АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 декабря 2024 года

Дело №

А66-334/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Кравченко Т.В., судей Воробьевой Ю.В. и Троховой М.В.,

при участии ФИО1 (паспорт) от своего имени и в качестве представителя ФИО2 (по доверенности от 07.11.2024),

рассмотрев 14.11.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 и ФИО1 на определение Арбитражного суда Тверской области от 11.04.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024 по делу               № А66-334/2016,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Автоком», адрес: 171080, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), 20.01.2016 обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением от 25.01.2016 заявление принято, возбуждено производство по делу о банкротстве Общества.

Определением от 15.03.2016 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением от 01.07.2016 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам Общества ФИО2, ФИО1, ФИО4 и взыскании с них в солидарном порядке в пользу должника                      41 804 770,07 руб.

Определением от 30.08.2017 суд освободил ФИО3 от исполнения возложенных на него обязанностей, утвердил конкурсным управляющим должника ФИО5.

Конкурсный управляющий ФИО5 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) уточнил размер субсидиарной ответственности ответчиков до 54 887 778,79 руб. и 9 900 305,66 руб. соответственно.

Определением от 19.11.2021, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022, в удовлетворении заявления отказано в отношении всех ответчиков.

Определением от 12.01.2022 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом.

Определением от 07.02.2022 новым конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.04.2022 определение от 19.11.2021 и постановление от 03.02.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По результатам нового рассмотрения определением от 21.02.2023, оставленным без изменения постановлением от 16.05.2023, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением суда округа от 02.08.2023 определение от 21.02.2023 и постановление от 16.05.2023 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО1 отменены, установлено наличие оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности. В части определения размера субсидиарной ответственности дело направлено на рассмотрение в Арбитражный суд Тверской области.

ФИО2 и ФИО1 обратились 18.09.2023 в арбитражный суд с заявлением, уточненным 06.12.2023, о взыскании солидарно с бывшего конкурсного управляющего ФИО5 и действующего конкурсного управляющего ФИО6 в пользу ФИО2 и ФИО1 убытков в связи с неправильным формированием конкурсной массы и причиненные в связи с непривлечением к субсидиарной ответственности контролировавшего должника лица ФИО7 в размере (примерно) 16 197 021,11 руб.

Определением от 17.10.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Международная страховая группа» и общество с ограниченной ответственностью «Британский страховой дом».

Определением от 11.04.2024, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО2 и ФИО1 просят отменить определение от 11.04.2024 и постановление от 16.08.2024 и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Податели кассационной жалобы ссылаются на наличие корпоративного конфликта между участниками Общества ФИО1 и ФИО7 По мнению подателей жалобы, действиями ФИО7, который одновременно является единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Вибропресс» (далее – ООО «Вибропресс») - основного заказчика на изготовление Обществом оборудования, были созданы условия для банкротства Общества.  ООО «Вибропресс» в 2015 году перестало оплачивать готовую продукцию Общества, что повлекло ухудшение финансового положения Общества и последующее банкротство. 

Как указывают податели кассационной жалобы, отказ конкурсных управляющих ФИО5 и ФИО6 в привлечении ФИО7 в качестве соответчика в обособленном споре о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности противоречит стандартам добросовестности и разумности.

ФИО2 и ФИО1 считают, что суды неверно применили исковую давность, указав, что ее течение началось с 15.03.2019, поскольку их осведомленность о бездействии конкурсных управляющих возникла только 02.08.2023 – с даты принятия судом округа постановления о привлечении ФИО2 и ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Кроме того, податели кассационной жалобы обращают внимание, что они не могли ранее 30.09.2021 обратиться с заявлением о взыскании убытков с конкурсных управляющих, поскольку только определением Верховного Суда Российской Федерации  от 30.09.2021 по делу № 307-ЭС21-9176 сформулирована позиция о праве контролирующих должника лиц взыскивать убытки с конкурсных управляющих.

В отзыве Союз арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело» возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании ФИО1, действующий от своего имени и в качестве представителя ФИО2, возражал против приобщения отзывов ответчиков ввиду их неполучения.

Суд округа отказал в приобщении к материалам обособленного спора отзывов арбитражных управляющих ФИО6 и ФИО5, поскольку отзывы поступили в суд в срок, не обеспечивающий возможность ознакомления с ними до начала судебного заседания (часть 4 статьи 279 АПК РФ), а также отсутствуют доказательства заблаговременного ознакомления заявителей с текстом отзывов.

ФИО1, действующий от своего имени и в качестве представителя ФИО2, поддержал доводы кассационной жалобы.

Законность определения от 11.04.2024 и постановления от 16.08.2024 проверена в кассационном порядке.

Привлеченные к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО1 в обоснование рассматриваемого заявления указали на бездействие и злоупотребление ответчиков, поскольку управляющие ФИО6 и ФИО5 не проанализировали и уклонились от рассмотрения доводов должника о причинах банкротства в связи с неплатежами основного заказчика ООО «Вибропресс», единственным участником и генеральным директором которого является         ФИО7, являющийся при этом и участником должника с долей в уставном капитале 50%.

Заявители считают, что причинами неплатежей является корпоративный конфликт между учредителями, поэтому конкурсные управляющие должны были проанализировать основания для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Размер убытков заявители определяют исходя из размера убытков, подлежащих взысканию с ФИО7, если бы он также был привлечен к субсидиарной ответственности, и составляет 16 197 021,11 руб.

ФИО2 и ФИО1 считают, что  убытки подлежат взысканию в их пользу, а не в конкурсную массу.

При рассмотрении спора в суде первой инстанции ответчики заявили о пропуске срока исковой давности, а также возражали по существу заявленного требования.

Суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, отказал в удовлетворении заявления, придя к выводу о пропуске заявителями срока исковой данности. Суд пришел к выводу, что право на взыскание убытков возникло у заявителей с 15.03.2019 – с даты истечения трехлетнего срока привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, поэтому срок обращения с настоящим заявлением у заявителей истек 15.03.2022. Между тем заявление поступило в суд 19.09.2023.

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационной жалобы, суд округа пришел к следующему.

Как следует из материалов дела, процедура конкурсного производства в отношении Общества открыта 30.06.2016 (полный текст решения суда изготовлен 01.07.2016).

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО1 солидарно к субсидиарной ответственности 13.06.2017, ссылаясь в обоснование заявления на обстоятельства, которые имели место в период 2013-2015 гг.

 Принимая во внимание редакцию пункта 5 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), действовавшую на дату обращения конкурсного управляющего в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, такое заявление могло быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Следовательно, срок, в течение которого ФИО7 мог быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, начал течь с даты оглашения (30.06.2016) резолютивной части решения суда о признании должника банкротом и истек 30.06.2019.

Вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что срок привлечения к субсидиарной ответственности подлежит исчислению с даты введения процедуры наблюдения – ошибочный, однако не повлек принятия незаконных судебных актов, поскольку вывод о пропуске ФИО2 и ФИО1 срока исковой давности соответствует имеющимся в деле доказательствам.

В рамках спора о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 не был привлечен к участию в обособленном споре в качестве ответчика.

Заявленное в мае 2022 году ходатайство ФИО1 о привлечении ФИО7 к участию  в рассмотрении обособленного спора в качестве соответчика оставлено без удовлетворения определением от 17.05.2022, поскольку конкурсный управляющий возражал против указанного ходатайства (часть 5 статьи 47 АПК РФ).

По состоянию на 17.05.2022 трехлетний срок, в течение которого         ФИО7 мог быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, истек.

Принимая во внимание изложенное, суды в рамках настоящего спора обоснованно исходили из того, что начало течения срока исковой давности по заявлению о взыскании с управляющих убытков подлежит исчислению с даты истечения трехлетнего срока привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 

Следовательно, срок исковой давности по заявлению о взыскании с управляющих убытков начал течь с 30.06.2019 и истек 30.06.2022.

ФИО2 и ФИО1 обратились в суд с настоящим заявлением  (в первоначальной редакции) 06.12.2023 – с пропуском срока исковой давности, о применении которого было заявлено управляющими.

Довод кассационной жалобы о том, что у заявителей до принятия определения Верховного Суда Российской Федерации  от 30.09.2021 по делу               № 307-ЭС21-9176 отсутствовало право на обращение в суд с заявлением о взыскании с управляющих убытков, подлежит отклонению. 

Согласно первоначальной редакции пункта 1 статьи 61.15 Закона о банкротстве лицо, в отношении которого в рамках дела о банкротстве подано заявление о привлечении к ответственности, имеет права и несет обязанности лица, участвующего в деле о банкротстве, как ответчик по этому заявлению.

Доказательства того, что ФИО2 и/или ФИО1 ранее обращались в суд с заявлением о взыскании с конкурсного управляющего убытков, однако такое заявление было возвращено судом по мотиву отсутствия у заявителя соответствующих правомочий, не представлены.

Кроме того, разъяснения, приведенные в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» допускают право участника с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требовать возмещения убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Таким образом, ФИО1 как участник должника с долей 50% в условиях корпоративного конфликта не был лишен возможности своевременно обратиться в суд с требованием о возмещении убытков с управляющего и по вышеприведенному основанию. 

При вынесении обжалуемых судебных актов суды первой и апелляционной инстанций также пришли к мотивированному и обоснованному выводу об отсутствии оснований для взыскания убытков с ответчиков и вследствие недоказанности противоправного поведения ФИО6 и ФИО5, факта причинения убытков заявителям и причинно-следственной связи между убытками и неисполнением (ненадлежащим исполнением) обязанностей конкурсного управляющего.

Постановлением суда округа от 02.08.2023 установлено наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО1 к субсидиарной ответственности вследствие совершения указанными лицами убыточных для Общества сделок (что установлено вступившими в законную силу судебными актами) в пользу аффилированных по отношению к должнику лиц, а именно лиц, подконтрольных самим ФИО2 и ФИО1 Данное обстоятельство, как указал суд округа, презюмирует вину ответчиков в банкротстве должника и не может опровергаться последующим восстановлением имущественных прав должника в деле о банкротстве, так как негативный эффект совершенных сделок с точки зрения наступления признаков объективного банкротстве Общества оценивается на момент их совершения. Восстановление причиненного ущерба при формировании конкурсной массы соответственно уменьшает размер субсидиарной ответственности, но не исключает ее оснований.

Привлекая ФИО2 и ФИО1 к субсидиарной ответственности, суд в постановлении от 02.08.2023 указал, что общая сумма, на которую совершены эти сделки, сопоставима с установленной суммой задолженности в пользу независимых кредиторов -  Федеральной налоговой службы и акционерного общества «АтомЭнергоСбыт».

Судом округа также было учтено, что ответчики не опровергли совершение Обществом в их лице противоправных действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды в виде совершения фиктивных сделок с организациями, имеющими признаки «фирм-однодневок». В результате совершения таких операций, помимо негативных налоговых последствий, имело место причинение Обществу ущерба в виде вывода денежных средств в пользу ненадлежащих контрагентов, встречное предоставление от которых не могло быть получено по причине фиктивности операций.

При этом суд округа отклонил ввиду недоказанности довод ответчиков о наличии внешних причин банкротства из-за неисполнения обязательств в пользу Общества дебитором, подконтрольным второму участнику должника, - ООО «Вибропресс».

При рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО2 и        ФИО1 не представили доказательства участия ФИО7 в действиях, послуживших основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Равным образом, заявители не представили никаких новых доказательств в обоснование довода о том, что причиной объективного банкротства Общества послужила дебиторская задолженность ООО «Вибропресс».

Таким образом, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 11.04.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024 по делу № А66-334/2016 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 и ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Т.В. Кравченко

Судьи

Ю.В. Воробьева

М.В. Трохова