.01.2015, 15.04.2015, была подписана по доверенности ФИО13 

Обстоятельства выдачи доверенности на имя ФИО6, подачи им налоговых деклараций в период с 2014 года и до возбуждения дела о банкротстве не раскрыты.

Конкурсный управляющий считает, что между противоправным поведением (бездействием) ФИО2 и неблагоприятными последствиями для ООО «Реал» в виде взыскания с него решениями уполномоченного органа задолженности по уплате обязательных платежей, которая была положена в основание заявления уполномоченного органа о признании ООО «Реал» банкротом, имеется причинно-следственная связь.

В связи с этим конкурсный управляющий полагает, что ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 1, подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, согласно которым если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Посчитав приведенные доводы конкурсного управляющего обоснованными, суд первой инстанции удовлетворил его заявление в соответствующей части.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что в обоснование заявления в соответствующей части конкурсный управляющий ссылается на презумпцию, содержащуюся в подпункте 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Установленное пунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основание для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам, предусмотрено статьей 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Ранее аналогичное основание для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам содержалось в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, который введен в действие Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»), подлежал применению с 01.09.2016.

Как следует из материалов дела, включенная в реестр требований кредиторов ООО «Реал» определениями Арбитражного суда Тюменской области от 22.04.2019, от 24.06.2019 по настоящему делу задолженность ООО «Реал» перед уполномоченным органом подтверждена решениями о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения № 111247, № 12-1-20/119219, № 46736, которые были приняты налоговым органом 28.09.2015, 12.09.2016, 01.10.2016 соответственно.

Однако решение о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения № 46736 от 01.10.2016 было вынесено в связи с правонарушением, совершенным 29.07.2016 (том 10 лист дела 126).

Решение о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения № 12-1-20/119219 от 12.09.2016 было вынесено в связи с совершением действий по налоговой отчетности в марте 2016 года (срок налоговой проверки март-июнь 2016 года (том 7 лист дела 31).

Поэтому действия, в связи с которыми налогоплательщик привлечен к ответственности, относятся к периоду до 01.09.2016 года.

По смыслу Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 N 310-ЭС20-6760 по делу N А14-7544/2014 презумпции доведения до банкротства, предусмотренные статьей 10 ГК РФ (а в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве), являются материальными нормами, которые подлежат применению к отношениям, возникшим после введения указанных презумпций.

Поскольку конкурсный управляющий не доказал, что действия, являвшиеся основанием для привлечения к налоговой ответственности, совершены до 01.09.2016, , он не доказал презумпцию преобладания виновных налоговых обязательств в реестре требований кредиторов.

Следовательно, действия (бездействие) ФИО2, которые, согласно доводам конкурсного управляющего, повлекли привлечение должника к налоговой ответственности на основании указанных решений налогового органа, не могли иметь место ранее 2015-2016 годов.

Как было указано выше, в соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015, нормы об основаниях привлечения к субсидиарной ответственности применяются в зависимости от момента совершения субсидиарным должником  действий, являющихся основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности.

В связи с этим, поскольку Законом о банкротстве в редакции, действовавшей в период, когда ООО «Реал» было совершено налоговое правонарушение, за которое оно привлечено к налоговой ответственности решениями налогового органа № 111247 от 28.09.2015, № 12-1-20/119219 от 12.09.2016, № 46736 от 01.10.2016, возможность привлечения контролирующих должника лиц в связи с неправомерными действиями, повлекшими привлечение должника к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотрена не была, содержащаяся в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпция применению в рамках настоящего спора не подлежит.

Поэтому для целей привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Реал» в связи с налоговым обязательством конкурсному управляющему следовало на общих основаниях  доказать, что ФИО2 были совершены конкретные недобросовестные действия (бездействие), связанные, в том числе, с выводом активов должника, результатом которых явилось привлечение ООО «Реал» к налоговой ответственности на основании решений налогового органа № 111247 от 28.09.2015, № 12-1-20/119219 от 12.09.2016, № 46736 от 01.10.2016, возникновение у уполномоченного органа соответствующих требований к должнику и причинение вреда ООО «Реал» и его кредиторам (абзац 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Вместе с тем указанные обстоятельства конкурсным управляющим в обоснование заявления не приведены, их наличие ФИО3 надлежащим образом не подтверждено и не доказано.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Учитывая изложенное, основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Реал» на основании абзацев 3, 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве отсутствуют.

2. Конкурсный управляющий также указал на неисполнение ФИО2 обязанности передать документацию и имущество должника (шесть транспортных средств) конкурсному управляющему, которое имело место в 2019-2020 годах.

Так, согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

На основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно доводам ФИО3, 12.08.2019 конкурсный управляющий направил в адрес ФИО2 требование о передаче ему бухгалтерской и иной документации должника, штампов, печатей, материальных и иных ценностей (том 5, листы дела 36-38).

Данное требование получено ответчиком лично 16.08.2019, что подтверждается уведомлением о вручении (том 5, лист дела 39), но оставлено им без ответа.

В связи с этим 02.09.2019 конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением к ФИО2, в котором просил истребовать у ФИО2 бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные ценности должника, в том числе шесть автотранспортных средств, указанных в заявлении, а именно: 5860 УНБ1-125Х320, VINХ8958600070ВЕ7001, 2007 г.в., двигатель № 70311916, № кузова Х8958600070ВЕ7001, шасси У7А65053070805762, государственный регистрационный знак 

<

***>; КАМАЗ 44108-10, VIN ХТС44108К82326633, 2008 г.в., двигатель № 82465575, № кузова ХТС44108К82326633, шасси ХТС44108К82326633, государственный регистрационный знак 

<

***>; КАМАЗ 44108-10, VIN ХТС44108КА2370244, 2010 г.в., двигатель № А2563291, № кузова ХТС44108КА2370244, шасси ХТС44108КА2370244, государственный регистрационный знак 

<

***>; 58190А УРАЛ4320-1951-40 АЦ-32У, VIN 

<

***>, 2008 г.в., двигатель № 80248453, № кузова 351, шасси 43200081338218, государственный регистрационный знак 

<

***>; КАМАЗ 44108-10, VIN ХТС44108КА2370243, 2010 г.в., двигатель № А2563295, № кузова 2163846, шасси ХТС44108КА2370243, государственный регистрационный знак 

<

***>; ТСП 9417-0000010, VIN 

<

***>, 2008 г.в., шасси 

<

***>, государственный регистрационный знак 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 01.10.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, на ФИО2 возложена обязанность передать конкурсному управляющему указанные выше имущество и документацию ООО «Реал».

Конкурсному управляющему выдан исполнительный лист, который предъявлен конкурсным управляющим к исполнению в ОСП по г. Нижневартовску и Нижневартовскому району.

30.10.2019 ОСП по г. Нижневартовску и Нижневартовскому району вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства № 386343/19/86010-ИП (том 7, листы дела 6-7).

Однако соответствующий судебный акт ФИО2 не исполнен.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа- Югры от 09.07.2020 по делу № А75-22992/2019 ФИО2 привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 40 000 руб. 

Согласно доводам конкурсного управляющего, непередача ФИО2 бухгалтерской и иной документации должника не позволяет ФИО3 идентифицировать имущество, принадлежащее должнику, в частности запасы, выявить дебиторов должника и осуществить мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, а также определить местонахождение транспортных средств принадлежащих должнику, что в свою очередь влечёт за собой невозможность формирования конкурсной массы ООО «Реал» и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего в соответствующей части, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО2 не доказано принятие им всех необходимых мер для исполнения обязанности по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась, а также из наличия существенных затруднений для формирования конкурсной массы должника вследствие непредставления конкурсному управляющему документации, заключив, что бездействие ФИО2 нельзя признать соответствующими стандарту поведения добросовестного и разумного гражданина и руководителя юридического лица.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в соответствующей части.

Фактические обстоятельства дела установлены судом первой инстанции в соответствии с представленными в дело доказательствами, основания для установления иных фактических обстоятельств у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Бездействие ФИО2, выразившееся в непередаче документации и имущества ООО «Реал» конкурсному управляющему, установлено вступившими в законную силу судебными актами (определением Арбитражного суда Тюменской области от 01.10.2019 по настоящему делу, решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 09.07.2020 по делу № А75-22992/2019).

Доказательства передачи ФИО2 документации должника и принадлежащих ему транспортных средств в материалах дела отсутствуют, ФИО2 не представлены.

ФИО2 при рассмотрении настоящего спора судами первой, апелляционной инстанций указывал, что принадлежащие должнику транспортные средства в настоящее время находятся на территории ООО «РН-Снабжение», на которую у ответчика отсутствует доступ.

Вместе с тем какие-либо доказательства в подтверждение указанного довода ФИО2 в материалы дела не представлены.

Кроме того, факт нахождения принадлежащего должнику имущества у третьего лица сам по себе не освобождает ФИО2 от субсидиарной ответственности, поскольку ФИО2 не обеспечил ни  сохранность самих транспортных средств в интересах должника, ни передачу документации должника, которая бы подтверждала основания нахождения транспортных средств должника у иного лица, ни характер сделки по передаче (возмездная или безвозмездная), ни место нахождения предоставленного эквивалента или направления его расходования в интересах должника при возмездности  сделки.

Однако из материалов настоящего дела не следует, что ФИО2 сообщал ФИО3 о месте нахождения принадлежащих должнику транспортных средств, в том числе об их нахождении на территории ООО «РН-Снабжение», взаимодействовал с ним в вопросах истребования соответствующего имущества у лица, во владении которого оно находится.

Действительно, из материалов настоящего дела усматривается, что спорные транспортные средства могут находиться во владении и пользовании общества с ограниченной ответственностью «Интеко» (далее – ООО «Интеко») (страховые полисы серия МММ № 50331306355, серия МММ № 5031276716, серия МММ № 5031276581, в которых ООО «Интеко» значится в качестве страхователя (том 10, листы дела 85-87)).

Вместе с тем указанное обстоятельство, равно как принятие конкурсным управляющим мер, направленных на истребование транспортных средств у ООО «Интеко» (письмо исх. № 513 от 19.06.2020 (том 10, лист дела 88)), не освобождает ФИО2 от субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанной выше причине.

Более того, оно подтверждает обоснованность доводов ФИО3, согласно которым непередача ему ответчиком документации ООО «Реал» препятствует исполнению им обязанностей в рамках настоящего дела о банкротстве, поскольку факт возможного нахождения техники у данного лица установлен самим управляющим путем поиска и запроса информации и поскольку конкурсный управляющий не располагает сведениями об основаниях нахождения техники должника у третьего лица.

По причине ненадлежащего ведения бывшими руководителями должника, в частности ФИО2 бухгалтерского учета ООО «Реал», инвентаризации имущества, оформления ими документации, сопровождавшей передачу транспортных средств третьему лицу, непередачи ФИО3 ФИО2 документации ООО «Реал» у конкурсного управляющего отсутствуют сведения об основаниях нахождения принадлежащих должнику транспортных средств во владении и пользовании ООО «Интеко», что существенно затрудняет проведение им мероприятий по формированию конкурсной массы должника.

Само третье лицо факт нахождения у него техники не признает (том 10 лист дела 52).

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что приведенные доводы заявителя апелляционной жалобы не могут повлиять на итог рассмотрения арбитражными судами заявления конкурсного управляющего, так как не свидетельствуют об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Реал» в связи с непередачей им конкурсному управляющему документации и имущества должника.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик также указал, что он являлся номинальным директором ООО «Реал», фактически не руководил деятельностью должника, в действительности деятельностью ООО «Реал» руководил ФИО6

Вместе с тем указанное обстоятельство в любом случае не означает освобождение ФИО2 от субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи со следующим.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

По правилам части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухучете), ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, то есть лицом, являющимся единоличным исполнительным органом экономического субъекта.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона о бухучете, каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом, на основании которых формируются регистры бухгалтерского учета.

На основании части 4 статьи 29 Закона о бухучете при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации.

Руководитель экономического субъекта - это лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа (пункт 7 статьи 3 Закона о бухучете).

Вместе с тем судебная практика допускает возложение такой ответственности как на лицо, номинально выступающее единоличным исполнительным органом, так и на лицо, фактически осуществляющее руководство должником и контролирующее его документооборот.

Так, согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Как отмечено в определениях  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, от 25.09.2020 N 310-ЭС20-6760 по делу N А14-7544/2014, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".

 Поэтому указанные разъяснения пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» могут быть применены и к ранее действовавшим нормам о субсидиарной ответственности.

Учитывая изложенное, доводы ФИО2 о номинальности его статуса генерального директора ООО «Реал» не имеют значения для разрешения вопроса о наличии (отсутствии) оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

К тому же налоговый орган сообщил суду, что доверенностями от должника в письменном виде он не располагает, но в его адрес было направлено информационное сообщение по каналам телекоммуникационной связи о представительстве, которым ООО «Реал» в лице ФИО7 уполномочил ООО «РЕА-Транс» ФИО6 выступать представителем должника в налоговых правоотношениях (том 10 листы дела 60-63), поэтому необходимости в дополнительном истребовании информации не имелось.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что согласно пункту 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

В пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В случае уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального руководителя фактический руководитель несет субсидиарную ответственность в полном объеме. В той части, в которой ответственность номинального руководителя не была уменьшена, он отвечает солидарно с фактическим руководителем (пункт 1 статьи 1064, абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

В связи с этим заявленные ФИО2 при рассмотрении настоящего спора арбитражными судами доводы о том, что он фактически не руководил деятельностью должника, являлся номинальным директором ООО «Реал», тогда как в действительности деятельностью должника руководил ФИО6 или ФИО7, подлежат обязательной проверке конкурсным  управляющим.

Конкурсному управляющему следует установить и роль указанных лиц и то, каким образом и когда они были допущены к деятельности должника с использованием его электронных ключей, логинов и паролей, кто осуществлял расчетные операции должника (банковские карточки образцов подписей уполномоченных лиц).

Конкурсному управляющему следует установить место жительство указанных лиц и истребовать у них сведения, связанные с их ролью в деятельности должника и в его налоговых правоотношениях после назначения директором ФИО2

Конкурсному управляющему исчерпывающим образом следует проверить доводы ФИО2 о том, что реальным руководителем должника были ФИО7 или ФИО6

Вместе с тем доводы о роли указанных лиц могут быть оценены судом лишь при разрешении вопроса о размере субсидиарной ответственности ФИО2 с установлением реальной роли ФИО7, ФИО6 в деятельности ООО «Реал», в том числе в период, когда руководителем должника значился ФИО2

При разрешении арбитражным судом указанного вопроса ФИО2 также вправе ссылаться на его содействие конкурсному управляющему в установлении места нахождения принадлежащих ООО «Реал» транспортных средств для их инвентаризации и включения в конкурсную массу должника, представив в материалы дела достоверные доказательства, подтверждающие обоснованность его доводов о том, что именно он способствовал их розыску и возврату.

В случае если арбитражным судом будет установлено, что соответствующие доводы ФИО2 являются обоснованными, размер субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам ООО «Реал» подлежит снижению в порядке, предусмотренном приведенными выше нормами права и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ.

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым добавить, что одновременное привлечение к субсидиарной ответственности за утрату документации и истребование этой документации у субсидиарного должника является невозможным, в связи с чем субсидиарному должнику или конкурсному управляющему в целях внесения определенности в правоотношения и недопустимости начисления судебной неустойки в отношении требования, которое не будет исполнено, следует обратиться к суду с заявление о прекращении исполнения определения об истребовании документации и имущества у должника.

Так, согласно пункту 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" если объективная невозможность исполнения обязательства в натуре возникла после присуждения судебной неустойки, то такая неустойка не подлежит взысканию с момента возникновения такого обстоятельства. При этом такая привходящая объективная невозможность исполнения обязательства в натуре, например, гибель индивидуально-определенной вещи, подлежащей передаче кредитору, не препятствует взысканию присужденных сумм судебной неустойки за период, предшествующий возникновению данного обстоятельства.

Возникновение указанных обстоятельств является основанием для прекращения исполнительного производства как по требованию о понуждении к исполнению в натуре, так и по требованию о взыскании судебной неустойки (пункт 2 части 1 статьи 43 Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон об исполнительном производстве).

На основании пункта 2 части 1 статьи 43 Закона об исполнительном производстве исполнительное производство прекращается судом в случаях: утраты возможности исполнения исполнительного документа, обязывающего должника совершить определенные действия (воздержаться от совершения определенных действий).

Состоявшееся привлечение  субсидиарного должника к ответственности за непередачу имущества и документации означает утрату возможности такой передачи от субсидиара к должнику.

Поэтому вынесение настоящего судебного акта  должно являться основанием для прекращения судом исполнительного производства об истребовании от субсидиара имущества и документации на основании пункта 2 части 1 статьи 43 Закона об исполнительном производстве.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 07 августа 2020 года по делу № А70-658/2019 (судья Климшина Н.В.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Реал» ФИО3 к бывшему руководителю должника ФИО2 о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и о приостановлении производства по рассмотрению заявления до окончания расчетов с кредиторами, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Реал» (ИНН: 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-9671/2020) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.В. Зорина

Судьи

О.Ю. Брежнева

 М.В. Смольникова