Арбитражный суд Челя бинской области 

454000, г.Челябинск, ул.Воровского, 2 

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-7468/2023

24 августа 2023 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть решения объявлена 23 августа 2023 года.  Решение в полном объеме изготовлено 24 августа 2023 года.  

Судья Арбитражного суда Челябинской области Архипова А.В., при ведении  протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом  судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью  «Копейский кирпичный завод», г. Копейск, Челябинская область, ОГРН 

<

***> к  Инспекции Федеральной налоговой службы по Курчатовскому району г. Челябинска о  признании недействительным решения от 03.10.2022 № 4980 о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения,  

при участии в судебном заседании представителей: 

от заявителя: ФИО2 (доверенность от 21.02.2023, паспорт),  

от ответчика: ФИО3 (доверенность № 05-18/021753 от 22.12.2022,  служебное удостоверение), ФИО4 (доверенность № 05-18/000020 от  09.01.2023, служебное удостоверение),  

У С Т А Н О В И Л :

общество с ограниченной ответственностью «Копейский кирпичный завод», г.  Копейск, ОГРН 

<

***> (далее – заявитель, общество, налогоплательщик, ООО  «Копейский кирпичный завод») 13.03.2023 обратилось в Арбитражный суд Челябинской  области с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по Курчатовскому  району г. Челябинска (далее – ответчик, инспекция, налоговый орган, ИФНС России по  Курчатовскому району г. Челябинска) о признании недействительным решения от  03.10.2022 № 4980 о привлечении к ответственности за совершение налогового  правонарушения.  

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что общество для  осуществления перевозки глины с карьеров на предприятие использовало услуги  транспортных организаций ИП ФИО5, ООО «Трансмета», ООО «Скорострой» и  ООО «Фрегат».  

Налоговым органом не установлены обстоятельства взаимозависимости,  подконтрольности, согласованности действий ООО «Копейский кирпичный завод» по  созданию фиктивного документооборота с указанными контрагентами, а также прямого  взаимодействия общества с физическими лицами перевозчиками. Вывод налогового  органа об организации доставки сырья налогоплательщиком с привлечением водителей  физических лиц не соответствует обстоятельствам дела.  

Со стороны спорных контрагентов все документы подписаны уполномоченными  лицами. Отсутствие штатной численности работников у спорных контрагентов не  опровергает факт оказания спорными контрагентами транспортных услуг, поскольку  

данные организации нанимали физических лиц и индивидуальных предпринимателей для  осуществления перевозки.  

Налоговым органом представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то,  что инспекцией в ходе выездной налоговой проверки ООО «Копейский кирпичный завод»  установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующая о фиктивном характере  сделок с контрагентами ИП ФИО5, ООО «Трансмета», ООО «Скорострой» и  ООО «Фрегат» по оказанию последними услуг по перевозке, поскольку налоговым  органом установлено, что фактически транспортные услуги оказаны непосредственно  заявителю физическими лицами и индивидуальными предпринимателями –  собственниками транспортных средств, которые не являлись плательщиками НДС или  находились на упрощенной системе налогообложения. При этом организация  транспортных перевозок с привлечением данных лиц осуществлялось непосредственно  заявителем без участия спорных контрагентов. Денежные средства по сделкам между  налогоплательщиком и спорными контрагентами в большей части впоследствии  обналичены. Установлена невозможность оказания транспортных услуг последующими  контрагентами ИП ФИО5, ООО «Трансмета», ООО «Скорострой» и ООО  «Фрегат», поскольку создана закольцованная схема вычетов, при которой все вычеты  распределяются внутри группы взаимозависимых организаций и индивидуальных  предпринимателей. При этом инспекцией в ходе допросов водителей и собственников  транспортных средств установлен факт прямого взаимодействия общества с водителями.  В такой ситуации, целью налогоплательщика, по мнению инспекции, являлось получение  права на вычет НДС на основании фиктивно оформленных документов.  

В судебном заседании представители налогоплательщика поддержали доводы  заявления по изложенным в нем основаниям, просили заявленные требования  удовлетворить.  

Представители налогового органа в судебном заседании против доводов  заявления возражали, просили в удовлетворении заявленных требований отказать.  

Заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле и исследовав  материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил  следующие обстоятельства.  

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена камеральная налоговая  проверка налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2020 года ООО «Копейский  кирпичный завод», по результатам которой составлен акт от 16.07.2021 № 4544 и  дополнения к акту налоговой проверки от 28.01.2022 № 4, и с учетом письменных  возражений на акт, вынесено решение от 03.10.2022 № 4980 о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения согласно которому  налогоплательщик привлечен к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ за  неуплату НДС за 3 кварталы 2020 года в размере 60 824,40 рублей (с учетом смягчающих  ответственность обстоятельств), налогоплательщику доначислены НДС за 3 квартал 2020  года в сумме 608 244 рублей, пени по НДС в сумме 110 659,82 рублей.  

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области  от 09.01.2023 № 16-07/000036, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной  жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции утверждено.  

Не согласившись с вынесенным решением инспекции, налогоплательщик  обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием.  

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи,  арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по  следующим основаниям.  

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе  обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными  

ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов,  осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что  оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не  соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и  законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности,  незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для  осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.  

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта  закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших  основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный  правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ).  

Обжалуемым решением инспекции установлено нарушение подпункта 2 пункта 2  статьи 54.1 НК РФ, а именно умышленное завышение налоговых вычетов по НДС по  взаимоотношениям с заявленными контрагентами ИП ФИО5, ООО  «Трансмета», ООО «Скорострой» и ООО «Фрегат» по оказанию транспортных услуг, в то  время как фактически услуги оказаны иными лицами, не являющимися плательщиками  НДС, что повлекло отказ в применении налоговых вычетов по НДС за 3 квартал 2020 года  в сумме 608 244 рублей.  

На основании пункта 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право  уменьшить общую сумму НДС, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на  установленные этой статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы данного  налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров  (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг),  приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения  в силу гл. 21 НК РФ, и товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.  

В статье 172 НК РФ определен порядок применения налоговых вычетов, согласно  которому налоговые вычеты, установленные статьей 171 НК РФ, производятся на  основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении  налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав после принятия на учет  указанных товаров и при наличии соответствующих первичных документов.  

Согласно статье 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим  основанием для принятия к вычету сумм налога, предъявленных покупателю продавцом  товаров.  

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка,  установленного пунктами 5 и 6 статьи 169 НК РФ, не могут являться основанием для  принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.  

В пункте 5 статьи 169 НК РФ перечислены все обязательные реквизиты, которые  должен содержать правильно оформленный счет-фактура. При этом указанные реквизиты  должны не только иметь место, но и содержать достоверные данные.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение  налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в  результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких  фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или)  бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.  

В пункте 2 статьи 54.1 НК РФ указано, что при отсутствии обстоятельств,  предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям)  налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате  налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего  Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:  

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата  

(неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;  

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной  договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по  исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.  

Согласно пункту 3 статьи 54.1 НК РФ в целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи  подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным  лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах,  наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической  деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок  (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для  признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего  уплате налога неправомерным.  

В соответствии с позицией, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке  арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой  выгоды» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 53), представление  налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных  документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения  налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не  доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или)  противоречивы.  

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена  налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или  иной экономической деятельности.  

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума ВАС РФ № 53факт  нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе  не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой  выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым  органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной  осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях,  допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или  аффилированности налогоплательщика с контрагентом.  

Таким образом, помимо формальных требований, установленных статьями 169,  171, 172, НК РФ, условием признания налоговой выгоды, обоснованной является  реальность хозяйственной операции, а также проявление налогоплательщиком должной  степени осмотрительности при выборе контрагента.  

Пунктами 3, 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 определено, что налоговая  выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей  налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным  экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными  экономическими или иными причинами (целями делового характера). О  необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные  доказательствами доводы налогового органа о наличии, в том числе, следующих  обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных  операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных  ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или  оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов  соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или  технического персонала, основных средств, производственных активов, складских  помещений, транспортных средств. В случае наличия особых форм расчетов и сроков  

платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо  исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами  (деловыми целями).  

Согласно пункту 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 судам необходимо  иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием  для признания налоговой выгоды необоснованной: создание организации незадолго до  совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок;  неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства  в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения  налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка;  осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных  хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных  операций. Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными  обстоятельствами, в частности, указанными в п. 5 постановления, могут быть признаны  обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком  необоснованной налоговой выгоды.  

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 установление  судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях  налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о  его намерениях получить экономический эффект в результате реальной  предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо  учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной  деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой  налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно  за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую  деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.  

В пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 указано, что в соответствии с  частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно  ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания  обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом  оспариваемого акта, возлагается на этот орган.  

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора  налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного  возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и  доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в  судебном заседании согласно требованиям статьи 162 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации и оценке арбитражным судом в совокупности и  взаимосвязи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Таким образом, возможность учета вычетов по НДС обусловливается наличием  реального осуществления хозяйственных операций. Налоговый орган вправе отказать в  принятии вычетов в случае, если факт реального совершения хозяйственных операций не  подтвержден надлежащими документами, либо выявлена недобросовестность  налогоплательщика, допущенная при совершении указанных операций.  

Кроме того, реальность хозяйственной операции определяется не только  фактическим наличием результата (товара, работ), но и реальностью исполнения договора  именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным  поставщиком.  

При этом обоснование выбора в качестве контрагента, а также доказательства  

фактических обстоятельств заключения и исполнения спорного договора имеют  существенное значение для установления судом факта реальности исполнения договора  именно заявленным контрагентом.  

Нормой статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ предусмотрено,  что каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным  документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми  оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в  основе мнимых и притворных сделок.  

При решении вопроса о возможности учета тех или иных расходов для целей  исчисления налога необходимо исходить из того, подтверждают представленные  налогоплательщиком документы произведенные им расходы или нет, то есть условием  для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании  имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение  товаров (работ, услуг) фактически понесены.  

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации,  сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01 №  138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета  предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально  понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг).  Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его назначением, то  есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого  права, как добросовестный налогоплательщик.  

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы  недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в  гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции, в том  числе фиктивных договоров, создавать ситуацию формального наличия права на  получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих лишь  документальное движение и реализацию товара (работ, услуг), не сопровождающееся  реальными хозяйственными операциями, в том числе служащих прикрытием получения  товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от иных контрагентов, с которыми  хозяйственные отношения официально не оформлены.  

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью  сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или  же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие  одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.  

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях,  если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным  экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными  экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода  не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с  осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности  (п. 3 Постановления № 53).  

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004  №  169-О и от 04.11.2004  № 324-О следует, что оценка добросовестности налогоплательщика  предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только  формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в  противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав  налогоплательщиком.  

Так, в ходе проверки налоговым органом установлено, что проверяемом периоде  основным видом деятельности Общества является производство кирпича, черепицы и  

прочих строительных изделий из обожженной глины.  

Для перевозки глины с карьеров до глинонакопителя общества ООО «Копейский  кирпичный завод» (заказчик) с ООО «Фрегат» (исполнитель) заключен договор о  предоставлении услуг от 07.09.2020 по вывозу глины. Договоры, заключенные обществом  с ИП ФИО5, ООО «Трансмета», ООО «Скорострой» налогоплательщиком в  ходе проверки не представлены.  

В налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2020 года, представленной  ООО «Копейский кирпичный завод» с учетом уточненных (корректировки №№ 1 и 2)  к вычету Обществом заявлены суммы НДС по следующим контрагентам: ИП ФИО6 (138 231 руб.), ИП ФИО7 (67 764 руб.), ИП ФИО8 (310 574 руб.), ООО  «Трансмета» (135 661 руб.), ООО «Скорострой» (257 702 руб.), ООО «Фрегат» (62 556  руб.).  

В подтверждение реальности сделок обществом представлены лишь  универсальные передаточные документы, составленные со спорными контрагентами на  транспортные услуги, а также товарно-транспортные накладные на приобретение глины  на карьерах, путевые листы, содержащие отметки о перевозчике, автомобиле и водителе,  накопительные ведомости.  

Инспекцией установлено наличие недостоверной информации в путевых листах  ИП ФИО5, ООО «Трансмета», ООО «Скорострой», ООО «Фрегат», а именно по  представленным путевым листам, выписанным ИП ФИО5, в один день  07.05.2020 и в одно время на транспортном средстве HOWO с государственным  регистрационным номером С109УН174 совершены рейсы 2-мя водителями.  

При анализе водителей и собственников ТС установлено, что от имени разных  спорных контрагентов общества услуги по оказанию грузоперевозок выполняли одни и те  же лица вне зависимости от источника получения вычета по НДС (ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14,  ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21).  

Инспекцией проведены опросы, а также получены объяснения указанных  водителей.  

Так ФИО10 пояснил, что он владеет самосвалом с грузоподъемностью  30 тонн, гос. номер А057УС174, а также он владел автомобилем МАЗ Н635ТВ174. Свои  автомобили ФИО10 в аренду не сдавал и занимался на них грузоперевозками  самостоятельно, применяет ЕНВД. В отношении ООО ««Копейский кирпичный завод»  ФИО10 пояснил, что работал с заводом в 2019г. и начале 2020г., возможно были  какие-то разовые заказы в 3 квартале 2020г., точно он не помнит. ФИО10  работал с ООО «Копейский кирпичный завод» напрямую, в 2019 заключал с ними договор  на территории завода, предметом договора была перевозка глины. Документы  ФИО10 получал по почте либо на территории «Копейский кирпичный завод».  Денежные средства ФИО10 получал на расчетный счет. Следующие  юридические и физические лица (ИП ФИО6, ИП ФИО8, ИП ФИО7,  ООО «Трансмета», ООО «Скорострой», ООО «Фрегат», ФИО22) ФИО10  не знакомы, никакие услуги ФИО10 им не оказывал.  

ФИО12 пояснил, что он владеет автомобилем МАЗ с грузоподъемностью  25 тонн, гос. номер 

<

***>. Свой автомобиль ФИО12 в аренду не сдавал и  занимался на нем грузоперевозками самостоятельно, применяет ЕНВД. ФИО12  указал, что сам находит заказчиков по объявлениям, в 3 квартале 2020 года работал с ООО  «Копейский кирпичный завод», перевозил для них грузы. Договор между ФИО12  

К.Р. и ООО «Копейский кирпичный завод» заключен в 4 квартале 2019 года, инициатором  заключения договора был ФИО12 По вопросам оплаты ФИО12 указал, что  завод рассчитывался непосредственно с ним, оплата производилась «по-разному,  безналично и бывало наличными». Готовые ТТН ФИО12 выдавали на разгрузке,  он в них расписывался. Следующие юридические и физические лица (ИП ФИО6,  ИП ФИО8, ИП ФИО7, ООО «Трансмета», ООО «Скорострой», ООО  «Фрегат», ФИО22) ФИО12 не знакомы, никакие услуги ФИО12 им не  оказывал.  

ФИО16 по запросу инспекции представил пояснения, что по  просьбе знакомого работал за наличный расчет четыре дня и возил глину с ООО «ЧелСи»  карьера до ООО «Копейский кирпичный завод», на руки давали талон отвес от весовой,  которые он отдал Володе и который с ним рассчитался наличкой в сумме 8000 рублей.  

ФИО17 показал, что он владеет автомобилем HOWO с  грузоподъемностью 25 тонн, гос. номер C391НМ174. Свой автомобиль ФИО17 в  аренду не сдавал и занимался на нем грузоперевозками самостоятельно, применяет ЕНВД.  ФИО17 указал, что сам находит заказчиков по объявлениям, либо выставляет свое  объявление с предложением услуг, в 3 квартале 2020 года работал с ООО «Копейский  кирпичный завод», перевозил для них глину. Договор между ФИО17 и ООО  «Копейский кирпичный завод»заключен примерно в 2019-2020 годах, инициатором  заключения договора был ФИО17, договор подписывался на территории завода. По  вопросам оплаты ФИО17 указал, что деньги от завода получал на расчетный счет.  Следующие юридические и физические лица (ИП ФИО6, ИП ФИО8, ИП  ФИО7, ООО «Трансмета», ООО «Скорострой», ООО «Фрегат», ФИО22)  ФИО17 не знакомы, никакие услуги им не оказывал.  

При этом ни один из спорных контрагентов, равно как и предприниматели  последующих звеньев цепочки расчетов с водителями или собственниками транспортных  средств в безналичном порядке не осуществляли, доказательств оплаты их услуг  наличными денежными средствами в ходе проверки на требования инспекции не  представили.  

Никто из руководителей ООО «Трансмета», ООО «Скорострой» и ООО  «Фрегат», а также ИП ФИО5 в налоговый орган для дачи  свидетельских показаний не явились.  

В ходе мероприятий налогового контроля установлено, что все спорные  контрагенты в качестве поставщиков транспортных услуг и основных контрагентов  (согласно сведениям книги покупок) указали одих и тех же предпринимателей ИП  ФИО6, ИП ФИО7, ИП ФИО8 ИП ФИО23, ИП ФИО24  

В свою очередь ИП Петрова в качестве основных контрагентов по поставке  транспортных услуг также указывает ИП ФИО8 ИП ФИО23, ИП ФИО24, которые в свою очередь в качестве поставщика транспортных услуг указывают  вновь ООО «Трансмета», что говорит о закольцованности поставщиков транспортных  услуг и вычетов и отсутствии в цепочке контрагентов реального исполнителя  транспортных услуг.  

Кроме того, анализ банковской выписки о движении денежных средств по  расчетным счетам ООО «Скорострой», ООО «Трансмета», ООО «Фрегат», ИП ФИО5, поступивших, в том числе от ООО «Копейский кирпичный завод», показал их  выведение в наличный расчет или дальнейшее перечисление на расчетные счета  индивидуальных предпринимателей: ФИО6, ФИО25, ФИО26,  ФИО27, ФИО23, ФИО8, ФИО24, ФИО7, однако в  гораздо меньшем объеме, чем стоимость отраженных по книгам покупок спорных  контрагентов оказанных транспортных услуг. Таким образом, прослеживается  

несоответствие товарных и денежных потоков между спорными контрагентами общества  и последующими контрагентами по цепочке. Так, например, согласно данным книги  покупок ООО «Трансмета» основным контрагент заявлены только ИП ФИО6,  сумма сделки составила 6 831 873 рублей, тогда как согласно данным выписки банка по  расчетному счету ООО «Трансмета» на расчетный счет ИП ФИО6 денежные  средства перечислены только в размере 262 250 рублей. Аналигично и по всем иным  спорным контрагентам, а также по цепочке.  

Далее указанными индивидуальными предпринимателями полученные денежные  средства либо сняты наличными, либо перечислены на счета ИП ФИО6  

При этом в отношении спорных контрагентов, а также индивидуальных  предпринимателей по цепочке контрагентов установлено отсутствие в собственности или  на праве аренды автотранспортных средств, отсутствие работников (справки по форме 2- НДФЛ в качестве налогового агента за 2020 год не представлялись), отсутствуют  расходы, связанные с оплатой коммунальных услуг, электроэнергии, оплаты аренды  офисов, аренды складов, аренды нежилых помещений, аренды грузовых автомобилей, не  установлено. Расходы на оплату налоговых обязательств минимальны, исчисленный налог  минимизирован вычетами одних и тех же предпринимателей по кругу, что характерно для  создания мнимого финансового потока, не направленного на ведение финансового-хозяйственной деятельности предприятия.  

ИП ФИО5 зарегистрирован в качестве ИП 23.04.2020, снят с учета09.11.2020. ИП ФИО5 представлена первичная декларации по НДС за 3  квартал 2020 года 26.10.2020, в которой сумма налога к уплате исчислена в размере 6 583  497 рублей, который не уплачен. 09.02.2021 ФИО5 ИНН 

<

***> в  налоговый орган представлена уточненная налоговая декларация по НДС за 3 квартал  2020 года с «0» показателями.  

ООО «Трансмета» зарегистрировано 13.03.2020, снято с учета 09.06.2022 в связи с  внесением в ЕГРЮЛ записи об исключении юридического лица, фактически  прекратившего свою деятельность, по решению регистрирующего органа. 10.08.2021 в  ЕГРЮЛ внесена информация о недостоверности сведений об юридическом адресе  организации.  

ООО «Фрегат» зарегистрирован 22.07.2020, 28.10.2020 в ЕГРЮЛ внесены  сведения о недостоверности юридического адреса данной организации. 06.04.2022 в  ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности информации в отношении учредителя и  руководителя ООО «Фрегат» ФИО28, основанная на  представленных ею объяснениях от 08.10.2021, согласно которым она зарегистрировала  данную организацию по просьбе приятельницы, которая после оформления и передачи  документов перестала выходить на связь. Финансово-хозяйственную деятельность от лица  ООО «Фрегат» ФИО28 никогда не осуществляла.  

ООО «Скрострой» зарегистрировано 13.08.2015, вид деятельности: 46.90  Торговля оптовая неспециализированная. По форме 6-НДФЛ сведения за 2020 год  представлены за 3, 6, 9 месяцев 2020 года (количество физических лиц получивших доход  – 6 чел.).  

ФИО6 не проживает по адресу регистрации. Сведения о месте нахождения  ФИО6 у органов МВД отсутствуют.  

Все предприниматели второго и третьего звеньев зарегистрированы незадолго до  спорных сделок в середине 2020 года, сняты с учета после окончания спорного периода в  конце 2020 года начале 2021 года.  

Управление банковскими счетами ООО «Фрегат» осуществляет ФИО22 по  доверенности. ФИО22 является учредителем и руководителем ООО «Скрострой», а  также пользователем IP-адреса 149.255.3.14 (является статическим адресом, был  

предоставлен абоненту ООО ТСК «Скорострой», учредителем которого также является  ФИО22), с которого происходит управление расчетными счетами ИП ФИО6,  ИП ФИО8, ИП ФИО7, ООО «Трансмета» и иных контрагентов.  

Таким образом, все спорные контрагенты, а также индивидуальные  предприниматели второго и третьего звена подают отчетность, а также осуществляют  управление банковскими счетами с одного IP-адреса, указывают в банках одни номера  телефонов, что свидетельствует о том, что от имени данных лиц действуют одни и те же  физические лица, данные организации и предприниматели представляют собой  «площадку» для предоставления заинтересованным лицам фиктивных документов для  получения права на вычеты НДС.  

У спорных контрагентов отсутствовала возможность оказать транспортные  услуги заявителю в связи с отсутствием необходимых условий для достижения  результатов соответствующей экономической деятельности, в том числе трудовых и  материально-технических ресурсов, а также найма реальных поставщиков товаров.  

Таким образом, инспекцией сделан вывод, что ООО «Копейский кирпичный  завод» использованы реквизиты и документы спорных контрагентов для получения  необоснованной налоговой экономии в виде налоговых вычетов по НДС по  вышеуказанным грузоперевозкам, фактически оказанным лицами, применявшими  специальные налоговые режимы налогообложения и не являвшимися плательщиками  НДС.  

Вышеперечисленные обстоятельства свидетельствуют, по мнению суда, о том,  что ООО «Копейский кирпичный завод» для оказания транспортных услуг фактически  привлекались не спорные контрагенты, а непосредственно водители с личным  автотранспортом. При этом в обществе составлялся фиктивный документооборот от лица  спорных контрагентов.  

В рассматриваемом случае, установленные налоговым органом обстоятельства и  собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на  получение необоснованной налоговой выгоды.  

Так, налоговым органом установлено, что спорные контрагенты, заявляемые  налогоплательщиком в качестве поставщиков услуг перевозки, не имели реальной  возможности их оказания, поскольку обладают всеми признаками «номинальных»  структур (показания руководителя о номинальности, отсутствие материальных активов,  соответствующего персонала, представление налоговой отчетности в налоговые органы с  «минимальными» показателями или нулевой отчетности (отсутствует источник  возмещения налога из бюджета), минимизация налога вычетами между собой).  

При этом все организации созданы незадолго до спорных операций, прекратили  хозяйственную деятельность после их окончания, подконтрольны одному лицу.  

Представленные в подтверждение оказания транспортных услуг по цепочке  документы неполны, недостоверны, имеют противоречия.  

Инспекцией установлены физические лица которые фактически осуществляли  перевозку глины, которые показали, что делали это в рамках прямых взаимоотношений с  налогоплательщиком без оформления договоров либо с оформлением договоров, которые  обществом сокрыты, либо неофициально, по просьбам знакомых с получением оплаты  наличными денежными средствами либо на расчетные счета через различные транзитные  организации, которые никак не связаны с «площадкой».  

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства,  свидетельствующие о том, что ни один из заявленных контрагентов не имел реальной  возможности оказать спорные услуги ни лично, ни путем найма водителей, поскольку  соответствующие расходы у контрагентов отсутствуют.  

Фактически, как установлено инспекцией, спорные услуги по перевозке  

выполнялись непосредственно в адрес налогоплательщика физическими лицами либо  предпринимателями, применявшими специальные налоговые режимы, однако  оформлялись фиктивным документооборотом с номинальными контрагентами с  единственной целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде права на вычет  НДС.  

Как верно отмечено инспекцией, единственной целью налогоплательщика при  документальном оформлении отношений со спорными контрагентами являлось не  получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой  экономии в виде получения вычета по НДС, которого налогоплательщик был бы лишен  при непосредственном оформлении отношений с физическими лицами и  индивидуальными предпринимателями, применявшими специальные налоговые режимы,  налогоплательщик использовал формальный документооборот в целях неправомерного  заявления налоговых вычетов по спорным сделкам.  

В связи с тем, что налогоплательщик не подтвердил право на получение  налоговых вычетов, так как в представленных на проверку документах указаны лица,  которые фактически не исполняли сделки (операции) по оказанию транспортных услуг,  налоговый орган при вынесении оспоренного решения правомерно руководствовался  нормами пункта 2 статьи 54.1 НК РФ.  

При этом суд усматривает наличие умышленных действий со стороны  налогоплательщика, направленных на незаконное получение вычетов по НДС в виду  осведомленности руководителя заявителя о фактических перевозчиках (показания  физических лиц – водителей о заключении договоров перевозки на территории заявителя),  а также стремление скрыть достоверную информацию о реальных обстоятельствах сделок  (непредставление указанных договоров и не отражение данных сведений в бухгалтерском  учете).  

В связи с этим суд находит обоснованным отказ инспекции в предоставлении  права на вычет НДС по спорным операциям.  

Как разъяснено в Определении Верховного суда Российской Федерации от  19.05.2021 № 309-ЭС20-23981 в соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 3 Налогового  кодекса законодательство о налогах и сборах исходит из всеобщности и равенства  налогообложения, необходимости взимания налогов в соответствии с их экономическим  основанием и недопустимости произвольного налогообложения.  

Поскольку вычет расходов из налогооблагаемой прибыли влечет уменьшение  размера налоговой обязанности и является формой налоговой выгоды, обоснованность  получения этой выгоды может являться предметом оспаривания по основаниям,  связанным со злоупотреблением правом, и подлежит оценке судом с учетом  необходимости реализации в правоприменительной практике таких публично значимых  целей, вытекающих из положений пунктов 1 и 3 статьи 3 Налогового кодекса, как  поддержание стабильности налоговой системы, стимулирование участников оборота к  вступлению в договорные отношения преимущественно с контрагентами, ведущими  реальную хозяйственную деятельность и уплачивающими налоги, обеспечение  нейтральности налогообложения по отношению ко всем плательщикам, которые  действовали осмотрительно в хозяйственном обороте и не участвовали в уклонении от  налогообложения.  

При оценке обоснованности налоговой выгоды согласно пункту 1 постановления  Пленума № 53 предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим  результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения,  содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.  Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом  оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в  

целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если  налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах,  неполны, недостоверны и (или) противоречивы.  

В силу правовых позиций Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации (пункты 4, 9 и 11 постановления Пленума № 53), налоговая выгода не может  быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с  осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.  Если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком,  являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой  выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в  признании обоснованности ее получения может быть отказано. Признание налоговой  выгоды необоснованной не должно затрагивать иные права налогоплательщика,  предусмотренные законодательством о налогах и сборах.  

С учетом изложенного, выявление необоснованной налоговой выгоды не  предполагает определения налоговой обязанности в относительно более высоком размере,  что по сути означало бы применение санкции, а может служить основанием для  доначисления суммы налога, подлежащей уплате в бюджет таким образом, как если бы  налогоплательщик не злоупотреблял правом (определения Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2018 N 305- КГ17-20231, от 06.03.2018 N 304-КГ17-8961, от 30.09.2019 N 307-ЭС19-8085, от  28.10.2019 № 305-ЭС19-9789 и др.).  

Изложенные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды и определению  последствий злоупотребления правом в налоговых отношениях сохраняют свою  актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть  первая Налогового кодекса дополнена статьей 54.1 Налогового кодекса,  конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке  допустимости поведения налогоплательщика.  

В частности, согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 54.1 Налогового кодекса  одним из условий получения налоговой выгоды является исполнение обязательства по  соответствующей сделке надлежащим субъектом - лицом, заключившим договор с  налогоплательщиком, либо лицом, на которое обязанность исполнения обязательства  переведена (возложена) в силу договора или закона.  

Цель противодействия налоговым злоупотреблениям при применении данной  нормы реализуется за счет исключения возможности извлечения налоговой выгоды  налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием  компаний, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих  налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени («технические»  компании), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.  

Исходя из необходимости реализации вышеназванных публичных целей  противодействия налоговым злоупотреблениям и поддержания в правоприменительной  практике финансовых стимулов правомерного поведения участников оборота, в  упомянутых в подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 Налогового кодекса случаях последствия  участия налогоплательщика в формальном документообороте должны определяться с  учетом его роли в причинении потерь казне.  

Соответственно, расчетный способ определения налоговой обязанности на  основании имеющейся у налогового органа информации о налогоплательщике, а также  данных об иных аналогичных налогоплательщиках (подпункт 7 пункта 1 статьи 31  Налогового кодекса) подлежит применению, если допущенное налогоплательщиком  нарушение сводится к документальной неподтвержденности совершенной им операции,  нарушению правил учета, что, как правило, имеет место, если налогоплательщик не  

участвовал в уклонении от налогообложения, организованном иными лицами, но не  проявил должную осмотрительность при выборе контрагента и взаимодействии с ним  (пункт 10 постановления Пленума № 53).  

Из этого же исходил Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации, указывая в пункте 8 постановления от 30.07.2013 № 57 «О некоторых  вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового  кодекса Российской Федерации», что положениями подпункта 7 пункта 1 статьи 31  Налогового кодекса необходимо руководствоваться как в случае отсутствия у  налогоплательщика соответствующих документов, так и при признании их  ненадлежащими. Данное разъяснение Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации сохраняет свое действие в условиях применения статьи 54.1 Налогового  кодекса, поскольку соотносится с предписаниями пункта 3 упомянутой статьи, в силу  которых подписание первичных учетных документов неустановленным или  неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика  законодательства о налогах и сборах, не могут рассматриваться в качестве  самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой  базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.  

Напротив, если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации  формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась  непосредственно налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности  налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как  «техническую» компанию, применение расчетного способа определения налоговой  обязанности в такой ситуации не отвечало бы предназначению данного института, по сути  уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей  очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение  потерь казне для получения собственной налоговой выгоды, и налогоплательщиков, не  обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций.  

При рассмотрении настоящего дела судом установлено, что основанием  доначисления налогоплательщику НДС, соответствующих пеней и штрафов послужили  выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального  документооборота для получения необоснованной налоговой выгоды при приобретении  транспортных услуг, оформлении им фиктивного документооборота с целью сокрытия  реальных хозяйственных отношений, что привело к искажению налоговых обязательств  на всей цепочке лиц, участвующих в схеме и потерям бюджета, в связи с чем положения о  налоговой реконструкции в данном случае не применимы.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 122 НК РФ, неуплата или неполная уплата  сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного  исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое  деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями  129.3 и 129.5 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной  суммы налога (сбора).  

Пунктом 3 статьи 122 НК РФ предусмотрено, что деяния, предусмотренные п. 1  настоящей статьи, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40% от  неуплаченной суммы налога.  

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния  налогоплательщика правомерно квалифицированы налоговым органом по пункту 3 статьи  122 НК РФ, как совершенные с умыслом. В рассматриваемой ситуации заявитель обладал  информацией о фиктивности документооборота со спорным контрагентом, единственной  целью документального оформления данных взаимоотношений являлось получение  заявителем необоснованной налоговой выгоды, в связи с чем инспекцией правомерно  

сделан вывод об умышленном совершении заявителем налогового правонарушения.  

При этом с учетом смягчающего ответственность обстоятельства инспекцией, уже  снижены начисленные обществу штрафы.  

Суд, оценив характер допущенных заявителем правонарушений, размера  причиненного вреда, степень вины правонарушителя, исходя из необходимости  соблюдения баланса частного и публичного интересов, приходит к выводу, что  примененные налоговым органом к заявителю меры ответственности соразмерными  последствиям допущенных нарушений и не находит оснований для дополнительного  снижения размера налоговых санкций.  

В силу пункта 1 статьи 75 НК РФ пеней признается установленная настоящей  статьей денежная сумма, которую налогоплательщик должен выплатить в случае уплаты  причитающихся сумм налогов или сборов, в том числе налогов, уплачиваемых в связи с  перемещением товаров через таможенную границу Таможенного союза, в более поздние  по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки. На  основании указанной статьи обществу обоснованно начислены пени за неуплату НДС в  проверяемых периодах.  

На основании изложенного, отсутствует совокупность условий для признания  ненормативного акта недействительным, что исключает возможность удовлетворения  требований налогоплательщика.  

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные  расходы по оплате государственной пошлины в силу статей 101, 110, 112 АПК РФ  относятся на налогоплательщика.  

Руководствуясь статьями 110, 167-168, 201 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью  «Копейский кирпичный завод» отказать.  

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в  Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия  (изготовления в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его вступления в  законную силу путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.  

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или  кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах  Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда htth://18aas.arbitr.ru или  Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.  

Судья А.В. Архипова