Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-36479/2024

18 августа 2024 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  07 августа 2024 года.

Полный текст решения изготовлен  18 августа 2024 года.

 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Ким Е.В.,

 

при ведении протокола судебного заседания ФИО1

 

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

Истец: ФИО2

Ответчик: Публичное Акционерное Общество Объединенные Машиностроительные Заводы (Группа Уралмаш-Ижора)

о взыскании, 

 

при участии

- от истца: ФИО3 по доверенности от 30.02.2024;

- от ответчика: ФИО4 по доверенности от 25.10.2023; 

 

установил:

ФИО2 (далее – ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к публичному акционерному обществу Объединенные Машиностроительные Заводы (Группа Уралмаш-Ижора) (далее – ПАО ОМЗ, ответчик) о взыскании компенсации причиненного истцу морального вреда в размере 1 000 000 руб. 

В судебном заседании представитель истца поддержала заявленные требования.

Представитель истца возражала против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в отзыве. 

Суд в порядке части 4 статьи 137 АПК РФ завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание в  первой инстанции.

Изучив материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, 07   августа 2002 года между обществом с ограниченной ответственностью «ОМЗ-Спецсталь» (ИНН 

<

***>) (далее - ООО «ОМЗ-Спецсталь» и ФИО2 был заключен трудовой договор, приказ от 07.08.2002 № 402/38 на выполнение трудовой функции в сталелитейном цехе №38.

Истец был принят на должность должности мастера на горячем участке работ и подлежал обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

ООО «ОМЗ-Спецсталь» ликвидировано 15 декабря 2023 года. В тоже время, действующее в настоящее время ПАО ОМЗ являлось учредителем ООО «ОМЗ-Спецсталь».

14 сентября 2002 года с Истцом при выполнении работ произошел несчастный случай в форме травмы левой кисти, при этом получены травмы в виде рваных ран, переломами 2 пяст. кости, оскольчатым о/фаланги 1 п., повреждением сух. длинных сгибателя и разгиб 1 п., лучевого о.н. пучка., осуществлены серьезные операции, что подтверждается актом о несчастном случае от 10 октября 2002 года №3 и справкой Российского научно-исследовательского института травматологии и ортопедии от 29.11.2002 № 6411.

Истец на лечении находился около трех месяцев, после чего около двух недель проходил лечение и реабилитацию в домашних условиях.

Для расследования несчастного случая была создана комиссия. По результатам проверки комиссией было установлено, что травма левой кисти Истцом получена в результате несчастного случая при исполнении трудовых им обязанностей, что подтверждается актом о несчастном случае.

Лицами, допустившими нарушение государственных требований по охране труда признаны:

-ФИО5 - старший мастер, которым нарушены п. 7.4. Правил безопасности в литейном производстве, п. 2.21, и п. 2.6 должностной инструкции;

- ФИО6 - заместитель начальника цеха по подготовке производства, которым нарушены п. 7.4. Правил безопасности в литейном производстве, п. 5.2.1 общих правил безопасности для предприятий и организаций в металлургической промышленности, п. 2.6 и п. 2.8 должностной инструкции.

С 14 сентября 2002 года Истец считается стойко утратившим свою профессиональную трудоспособность на 10%, что подтверждается справкой серии МСЭ-2006 №0906139.

В результате несчастного случая на производстве Истцу причинены физические и нравственные страдания, связанные: с утратой трудоспособности, физической болью, ограничением способности осуществлять полноценные функции кисти левой руки, также частые болевые ощущения требующие лечение.

Моральный вред, причиненный действиями Ответчика, Истец оценивает в сумме 1 000 000 руб.

Полагая, что Ответчик как учредитель ликвидированного ООО «ОМЗ-СПЕЦСТАЛЬ», несет субсидиарную ответственность по возмещению ему морального вреда, причиненного ООО «ОМЗ-СПЕЦСТАЛЬ», истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размера его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как указано в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда. Суд вправе удовлетворить требования работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. Компенсация морального вреда возникает в денежной форме в размере, определенном по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Судом установлено, что 18 октября 2022 года ПАО ОМЗ как единственным участником ООО «ОМЗ-Спецсталь» (далее – Общество) принято решение о ликвидации Общества.

22 февраля 2023 года Обществом опубликовано сообщение о предстоящей ликвидации («Вестник государственной регистрации» часть 1 № 7 (928) от 22.02.2023 / 1061). Сообщением о предстоящей ликвидации предусмотрено, что требования кредиторов могут быть заявлены в течение 2 месяцев с момента его опубликования.

19 ноября 2023 года ПАО ОМЗ как единственным участником ООО «ОМЗ-Спецсталь» принято решение об утверждении промежуточного ликвидационного баланса и ликвидационного баланса ООО «ОМЗ-Спецсталь».

15 декабря 2023 года в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации Общества.

В соответствии с п. 1 ст. 61 ГК РФ, ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам.

В силу п. 2 ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Как предусмотрено п. 3 ст. 64.2 ГК РФ, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в ст. 53.1 ГК РФ.

В соответствии с п. 3 ст. 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в п. 1 и 2 ст. 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с п. 3 ст. 49 и п. 1 ст. 61 ГК РФ, ч. 6 ст. 22 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» внесение записи об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ прекращает правоспособность юридического лица без универсального правопреемства. Ликвидация юридического лица (должника или кредитора) влечет прекращение обязательств в силу ст. 419 ГК РФ и погашает требования кредиторов, предусмотренные п. 5.1 ст. 64 ГКРФ.

Признавая ликвидацию юридического лица основанием прекращения обязательств, в которых оно участвует в качестве кредитора или должника, ст. 419 ГК РФ допускает существование предусмотренных законом или иными правовыми актами изъятий из указанного правила. В частности, такие изъятия предусмотрены п. 2 ст. 1093 ГК РФ. В этих случаях указанное законом лицо является правопреемником ликвидированного юридического лица по соответствующим обязательствам (п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»).

Исходя из приведенных норм, внесение в ЕГРЮЛ записи о ликвидации не влечет перехода его прав и обязанностей к правопреемникам, за исключением, в частности, случаев о компенсации морального вреда.

Вместе с тем, субсидиарная ответственность может быть возложена на учредителя в ликвидированного лица в случае наличия подтвержденных на то оснований: недобросовестного поведения ликвидированного лица в отношении должника.

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 399 ГК РФ если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Иными словами, если неисполнение обязательств Общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Однако при реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности — для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Недоказанность хотя бы одного из этих обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления; бремя доказывания относится на лицо, заявившее соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Пунктом 1 ст. 53.1 ГК РФ возлагает бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий органов юридического лица, к которым относятся директор, а также его участники, на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на Истца.

В пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Исходя из системного толкования указанной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ).

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц (руководителей, участников) в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя, участника при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

При этом, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В рассматриваемом случае каких-либо доказательств как недобросовестности ПАО ОМЗ, так и действий (бездействия) ПАО ОМЗ в отношении выплаты морального вреда Истцу, в материалы дела не предоставлено.

Решение о ликвидации Общества принято 18.10.2022 года, ликвидатором назначен ФИО7. В соответствии с указанным Решением ПАО ОМЗ поручило ликвидатору выполнить все действия, связанные с ликвидацией Общества.

Во исполнение ст. 63 ГК РФ Обществом опубликовано сообщение о предстоящей ликвидации («Вестник государственной регистрации» часть 1 № 7 (928) от 22.02.2023 / 1061). Сообщением о предстоящей ликвидации предусмотрено, что требования кредиторов могут быть заявлены в течение 2 месяцев с момента его опубликования. 

Таким образом, срок для предъявления требований кредиторов к Обществу с ограниченной ответственностью «ОМЗ-Спецсталь» истек 21.04.2023.

В соответствии со ст. 63 ГК РФ после окончания срока предъявления требований кредиторами ликвидационная комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне требований, предъявленных кредиторами, результатах их рассмотрения, а также о перечне требований, удовлетворенных вступившим в законную силу решением суда, независимо от того, были ли такие требования приняты ликвидационной комиссией.

С даты публикации сведений о предстоящей ликвидации, Истец не обращался в Общество с требованием о компенсации морального вреда. Каких-либо доказательств того, Истец ранее обращался в Общество за возмещением морального вреда, а Общество отказало или уклонялось в компенсации морального вреда, Истцом не представлено.

Поскольку Истец не обращался в Общество с требованием о возмещении морального ущерба, Общество о таком требовании не знало и не могло знать, то есть неисполненные обязательства Общества отсутствовали, ликвидационный баланс Общества составлялся без учета такого требования Истца.

09.11.2023 года ПАО ОМЗ принято Решение об утверждении промежуточного ликвидационного баланса и ликвидационного баланса Общества.

Ввиду того, что Истец не общался в ООО «ОМЗ-Спецсталь» за возмещением морального время, также не обратился в предусмотренные законом сроки для предъявления требований кредиторов, ПАО ОМЗ не знало и не могло знать о наличии таких требований. 

Следовательно, неправомерные действия или бездействие ПАО ОМЗ в отношении Истца отсутствуют.

Истцом не предоставлено доказательств того, что именно противоправные действия ПАО ОМЗ стали причиной невозможности удовлетворения требований Истца за счет активов Общества.

Доказательств, из которых можно было бы сделать вывод о том, что именно по вине Ответчика, в связи с осуществлением им противоправных действий направленных на причинение вреда Обществу и его кредиторам, Общество не смогло исполнить обязательства перед Истцом, в материалах дела не имеется, равно как в материалы дела не представлены и доказательства того, что обязательство перед Истцом не было исполнено Обществом вследствие совершения ПАО ОМЗ умышленных действий направленных на уклонение от исполнения обязательств перед Истцом, либо доказательства неразумности или недобросовестности в действиях ответчика, непосредственно повлекших неисполнение обязательств Общества.

При недоказанности совокупности условий, позволяющих привлечь лицо к ответственности, а именно отсутствие причинно-следственной связи между вменяемым бездействием лица и последствиями - неисполнение Обществом обязательств перед кредитором-истцом, оснований для привлечения ПАО ОМЗ к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам перед Истцом отсутствует.

Принимая во внимание изложенное, в удовлетворении иска следует отказать. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  

 

решил:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья                                                                            Ким Е.В.