ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-3155/2018

г. Саратов

23 марта 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 марта 2023 года. 

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Н.А. Колесовой,  

судей Г.М. Батыршиной, Е.В. Яремчук,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Астраханской области об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности от 25 января 2023 года по делу № А06-3155/2018 по заявлению ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «ВИКС» (416321 Астраханская область, Камызякский района, с. Жан-Аул, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании: без сторон, лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 18.02.2023,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской области от 28 марта 2019 года по делу № А06-3155/2018 общество с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «ВИКС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член Ассоциации СОАУ «Меркурий».

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Астраханской области с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в полном объеме.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 25 февраля 2021 года в удовлетворении заявления ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «ВИКС» отказано.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 апреля 2021 года определение Арбитражного суда Астраханской области от 25 февраля 2021 года по делу № А06-3155/2018 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 04 августа 2021 года определение Арбитражного суда Астраханской области от 25 февраля 2021 года, постановление Двенадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 26 апреля 2021 года отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Астраханской области.

Суд кассационной инстанции указал, что вывод судов о том, что отсутствует причинно-следственная связь между банкротством должника и сделкой, заключенной между обществом с ограниченной ответственностью «Оазис Тур» и должником, сделан без исследования и оценки существенных для разрешения спора обстоятельств.

При этом суд кассационной инстанции отметил, что высокий процент погашения требований кредиторов (97%) за счет денежных средств полученных от реализации спорного имущества должен приниматься во внимание при решении вопроса о существенности влияния на финансовое состояние должника (его платежеспособности) ничтожной сделки без встречного предоставления, которая заключена между должником и обществом «Оазис Тур» (руководителем и участником которого являлся ответчик, состоящий в родстве с руководителем должника). Также судами не дана оценка доводам ФИО2 о том, что имущество, отчужденное должником обществу «Оазис Тур» представляло собой единственный актив должника; судами не исследованы обстоятельства, касающиеся возможности должника осуществлять деятельность после безвозмездного отчуждения своего единственного актива.

В силу положений части 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 21 сентября 2021 года конкурсный управляющий ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «ВИКС». 

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 30 мая 2022 года прекращено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «ВИКС».

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 25 января 2023 года в удовлетворении заявления ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просит определение суда отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В обоснование указанной позиции апеллянт настаивает на наличии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «ВИКС» как лица, обладающего статусом контролирующего выгодоприобретателя.

Отзывы на апелляционную жалобу в материалы дела не представлены.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российско Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что судебный акт подлежит изменению или отмене по следующим основаниям.

С 30 июля 2017 года вступил в силу Федеральный закон от 29 июля 2017 года № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), которым статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и введена в действие глава III.2, предусматривающая порядок и основания привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 апреля 2010 года № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28 апреля 2009 года № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Информационное письмо № 137) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми ФИО2 заявлены требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ (февраль 2015), в соответствии с вышеприведенными разъяснениями, настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действующей до внесения изменений Законом № 266-ФЗ) и процессуальных норм, предусмотренных Законом № 266-ФЗ.

Разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53) применяются, в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе когда причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника.

Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ установлены презумпции, при наличии которых предполагается, что лицо является контролирующим должника, пока не доказано иное.

Поскольку в данном случае, с учетом заявленного периода совершения действий, с которыми заявитель связывает наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 года № 134-ФЗ, предусмотренная статьей 61.10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ презумпция контролирующего выгодоприобретателя неприменима.

Однако это не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, заявитель лишен возможности ссылаться на приведенные в упомянутой презумпции обстоятельства. Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору.

По смыслу пунктов 4, 16 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно разъяснениям пункта 7 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). 

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 22 июня 2020 года № 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. По смыслу абзаца третьего пункта 16 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

ФИО2 в своем заявлении указывал, что обществом с ограниченной ответственностью «Оазис Тур», генеральным директором которого являлся ФИО3 (родной дядя ФИО5) и обществом с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «ВИКС» в лице генерального директора ФИО5 была совершена сделка по продаже всего имущества должника (договор купли-продажи от 16 февраля 2015 года № 1/15), приведшая к несостоятельности (банкротству) общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «ВИКС» и получению существенной выгоды на стороне ответчика. Так податель жалобы полагает, что указанные обстоятельства образуют презумпцию наличия у ответчика статуса контролирующего выгодоприобретателя и являются основанием для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Между тем, судом первой инстанции установлено, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Астраханской области от 29 июня 2018 года по делу № А06-1165/2018 договор купли-продажи недвижимого имущества №1/15 от 16 февраля 2015 года, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «ВИКС» и обществом с ограниченной ответственностью «Оазис-Тур» признан недействительным, применены последствия недействительности договора купли-продажи, суд обязал общество с ограниченной ответственностью «Оазис-Тур» возвратить в собственность общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «ВИКС» спорное имущество.

Следовательно, стороны по сделке вернулись в первоначальное положение, имущество было возвращено должнику, впоследствии реализовано в ходе процедуры конкурсного производства, вырученные денежные средства распределены конкурсным управляющим и направлены на погашение требований кредиторов (погашены требования на 97%).

При повторном рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции, ФИО2 не привел доказательств в подтверждение наличия причинно-следственной связи между спорной сделкой от 16 февраля 2015 года и наступлением объективного банкротства общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «ВИКС».

При этом, суд первой инстанции отметил, что между участниками общества имелся длящийся корпоративный спор, что не оспаривается лицами, участвующими в деле, подтверждено наличием разных экономических интересов у участников общества, что явилось препятствием для нормального ведения хозяйственной деятельности должником.

Кроме того, решениями Арбитражного суда Астраханской области по делам №А06-3183/2010 от 09 августа 2010 года, №А06-3098/2012 от 17 августа 2012 года, №А06-6126/2012 от 04 октября 2013 года, постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 18 февраля 2011 года по делу №А06-3855/2010, установлено, что ФИО2 ранее совершил грубые нарушения обязанностей, возложенных на него в связи с участием в обществе с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирме «ВИКС», которые привели к невозможности продолжения деятельности общества, выразившиеся в том, что он своими действиями на протяжении длительного периода препятствовал деятельности общества, отказывая другим участникам в предоставлении информации о хозяйственной деятельности должника, совершил недействительную сделку с занижением стоимости по продаже всего имущественного комплекса общества, от которого зависела основная его деятельность, исполнение которой повлекло за собой причинение должнику значительных убытков и невозможность осуществления обществом уставной деятельности.

В рамках рассмотрения другого обособленного спора по делу №А06-3155/2018 по жалобе ФИО2 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО4, по итогам которого вынесено определение от 20 ноября 2019 года, предметом судебного исследования и оценки являлось, в том числе, бездействие конкурсного управляющего, выразившееся в неприменении мер к лицам, совершившим сделку по отчуждению единственного ликвидного имущества общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «ВИКС» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ОазисТур». По причине отсутствия оснований для принятия мер к лицам, совершим сделку от 16 февраля 2015 года, в удовлетворении требований ФИО2 было отказано. Указанное определение суда вступило в законную силу.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что наличие причинно-следственной связи между сделкой от 16 февраля 2015 года и банкротством общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «ВИКС» не установлено. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В настоящем случае, ФИО2 имел непосредственное отношение к управлению должником, а его требование к должнику вытекает из внутрикорпоративных отношений.

Так, определением Арбитражного суда Астраханской области от 22 марта 2019 года по делу №А06-3155/2018-15225/2019, оставленным без изменения постановлениями Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 мая 2019 года и Арбитражного суда Поволжского округа от 24 сентября 2019 года, ФИО2 отказано во включении в реестр требований кредиторов должника, в том числе, требований основанных на вступивших в законную силу решений Арбитражного суда Астраханской области по делам №А06-1162/2017, №А06-8745/2018.

Отказывая в вышеназванных требованиях, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований ФИО2, поскольку требование о выплате действительной стоимости доли в уставном капитале общества не является денежным обязательством, которое учитывается при определении признаков несостоятельности (банкротства). Также указал, что обязательства перед учредителями (участниками) должника - юридического лица, вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью, и могут заявлять требования лишь на имущество, оставшееся после удовлетворения требований всех других кредиторов.

В соответствии с изложенным, требования ФИО2 не подлежат защите в рамках настоящего обособленного спора, поскольку подобные требования не могут быть частью субсидиарной ответственности, равно как и основанием для инициации соответствующего обособленного спора, а также банкротства должника в целом. Дело о банкротстве не может быть возбуждено, а новые участники должника не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности на основании требований бывших участников о выплате себе дивидендов.

В соответствии с правовым подходом Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в определениях от 28 сентября 2020 года № 310-ЭС20-7837, от 07 апреля 2022 года № 305-ЭС21-25552, пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020 иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства.

Наряду с конкурсным оспариванием (которое также осуществляется посредством предъявления косвенного иска) институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда.

В отношении конкурсного оспаривания судебной практикой выработано толкование, согласно которому при разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03 августа 2020 года № 306-ЭС20-2155, от 26 августа 2020 года № 305-ЭС20-5613).

Равным образом при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность. Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты.

Кроме того, как следует из материалов данного дела и установлено вступившими в законную силу судебными актами, в реестр требований кредиторов должника были включены следующие кредиторы:

- ФИО6 с суммой 2166362,04 руб. во вторую очередь; 112341 руб. в третью очередь (основной долг), 28254,68 руб. в третью очередь (проценты, штрафы и т.д.);

- ФИО5 с суммой 3678464,83 руб. во вторую очередь;

- ФИО7 с суммой 150000 руб. во вторую очередь.

Из средств, вырученных от реализации имущества должника, конкурсным управляющим произведено погашение 2-й очереди реестра требований кредиторов в размере 5 994 826,87 руб., в том числе: 29 января 2020 года требования ФИО6 на сумму 2 166 362,04 руб. (платежное поручение № 5 от 29 января 2020 года); 29 января 2020 года требования ФИО7 на сумму 150 000 руб. (платежное поручение № 6 от 29 января 2020 года); 29 января 2020 года требования ФИО5 на сумму 3 678 464,83 руб. (платежное поручение № 7 от 29 января 2020 года).

Указанная сумма погашения составляет 97,7% от реестра требований кредиторов должника по состоянию на 01 февраля 2020 года; остаток непогашенной задолженности составляет 140595,68 руб.

Иная не погашенная задолженность, включенная определениями суда в реестр требований кредиторов или за реестр, отсутствует.

Таким образом, остаток непогашенной задолженности состоит из требований единственного конкурсного кредитора ФИО6 в сумме 140595,68 руб.

23 декабря 2021 года конкурсный кредитор ФИО6 обратился в арбитражный суд с ходатайством об отказе от заявленных требований к обществу с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «ВИКС» и прекращении производства по делу о его банкротстве в связи с погашением требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, в полном объеме.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Астраханской области от 06 февраля 2022 года производство по делу № А06-3155/2018 прекращено, в том числе, в связи отказом от требований всех кредиторов, включенных в реестр.

Поскольку отсутствуют требования кредиторов общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «ВИКС», включенные в реестр требований кредиторов, а также заявленные после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, судом первой инстанции вопреки доводам апеллянта учтены указания суда кассационной инстанции, выводы, содержащиеся в определении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах, у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 25 января 2023 года по делу № А06-3155/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий                                                                 Н.А. Колесова

 

Судьи                                                                                               Г.М. Батыршина

 

                                                                                                          Е.В. Яремчук