ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-5826/2024, 18АП-5827/2024, 18АП-5916/2024

Дело № А47-14201/2020

28 мая 2024 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 мая 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Ковалевой М.В., Кожевниковой А.Г., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Слепенко Ю.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Сервис технологического оборудования», общества с ограниченной ответственностью «Автотраксервис», общества с ограниченной ответственностью «НефтьРемСервис» на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 24.02.2024 по делу № А47-14201/2020 об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности.

В судебное заседание явились представители:

общества с ограниченной ответственностью «МСК Менеджмент» - ФИО1 (паспорт; доверенность от 25.12.2023 сроком по 31.12.2024);

общества с ограниченной ответственностью «Автотраксервис» - ФИО2 (паспорт; доверенность от 14.05.2024 сроком на 2 года); 

ФИО3 - ФИО4 (паспорт; доверенность от 07.04.2023 сроком на 3 года).

 

Управление Федеральной налоговой службы по Оренбургской области, ФИО5 обратились в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Технефтесервис» (далее – ООО «Технефтесервис», ООО «ТНС», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 28.10.2020 принято к производству заявление о признании должника банкротом.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 28.10.2020 20.05.2021 (резолютивная часть) в отношении должника введена процедура наблюдения. 

29.05.2021 в газете «Коммерсантъ» опубликовано сообщение введении в отношении должника процедуры наблюдения.

 Определением от 28.10.2021 (резолютивная часть) должник признан банкротом, введена процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложены на арбитражного управляющего ФИО6 (далее – конкурсный управляющий, заявитель). 

13.11.2021 в газете «Коммерсантъ» опубликовано сообщение о признании должника банкротом и введении в отношении него конкурсного производства. 

Конкурсный  управляющего должника ФИО6 10.10.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «МСК Менеджмент», ФИО3 (далее – ответчики) о привлечении к субсидиарной ответственности по ст.61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.02.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Сервис технологического оборудования», общество с ограниченной ответственностью «Автотраксервис», общество с ограниченной ответственностью «НефтьРемСервис» (далее - податели жалоб) обратились в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

ООО «Сервис технологического оборудования» в обоснование жалобы указал, что отказывая в части привлечения к субсидиарной ответственности по 61.12 Закона о банкротстве суд не учел, что ответчики так и не подали заявление о признании должника банкротом и не подготовили план выхода из кризиса. Принятие заявление кредитора о признании должника несостоятельным не освобождает лиц контролирующих должника от обязанности не подачи заявления о признании должника банкротом и от не подготовки плана выхода из кризиса. Относительно отказа в части привлечения по ст.61.11 Закона о банкротстве, суд не учел, что с момента с ведения процедуры наблюдение лица контролирующие должника предпринимали меры по выводу активов и воспрепятствовали передаче имущества, а также документов временному управляющему.

ООО «Автотраксервис» в своей жалобе указало на то, что признаки неплатежеспособности возникли у должника уже в 2018 году. Начиная с 2020 года, только по решению судов долг ООО «ТНС» составил 58 326 981,84 руб. Суд, пришел к ошибочному выводу, что невозможность рассчитаться с должниками наступила после получения письма от ключевого контрагента - ООО «Газпромнефть-Оренбург» от № 02/07/003310 от 30.06.2020 «О расторжении договора». При этом, на момент получения уведомления, кредиторская задолженность за последние три года, предшествующих процедуре банкротства не опускалась ниже 150 миллионов рублей и ООО «МСК Менеджмент», зная о невозможности произвести расчеты с кредиторами, о недостаточности денежных средств на текущие расходы, связанные с заработной платой, налогами и др., осознавая нецелесообразность дальнейшей деятельности общества — не подало заявление о признании его должником (банкротом).

В силу п. 4 ст. 113 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации течение процессуального срока, исчисляемого годами, месяцами или днями, начинается на следующий день после календарной даты или дня наступления события, которыми определено начало процессуального срока.

Процессуальные сроки исчисляются годами, месяцами и днями. В сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни (п. 3 ст. 113 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 3 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениям, данным в пункте 35.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения.

Таким образом, определение Арбитражного суда Оренбургской области от 24.02.2024 подлежало обжалованию в течение десяти дней со дня его вынесения.

Статьей 115 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом либо арбитражным судом. 

Обжалуемое определение суда первой инстанции изготовлено в полном объеме 24.02.2024, опубликовано 25.02.2024. Процессуальный срок на подачу апелляционной жалобы на указанное определение суда истек 11.03.2024. 

Апелляционные жалобы поданы заявителями в Арбитражный суд Оренбургской области 15.03.2024, 19.03.2024 и 20.03.2024, то есть с пропуском установленного срока на апелляционное обжалование. 

От ООО «Автотраксервис» и ООО «МСК Менеджмент» поступили ходатайство о восстановлении срока подачи жалоб. 

Согласно п. 1 ст. 117 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока подается в арбитражный суд, в котором должно быть совершено процессуальное действие. Одновременно с подачей ходатайства совершаются необходимые процессуальные действия (подается   заявление,  жалоба,   представляются  документы   и  другое),   в  отношении   которых пропущен срок.

Рассмотрев материалы дела, оценив изложенные в обоснование ходатайств о восстановлении пропущенного процессуального срока доводы, суд апелляционной инстанции считает ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока подачи апелляционных жалоб ООО «Автотраксервис» и ООО «МСК Менеджмент» подлежащими удовлетворению.

От ООО «НефтьРемСервис» ходатайства о восстановлении срока подачи жалобы не поступило.

По ходатайству лица, обратившегося с жалобой, пропущенный срок подачи апелляционной жалобы может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, если ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня принятия решения и арбитражный суд признает причины пропуска срока уважительными (ч. 2 ст. 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Уважительными причинами пропуска срока для обжалования признаются такие причины, которые объективно препятствовали участнику процесса своевременно подать жалобу.

Вместе с тем,  ходатайство о восстановлении пропущенного срока на апелляционное обжалование, с указанием причин пропуска срока к апелляционной жалобе не приложено, в тексте апелляционной жалобы не содержится, в связи с чем оснований для восстановления срока апелляционного обжалования не имеется.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 264 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции возвращает апелляционную жалобу, если жалоба подана по истечении срока подачи апелляционной жалобы, установленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации, и не содержит ходатайства о его восстановлении или в восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы отказано.

Так как факт пропуска срока установлен апелляционным судом после принятия апелляционной жалобы к производству, то в соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» и в пункте 37 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках», апелляционный суд прекращает производство по апелляционной жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости прекращения производства по апелляционной жалобе ООО «НефтьРемСервис» применительно к п. 1 ч. 1 ст. 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи пропуск срока на подачу апелляционной жалобы.

На основании ст.ст. 184, 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции приобщены поступившие от ООО МСК «Менеджмент» и ФИО3 отзывы на апелляционную жалобу, с доказательствами направления в адрес лиц, участвующих в деле.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со ст.ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционных жалоб (согласно протоколу судебного заседания).

 

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, заявитель в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «МСК Менеджмент» и ФИО3 по ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

В обоснование требований по ст. 61.12 Закона о банкротстве указано, что признаки объективного банкротства возникли 31.12.2018. При этом, в рассматриваемом заявлении расчеты обязательства, возникшие после указанной даты, в размере 58 326 981,84 руб. 

В обоснование ст. 61.11 Закона о банкротстве приведены обстоятельства совершения должником сделок, повлекших за собой невозможность исполнения обязательств перед кредиторами. В частности  указано на заключение договоров займа №1/11 от 22.11.2017 и № 09/20 от 17.08.2020, заключенных между ООО «Технолидер» и ООО «ТНС». По указанным договорам ООО «ТНС» перечислило в пользу ООО «Технолидер» денежные средства в размере 3 189 863,01 руб. Кроме того, по указанным договорам ООО «Технолидер» предъявило к ООО «ТНС» кредиторские требования на сумму 16 345 412,10 руб. Заключением договоров аренды № 175-д/20 и 176-д/20 от 28.12.2020, заключенных с аффилированным лицом - ООО «Грузоперевозчик». Указано на обстоятельство того, что за период с 31.10.2017 по 17.07.2019 ООО «ТНС» перечислило в пользу аффилированного лица ООО «Грузоперевозчик» денежные средства в размере 134 550 803,33 руб. 

При рассмотрении дела судом первой инстанции установлено, что между ООО МСК «Менеджмент» и ООО «ТНС» заключён договор от 28.12.2012 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа, согласно которого ООО «ТНС» передаёт, а ООО МСК «Менеджмент» принимает на себя полномочия единоличного исполнительного органа. В период с 28.12.2012 по 12.10.2021 ООО МСК «Менеджмент» осуществляло полномочия единоличного исполнительного органа, что подтверждается данным ЕГРЮЛ. Судом также установлено, что ФИО3 согласно трудовому договору от 24.12.2018 должник принял на работу на должность управляющего директора. В преддверии банкротства осуществлял управление текущей хозяйственной деятельности на основании доверенности, выданной управляющей компании. В то же время находился в штате должника и получал заработную плату за счет должника. 

ООО «МСК МЕНЕДЖМЕНТ» и ФИО3 обоснованно признаны судом  лицами, контролирующим деятельность должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности заявителем условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Исследовав обстоятельства дела и проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан в силу ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу ст. 61.10  Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с приведенными в п. п. 1, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) разъяснениями, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям закона №   127-ФЗ,   подлежат   применению   общие   положения   глав   25   и   59   ГК   РФ   об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

По делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда (утвержденный Президиумом ВС РФ 20.12.16 Обзор судебной практики ВС РФ N 4 (2016)).

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу положений пунктов 1 и 2 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности        по        основанию,        предусмотренному        статьей        61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

Под недостаточностью имущества Закон о банкротстве (статья 2) понимает превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу ч. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Ответственность за невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве предполагает под собой в качестве объективной стороны правонарушения недобросовестное сокрытие от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица и заведомой невозможности удовлетворения требований новых кредиторов, повлекшее впоследствии возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Именно такое поведение влечет возложение на руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы, обеспечивая, тем самым, защиту кредиторов, не осведомленных по вине такого руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов.

Согласно подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В п. 23 постановления Пленума № 53 разъяснено, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки  (ряда    сделок) может быть применена     к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальнымлибо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, поуказанию   которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности,   наблюдательным   советом   или   общим   собранием   участников  (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

По смыслу п. 3 ст. 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Пунктом 16 указанного постановления Пленума № 53 установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротствадолжника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступилобы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия)контролирующего лица на положение должника, проверяя наличиепричинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказыванияобозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов; при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 постановления Пленума № 53).

В пункте 19 постановления Пленума № 53 разъяснено, что придоказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Суд пришел к правильному выводу о том, что отсутствуют основания для привлечения к субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела: 

-        определением Арбитражного суда Оренбургской области от 10.02.2023 по делу № А47-14201/2020 в удовлетворении заявления к обществу с ответственностью «Технолидер» (ИНН: 

<

***>) о признании недействительным договоров займа №1/11 от 22.11.2017 и №09/20 от 17.08.2020, заключенных между ООО «Технолидер» (ОГРН 

<

***>) и ООО «ТНС» (ОГРН 

<

***>), недействительной (ничтожной) сделкой, было отказано;

-        определением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.04.2023 по делу № А47-14201/2020 в удовлетворении заявления конкурсного (и временного) управляющего ДолубаеваНуржигитаАтаевича к обществу с ограниченной ответственностью "МСК МЕНЕДЖМЕНТ" (ИНН: 

<

***>) о признании недействительным договора о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей компании от 28.12.2012, заключенный между ООО «МСК Менеджмент» (ОГРН 

<

***>) и ООО «Технефтесервис» (ОГРН 

<

***>) было отказано;

-        определением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.01.2023 по делу №А47-1301/2021 в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Технефтесервис» (ИНН: 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ДолубаеваНуржигитаАтаевича об установлении кредиторской задолженности в сумме основного долга 1 199 771 592,92 руб. в реестр требований кредиторов ООО «Грузоперевозчик» было отказано. Судом было установлено, что вопреки доводам заявителя денежные средства в размере 1 199 771 592,92 руб. в период с 14.01.2013 по 10.12.2019 были перечислены ООО «Грузоперевозчик» в счет оплаты по договорам, указанным в назначении платежей. В данном случае, кредитор какие-либо доказательства, с очевидностью свидетельствующие о том, что отсутствуют договорные и иные гражданские правовые отношения (которые указаны в назначениях безналичных платежей), не представлены. При этом, также отсутствуют доказательства (и аргументы) ошибочности перечисления спорных платежей;

-        определением Арбитражного суда Оренбургской области от 29.01.2024 по делу А47-14201/2020 признаны недействительными сделки, а именно договоры аренды, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Технефтесервис» и обществом с ограниченной ответственностью «Грузоперевозчик»: - 176-д/20 от 28.12.2020 в части арендной платы, превышающей 90 945 руб. в месяц, 16 А47-14201/2020 - №175-д/20 от 28.12.2020 в части арендной платы, превышающей 1 950 руб. в месяц. При этом судом не принималось решение о применении последствий недействительности сделок в виде взыскания денежных средств, так как какой-либо оплаты должником по договору не происходило. В связи с чем, нет оснований полагать, что данный договор причинил убытки должнику.

Таким образом, отсутствует факт причинения вреда имущественному положению должника, в силу указанных выше судебных актов. Доказательств того, что в результате совершения указанных сделок, либо иных действий контролирующими должника лицами погашение требований кредиторов стало невозможно, суду не представлено. 

Применительно к обстоятельствам настоящего дела и основаниям, заявитель должен доказать, что именно одобрение ответчиками сделок, оспоренных впоследствии, привело к несостоятельности (банкротству) ООО «Технефтесервис», а именно неспособности данного общества в полном объеме обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Однако таких обстоятельств судом первой инстанции не установлено.

Доводы апелляционной жалобы ООО «Автосервис» о принятии должником на себя обязательств, которые впоследствии не были исполнены, сами по себе не являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, при отсутствии виновных действий по доведению должника до банкротства.

При разрешении требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям ст. 61.12 Закона о банкротстве суд первой инстанции установил следующие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу определением от 17.04.2023 по делу № А47-14201/2020 установлено, что между ООО «Газпромнефть-Оренбург» (Заказчик) и ООО «ТНС» (Подрядчик) 06 августа 2018 года был заключен договор № ОРН-18/10401/02295/Р.

В соответствии с п. 2.1. договора № ОРН-18/10401/02295/Р Подрядчик обязуется выполнить работы:

- по капитальному ремонту скважин на месторождениях Заказчика, в объемах и сроках, предусмотренных в Приложении №1 к настоящему Договору и в соответствии с условиями Технического задания (Приложение №2), а Заказчик обязуется принять выполненные Работы по капитальному ремонту скважин и оплатить их в соответствии с условиями настоящего Договора;

- по текущему ремонту скважин на месторождениях Заказчика, в объемах и сроках, предусмотренных в Приложении №1 к настоящему Договору и условиями технического задания (Приложение №2), а Заказчик обязуется принять выполненные Работы по текущему ремонту скважин и оплатить их в соответствии с условиями настоящего Договора.

К указанному договору № ОРН-18/10401/02295/Р между ООО «Газпромнефть-Оренбург» (Заказчик) и ООО «ТНС» (Подрядчик) в период его исполнения были подписаны также дополнительные соглашение № 1-3.

В соответствии с п. 4.1. договора № ОРН-18/10401/02295/Р оплата за фактически выполненные Работы производится Заказчиком путем перечисления денежных средств на расчетный счет Подрядчика, указанный настоящем Договоре, в течение 30 (тридцати) календарных дней начиная с 1 (первого) числа месяца, следующего за отчетным, с момента представления оригиналов корректно оформленного в соответствии с действующим законодательством РФ счета-фактуры на основании Актов о приемке выполненных Работ по форме КС-2, справок о стоимости выполненных Работ и затрат по форме КС-3, отчета Подрядчика об использовании давальческих материалов по формам М-19, М-29 либо по ведомости переработки давальческих материалов, подписанных обеими Сторонами, Реестра выполненного объема Работ (Приложение №7). Указанные документы предоставляются Заказчику для рассмотрения и подписания не позднее последнего числа отчетного месяца.

В соответствии с п. 17.1. договора № ОРН-18/10401/02295/Р договор вступает в силу с момента подписания и действует по «31» декабря 2022 года. Окончание срока действия Договора не влечет прекращения обязательств Сторон по Договору, возникших в период срока действия Договора.

Вместе с тем, до окончания срока действия договора со стороны ООО «Газпромнефть-Оренбург» в адрес ООО «ТНС» поступило письмо № 02/07/003310 от 30.06.2020 «О расторжении договора» в соответствии с которым ООО «Газпромнефть-Оренбург» уведомило об изменении производственной программы и одностороннем расторжении договора с 01.08.2020.

В адрес ООО «ТНС» поступило уведомление ООО «Газпромнефть-Оренбург» о сальдировании (завершающем расчете) (Договор № ОРН-18/10401/02295/Р от 06 августа 2018 г.) № 02/07/004209 от 09.08.2021.

В соответствии с информацией, изложенной в указанном уведомлении, ООО «Газпромнефть-Оренбург» заявило о прекращении своих обязательств по оплате выполненных ООО «ТНС» работ в сумме 11 340 741,22 руб. 

После получения уведомления ООО МСК «Менеджемент» направило письмо в адрес ПАО «Газпромнефть Оренбург» о том, что предприятия является градообразующим в г. Бузулук, в нём работает 233 человека, перебазировать работников к иному заказчику невозможно, так как это вызовет существенные затраты на передислокацию оборудования, недостатком времени, а также в связи с тем, что работники проживают в г. Бузулуке. Прекращение договора фактически влечёт ликвидацию Общества. В связи с возникшей ситуацией ООО МСК «Менеджемент» в экстренном порядке направило обращение президенту РФ, а также ООО ТНС в экстренном порядке направило коммерческие предложение в иные нефтяные компании. В течение 2 месяцев решить проблему срочной замены заказчика не удалось и уже 27.10.2021 уполномоченный орган обратился с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) с ходатайством о принятии обеспечительных мер.

Заявителем не представлены доказательства наличия иного существенного источника доходов должника.

Таким образом, судом установлен факт, что основной заказчик - общество «Газпромнефть-Оренбург» с 01.08.2020 прекратило договорные отношения с должником. В то время как дело по банкротству по настоящему делу возбуждено 28.10.2020 (дата принятия к производству заявление о признании должника банкротом).

Доказательств того, что после указанной даты у должника возникли новые обязательства не представлено, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения к ответственности за несвоевременное обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом, а доводы апелляционной жалобы об обратном отклоняются судом апелляционной инстанции.

Доводы апелляционной жалобы о наличии признаков объективного банкротства с 31.12.2018 отклоняются судом апелляционной инстанции.

Из обстоятельств дела следует, что в период с 2018 года по июнь 2020 года  должник последовательно сокращал убыток и по итогам первого полугодия 2020 имел прибыль в размере 11 070 000 рублей. Так по итогам 2018 убыток составил 24 350 000 рублей, по итогам 2019 года убыток составил 34 752 000 рублей, в первом полугодии 2020 года получена прибыль в размере 11 071 000 рублей. В том числе за счет исполнения договора указанного выше должник смог сократить убыток и в итоге получить прибыль. Таким образом, на момент расторжения договора, предприятие вело прибыльную деятельность, оснований полагать о наступлении признаков объективного банкротства по итогам 2018 года не имеется. 

Учитывая, что заявителем не представлено доказательств наличия совокупности условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по статьям 61.11, 61.12 Закона о банкротстве,  суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении требований.

В виду изложенного, доводы апелляционных жалоб об обратном, подлежат отклонению.

Следовательно, оснований для отмены определения суда и удовлетворения жалобы не имеется. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии со ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по настоящей апелляционной жалобе уплата государственной пошлины не предусмотрена.

 

Руководствуясь статьями 150, 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 24.02.2024 по делу № А47-14201/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Сервис технологического оборудования», общества с ограниченной ответственностью «Автотраксервис» - без удовлетворения.

Производство по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «НефтьРемСервис» – прекратить.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          М.В. Ковалева

                                                                                     А.Г. Кожевникова