АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КРАСНОЯРСКОГО  КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

26 июля 2019 года

Дело № А33-17571/2018

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 19 июля 2019 года.

В полном объёме решение изготовлено 26 июля 2019 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Лапиной М.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью Управляющей компании «Гвардейский парк» (ИНН 2465266529, ОГРН 1122468005549, дата государственной регистрации – 31.01.2012, место нахождения: 660021, г. Красноярск, ул. Ады Лебедевой, 141, помещение 53)

к обществу с ограниченной ответственностью «Партнер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 02.12.2004, место нахождения: 660112, 

<

...>, 

<

...>) 

о взыскании долга и процентов,

в присутствии:

от истца: ФИО1, представителя по доверенности от 17.06.2019 №211, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Захаровой Е.В., а также секретарем судебного заседания ФИО2, 

установил:

общество с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Гвардейский парк» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью «Партнер» о взыскании 495 500 руб. задолженности по договору от 01.03.2018 № 28, долга в размере 577 984,43 руб. по договору уступки права требования от 14.03.2018 № 1, 7 462,92 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, исчисленных за период с 23.05.2018 по 26.06.2018 на основании статей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, 7 462,92 руб. процентов по статье 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 23.05.2018 по 26.06.2018, а также проценты по день фактической оплаты долга за каждый день просрочки от неоплаченной суммы.

Исковое заявление принято к производству суда. Определением от 03.07.2018 возбуждено производство по делу.

Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте слушания, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил. В соответствии с положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проводится в отсутствие представителя ответчика.

В ходе судебного заседания представитель истца заявленные обществом требования поддержал в полном объеме, сославшись в обоснование своей правовой позиции на аргументы, изложенные в исковом заявлении и дополнениях к нему.

Из письменного отзыва и пояснений ответчика при этом усматривается, что обществом «Партнер» заявленные истцом требования не признаются. По мнению ответчика, спорные услуги по договору от 01.03.2018 № 28 оказаны истцу, неправомерно требующему вернуть ранее перечисленный аванс.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Сторонами 01.03.2018 заключен договор № 28, по условиям которого исполнитель обязался оказать заказчику услуги по сбору и транспортированию твердых коммунальных отходов и крупногабаритного мусора от жилых домов, указанных в приложении № 1, являющемся неотъемлемой частью настоящего договора. Заказчик, в свою очередь, обязался оказанные услуги принять и оплатить в порядке и сроки, установленные договором от 01.03.2018 № 28.

Пунктом 2.1 договора от 01.03.2018 установлено, что цена услуг составляет 350 руб. за 1 кубический метр твердых коммунальных отходов. Цена услуг по сбору и транспортированию крупногабаритных отходов составляет 550 руб. 

Согласно пункту 2.3. договора от 01.03.2018 оплата оказанных услуг производится помесячно в течение семи календарных дней с момента завершения отчетного месяца на основании предоставленного исполнителем акта оказанных услуг, подписанного обеими сторонами. 

В счет оплаты стоимости оказываемых по договору от 01.03.2018 услуг заказчик перечислил исполнителю денежные средства в общем размере, равном 495 500 руб. в качестве авансовых платежей по названному договору.

Вместе с тем исполнителем, получившим 495 500 руб. предоплаты по договору, в нарушение положений заключенного договора соответствующие услуги не оказаны, в связи с чем заказчиком в его адрес 21.05.2018 направлена претензия об одностороннем отказе от исполнения договора с просьбой возвратить авансовый платеж в сумме 495 500 руб. Также в названной претензии истец предложил ответчику в добровольном порядке уплатить проценты и возвратить ему как новому кредитору задолженность в сумме 577 984,43 руб., образовавшуюся на стороне ответчика вследствие неоплаты последним выполненных для него работ по договору от 22.12.2015. 

Оставление претензии без удовлетворения явилось основанием для обращения общества «Гвардейский парк» с исковым заявлением о взыскании с ответчика 1 073 484,43 руб. задолженности по договорам и 14 925,84 руб. процентов по статье 395 и 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Красноярского края.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным Кодексом Российской Федерации. 

В соответствии со статьями 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. 

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истец, обращаясь с настоящим исковым заявлением, просит суд взыскать с ответчика 495 500 руб. перечисленного последнему аванса в счет оплаты услуг по договору от 01.03.2018 № 28.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, а также оценив заявленные сторонами доводы, суд считает заявленное обществом требование о взыскании 495 500 руб. долга подлежащим удовлетворению, в связи со следующим.

Судом при рассмотрении настоящего дела установлено, что 01.03.2018 сторонами заключен договор № 28, являющийся по своей природе договором возмездного оказания услуг, регулированию которого посвящена глава 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу пункта 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Пунктом 6.3 договора от 01.03.2018 предусмотрено право заказчика в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора, уведомив при этом вторую сторону не позднее, чем за пятнадцать календарных дней до предполагаемой даты расторжения.

Согласно пункту 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

Таким образом, по смыслу вышеприведенных положений статей 450.1, 453 Гражданского кодекса Российской Федерации правовым последствием одностороннего отказа от исполнения договора, когда такое право установлено, в том числе законом, является прекращение договора в связи с его расторжением. 

Кроме того, в пункте 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей последствия изменения и расторжения договора, законодателем сформулировано правило, согласно которому в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения, если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Как отмечалось ранее, в силу пункта 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации на сторону, наделенную правом отказаться от исполнения договора в одностороннем порядке, законом возлагается обязанность уведомить вторую сторону о таком отказе. 

Кроме того, в пункте 4 статьи 450.1. Гражданского кодекса Российской Федерации содержится положение, согласно которому сторона, которой предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Из заключенного сторонами 01.03.2018 договора следует, что исполнитель обязался оказать своему контрагенту услуги по сбору и транспортированию твердых коммунальных отходов и крупногабаритного мусора от жилых домов, указанных в приложении № 1, являющемся неотъемлемой частью настоящего договора. Договор от 01.03.2018 заключен сторонами на срок до 31.12.2018. По смыслу спорного договора услуги подлежали оказанию исполнителем заказчику на протяжении всего периода действия договора от 01.03.2018 № 28.

По утверждению ответчика, в период с марта 2018 года по май 2018 года включительно порученные обществу «Партнер» услуги по сбору и транспортированию отходов были оказаны заказчику, о чем свидетельствуют, в частности, подписанные в двустороннем порядке акты от 31.03.2018 № 69, от 30.04.2018 № 70, акты выполненных работ на дополнительный вывоз от 30.03.2018, от 30.04.2018. 

Кроме того, при разрешении возникшего между сторонами спора, ответчик настаивал на том обстоятельстве, что требование истца о взыскании задолженности по договору от 01.03.2018 № 28 заявлено им необоснованно, поскольку сторонами подписано соглашение о зачете встречных однородных требований от 31.03.2018.

В то же время истец в процессе рассмотрения настоящего дела поставил под сомнение то обстоятельство, что вышеназванные акты, на которые ссылался ответчик как на доказательства, подтверждающие факт оказания услуг в период с марта по апрель 2018 года, а также соглашение о зачете от 31.03.2018 подписаны от имени истца уполномоченным на то лицом, а именно ФИО3, исполнявшим обязанности директора в спорный период.

С целью разрешения вопроса о том, выполнены ли подписи на соглашении о зачете встречных однородных требований от 31.03.2018, актах от 31.03.2018 № 69, от 30.04.2018 № 70, актах выполненных работ на дополнительный вывоз от 31.03.2018, от 30.04.2018 ФИО3 или же иным лицом, судом определением от 14.01.2019 назначена почерковедческая экспертиза. Проведение экспертизы поручено эксперту автономной некоммерческой организации «Краевая палата экспертиз» ФИО4.

В материалы дела 01.02.2019 поступило подготовленное по итогам проведения экспертизы заключение № АС 149/01-2019. На странице 7 названного экспертного заключения экспертом сделан однозначный вывод о том, что подписи на всех вышеназванных документах выполнены не уполномоченным лицом ФИО3, а другим лицом. 

Принимая во внимание вывод, сделанный экспертом, суд приходит к выводу о том, что акты от 31.03.2018, а также от 30.04.2018 являются документами, составленными и подписанными ответчиком в одностороннем порядке. 

В данной ситуации, учитывая позицию истца, отрицающего в целом факт оказания услуг в период с марта по апрель 2018 года, а также отсутствие в материалах дела иных подтверждающих факт оказания услуг доказательств, суд приходит к выводу о неподтвержденности ответчиком того обстоятельства, что спорные услуги по договору от 01.03.2018 № 28 были действительно им оказаны в период с марта по апрель 2018 года.

Доказывая фактическое оказание услуг истцу в мае 2018 года, ответчик представил в материалы путевые листы за май 2018 года грузового автомобиля марки Mercedec-Benz, имеющего государственный регистрационный номер 

<

***> контрольные талоны к паспорту, а также скриншоты мониторинга транспорта с системы спутниковой навигации Глонасс. Истец, в свою очередь, завил о несоответствии данных доказательств таким признакам, как достоверность и допустимость, сославшись, в том числе на несовпадение государственных номеров автомобилей, указанных в путевых листах и скриншотах мониторинга транспорта с системы спутниковой навигации Глонасс. Суд с позицией истца в данном случае соглашается: действительно, в путевых листах, как ранее указывалось, фигурирует автомобиль с государственным номером 

<

***> в то же время на скриншотах указан государственный номер 

<

***>. Таким образом, доказательства, на которые ссылается ответчик (путевые листы и скриншоты мониторинга транспорта с системы спутниковой навигации Глонасс) в обоснование своего довода о фактическом оказании услуг в мае 2018 года, содержат противоречивые сведения, а потому не могут быть признаны судом достоверными и относимыми.

При разрешении спора истец заявил довод о том, что в мае 2018 года соответствующие услуги по сбору и транспортированию отходов фактически оказывались не ответчиком, а третьим лицом, обществом «Красноярская рециклинговая компания», привлеченным обществом на основании договоров от 30.04.2018, от 14.05.2018. 

Истцом в материалы настоящего дела представлены данные договоры на оказание услуг по сбору и транспортированию ТКО с последующим их размещением от 30.04.2018 и от 14.05.2018, заключенные с обществом  «Красноярская рециклинговая компания», из содержания которых следует, что заказчиком третьему лицу поручено оказать такого же рода услуги и по тем же адресам, перечисленным в приложениях № 1 к договорам, что и ответчику по договору от 01.03.2018 № 28. Более того, истцом и третьим лицом подписаны 08.05.2019 и 18.05.2018  акты оказания услуг, а также итоговый акт от 31.05.2018 № 197, подтверждающие факт оказания соответствующих услуг в мае 2018 года. На основании акта от 31.05.2018 № 197 истцом произведена оплата услуг, оказанных обществом «Красноярская рециклинговая компания», платежным поручением от 26.06.2018 № 263, выставленным на сумму 95 117,50 руб.  

Помимо всего ранее изложенного о неоказании услуг в мае 2018 года по договору от 01.03.2018 свидетельствуют представленные истцом в материалы дела акты осмотра, составленные в мае 2018 года. Согласно данным актам ответчиком в течение спорного периода не выполнись действия, составляющие предмет заключенного сторонами договора от 01.03.2018, а именно: не производилась сборка и транспортировка мусора.

Таким образом, материалами дела подтверждено, и обратного ответчик не доказал, что обществом в период с марта по май 2018 года в течение действия договора от 01.03.2018 оговоренные в договоре услуги фактически не были оказаны заказчику. 

На факт неоказания оговоренных в договоре от 01.03.2018 услуг истец указал исполнителю в претензионном письме от 21.05.2018. 

При данных обстоятельствах, по мнению суда, заказчик по договору от 01.03.2018 обоснованно, руководствуясь положением пункта 6.3 договора от 01.03.2018, а также статьей 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказался от исполнения заключенной сделки в одностороннем порядке (направив второй стороне претензию) ввиду существенного нарушения подрядчиком условий заключенного договора, возлагающегося на исполнителя обязанность оказать перечень согласованных сторонами услуг.

Ранее в мотивировочной части настоящего решения судом отмечалось, что пункт 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагает на сторону, наделенную правом отказаться от исполнения договора в одностороннем порядке, обязанность уведомить вторую сторону о таком отказе. Именно с момента получения второй стороной такого уведомления договор считается прекращенным в связи с его расторжением.

Как следует из материалов дела, истец в претензии от 21.05.2018 б/н уведомил ответчика об одностороннем отказе от исполнения договора от 01.03.2018 № 28 и о необходимости возвратить ранее перечисленный аванс в сумме, равной 495 500 руб. 

Согласно почтовой квитанции названное письмо от 21.05.2018 о расторжении договора направлено истцом ответчику по фактическому адресу нахождения ответчика.

Вместе с тем, как следует из информации, полученной с официального сайта почтовой организации и связанной с отслеживанием отправления с почтовым идентификатором 66002142779048, письмо от 21.05.2018 возвращено отправителю, то есть истцу, отделением почтовой связи по истечению срока хранения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор изменяется или прекращается с момента, когда данное уведомление доставлено или считается доставленным по правилам статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 67 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», юридически значимое сообщение считается доставленным в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечению срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Если в юридически значимом сообщении содержится информация об односторонней сделке, то при невручении сообщения по обстоятельствам, зависящим от адресата, считается, что содержание сообщения было им воспринято, и сделка повлекла соответствующие последствия (например, договор считается расторгнутым вследствие одностороннего отказа от его исполнения).

В соответствии с указанными разъяснениями бремя доказывания факта направления (осуществления) сообщения и его доставки адресату лежит на лице, направившем сообщение.

Истцом в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие направление ответчику по фактическому адресу, претензии от 21.05.2018, в котором истец отказался от исполнения договора и потребовал возврата стоимости ранее переведенного аванса по договору от 01.03.2018 № 28, составившего 495 500 руб.

Таким образом, истцом документально подтверждено направление ответчику отказа от договора, а также требования о возврате предоплаты. 

Из почтовой квитанции, а также информации об отслеживании почтового отправления, полученной с сайта Почты России следует, что уведомление о расторжении договора от 21.05.2018 отправлено в адрес ответчика 21.05.2018.

Двадцать третьего мая 2018 года (письмо, направленное по фактическому адресу) конверт с вложенным в него уведомлением о расторжении договора прибыл в место вручения и хранился в течение тридцати дней в отделении почтовой связи, после чего, а именно 26.06.2018 был возвращен отправителю в связи с истечением срока хранения.

При данных обстоятельствах (с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации) суд приходит к выводу о том, что спорный договор от 01.03.2018 № 28 прекратил свое действие в связи с его расторжением с даты истечения тридцатидневного срока, в течение которого почтовое уведомление хранилось в отделении почтовой связи, ожидая вручения адресату, то есть с 26.06.2018.

Кроме того, суд, 

учитывая факт расторжения договора от 01.03.2018, 

а также принимая во внимание отсутствие в материалах дела на момент вынесения настоящего решения как доказательств добровольного возврата ответчиком истцу полученной от последнего предоплаты по договору от 01.03.2018 в сумме 495 500 руб., 

так и доказательств факта оказания исполнителем услуг на указанную сумму, 

признает обоснованным заявленное истцом требование о взыскании с общества «Партнер» перечисленного аванса в размере, равном 495 500 руб., 

и, как следствие, удовлетворяет данное требование в полном объеме, руководствуясь при этом положением пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В поданном исковом заявлении истец как новый кредитор по денежному обязательству просит взыскать с должника, ответчика по настоящему делу, 577 984,43 руб. задолженности, образовавшейся в связи с неисполнением обществом «Партнер» обязательства по оплате стоимости работ, выполненных по договору субподряда от 22.12.2015 № 1-ТО, заключенного между обществом «Партнер» и обществом «Жил-Сервис №1». Общество «Жил-Сервис № 1» 14.03.2018 уступило право требования долга в размере 577 984,43 руб. обществу «Гвардейский парк», заключив договор уступки права требования № 1.

Основываясь на факте совершения уступки права требования долга в размере 577 984,43 руб., общество «Гвардейский парк» как новый кредитор обратилось за взысканием данной задолженности в Арбитражный суд Красноярского края.

Суд, исследовав имеющиеся в деле доказательства, с учетом доводов сторон, пришел к выводу о необходимости удовлетворения данного требования истца в связи со следующим.

Как отмечалось ранее по тексту настоящего решения в основании требования о взыскании 577 984,43 руб., заявленного обществом «Гвардейский парк», лежит факт заключения истцом с третьим лицом, обществом «Жил-Сервис №1», договора об уступке права требования от 14.03.2018 № 1, вследствие заключения которого общество «Гвардейский парк» стало новым кредитором общества «Партнер» по исполнению денежного обязательства по оплате стоимости выполненных на основании договора субподряда от 22.12.2015 работ.

Пунктами 1, 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пунктам 1,2 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Пунктом 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В силу пункта 1 статьи 389 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Пункт 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен перечень условий, обязательных к соблюдению цедентом, а именно:

уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием;

цедент правомочен совершать уступку;

уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу;

цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования.

Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке. 

В рамках рассматриваемого дела судом установлено, что сделка по уступке права (требования) заключена истцом по настоящему делу и третьим лицом в простой письменной форме (договор цессии от 14.03.2018 № 28) в отношении требования по денежному обязательству. При этом объем переходящего права четко определен сторонами сделки. Ответчик по настоящему делу или должник по договору цессии от 14.03.2018 уведомлен о совершенных сделках. 

В процессе рассмотрения настоящего дела ответчиком не заявлялось каких-либо доводов о допущенных при совершении сделок по уступке прав нарушений закона, в том числе ограничений, закрепленных пунктом 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации. Более того, ответчик пояснил, что у него действительно имелось неисполненное денежное обязательство по оплате стоимости работ, выполненных обществом «Жил-Сервис №1», то есть цедентом по договору от 14.03.2018 № 1. 

Общество «Партнер, возражая против удовлетворения требований истца заявило том,  что   задолженность  по договору  уступки  частично погашена, сославшись на  соглашение  о зачете встречных требований  от 31.03.2018, заключенное   истцом и ответчиком.

Из содержания  данного  соглашения   следует, что  общество «Партнер»  имеет  перед управляющей компанией  задолженность в сумме  577 984,43 руб. задолженности по договору  уступки прав требования от 14.03.2018 № 1. При этом ответчик  имеет задолженность  перед истцом в сумме  340 232,5 руб.  по договору от 01.03.2018 № 28 на оказание услуг по сбору  и транспортировке  твердых коммунальных  отходов и крупногабаритного мусора. В пункте 6 данного соглашения  указано на то, что  в результате  зачета  встречных однородных требований  задолженность общества «Партнер» перед управляющей компанией составила  237 751,93 руб.

Истец, не согласившись с доводами ответчика, настаивал на том, что соглашение о зачете    ФИО3, исполнявший в спорный период обязанности директора,  данное соглашение  не подписывал.

С целью разрешения вопроса о том, выполнены ли подписи на соглашении о зачете встречных однородных требований от 31.03.2018, ФИО3 или же иным лицом, судом определением от 14.01.2019 назначена почерковедческая экспертиза. В материалы дела 01.02.2019 поступило подготовленное по итогам проведения экспертизы заключение № АС 149/01-2019, в котором содержится вывод  о том, что  подпись на  соглашении  о зачете встречных  требований от 31.03.2018 выполнена не уполномоченным лицом ФИО3, а иным  лицом. 

Вышеизложенное  позволяет суду сделать вывод о том, что  соглашение  о зачете встречных требований сторонами  не заключено, что, в свою  очередь, свидетельствует о наличии  у ответчика неисполненного денежного обязательства перед  управляющей компанией  в сумме 577 984,43 руб.

При данных обстоятельствах, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих факт оплаты 577 984,43 руб. задолженности, суд делает вывод об обоснованности заявленного истцом как цессионарием по договору об уступке от 14.03.2018 № 1 требования о взыскании суммы долга, равного 577 984,43 руб., и, как следствие, удовлетворяет данное требование в полном объеме.

Истец просит взыскать с ответчика проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, исчисленные в размере, равном 7 462,92 руб. на сумму аванса за период просрочки с 23.05.2018 по 26.06.2018.

Требование общества о взыскании процентов подлежит удовлетворению судом в части в связи со следующим.

В силу положений статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

В противном случае, а именно при нарушении одной из сторон условий возникшего обязательства, возникает основание для привлечения такой стороны к гражданско-правовой ответственности, к видам которой относятся проценты, исчисляемые по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими денежными  средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания вышеприведенных положений статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что проценты, являясь мерой гражданско-правовой ответственности, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации) (пункт 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

При этом по общему правилу при исчислении процентов, как указано в пункте 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует руководствоваться ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.   

Кроме того, проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору.

Из материалов настоящего дела усматривается, что на стороне ответчика возникло обязательство (в силу положения статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации) по возврату истцу ранее перечисленного аванса по договору от 01.03.2018 № 28 в размере, равном 495 500 руб., а также долга, причитающегося по договору цессии от 14.03.2018 № 1, в сумме, составляющей 577 984,43 руб.

На момент принятия судом настоящего решения в материалах дела отсутствуют доказательства возврата ответчиком 1 073484,43 руб. задолженности.

В связи с чем привлечение ответчика к ответственности на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в виде начисления процентов за допущенную просрочку в исполнении денежного обязательства является правомерным.

Истцом в материалы дела представлен расчет, из которого следует, что сумма процентов в размере 7 462,92 руб. исчислена им за период с 23.05.2018 по 26.06.2018 исходя из ключевой ставки в значении, действовавшем в период просрочки, равной 7,25%.

Однако, с точки зрения суда, расчет процентов, произведенный истцом, подлежит корректировке, вследствие неверного определения истцом начала периода просрочки. Так, по мнению суда, начало периода просрочки должно приходиться не на 23.05.2018 – дату, когда была предпринята неудачная попытка вручения истцу претензии от 21.05.2018, а 24.05.2018, то есть день следующий за 23.05.2018 (с учетом положения статьи 191 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по мнению суда, обоснованный расчет процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, будет выглядеть следующим образом: 

1 073 484,43 руб. * (7325%:365) * 34 дня (период просрочки с 24.05.2018 по 26.06.2018) = 7 249,70 руб.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленного требования о взыскании 7 462,92 руб. процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в части взыскания процентов в сумме 7 249,70 руб., начисленных за период с 24.05.2018 по 26.06.2018.

Помимо требования о взыскании процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации истцом заявлено требование о взыскании процентов, исчисленных на основании статьи 317.1. Гражданского кодекса Российской Федерации, не являющихся в отличие от процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, мерой ответственности, а представляющих собой плату за пользование денежными средствами (пункт 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Требование о взыскании 7 462,92 руб. процентов по статье 317.1. Гражданского кодекса Российской Федерации, начисленных за период с 23.05.2018 по 26.06.2018, не подлежит удовлетворению судом в связи со следующим.

Из материалов настоящего дела усматривается, что спорный договор № 28, прекративший свое действие в связи с односторонним отказом истца от его исполнения, заключен сторонами 01.03.2018, то есть после вступления в законную силу Федерального закона № 315-ФЗ от 03.07.2016, внесшего изменения в пункт 1 статьи 317.1. Гражданского кодекса Российской Федерации. Следовательно, в данном случае применению подлежит статья 317.1. Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 03.07.2016 № 315-ФЗ. 

В силу пункта 1 статьи 317.1. Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда законом или договором предусмотрено, что на сумму денежного обязательства за период пользования денежными средствами подлежат начислению проценты, размер процентов определяется действовавшей в соответствующие периоды ключевой ставкой Банка России (законные проценты), если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Из буквального толкования положения пункта 1 статьи 317.1. Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 03.07.2016 № 315-ФЗ следует, что возможность начисления и последующего взыскания процентов по статье 317.1. поставлена законодателем в зависимость от наличия такого рода условия в законе или в договоре. 

Из содержания договора № 28, заключенного сторонами 01.03.2018 следует, что в нем отсутствует необходимое условие о начислении процентов на сумму денежного обязательства за период пользования денежными средствами по статье 317.1. Гражданского кодекса Российской Федерации. Следовательно, требование о взыскании процентов по статье 317.1. Гражданского кодекса Российской Федерации, заявленное истцом, не подлежит удовлетворению судом.

Согласно части 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

В силу статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Государственная пошлина за рассмотрение заявленных истцом требований имущественного характера о взыскании 1 073 484,43 руб. долга и 14 925,84 руб. процентов равна 23 884 руб.

Истцу при обращении в суд предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины.

При этом требования истца судом удовлетворено в  части (процент удовлетворения иска составил 99,3).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств.

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

Учитывая результат рассмотрения настоящего дела, суд приходит к выводу о том, что 23 716 руб. государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика непосредственно в доход федерального бюджета. Вместе с тем государственная пошлина в сумме 168 руб. с учетом ранее приведенной позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации взыскивается судом с истца как лица, которому была предоставлена отсрочка, непосредственно в доход федерального бюджета.

Кроме того, с учетом результатов рассмотрения требований общества «Гвардейский парк», судебные расходы по оплате стоимости экспертизы, понесенные последним, подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере, равном 27 804 руб. (28 000 руб. (стоимость экспертизы х 99,3% (процент удовлетворения иска)).

Настоящее  решение  выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа -  ). 

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить в части.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Партнер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 02.12.2004, место нахождения: 660124, 

<

...>) в пользу общества с ограниченной ответственностью Управляющей компании «Гвардейский парк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 31.01.2012, место нахождения: 660021, 

<

...>) 1 073 484,43 руб. задолженности, 7 249,7 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 27 804 руб. судебных расходов по оплате стоимости экспертизы.

В удовлетворении требований в остальной части отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Управляющей компании «Гвардейский парк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 31.01.2012, место нахождения: 660021, 

<

...>) в доход федерального бюджета 168 руб.  государственной  пошлины.

Взыскать с  общества с ограниченной ответственностью «Партнер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 02.12.2004, место нахождения: 660124, 

<

...>) в доход федерального бюджета  23 716 руб. государственной  пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд.

Апелляционная жалоба на настоящее решение подаётся через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

М.В. Лапина