АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А29-9966/2021

18 июля 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11.07.2023.

Полный текст постановления изготовлен 18.07.2023. 

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Камановой М.Н.,

судей Бабаева С.В., Кислицына Е.Г.,

 

без участия представителей сторон

 

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Коми 

 

на решение Арбитражного суда Республики Коми от 22.12.2022 и 

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 03.03.2023 

по делу № А29-9966/2021

 

по иску страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Коми (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>), 

 

о взыскании ущерба,

 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, –

ФИО2, ФИО3, ФИО1, 

 

и   у с т а н о в и л : 

 

страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (далее – СПАО «Ингосстрах», Общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с иском к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Коми (далее – Управление) о взыскании 1 221 055 рублей 19 копеек ущерба в порядке суброгации.

Иск основан на статьях 15, 384, 965, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивирован тем, что в результате ДТП автомобиль ФИО3 получил механические повреждения; к истцу, возместившему вред потерпевшему, перешло право на возмещение ущерба, причиненного ФИО3 в связи с ДТП.

Суд первой инстанции в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, ФИО3, ФИО1.

Арбитражный суд Республики Коми решением от 22.12.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2023, удовлетворил иск: взыскал с Управления 1 221 055 рублей 19 копеек ущерба. Суды заключили, что в причинении убытков Обществу имеется вина водителя, находящегося в трудовых отношениях с Управлением.

Управление и ФИО1 не согласились с принятыми судебными актами и обратились в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационными жалобами, в которых просили их отменить. 

По мнению Управления, суды неправомерно отклонили доводы эксперта, изложенные в заключении № 22/10015, о том, что водитель ФИО3 имел техническую возможность избежать столкновения транспортных средств, которая заключалась в соблюдении пунктов 3.2 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее – ПДД РФ); в действиях ФИО1 нарушения правил дорожного движения Российской Федерации, с технической точки зрения, не выявлены. Заключение эксперта № 22/10015, по мнению заявителя, отвечает требованиям статей 64, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»; суды необоснованно отклонили показания свидетелей и выводы эксперта ФИО4 о включенном звуковом сигнале «WALL» на автомобиле                  АЦ-2.0-40. Управление не согласно с позицией суда первой инстанции о том, что выводы эксперта в условиях проведения исследования без специальных программ носят субъективный характер. Вывод судов об отсутствии безусловных доказательств того, что звуковой сигнал был включен перед ДТП, изложенный в абзаце 7 страницы 8 решения, противоречит описательной части решения (абзац 4 страницы 7 и абзац 2 страницы 8). Заявитель считает, что суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о проведении повторной или дополнительной экспертизы. По мнению кассатора, при рассмотрении настоящего дела суды необоснованно приняли во внимание исключительно постановление Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 19.11.2020 по делу № 5-302/2020 о привлечении ФИО1 к административной ответственности.

ФИО1 в жалобе обращает внимание окружного суда на тот факт, что суд первой инстанции, признав заключение судебной экспертизы субъективным мнением эксперта, самостоятельно изучив запись регистратора, пришел к противоположному выводу об отсутствии безусловных доказательств того, что перед ДТП звуковой сигнал на автомобиле АЦ-2.0-40 был включен. Кассатор полагает, что суд не может подменить специалиста, а должен был при необходимости назначить повторную или дополнительную экспертизу.

В судебном заседании по правилам статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 08 часов 45 минут 11.07.2023.

Окружной суд определением от 11.07.2023 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с нахождением в очередном отпуске произвел замену в составе суда судьи Трубниковой Е.Ю. на судью                     Кислицына Е.Г., после чего судебное разбирательство по рассмотрению жалобы начато с самого начала (часть 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не направили своих представителей в судебное заседание окружного суда, в связи с чем на основании части 3 стать 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассмотрена в их отсутствие. 

Законность решения Арбитражного суда Республики Коми и постановления Второго арбитражного апелляционного суда проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к изложенным в кассационной жалобе доводам.

Как следует из материалов дела и установили суды первой и апелляционной инстанций, 23.11.2019 в районе дома 47 по улица Орджоникидзе в городе Сыктывкаре произошло ДТП с участием автомобиля Kia Mohave с государственным регистрационным номером 

<

***> (далее – автомобиль Kia) под управлением ФИО3 и автомобиля АЦ-2.0-40 с государственным регистрационным номером 

<

***> (далее – автомобиль АЦ-2.0-40) под управлением ФИО1, в результате которого автомобилю Kia причинены механические повреждения.

В момент ДТП автомобиль Kia был застрахован по договору добровольного страхования, о чем выдан полис серии АА № 107140773.

Согласно заказу-наряду от 17.07.2020 № АС00050874 стоимость восстановительного ремонта составила 1 621 055 рублей 19 копеек; по результатам проведенного ремонта составлен акт об оказании услуг от 17.07.2020. Оплата ремонтных работ в сумме 1 621 055 рублей 19 копеек произведена истцом платежным поручением от 05.08.2020 № 743384.

В связи с исполнением Обществом обязательств по договору страхования истец обратился к ответчику с претензией от 29.01.2021 о возмещении 1 221 055 рублей 19 копеек.

Управление письмом от 29.02.2021 отказало в возмещении ущерба в добровольном порядке, что послужило основанием для обращения истца в Арбитражный суд Республики Коми.

Суды, удовлетворив иск, руководствовались статьями 15, 387, 929, 930, 965, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации и сделали вывод о наличии совокупности условий, необходимых для взыскания убытков, в связи с чем возложили на ответчика обязанность по возмещению ущерба в заявленном размере.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационных жалоб, Арбитражный суд Волго-Вятского округа пришел к выводу о наличии правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов. 

На основании пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии со статьей 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (пункт 1).

При суброгации происходит перемена лица в обязательстве на основании закона (статья 387 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и ответственным за убытки лицом.

Таким образом, выплатив страховое возмещение, истец получил право требовать возмещения ущерба.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

По общему правилу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из материалов дела видно, что ущерб причинен в результате взаимодействия двух автомобилей, то есть источников повышенной опасности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Правило об ответственности владельца источника повышенной опасности независимо от вины имеет исключение, которое состоит в том, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, предусмотренных статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, при причинении вреда имуществу владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях, то есть по принципу ответственности за вину.

Для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между таким воздействием и наступившим результатом, так и установление вины, поскольку вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется с учетом степени вины каждого, а при отсутствии вины обоих владельцев во взаимном причинении вреда ни один из них не имеет права на возмещение вреда за счет другого.

В рамках производства по делу об административном правонарушении устанавливается вина водителей с точки зрения возможности привлечения их к административной ответственности. 

При этом непривлечение к административной ответственности по делу об административном правонарушении, в котором действует презумпция невиновности, не свидетельствует об отсутствии вины причинителя вреда при рассмотрении дела в порядке гражданского производства.

Согласно протоколу об административном правонарушении от 16.01.2020, 23.11.2019 напротив дома  47 по улице Орджоникидзе в городе Сыктывкаре водитель ФИО1, управляя автомобилем АЦ-2.0-40, совершил проезд регулируемого перекрестка на запрещающий сигнал светофора, при этом не убедился в безопасности выполняемого маневра, в результате чего произошло столкновение с автомобилем Kia.

Постановлением Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 19.11.2020 по делу № 5-302/2020, вступившим в законную силу, ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, выразившегося в нарушении пункта 3.1 ПДД РФ.

Суд общей юрисдикции установил, что пожарная машина под управлением ФИО1 с включенным проблесковым маячком синего цвета выехала на перекресток на запрещающий сигнал светофора, не убедившись, что ей уступают дорогу иные транспортные средства, при этом за несколько секунд до столкновения у пожарной машины прекратился специальный звуковой сигнал.

В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении в судебном заседании допрошены свидетели (пешеходы) ФИО5, ФИО6, ФИО7, которые пояснили, что слышали звуковой сигнал пожарной автомашины и видели проблесковые огни, а также свидетели (водители) ФИО8 и ФИО9, которые пояснили, что звукового сигнала пожарной автомашины, подъезжающей к перекрестку, слышно не было.

Учитывая имеющиеся противоречия в пояснениях, суд общей юрисдикции сделал вывод о том, что показания свидетелей, допрошенных в ходе рассмотрения дела, не подтверждают того, что ФИО1 выехал на перекресток с включенным на автомашине специальным звуковым сигналом.

Доводы ФИО1 о том, что ДТП произошло вследствие нарушения пункта 3.2 ПДД РФ ФИО3, суды общей юрисдикции отклонили, так как при рассмотрении дела об административном правонарушении судья, орган, должностное лицо разрешают вопрос о наличии вины в совершении административного правонарушения исключительно в отношении лица, привлекаемого к административной ответственности. Постановление или решение по делу об административном правонарушении не может содержать выводы о виновности иных лиц, производство по делу в отношении которых не осуществлялось. 

Таким образом, постановление суда общей юрисдикции содержит вывод о том, что вопрос о наличии вины ФИО3 в произошедшем ДТП не разрешался (том 1, листы дела 36, 37).

Коллегия судей полагает, что позицию судов нижестоящих инстанций о том, что в причинении ущерба в результате ДТП виновен только ФИО1, а вины                        ФИО3 в произошедшем нет, основанную на материалах административного дела и отсутствии вины ФИО3, установленной в административном порядке, нельзя признать соответствующей нормам действующего гражданского законодательства.

В гражданском праве действует презумпция вины лица, причинившего вред, в то время как в административном производстве действует презумпция невиновности.

При причинении вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности действие презумпции виновности причинителя вреда распространяется на обоих участников ДТП.

Отсутствие факта привлечения к административной ответственности ФИО3 не препятствует исследованию вопросов относящихся к причинам совершения ДТП и установлению вины его участников в рамках гражданского судопроизводства, поскольку отсутствие административного судопроизводства в отношении участников ДТП не является доказательством отсутствия в их действиях вины в гражданско-правовом понятии.

Подобная правовая позиция приведена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 14657/13.

Суд первой инстанции определением от 28.12.2021 по ходатайству ФИО1 назначил судебную автотехническую экспертизу по факту рассматриваемого ДТП с целью установления механизма ДТП от начальной до конечной фазы по имеющимся данным в материалах дела, установления степени виновности каждого из участников ДТП, установления стоимость восстановительного ремонта автомобиля Kia на дату ДТП.

Заключение эксперта № 22/10015, составленное по результатам проведенной судебной экспертизы, содержит следующие выводы:

– по вопросу постоянной работы светосигнальных маяков и рупорного громкоговорителя автомобиля АЦ-2.0-40 на протяжении всего пути движения автомобиля АЦ-2.0-40, в том числе перед моментом ДТП от 23.11.2019, у эксперта нет оснований технического характера считать, что светосигнальные маяки и звуковой сигнал «WAIL» автомобиля АЦ-2.0-40 временно отключались или совсем не работали. Факт постоянно включенных светового и звукового сигнала подтверждается видеозаписью «ФИО10 (03.08-04.05).МОV» [1.4]. Отсутствие звукового сигнала на некоторых участках указанной видеозаписи вызвано объективными причинами: в салоне автомобиле Датсун Он-До, непосредственно с которого ведется видеозапись, играет музыка и достаточно громко слышен шум работающего двигателя в тот момент, когда автомобиль ускоряется (шум двигателя становится тише, когда автомобиль замедляет ход, либо совсем пропадает при полной остановке движения автомобиля Датсун Он-До), а также изменением расстояния расположения (удаленности) автомобиля АЦ-2.0-40 от автомобиля Датсун Он-До;

– в отношении действий водителя автомобиля АЦ-2.0-40 ФИО1 каких-либо несоответствий правилам ПДД не выявлено, так как в момент ДТП от 23.11.2019 и на протяжении всего пути следования, зафиксированного на видеозаписи [1.4], ФИО1 предпринимал все необходимые действия для выполнения возложенных на него требований по обеспечению безопасности дорожного движения. Согласно видеозаписи на протяжении всего пути следования автомобиля АЦ-2.0-40 были включены светосигнальные маяки и звуковой сигнал «WAIL»; подъезжая к перекрестку, водитель ФИО1 заблаговременно приступает к замедлению скорости движения автомобиля АЦ-2.0-40 путем применения торможения, о чем свидетельствуют включенные стоп сигналы задних фонарей автомобиля АЦ-2.0-40, и, убедившись в том, что его пропускают все другие участники дорожного движения, продолжает движение по перекрестку без резких ускорений скорости движения. С технической точки зрения только водитель автомобиля Kia ФИО3 имел техническую возможность избежать столкновения транспортных средств, которая заключалась в соблюдении требований правил 3.2. и 10.1. ПДД;

– стоимость восстановительного ремонта автомобиля Kia, необходимого для устранения повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия 23.11.2019, на дату происшествия, составила 1 658 800 рублей.

При оценке заключения эксперта суды приняли во внимание исследование по первому вопросу за исключением вывода о включенном звуковом сигнале перед ДТП, и исследование по третьему вопросу, выводы по второму вопросу суды во внимание не приняли, сославшись на субъективное восприятие звука и на неприменение экспертом специальных программ, способствующих очистке звука на видео от посторонних шумов. 

Между тем, самостоятельно изучив запись видеорегистратора, суд не усмотрел, что непосредственно при подъезде к перекрестку Карла Маркса – Орджоникидзе  и на самом перекрестке  у пожарной машины работал звуковой сигнал. По мнению суда, он сработал мгновенно после столкновения.

Указанный вывод суда в совокупности с материалами административного дела, возбужденного в отношении ФИО1, послужил основанием для вывода об отсутствии вины ФИО3 в причинении спорного ущерба.   

Согласно части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. 

Статьей 87 этого же кодекса предусмотрено, что при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту.

В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Заключение эксперта оглашается в судебном заседании и исследуется наряду с другими доказательствами по делу (часть 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Из приведенных положений процессуального законодательства и разъяснений, данных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что суд оценивает доказательства, в том числе заключения экспертов, по своему внутреннему убеждению, однако это не предполагает, что такая оценка может быть сделана произвольно и с нарушением закона. При этом выводы эксперта по вопросам, требующим специальных знаний, не могут быть немотивированно отвергнуты и подменены выводами суда, который такими знаниями не обладает.

Недостатки судебной экспертизы в соответствии со статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по общему правилу могут являться основанием для назначения дополнительной или повторной экспертизы. В отдельных случаях эти недостатки могут быть устранены путем допроса эксперта, но не собственными выводами суда по вопросам, требующим специальных знаний.

По настоящему делу суд первой инстанции пришел к выводу о том, что для установления виновности участников ДТП в возникновении спорного ущерба требуются специальные знания и назначил судебную автотехническую экспертизу.

Указанная экспертиза предполагает исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия (приказ Минюста России от 20.04.2023 № 72 «Об утверждении Перечня родов (видов) судебных экспертиз, выполняемых в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России, и Перечня экспертных специальностей, по которым предоставляется право самостоятельного производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России») и установление того, как следовало действовать участникам ДТП, чтобы выполнить технические требования ПДД РФ, эксплуатации КТС и других нормативных актов, какие действия водителей по управлению транспортными средствами с момента возникновения опасности могли предотвратить ДТП и была ли у них возможность совершить эти действия.

При рассмотрении спора по существу суд первой инстанции отверг выводы судебной экспертизы в части, сославшись на неприменение экспертом специальных программ и оборудования для исследования записи видеорегистратора.

Не обладая специальными познаниями в области автотехнической экспертизы, сославшись на необходимость использования специальных методов исследования, суд вместе с тем вынес судебный акт по существу спора на основании собственного исследования, без устранения сомнений в заключении эксперта в установленном законом порядке.

В нарушение приведенных ранее положений процессуального законодательства каких-либо мер к устранению допущенных экспертом нарушений суд  первой инстанции не принял, повторную или дополнительную судебную экспертизу не назначил, что противоречит собственным выводам суда о том, что для разрешения спорных вопросов требуются специальные знания, сделанным им при назначении экспертизы.

Апелляционный суд, несмотря на соответствующее ходатайство ФИО1, допущенное нарушение не устранил.

Определение о прекращении проведения экспертизы в порядке, предусмотренном в  пункте 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», суд первой инстанции не принимал.

В силу части 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления.

Допущенные процессуальные нарушения не позволили судам объективно установить юридически значимое для настоящего спора обстоятельство о виновности в причинении спорного ущерба второго участника ДТП.

На основании изложенного суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении спора по существу неверно применены нормы материального и процессуального права, что в силу частей 1 – 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалованных судебных актов.

Правовая позиция судов нижестоящих инстанций не позволила в полном объеме установить обстоятельства, на основании которых возможно разрешение спора по существу в суде кассационной инстанции, а потому на основании пункта 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует устранить допущенные нарушения; рассмотреть вопрос об ответственности участников ДТП на основании пункта 3 статьи 1079 и статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 22 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»; правильно распределить бремя доказывания между сторонами; полно, всесторонне и объективно оценить доводы участников процесса, при  необходимости рассмотреть вопрос о проведении дополнительной или повторной экспертизы для выяснения существенных по делу обстоятельств, связанных с дорожной обстановкой; после чего принять законный и обоснованный судебный акт.  

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы судом округа не рассматривался, поскольку на основании части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частями 1 – 3 статьи 288 и статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Коми от 22.12.2022 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 03.03.2023 по делу № А29-9966/2021 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

М.Н. Каманова

 

 

Судьи

 

С.В. Бабаев

Е.Г. Кислицын