АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А46-21224/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 января 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоКачур Ю.И.,

судейИшутиной О.В.,

ФИО1 – 

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Лето» ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) на определение Арбитражного суда Омской области от 05.07.2022 (судья Горобец Н.А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2022 (судьи Зюков В.А., Горбунова Е.А., Зорина О.В.) по делу № А46-21224/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Лето» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – должник, ООО «Лето»), принятые по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Западно-Сибирского округа приняли участие: ФИО3; представитель ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 13.07.2022.

Суд установил:

производство по настоящему делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления ФИО5, принятого определением Арбитражного суда Омской области от 07.12.2018.

Определением Арбитражного суда Омской области от 01.08.2018 в отношении ООО «Лето» введена процедура наблюдения; решением суда от 11.06.2019 в отношении должника введена процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий 14.07.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Омской области от 26.02.2021, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2021, требование конкурсного управляющего удовлетворено, в порядке субсидиарной ответственности с ФИО3 в конкурсную массу должника взыскано 2 901 166,60 руб.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 24.09.2021 определение суда от 26.02.2021 и постановление апелляционного суда от 28.06.2021 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Омской области.

Определением Арбитражного суда Омской области от 14.12.2021 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО4

При повторном рассмотрении спора определением Арбитражного суда Омской области от 05.07.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично; признано установленным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с последнего в пользу должника взыскано 3 393 087 руб.; в остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2022 определение суда от 05.07.2022 оставлено без изменения, однако суд апелляционной инстанции переквалифицировал предъявленное требование и посчитал доказанным взыскание с ФИО4 3 393 087 руб. убытков в пользу должника.

Конкурсный управляющий обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение арбитражного суда от 05.07.2022 и постановление апелляционного суда от 26.09.2022 в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 солидарно к ответственности в виде возмещения убытков в сумме 2 045 416 руб. по обязательствам должника. 

В обоснование жалобы податель указывает на то, что ФИО3 необоснованно освобождена от солидарной ответственности по обязательствам должника в виде убытков, поскольку является единственным участником и директором ООО «Лето»; для осуществления ФИО4 от имени должника полномочий совершать любые юридически значимые действия ей выдана доверенность на имя последнего; в судебном заседании в суде общей юрисдикции ФИО3 согласилась на замену ответчика с ФИО4 на ООО «Лето» и подтвердила факт получения должником денежных средств от ФИО4 обществом по договору подряда с ФИО5; наступление неблагоприятных последствий в виде невыполнения работ по договору подряда в пользу единственного кредитора ФИО5 нельзя отнести к обычным предпринимательским рискам, независящим от действий обоих ответчиков; сам факт выдачи доверенности от имени общества на ФИО7 не освобождает ФИО3 от осуществления обязанностей по контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ); ответчиков связывают внутренние взаимоотношения, наличие трех совместных детей, поэтому переложение ответственности на ФИО4 сделано в целях незаконного ухода от ответственности ФИО3 

Представленные конкурсным кредитором ФИО5 объяснение и ФИО3 возражения на кассационную жалобу приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие, а от представителя ФИО5 об отложении судебного разбирательства на более позднюю дату, в связи с задержкой поезда и желанием непосредственно участвовать в судебном заседании.

В силу части 4 статьи 158 АПК РФ суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине. Арбитражный суд также может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса (часть 5 статьи 158 АПК РФ).

В соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ неявка в судебное заседание кассационной инстанции лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

ФИО5 извещен о времени и месте судебного заседания, что подтверждается содержанием его ходатайства. Обязательное личное участие кассатора в судебном заседании суда кассационной инстанции не требуется, поскольку окружной суд проверяет правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и соблюдения норм процессуального права, а также соответствие сделанных ими выводов фактическим обстоятельствам спора и имеющимся в деле доказательствам (статья 286 АПК РФ). Представление в суд кассационной инстанции новых доказательств нормами АПК РФ не предусмотрено.

Учитывая тот факт, что в судебном заседании присутствует представитель ФИО5 и дело находится на повторном рассмотрении, суд округа считает, что ходатайство об отложении судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы удовлетворению не подлежит.

В судебном заседании ФИО3 и представитель ФИО5 поддержали каждый свои доводы, изложенные в объяснении и возражении на кассационную жалобу.

Другие лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Как предусмотрено частью 1 статьи 286 АПК РФ, арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Таким образом, по общему правилу, суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов судов нижестоящих инстанций только в той части, которая обжалована в суд, в данном случае в части отказа в привлечении к солидарной ответственности по долгам должника ФИО3 

С учетом доводов кассационной жалобы и возражений на нее, суд округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между ФИО5 (заказчик) и ООО «Лето» (подрядчик) в лице его представителя ФИО4, действующего на основании доверенности от 27.01.2017, заключен договор подряда на проведение работ по возведению строения общей площадью 720 кв. м в три этажа на фундаментном основании по адресу: 

<

...> (далее – договор).

Решением Первомайского районного суда города Омска от 22.01.2019 по делу № 2-10/2018 с ООО «Лето» в пользу ФИО5 взыскано 2 045 416 руб., из которых: 1 421 998 руб. - неизрасходованные денежные средства по договору, 89 986 руб. – убытки, 200 000 руб. – неустойка, 20 000 руб. – компенсация морального вреда, 300 000 руб. – штраф, 13 350 руб. – расходы по оценке ущерба, 82 руб. – почтовые расходы.

Судом общей юрисдикции установлено, что согласно пункту 1.2 договора работы выполняются силами подрядчика с использованием его материалов с привлечением третьих лиц. Подрядчик должен выполнить фундамент, возвести стены первого этажа и кровлю над ним в срок до 30.06.2017 с поэтапной сдачей-приемкой работ (фундамент, стены, кровля), а ФИО5 оплатить перечисленные работы в общей сумме 2 219 470 руб. (пункты 3.1, 3.2, 4.1, 4.2 договора, сметный расчет).

По распискам ФИО5 передал ФИО4 денежные средства в общем размере 2 142 000 руб.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, с 28.10.2015, в том числе на дату заключения договора, руководителем и единственным участником ООО «Лето» являлась ФИО3, в связи с чем на основании пункта 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) она является контролирующим должника лицом.

Полагая, что имеются основания для привлечения ФИО3 к ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

При новом рассмотрении обособленного спора суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к ответственности по обязательствам должника, исходили из того, что неисполнение сделки по договору подряда от 27.01.2017, заключенного с ФИО5, не выходило за рамки обычного предпринимательского риска, со стороны ФИО4 произведено частичное выполнение подрядных работ на сумму 720 001,58 руб., поэтому у него и ООО «Лето» не было намерения не выполнять работы в полном объеме, ФИО3 договор с ФИО5 не заключала, в кассу общества или на расчетный счет денежные средств от кредитора или ФИО4 не поступили, фактически деятельностью общества и строительством полностью руководил ФИО4, несмотря на наличие совместных детей общее хозяйство они не ведут и проживают по разным адресам. 

Суд округа считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

При этом независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу лиц, контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 Постановления № 53). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые не возможны при иной структурированности отношений.

В рассматриваемом случае по результату исследования представленных в материалы обособленного спора доказательств суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что ФИО3 не осуществляла фактическое управление ООО «Лето» и являлась его номинальным руководителем, полностью передоверив управление его деятельностью ФИО4 путем выдачи ему доверенности, который, в свою очередь, заключил с ФИО8 договор подряда от 27.01.2017, получил от него денежные средства на строительство, что подтверждается представленными расписками, осуществлял распоряжение ими, в том числе в целях исполнения принятых обязательств.

Из письменных пояснений ФИО4 следует, что в зависимости от пожеланий заказчика рассматривалось два варианта заключения договора подряда либо с ним лично как с физическим лицом, либо с обществом. Все денежные средства по договору получены им лично – ФИО4 по распискам и именно как физическим лицом. Директор ООО «Лето» ФИО3 никаким образом в заключении и исполнении договора не участвовала. Ненадлежащее исполнение обязательств по договору связано с тем, что заказчик (ФИО5) постоянно вносил изменения в конструктив фундамента, что, по мнению Лебеденко И..В., повлекло удорожание объекта и появление скрытых недостатков.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что именно ФИО4 являлся фактическим руководителем и исполнителем по договору, а также конечным выгодоприобретателем по сделке, что с учетом правового подхода, отраженного в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), свидетельствует о наличии у него статуса надлежащего ответчика по заявленным требованиям и контролирующего должника лица. 

В соответствии с разъяснениями пунктов 18 и 19 Постановления № 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были изначально направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При этом в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ именно заявитель должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Наличие у ФИО3 статуса индивидуального предпринимателя, а также осуществление ею предпринимательской деятельности не может служить основанием для вывода о том, что именно ее действия, наряду с действиями ФИО4, стали причиной невозможности погашения требований кредитора.

Суды пришли к правомерному выводу о том, что ненадлежащее исполнение договора обусловлено обычными предпринимательскими рисками, изменением конструктива фундамента со стороны заказчика, нежеланием ФИО8 завершать подрядные работы под руководством и силами ФИО4 Проведенная в рамках дела рассмотренного судом общей юрисдикции судебная экспертиза подтвердила частичное выполнение работ по договору подряда со стороны ФИО4 на сумму 720 001,58 руб., наличие недостатков в выполненных работах, затраты на устранение которых составляют 89 986 руб. 

Таким образом, судами обоснованно учтено, что ФИО4 являлся инициатором заключения и непосредственным исполнителем договора подряда, у него имелись для этого необходимые ресурсы и средства, именно он получил выгоду по указанной сделке по распискам, денежные средства, полученные им от ФИО8, ни в кассу, ни на расчетный счет общества не поступили, поэтому в результате его действий как фактического руководителя должника кредитору причинены убытки в установленном судами размере.

Суд округа считает правомерным вывод апелляционного суда о том, что наличие между сторонами спора о фактическом объеме и качестве выполненных работ по договору подряда не является основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за доведение ООО «Лето» до банкротства. При этом ФИО3 ввиду того, что неисполнение договора подряда являлось следствием предпринимательского риска, у ООО «Лето» не было намерения не выполнять работы по договору и обществом или ФИО3 фактически не получено какой-либо выгоды по сделке, поскольку все денежные средства получены лично ФИО4 и находились в его распоряжении, не подлежит привлечению к ответственности по долгам должника по причине отсутствия прямой причинно-следственной связи между ее неправомерным поведением и возникшими у кредитора убытками. 

Довод кассатора о наличии у ФИО3 и ФИО4 трех совместных детей подтверждает номинальный статус ФИО3 как руководителя должника, но не свидетельствует о ее недобросовестных действиях (бездействии) обуславливающих ненадлежащее исполнение ФИО4 договора подряда, являющегося непосредственным исполнителем и выгодоприобретателем по сделке.

Пояснения, данные ФИО3 в суде общей юрисдикции, подтверждают тот факт, что именно ФИО4 вел переговоры, заключил и подписал договор подряда, а впоследствии выполнял работы по устройству фундамента по нему и распоряжался деньгами, полученными от ФИО8 по сделке. По существу спора и выполненных работ ФИО3 развернутых пояснений дать не смогла, ответы по носят противоречивый характер и не подтверждают наличие достаточных оснований для привлечения ее солидарно к ответственности в виде возмещения убытков по долгам должника наряду с ФИО4

В связи с этим довод кассатора о том, что ФИО3 как собственник и руководитель ООО «Лето» должна была быть привлечена к солидарной ответственности в виде убытков, подлежит отклонению.

Таким образом, приведенные кассатором доводы не содержат достаточных оснований для отмены обжалуемых судебных актов, являлись предметом рассмотрения апелляционного суда и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ, оснований для их переоценки у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено, поэтому кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Омской области от 05.07.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2022 по делу № А46-21224/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Ю.И. Качур

СудьиО.В. ФИО9

ФИО1