﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-30042/2017

г. Краснодар

03 июля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 2 июля 2020 г.

       Постановление изготовлено в полном объеме 3 июля 2020 г.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Андреевой Е.В. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании в режиме онлайн от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью фирма «Лига» (ИНН 2308033732, ОГРН 1022303384234) Волохова Роман Николаевич – Сатырова З.И. (доверенность от 10.01.2020), в отсутствие Титова Алексея Сергеевича, Титова Евгения Аркадьевича, Титова Романа Евгеньевича, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Титова Евгения Аркадьевича на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.01.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2020 по делу № А32-30042/2017, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО фирма «Лига» (далее – должник) конкурсный управляющий должника Волохов Р.Н. обратился в суд с заявлением о взыскании с Титова А.С., Титова Е.А. и Титова Р.Е. (далее – ответчики) в солидарном порядке в пользу должника убытков в размере 1 160 297 946 рублей 28 копеек.

Заявление мотивировано тем, что выявленные в бухгалтерской отчетности проводки свидетельствуют о необоснованном списании сырья и материалов в расходы должника. Наличие таких проводок может быть обусловлено заключением фиктивных договоров поставки, на основании которых осуществлен вывод денежных средств за оплату сырья и материалов без их реальной поставки.

Определением суда от 02.01.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 23.03.2020 с Титова А.С. и Титова Е.А. солидарно взысканы убытки в заявленном размере. В удовлетворении заявления в отношении Титова Р.Е. отказано.

Судебные акты мотивированы тем, что в условиях несостоятельности должника и недобросовестности контролирующих лиц убытки могут быть установлены в том числе по косвенным признакам. При установлении названных обстоятельств бремя опровержения предполагаемых убытков возлагается на ответчиков как на другу сторону спора. В свою очередь ответчики не опровергли доводы заявителя, свидетельствующие о причинении убытков их действиями, и не подтвердили реальное движение товара, соответствующее бухгалтерским проводкам. Во взыскании убытков с Титова Р.Е. отказано поскольку он не был причастен к отражению бухгалтерских проводок, его последующее назначение на должность руководителя должника не могло предотвратить причиненные убытки.

В кассационной жалобе Титов Е.А. указывает, что заявитель не доказал наличие состава ответственности, не обосновал каким образом бухгалтерские проводки причинили вред имущественным правам кредиторов. Суды не исследовали вопрос о том, имелись ли товарно-материальные ценности у должника в натуре, какие противоправные действия совершил каждый из ответчиков, не проверили довод ответчиков о правильности ведения бухгалтерского учета. Ответственность Титова А.С. с Титов Е.А. не может быть солидарной, поскольку они оказывали влияние на должника в разные период времени. В материалы дела не представлено доказательств наличия у них единого умысла на вывод активов должника, указанные лица не являются родственниками. Суды необоснованно отказали в вызове для допроса главного бухгалтера должника и назначении бухгалтерской экспертизы.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал отзыв.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее.

С учетом доводов, изложенных в жалобе Титова А.Е., суд кассационной инстанции не проверяет законность и обоснованность обжалуемых судебных актов в части отказа во взыскании убытков с Титова Р.Е. 

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению в обжалуемой части по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 09.08.2018 (резолютивная часть объявлена 02.08.2018) должник признан банкротом, в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Волохов Р.Н.

В ходе анализа бухгалтерского учета должника, содержащейся в программе «1С-Предприятие», конкурсный управляющий установил следующее.

В течение 2016 года происходит списание со счетов № 10.01 «Сырье и материалы», № 10.06 «Прочие материалы» позиций «Жмых подсолнечника», «Масло подсолнечника нерафинированное», «Маслосемена подсолнечника» на счет № 91.02 «Прочие расходы» в общей сумме 958 484 193 рубля 70 копеек. Из этой суммы в последний день отчетного периода происходит перевод 796 712 621 рубль 53 копейки в активы должника на счет 76.06 «Расчеты с прочими покупателями и заказчиками» с наименованием «Невыясненная сумма. Новация жмых» и «Невыясненная сумма. Новация масло».

Как указывает конкурсный управляющий, эти проводки могли быть необходимы для объяснения фактического отсутствия у должника якобы закупленного по документам сырья и материалов. Такие проводки могут свидетельствовать о заключении фиктивных договоров на поставку сырья и материалов без фактического осуществления поставки в адрес должника со стороны контрагентов. При этом, исходя из банковских выписок и из содержащихся в программе «1С» сведений, денежные расчеты по указанным фиктивным договорам проводились, должник оплачивал поставку. Общая сумма проводок составила более половины от величины активов по итогам 2016 года (1 791 445 тыс. рублей), что говорит о том, что отраженные операции выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности. Перевод большей части спорных расходов (796 712 621 рубль 53 копейки) в активы, оформленный в последний день отчетного периода, представляет собой попытку сокрытия необоснованного увеличения расходов путем отражения отсутствующего актива в дебиторской задолженности. 

Кроме того, в последний день отчетного периода (31.12.2016) совершена проводка по переводу суммы 201 813 752 рубля 58 копеек со счета 76.09 «Прочие расчеты с разными дебиторами и кредиторами» на счет 76.06 «Расчеты с прочими покупателями и заказчиками» с наименованием «Невыясненная сумма. Новация субсидии. Корректировка долга 00000001578 от 31.12.2016», которая была отражена на предыдущем счета как «Департамент сельского хозяйства. Соглашение о кредитовании…».

Конкурсный управляющий указывает, что документальное подтверждение данной дебиторской задолженности отсутствует, в действительности активы могли быть выведены под мнимым предлогом. Отсутствие дебиторской задолженности, которая в последний день отражена в виде субсидии, подтверждает формирование фиктивных активов для создания видимости финансового благополучия перед имеющимися кредиторами.

Проводки оформлены в период руководства должником Титова А.С. (с 19.11.2015 по 20.10.2016) и Титова Е.А (с 20.10.2016 по 20.11.2017). Титов Р.Е. занимал должность генерального директора с 20.11.2017 по 27.11.2017.

Полагая, что Титов А.С и Титов Е.А. являются ответственными за причинение убытков в виде утраченных активов, прослеживаемых по бухгалтерской отчетности, в то время как Титов Р.Е. – за бездействие в части взыскания образованных ранее убытков, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением. 

Удовлетворяя заявление в отношении Титова А.С. и Титова Е.А., суды исходили из положений статей 15, 1064 и 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и пункта 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150, согласно которым под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, а общими условиями деликтной ответственности является наличие состава правонарушения, включающего в себя: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами, вину причинителя вреда и размер причиненного вреда, бремя доказывания которого возлагается на заявителя.

При установлении данного состава суды, в том числе,  учли разъяснения, данные в пункте 1 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», согласно которым сами по себе негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Как установили суды, выявленные конкурсным управляющим действия выходили за пределы обычного делового оборота. Посредством бухгалтерских проводок допущены манипуляции в отношении сумм, составляющих более половины всех активов должника. Баланс по состоянию на 31.12.2016 составлял 1 791 445 тыс. рублей, в то время как сумма списанных активов составила 1 160 297 946 рублей 28 копеек, что с очевидностью не может свидетельствовать об экономической целесообразности принятых решений. При этом ни Титов А.С., ни Титов Е.А. не дали разумных пояснений, обосновывающих совершение спорных проводок и фактическое отсутствие активов, обнаруженное в ходе процедуры банкротства. Таким образом, суды установили виновные действия названных ответчиков.

Поскольку во время совершения виновных действий должник имел неисполненные обязательства перед Банком ВТБ (ПАО) и АКБ «Инвестиционный торговый банк» на общую сумму свыше 2 млрд рублей, которые к настоящему времени включены в реестр требований кредиторов, суды пришли к выводу о наличии вреда и причинной связи между действиями ответчиков и причиненным вредом.

Суд апелляционной инстанции правомерно отклонил возражения ответчиков со ссылкой на предполагаемую кражу товарно-материальных ценностей, поскольку они не основаны на допустимых и относимых доказательствах.

В отношении возражений об отсутствии у должника возможности хранить сырье и материалы на общую сумму 1 160 297 946 рублей 28 копеек в принадлежащих должнику помещениях суд апелляционной инстанции верно указал, что их одномоментное хранение в таких помещениях обязательно. Поставка могла осуществляться малыми партиями с последующим сбытом каждой из них, хранение товара могло быть в арендованных должником помещениях либо в элеваторе и т.д. С учетом конкретных обстоятельств дела суд апелляционной инстанции верно возложил бремя опровержения разумных сомнений относительно понесенных убытков на ответчиков, которые не могут не располагать всеми сведениями относительно хозяйственной деятельности должника в спорный период, а значит имеют возможность объяснить совершение спорных бухгалтерских проводок.

Применительно к распределению бремени доказывания в рамках настоящего спора суд кассационной инстанции исходит из следующего.

В условиях отсутствия у конкурсного управляющего необходимых документов для проверки всех хозяйственных операций должника и отслеживания всех его активов (что подтверждается наличием в суде спора по требованию о передаче документов), на него не может быть возложено бремя по доказыванию действительного выбытия активов по вине контролирующих должника лиц. В рассматриваемом случае вина руководителей может быть установлена по косвенным признакам, таким как отражение в бухгалтерском учете операций, свидетельствующих о незаконном выбытии активов. 

Суд кассационной инстанции учитывает, что по результатам рассмотрения спора об истребовании документов, в том числе, у Титова А.С. и Титова Е.А. постановлением апелляционного суда от 14.06.2020 в удовлетворении заявления отказано по мотиву отсутствия доказательств нахождения необходимых документов во владении ответчиков. Однако, это не может объяснять отсутствие у ответчиков сведений о действительных причинах совершения спорных бухгалтерских проводок, последующего выбытия активов должника и банкротства общества. Следовательно, названное обстоятельство не меняет бремя доказывания, установленное в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

В условиях несостоятельности должника распределение бремени доказывания таким образом является ещё более актуальным, чем в рамках обычного искового производства. Это обусловлено тем, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. В свою очередь пострадавшие кредиторы, как и конкурсный управляющий, действующий в их интересах, объективно ограничены в сведениях о движении активов должника. В целях выравнивания процессуальных возможностей сторон по делам о банкротстве глава III.2 Закона о банкротстве предусматривает ряд процессуальных презумпций, облегчающих процесс доказывания состава правонарушения. 

Одной из презумпций является отсутствие документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При этом для применения названной презумпции не требуется, чтобы такие документы находились во владении руководителя должника, но не были переданы конкурсному управляющему. Существенное значение имеет именно факт их отсутствия. Следует отметить, что указанная презумпция подлежит применению по делам о привлечении контролирующих должника лица к субсидиарной ответственности. Вместе с тем, субсидиарная ответственность по обязательствам должника (несостоятельного лица) является разновидностью гражданско-правовой ответственности (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве») как и деликтная ответственность, что означает применение к ним общих подходов. В случае если субъект деликтной ответственности совпадает с субъектом субсидиарной ответственности (контролирующее должника лицо), применение к нему установленных в Законе о банкротстве презумпций представляется наиболее оправданным. 

Обратный подход означал бы возложение на конкурсного управляющего бремя доказывания тех обстоятельств, о наличии которых он лишен возможность узнать в силу противоправных действий бывших руководителей, не обеспечивших надлежащим образом сохранность документации и её передачу. При таком подходе институт взыскания убытков с бывших руководителей должника будет представлять неэффективный способ защиты прав кредиторов. 

В рассматриваемом же случае заявление о взыскании убытков с контролирующих лиц, по своей сути, представляет требование о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), ограниченное конкретной суммой с учетом выявленной утраты активов, имевшей место в период руководства должником Титова А.С. и Титова Е.А. 

При этом ни Титов А.С., ни Титов Е.А. не обосновали своих возражений, в которых ссылались на отсутствие вины в их действиях, ошибочно возлагая на заявителя бремя доказывания наличия у должника спорных активов и их дальнейшего движения. В свою очередь, указанные лица не обосновали экономическую целесообразность бухгалтерских проводок, маскирующих выбытие активов должника, не раскрыли реальные причины выбытия активов и экономическую целесообразность их отчуждения, имевшего место в период осуществления ими своих обязанностей, а также не раскрыли доступную им, как руководителям должника, информацию об истинных причинах банкротства.

Отказ суда первой инстанции в проведении бухгалтерской экспертизы и в допросе бывшего бухгалтера должника применительно к установленным обстоятельствам следует считать верным, поскольку результаты таких процессуальных действий не привели бы к установлению указанных выше обстоятельств. Более того, действия ответчиков в данной части следует расценивать как направленные на освобождение от бремени доказывания ими соответствующих обстоятельств путем создания видимости отсутствия у них сведений о реальном положении дел на предприятии.

С учетом изложенного, вывод судов о наличии оснований для взыскания убытков в сумме 1 160 297 946 рублей 28 копеек с названных лиц следует считать верным. С учетом того, что установить конкретный размер причиненных Титовым А.С. и Титовым Е.А. по отдельности убытков не представляется возможным, суды правомерно взыскали их в солидарном порядке.

Основания для отмены принятых судебных актов по изложенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нормы материального и процессуального права применены верно. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов по безусловным основаниям (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.01.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2020 по делу № А32-30042/2017  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							И.М. Денека 

Судьи										Е.В. Андреева										Ю.В. Мацко