ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-13172/2019

01 февраля 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 февраля 2024 года.

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Брежневой О.Ю.

судей Зориной О.В., Целых М.П.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-13890/2023) финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 26 февраля 2021 года по делу № А70-13172/2019 (судья Атрасева А.О.) вынесенное по результатам рассмотрения заявлений ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника, финансового управляющего ФИО4 о признании сделки недействительной, при участии в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 (ИНН 

<

***>),

 

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц,  

 

установил:

ФИО7 (далее – ФИО7, заявитель) обратился 25.07.2019 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании ФИО6 (далее ФИО6, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 01.08.2019 заявление принято, возбуждено производство по делу № А70-13172/2019, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.09.2019 (резолютивная часть объявлена 12.09.2019) заявление ФИО7 признано обоснованным, в отношении ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 02.06.2022 завершена процедура реструктуризации долгов в отношении ФИО6

ФИО3 (далее – ФИО3, заявитель) обратился 29.10.2019 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о включении требования в сумме 3 161 641 руб. 08 коп. в реестр требований кредиторов должника. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 25.11.2019 заявление принято к рассмотрению, назначено судебное заседание. 

Финансовый управляющий ФИО4 обратился 26.12.2019 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании недействительным договора займа от 25.08.2017, заключенного между ФИО3 и ФИО6 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 17.01.2020 (с учетом определения от 24.01.2020) заявление финансового управляющего о признании недействительным договора займа от 25.08.2017 объединено в одно производство с заявлением ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 26.02.2021 заявление финансового управляющего удовлетворено, признан недействительным договор займа (расписка) от 25.08.2017, заключенный между ФИО6 и ФИО3

В удовлетворении заявления ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов ФИО6 отказано, с ФИО3 в конкурсную массу ФИО6 взыскано 3 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, в доход федерального бюджета – государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2021 определение Арбитражного суда Тюменской области от 26.02.2021 по делу № А70-13172/2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба (регистрационный номер 08АП-3166/2021) ФИО3 – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 20.08.2021 определение Арбитражного суда Тюменской области от 26.02.2021 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2021 по делу № А70-13172/2019 оставлены без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2021 № 304-ЭС21-23705 отказано ФИО3 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ссылаясь на признание ФИО3 несостоятельным (банкротом) на основании решения Арбитражного суда Тюменской области от 30.05.2023 по делу № А70-5597/2023, финансовый управляющий ФИО2 (далее – финансовый управляющий ФИО2, податель жалобы) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда от 26.02.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требования о включении в реестр требований кредиторов должника.

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано, что суд неправомерно применил повышенный стандарт доказывания в отношении ответчика, который не относится ни к аффилированным лицам должника, ни к «дружественным» кредиторам; судом не исследовалась правовая природа отношений, подтвержденная спорной распиской, не приняты во внимание доводы ответчика о необходимости переквалификации требования из заемного обязательства в поручительство ФИО6 оплатить за ФИО8 (далее – ФИО8) действительную стоимость доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью Производственно-Финансовая компания «Восход» (далее – ООО ПКФ «Восход»), измененное сторонами путем новации.

Подробнее доводы финансового управляющего ФИО2 изложены в апелляционной жалобе, одновременно заявлено ходатайство о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 09.01.2024 апелляционная жалоба принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании, одновременно назначен к рассмотрению вопрос о восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 в соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в связи нахождением судьи Веревкина А.В. в очередном отпуске в составе суда произведена замена судьи Веревкина А.В. на судью Целых М.П.

ФИО6 в отзыве на апелляционную жалобу опровергает изложенные в ней доводы, просит оставить принятый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

Как указано выше, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2021 определение Арбитражного суда Тюменской области от 26.02.2021 по делу № А70-13172/2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба (регистрационный номер 08АП-3166/2021) ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционным судом подателю жалобы восстановлен срок подачи апелляционной жалобы, с учетом утверждения ФИО2 финансовым управляющим ФИО3 30.05.2023, причины пропуска срока уважительными, иного лицами участвующими в деле не доказано.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 6 постановления от 26.05.2011 № 10-П, по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 18, 46, 55 (часть 3) и 118 Конституции Российской Федерации, обязывающих Российскую Федерацию как правовое государство к созданию эффективной системы защиты конституционных прав и свобод посредством правосудия, неотъемлемым элементом нормативного содержания права на судебную защиту, имеющего универсальный характер, является право заинтересованных лиц, в том числе не привлеченных к участию в деле, на обращение в суд за защитой своих прав, нарушенных неправосудным судебным решением.

В процессе реализации указанной позиции применительно к рассмотрению дел о несостоятельности Президиумом и Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснены конкретные правовые механизмы обеспечения права на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются.

Порядок вступления в дело лиц, обращающихся с жалобой в соответствии со статьей 42 АПК РФ и желающих представить новые доказательства по спору, разъяснен абзацем 5 пункта 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому в случае, когда после рассмотрения апелляционной жалобы и принятия по результатам ее рассмотрения постановления суд апелляционной инстанции принял к своему производству апелляционную жалобу лица, участвующего в деле и подавшего жалобу в срок, установленный процессуальным законодательством, либо лица, не привлеченного к участию в деле, права и обязанности которого затронуты обжалуемым судебным актом (статья 42 АПК РФ), такую жалобу следует рассматривать применительно к правилам рассмотрения заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

Вступление в дело лиц, обращающихся с жалобой в порядке пункта 24 Постановления № 35 и желающих представить новые доказательства, должно осуществляться аналогичным образом, то есть применительно к правилам о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в суде апелляционной инстанции (часть 5 статьи 3 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2015 № 304-ЭС15-12643).

При этом, системное толкование норм процессуального законодательства позволяет сделать вывод о том, что принцип последовательного обжалования распространяется не только на участвующих в деле лиц, но и на тех лиц, которые не были привлечены к участию в деле, но считают, что их права нарушены принятыми по делу судебными актами, даже в том случае, если судами вышестоящих инстанций законность принятых судебных актов была проверена.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции проверяет обоснованность апелляционной жалобы по существу как заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам.

Повторно рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно положений пункта 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона. 

Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 настоящего Федерального закона (абзац 2 пункта 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 71 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов. 

Как следует из разъяснений Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником. 

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. 

Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

При этом проверка осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны (пункт 26 Постановления № 35).

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, 25.08.2017 должником и ФИО3 в присутствии свидетелей ФИО9 и ФИО10 составлена расписка, по условиям которой ФИО6 получил от ФИО3 денежные средства в размере 2 800 000 руб., которые обязался вернуть в срок до 30.12.2017 с возможностью продления, также указав, что долг может быть возвращен строительными материалами, техникой и другими товарами (т.6, л.д. 7). 

Неисполнение должником обязательства по договору займа от 25.08.2017, оформленного в виде расписки, послужило основанием для обращения ФИО3 в арбитражный суд с требованием о включении задолженности в размере 3 161 641 руб. 08 коп., в том числе: 2 800 000 руб. основного долга и 361 641 руб. 08 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, в реестр требований кредиторов ФИО6 

В свою очередь, полагая, что заключенный между должником и ФИО3 договор займа от 28.05.2017 является мнимой сделкой по основаниям, предусмотренным статьей 10, пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительной сделкой.

По смыслу статей 16, 71, 100 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления № 35, бремя доказывания реальности долга возлагается на кредитора, заявляющего о включении своего требования в реестр. 

Рассматривая вопрос об обоснованности включения в реестр требований кредиторов требования, основанного на передаче наличных денежных средств должнику, подтверждаемое распиской заемщика, необходимо установить не только наличие у кредитора финансового положения, позволявшего ему предоставить в заем денежные средства, но и обстоятельства реальности заемных обязательств. 

Очевидно, что требование кредитора, основанное на передаче денежных средств, может быть включено в реестр требований кредиторов должника при условии подтверждения фактов наличия у займодавца денежных средств, достаточных для совершения сделки; реальности передачи денежных средств должнику и воли сторон на исполнимость сделки. 

Согласно правовому подходу, сформулированному Верховным Судом Российской Федерации в определении от 07.09.2020 № 305-ЭС19-13899(2), при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований кредиторов суду необходимо принять во внимание предшествующее и последующее поведение сторон, выяснить истинную природу их отношений (действительную общую волю) при заключении договора займа. 

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Правоотношения по договору займа регулируются положениями главы 42 ГК РФ. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить  заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ). 

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам при оценке сделки на предмет наличия у нее признаков мнимости предписано учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. 

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. 

Таким образом, при наличии обстоятельств, указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. 

При рассмотрении вопроса о мнимости договора займа и документов, подтверждающих передачу денежных средств (в частности, расписки заемщика об этом), суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. 

Как указывает должник, и отражено в заявлении финансового управляющего, между ФИО3 и ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), дочерью ФИО6, заключен договор от 14.02.2017 купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью Производственно-Финансовая компания «Восход» (далее - ООО ПФК «Восход», ИНН 

<

***>), согласно которому ФИО3 продал ФИО8 всю принадлежащую ему долю (100 %) в уставном капитале ООО ПФК «Восход». 

Согласно пункту 5 договора от 14.02.2017 стороны оценивают указанную долю в уставном капитале общества в 10 000 руб. Стороны предупреждены о том, что договорная цена не соответствует действительной стоимости отчуждаемой доли (т. 7, л.д. 14,15). 

Единственным активом данного общества являлось долгосрочное право аренды судна РТ-374, идентификационный номер ОИ-18-551, которое использовалось для  доставки грузов речным способом, в подтверждение чего представлен договор от 18.11.2013 аренды недвижимого имущества – самоходного судна РТ-374 № 2а/13 (т. 7, л.д. 16-22).

Поскольку действительная стоимость указанной доли составляла свыше 10 000 руб. сторонами была составлена спорная расписка от 25.08.2017, по которой ФИО6 фактически подтвердил его намерение заплатить ФИО3 денежные средства за долю в уставном капитале ООО ПФК «Восход» в размере 2 800 000 руб. 

Суд первой инстанции указал, что, несмотря на то, что по смыслу пункта 2 статьи 808 ГК РФ расписка может быть представлена в подтверждение договора займа, само по себе ее составление не свидетельствует, что между сторонами сложились именно заемные отношения. Расписка в качестве долгового документа может подтверждать наличие задолженности из любого иного вида гражданско-правовых обязательств (пункт 2 статьи 408 ГК РФ). 

Следовательно, юридически значимым для правильного разрешения настоящего спора является выяснение вопроса о том, наличие каких правоотношений подтверждает спорная расписка. 

В абзаце третьем пункта 26 Постановления № 35 разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу. 

Оценивая имущественное положение кредитора, позволившее предоставить должнику денежные средства, судом первой инстанции запрошены в Управлении Федеральной налоговой службы по Тюменской области сведения о доходах по форме 2-НДФЛ, 3-НДФЛ за 2014-2017 гг. в отношении ФИО3, в Управлении Росреестра по Тюменской области сведения о принадлежащем ФИО3 недвижимом имуществе; в Управлении ГИБДД УМВД России по Тюменской области сведения о зарегистрированных за ФИО3 транспортных средствах. 

ФИО3 для установления обстоятельств, связанных с реальностью заключенного договора займа, наличием свободных денежных средств, представил в материалы спора выписку о состоянии вклада за период с 23.10.2013 по 03.12.2019, открытого в ПАО Сбербанк (т. 6, л.д. 17-40). 

Из ответа Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Чеченской Республике, адресованного Управлению Федеральной налоговой службы по Тюменской области, следует, что сведения о доходах за период с 2014 по 2017 гг. по форме 2-НДФЛ и 3-НДФЛ отсутствуют (т. 6, л.д. 55,56). 

Согласно ответу Управления Росреестра по Тюменской области (т. 6, л.д. 53), сведения о зарегистрированных в Едином государственном реестре недвижимости правах ФИО3 отсутствуют. 

Из ответа Управления ГИБДД УМВД России по Тюменской области следует, что в период и после заключения сделки ФИО3 принадлежал автомобиль – Хонда Аккорд, 2013 года выпуска (т. 6, л.д. 67). 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу, что доходы ФИО3 в период, предшествующий дате составления расписки, несоразмерны заявленным требованиям, однако отметил, что отсутствие у ФНС России сведений о полученных кредитором доходах, не является достаточным основанием для признания неподтвержденным факта наличия у кредитора финансовой возможности предоставить денежные средства на условиях займа иному лицу, так как неисполнение обязанности по уплате обязательных платежей отнесено к сфере контроля соответствующих органов и применительно к обстоятельствам рассматриваемой категории спора может лишь косвенно подтверждать недостаточную платежеспособность займодавца. 

Так, представленная по запросу суда выписка о состоянии вклада ФИО3, открытого в ПАО «Сбербанк», свидетельствует о соотносящейся размеру займа сумме оборота денежных средств за весь период, однако не позволяет прийти к выводу о том, что заявитель снимал в день составления расписки (25.08.2017) или незадолго до указанной даты денежные средства в размере, позволяющем предоставить заем в сумме 2 800 000 руб. 

Кроме того, из пояснений ФИО3 следует, что финансовая возможность выдачи заемных средств также была обусловлена предоставлением ФИО3 займов от ФИО11 (расписка от 15.08.2017 на сумму 3 000 000 руб.) и ФИО12 (расписка от 21.08.2017 на сумму 1 500 000 руб.). При этом указанные расписки невозможно представить в материалы спора, поскольку они были уничтожены (порваны), однако сохранились расписки от 10.03.2020 и от 21.07.2020, подтверждающие возврат денежных средств ФИО3 

В целях проверки указанных сведений судом первой инстанции были запрошены сведения о доходах ФИО11 и ФИО12 

В отношении ФИО12 представлены сведения о доходах по форме 2-НДФЛ, которые составили за 2016 год 139 229 руб. 09 коп., за 2017 год - 159 113 руб. 25 коп., за 2018 год - 148 345 руб. 09 коп.; согласно сведениям по форме 3-НДФЛ за период с 2017-2019 гг. доход получен не был (т. 10, л.д. 3,4). 

В отношении ФИО11 представлены сведения о доходах по форме 2-НДФЛ за 2017 год, которые составили 794 864 руб. 89 коп.; по форме 3-НДФЛ отсутствуют (т. 10, л.д. 18,19). 

Суд первой инстанции, проанализировав представленные документы, учитывая родственные и дружеские отношения кредитора с ФИО11 и ФИО12 (на которые ссылается представитель ФИО3 в письменных объяснениях от 12.11.2020; т. 10, л.д. 11,12), указанным документам дал критическую оценку и не принял их в качестве надлежащих доказательств финансовой возможности, приняв во внимание, что не раскрыты причины длительного непредставления документов и пояснений, учитывая, что на необходимость их приобщения в подтверждение своей позиции указывалось еще при принятии к производству заявления кредитора и назначении судебного заседания (25.11.2019), на их наличие (то есть сам факт заемных правоотношений) кредитор также не ссылался устно, когда соответствующие вопросы задавались судом в судебных заседаниях. 

Кроме того, судом первой инстанции отмечена противоречивость показаний свидетелей относительно реальности передачи денежных средств, принято во внимание, что ФИО3 не раскрыты причины по которым, при составлении расписки им не были получены дополнительные гарантии возврата денежных средств (например, залог ранее отчужденной доли), не представлено убедительных пояснений относительно целесообразности отчуждения доли по стоимости 10 000 руб. (как указано в договоре), учитывая, что ее действительная стоимость выше.

Следует также учитывать, что ФИО3 является физическим лицом, в связи с чем предполагается, что он должен обладать не только спорными денежными средствами, но и средствами для несения расходов на личные потребности (нужды) к моменту заключения и исполнения спорного договора. 

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что ФИО3 не раскрыты причины уклонения от совершения действий, направленных на истребование долга. С учетом установленного срока возврата – 30.12.2017, заявитель с требованием к должнику обратился лишь 19.11.2019 в рамках дела о банкротстве, доказательств истребования долга в претензионном или судебном порядке не представлено.

Таким образом, по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств финансового положения кредитора, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недоказанности наличия у ФИО3 финансовой возможности предоставить должнику денежные средства в размере 2 800 000 руб.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что доводы апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО2 абсолютно аналогичны доводам кассационной жалобы ФИО3, которые, в том числе довод о том, что судом не исследовалась правовая природа отношений, подтвержденных спорной распиской, ранее получили оценку суда округа в постановлении от 20.08.2021.

Суд кассационной инстанции отметил, что квалификация ответчиком спорной расписки от 25.08.2017 как соглашения о новации и поручительства ФИО6 за оплату ФИО8 действительной стоимости доли в уставном капитале ООО ПКФ «Восход» противоречит как представленным ФИО3 доказательствам, пояснениям относительно реальности заемных правоотношений, взыскании задолженности, вытекающей из заемных, а не каких-либо других правоотношений в суде общей юрисдикции, так и положениям действующего законодательства. 

Согласно пункту 1 статьи 414 ГК РФ обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами, предусматривающим иной предмет или способ исполнения (новация). 

В соответствии с пунктом 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 № 103 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации» для прекращения обязательства новацией требуется согласование сторонами существенных условий обязательства, которым стороны предусмотрели прекращение первоначального обязательства. 

Поручительство может возникать на основании закона или договора (пункты 1, 2 статьи 361 ГК РФ). Из положений статьи 362 ГК РФ следует, что договор поручительства должен быть совершен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора поручительства. И соглашение о новации и договор поручительства являются гражданско-правовыми сделками, поэтому должны содержать все существенные условия и быть совершены в установленной законом форме. 

Материалами дела не подтверждается намерение ФИО3, ФИО8 (дочь должника) и ФИО6 путем оформления расписки от 25.08.2017 заключить соглашение о новации договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО ПФК «Восход» от 14.02.2017 в договор поручительства должника. Доказательств обратного ответчиком не представлено. 

Кроме того, судом округа учтены явные противоречия в правовой позиции ФИО3 по делу, который, с одной стороны, подтверждает реальность заемных правоотношений, а, с другой стороны, говорит о том, что расписка – это поручительство должника за ФИО8 оплатить действительную стоимость доли в уставном капитале ООО ПФК «Восход», которая составляет не 10 000 руб., как указано в договоре, а 2 800 000 руб. 

Указанное свидетельствует о том, что ответчик действует в нарушение принципа эстоппель, запрещающего лицу отрицать существование обстоятельств, которые им до этого подтверждались. Получение лицом преимущества и выгоды, как следствие своей непоследовательности в поведении при вступлении в гражданско-правовые отношения в ущерб другой стороне, является недопустимым. 

Учитывая изложенное, суд кассационной инстанции признал обоснованность выводов о том, что заключение договора займа от 25.08.2017 не носило экономически обоснованный и разумный характер для его сторон, у ФИО3 отсутствовала как самостоятельная финансовая возможность выдачи займа на сумму в 2 800 000 руб., так и намерение его заключить с должником, что является основанием для признания договора займа, оформленного распиской от 25.08.2017, мнимой сделкой.

Каких-либо иных доводов, не являвшихся ранее предметом судебного исследования и оценки, апелляционная жалоба финансового управляющего ФИО2 не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 26 февраля 2021 года по делу № А70-13172/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

О.Ю. Брежнева

Судьи

 

О.В. Зорина

М.П. Целых