ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-425/2021

22 сентября 2025 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1 Резолютивная часть постановления объявлена 08 сентября 2025 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 22 сентября 2025 года 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Слоневской А.Ю., судей Сотова И.В., Тойвонена И.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Аласовым Э.Б.о.,  

при участии: ФИО1 лично, по паспорту, 

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 20.03.2025, ФИО3 лично, по паспорту,  

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 25.07.2024, от конкурсного управляющего ФИО5: ФИО6 по доверенности от  

28.04.2025, посредством веб-конференции, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-16745/2025, 13АП-16746/2025) ФИО1 и ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.05.2025 по делу № А56-425/2021/суб.1, принятое по заявлению конкурсного управляющего негосударственным пенсионным фондом открытого акционерного общества энергетики и электрификации Мосэнерго к ФИО7, ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) негосударственного пенсионного фонда открытого акционерного общества энергетики и электрификации Мосэнерго,  

заинтересованное лицо: Банк России, 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) негосударственного пенсионного фонда открытого акционерного общества энергетики и электрификации Мосэнерго (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, Санкт-Петербург, ш.Революции, д.84, далее - Фонд).  

Решением суда от 21.07.2021 Фонд признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 129 от 24.07.2021.  

Конкурсный управляющий Фондом обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО7, ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Фонда.  

Определением суда от 26.05.2025 заявление удовлетворено, 

ФИО7, ФИО1 и ФИО3 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Фонда, производство по делу в части определения размера ответственности приостановлено до формирования конкурсной массы и окончания расчетов с кредиторами.  

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО1 и ФИО3 обратились в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просит отменить обжалуемое определение, в удовлетворении заявления отказать.  

ФИО1 в своей апелляционной жалобе указывает, что исполнительный директор Фонда не имел полномочий единолично принимать решения о размещении пенсионных резервов и накоплений, на момент принятия решения о выборе управляющей компании, заключения договора с ЗАО УК «Инвестиционный стандарт», перевода активов в управление ЗАО УК «Инвестиционный стандарт» ФИО1 не являлась членом Совета Фонда и не была его исполнительным директором. Также ФИО1 указывает, что каких-либо нарушений или задержек по пенсионным выплатам в период деятельности ФИО1 в должности исполнительного директора Фонда не допускалось, ситуации неплатежеспособности не имелось, ФИО1 не совершала и в силу положения законодательства о регулировании деятельности негосударственных пенсионных фондов и устава Фонда не могла совершить каких-либо действий, выходящих за пределы обычной хозяйственной деятельности Фонда. Также ФИО1 указала на пропуск срока исковой давности.  

ФИО3 в апелляционной жалобе указывает на пропуск срока исковой давности, а также на подотчетность исполнительного директора Совету Фонда, реорганизация Фонда находится под контролем Центрального Банка и является обязательной, а активы разделены правильно.  

Конкурсный управляющий Фондом представил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения, ссылаясь на то, что ФИО3 принимал решение о переводе бизнеса в другое общество с выводом активов должника, а ФИО1 как исполнительный директор не предпринимала никаких действий по урегулированию инвестиционной политики и выхода должника из ситуации кризиса. Также конкурсный управляющий считает, что срок исковой давности не пропущен.  

ФИО3 представил возражения на отзыв конкурсного управляющего, в котором указывает, что распределение дебиторской и кредиторской задолженности между Фондом и иным обществом строилось на том же принципе разделения по видам лицензируемой деятельности, также как и по иным видам активов и пассивов, а не по принципу «центра прибыли» и «центра убытков».  

В судебном заседании представители ФИО3 и ФИО1 поддержали доводы своих апелляционных жалоб, представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения апелляционных жалоб.  

Лица, участвующие в обособленном споре, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий, обращаясь с настоящим заявлением, указал на действия (бездействие) контролирующих должника лиц, что привело к возникновению признаков неплатежеспособности и банкротству Фонда.  

Суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявления и привлек ответчиков к субсидиарной ответственности.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.  

Из вышеприведенных правовых норм, с учетом общих правил действия закона о времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), часть 4 статьи 3 АПК РФ) следует, что процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона N 266-ФЗ применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.  

Таким образом, действие редакций статей Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения обстоятельств, перечисленных в них, независимо от даты возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве).  

Поскольку конкурсный управляющий Фондом ссылается на обстоятельства, имевшие место до 01.07.2017, то к спорным правоотношениям применяются нормы материального права, изложенные в статье 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ (на дату совершения конкретных сделок и иных действий (бездействия) о неправомерности, которых заявляет управляющий).  

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности  

полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление N 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ. При этом как ранее, так и в настоящее время, процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.  

То есть проверка наличия доказательств существенности невыгодных для должника сделок применительно к масштабам его деятельности осуществляется судом вне зависимости от того, в период действия статьи 10 в редакции Закона N 134-ФЗ или статьи 61.11 Закона о банкротстве, были совершены невыгодные для должника сделки.  

В силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

ФИО3 являлся исполнительным директором Фонда с 23.10.2013 по 03.12.2015, ФИО1 с 03.12.2015 по  

27.05.2016, ФИО7 – с 24.06.16 по 22.12.2016. По смыслу приведенных положений статьи 61.10 Закона о банкротстве все ответчики в силу своего корпоративного положения относятся к контролирующим Фонд лицам.  

Конкурсный управляющий в обоснование доводов о наличии признаков неплатежеспособности приводит следующее.  

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-84037/2016 от 12.10.2018 Фонд подлежит принудительной ликвидации, ликвидатором утверждена ФИО8. Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда по делу № А56- 84037/2016 от 16.01.2019 решение от 12.10.2018 оставлено без изменения. Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.04.2019 решение от 23.10.2018 и постановление от 16.01.2019 по делу № А56- 84037/2016 изменено, в части исключения из резолютивной части решения от 23.10.2018 пятого абзаца; в остальной части решение от 23.10.2018 и постановление от 16.01.2019 оставлено без изменения.  

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-425/2021 от 12.03.2021 заявление Фонда о признании его несостоятельным (банкротом) принято к производству.  

Как указывает конкурсный управляющий Фондом, согласно сведениям ликвидатора кредиторская задолженность по реестру требований кредиторов составляет 170 266 тыс.руб., текущая задолженность составляет 2 197 тыс.руб., при этом стоимость активов реальных ко взысканию составляет 80 262 тыс.руб.  

Доказательств того, что к неплатежеспособности Фонда привели объективные факторы, а не недобросовестные действия ответчиков, не представлено.  

ФИО3 не опроверг доводы конкурсного управляющего о недобросовестном перераспределении активов Фонда («центр убытков») на АО НПФ Мосэнерго ОПС («центр прибыли»), притом, что передаточный акт подписан именно ФИО3  

Согласно пояснительной записке к бухгалтерской (финансовой) отчетности НПФ АО «Мосэнерго» за 3 месяца 2016 года - 19.10.2015 произошла реорганизация НПФ АО «Мосэнерго» в форме выделения некоммерческого пенсионного фонда с одновременным его преобразованием в акционерное общество АО НПФ «Мосэнерго ОПС». НПФ АО «Мосэнерго» предал выделенному фонду АО НПФ «Мосэнерго ОПС» часть имущества, составившего уставной капитал, а так же пенсионные накопления в полном объеме. Так как НПФ АО «Мосэнерго» является единственным акционером выделенного в результате реорганизации 19.10.2015 АО НПФ «Мосэнерго ОПС», а АО НПФ «Мосэнерго ОПС» находится в стадии ликвидации (отзыв лицензии 03.01.2016), снижение стоимости акций АО НПФ «Мосэнерго ОПС» является существенным событием после отчетной даты 31.12.2015. В связи с произошедшим существенным событием после отчетной даты в НПФ АО «Мосэнерго» образован резерв под обесценение акций АО НПФ «Мосэнерго ОПС» в размере 180 750 тыс.руб., который, в свою очередь, отразился на финансовом результате, дав в сумме с полученной прибылью убыток на 31.12.2015 в размере 128 037 тыс.руб. Убыток не покрыт и оставлен для последующего погашения прибылью.  

Согласно пояснительной записке к отчетности в связи с реорганизацией 19.10.2015 в виде выделения из НПФ АО «Мосэнерго» некоммерческой организации с одновременным ее преобразованием в акционерное общество АО НПФ «Мосэнерго ОПС» все пенсионные накопления 343 751 тыс.руб. и часть собственных средств в размере 180 750 тыс.руб. были переданы в новую 5 организацию АО НПФ «Мосэнерго ОПС». НПФ АО «Мосэнерго» принадлежит 100% акций АО НПФ «Мосэнерго ОПС». Таким образом, на основании решения общего собрания  

акционеров, а в НПФ «Ммосэнерго» согласно уставу Фонда Совет Фонда принял решение о реорганизации и выделении АО НПФ «Мосэнерго ОПС» в 2015 году.  

Банк России 15.10.2015 принял решения согласовать проведение реорганизации Негосударственного пенсионного фонда открытого акционерного общества энергетики и электрификации Мосэнерго в форме выделения некоммерческого пенсионного фонда с одновременным его преобразованием в Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Мосэнерго ОПС». Банк России приказом от 03.01.2016 № ОД-3 аннулировал лицензию на осуществление деятельности по пенсионному обеспечению и пенсионному страхованию акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Мосэнерго ОПС» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>). Основанием для применения крайней меры воздействия послужило неисполнение акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Мосэнерго ОПС» предписания Банка России об устранении нарушения требований федеральных законов или принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов Российской Федерации и нормативных актов Банка России, в соответствии с которыми осуществляется деятельность фонда на основании лицензии, повлекшее введение запрета на проведение всех или части операций, предусмотренного статьей 34.1 Федерального закона от 07.05.1998 № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах». В связи с аннулированием лицензии Банк России назначил временную администрацию по управлению акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Мосэнерго ОПС» приказом Банка России от 03.01.2016 № ОД-4. Банк России приказом от 28.11.2016 № ОД-4213 аннулировал лицензию на осуществление деятельности по пенсионному обеспечению и пенсионному страхованию Негосударственного пенсионного фонда открытого акционерного общества энергетики и электрификации Мосэнерго (ОГРН 

<

***>;  

ИНН 

<

***>). 

Согласно пояснительной записке к бухгалтерской отчетности НПФ АО Мосэнерго за 12 месяцев 2015 года Органами управления НПФ АО «Мосэнерго» являются Совет Фонда и исполнительный директор, действующий на основании Устава.  

Передаточный акт (разделительный бухгалтерский баланс) составлен на 30.06.205 г. Проанализировав бухгалтерский разделительный баланс, конкурсный управляющий делает вывод о том, что Фонд стал «центром убытков», а АО НПФ Мосэнерго ОПС стал на время «центром прибыли», после вывода средств соответственно также прошел следующую цепочку – лишение лицензии – ликвидацию – введение конкурсного производства. Передаточный акт подписывал ФИО3  

Согласно передаточному акту и Положению о правопреемстве вновь создаваемому лицу перешли полностью права и обязанности НПФ АО Мосэнерго по обязательному страхованию. Также, перешла половина вложений фонда. В частности, согласно отчетности фонда на 31 декабря 2015 года в его активах присутствовали ипотечные сертификаты участия (ИСУ) в объеме 19,2 млн.руб. Кроме того, долевые бумаги составляли 233,7 млн.уб. Причем в отчетности по МСФО указано, что они представляют собой "обыкновенные акции преимущественно крупных российских компаний", тогда как в актуарном отчете большая часть из этой суммы (194,2 млн.руб.) приходилась на паи закрытых паевых фондов. Однако, бумаги, которые ранее котировались на рынке перешли в Мосэнерго ОПС (акции Газпром) – остальное осталось в Фонде.  

Конкурсному управляющему Фондом 20.09.2024 из Департамента допуска и прекращения деятельности финансовых организаций ЦБ РФ поступили дополнительные документы, относительно деятельности временной администрации  

Фонда, в частности, отчет о деятельности временной администрации, а также некоторая отчетность Фонда, которая была на хранении у ЦБ РФ, в том числе пояснительная записка к бухгалтерской (финансовой) отчетности Фонда за 3 месяца 2016 года. Согласно данной пояснительной записке органами управления Фонда являются Совет Фонда и исполнительный директор, действующий на основании устава. Структура и персональный состав Совета фонда: ФИО9 - председатель Совета фонда; ФИО10 - член Совета фонда; ФИО1 – член Совета фонда; ФИО11 – член Совета фонда. Исполнительный директор Фонда в период с 01.01.2016 по 31.03.2016 (первый квартал отчетности) - ФИО1 Таким образом, согласно отчетности за 2015 год и за 3 месяца 2016 года исполнительным директорам, в том числе входящих в состав Совета Фонда, уже были известно об убытке от реорганизации, в связи с передачей имущества.  

В составе активов Фонда на 31.12.2015 имеются облигации ООО "Медведь- Финанс" (ISIN - RU000A0JRPK6) в количестве 57 352 шт. на сумму 57 358 тыс.руб. (сумма без учета начисленного на 31.12.2015 купона по ним). Эмитент 22.02.2016 и 23.05.2016 не исполнил обязательства по выплате купонов (дефолт) по причине отсутствие денежных средств в необходимом объеме (согласно аудиторскому заключению за 2015 год). Также лблигация ЗАО «Строительное объединение «М- Индустрия», гос.рег.номер 4-01-16444-J. ISIN RU000A0JNJ29. 2 195 шт., дата регистрации 25.05.2006 присутствует в составе активов. Также, с 2014 года средства пенсионных накоплений, резервов переданы с 2014 года в доверительное управление.  

В соответствии с пунктом 19 Договора ДУ управляющая компания по требованию фонда корректирует состав и структуру активов, находящихся у ДУ, в сроки, не превышающие 6 месяцев со дня получения указанного требования, если такая корректировка не противоречит закону, иным нормативным правовым актам, инвестиционной декларации (вправе требовать от доверительного управляющего передачи имущества, находящегося в ДУ; требовать корректировки состава и структуры активов; отказаться от договора). То есть реализуя свои полномочия, учредитель доверительного управления мог в любое время потребовать передачи ему того или иного актива. Однако, требования по корректировке Фонд не направлял. Банк России приказом от 03.01.2016 № ОД-5 аннулировал лицензию на осуществление деятельности по управлению инвестиционными фондами, паевыми инвестиционными фондами и негосударственными пенсионными фондами закрытого акционерного общества Управляющей компании «Инвестиционный стандарт» (далее — Управляющая компания) (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) c 03.01.2016. Таким образом, в период с реорганизации до отзыва лицензии Фонд не предпринимал никаких действий по урегулированию инвестиционной политики и выхода из кризисной финансовой ситуации.  

Банк России 28.11.2016 принял решение аннулировать квалификационные аттестаты серии АА № 001359 с указанием квалификации, «соответствующей должности руководителя или контролера организации, осуществляющей брокерскую и (или) дилерскую деятельность и (или) доверительное управление ценными бумагами» и серии AVII-002 № 002779 по квалификации «специалист финансового рынка по деятельности негосударственных пенсионных фондов по негосударственному пенсионному обеспечению, обязательному пенсионному страхованию и профессиональному пенсионному страхованию», выданные ФИО7. Основанием для аннулирования аттестатов послужили неоднократные нарушения ФИО7 требований пенсионного законодательства Российской Федерации, исполнявшей функции единоличного исполнительного органа негосударственного пенсионного  

фонда «Капитан» и негосударственного пенсионного фонда открытого акционерного общества энергетики и электрификации Мосэнерго (далее – Фонды) в период совершения Фондами неоднократных нарушений требований пенсионного законодательства Российской Федерации, в связи с которыми лицензии Фондов на осуществление деятельности по пенсионному обеспечению и пенсионному страхованию от 21.05.2009 № 29/2 и от 27.07.2004 № 324/2 соответственно аннулированы.  

Согласно пояснительной записке к бухгалтерской (финансовой) отчетности Фонда за 9 месяцев 2016 года: Органами управления НПФ АО «Мосэнерго» являются Совет фонда и Исполнительный директор, действующий на основании Устава. Структура и персональный состав Совета фонда до 27.05.2016:  

ФИО9 - председатель Совета фонда; ФИО10 - член Совета фонда; ФИО1 – член Совета фонда; ФИО11 – член Совета фонда. Исполнительный директор Фонда до 27.05.2016 ФИО1, с 28.05.2016 ФИО7. ФИО7 также не предприняла действий по выходу из финансового кризиса, что следует из отчета временной администрации, согласно, которому по результатам инвентаризации имущества Фонда, с учетом сведений, указанных в отчете специализированного депозитария ЗАО ВТБ Специализированный депозитарий, временной администрацией установлено, что пенсионные резервы Фонда по состоянию на 28.11.2016 составили 364 809 862, 41 руб. (балансовая стоимость) и были размещены в ценные бумаги, государственные ценные бумаги Российской Федерации, паи паевых инвестиционных фондов, ипотечные сертификаты участия, объекты недвижимого имущества, дебиторскую задолженность (в том числе, по накопленному, но не выплаченному купонному доходу по ценным бумагам, не выплаченным дивидендам по ценным бумагам) и остатки на банковских счетах. В приложениях указаны ценные бумаги: облигации ООО «АгроКомплекс» (4-01-00173-R - 4014 шт., 4B02-01-00173-R - 53585 шт.), ООО «Медведь-Финанс» (4-02-36095-R - 57352 шт.), ПАО «Ашинский металлургический завод» (4B02-01- 45219-D - 29534 шт.), ЗАО «Строительное объединение «М-Индустрия» (4-01-16444-J - 2195 шт.); акции (обыкновенные, привилегированные), ПАО «Ашинский металлургический завод» (1-03-45219-D - 1471800 шт.), ПАО «Селигдар» (2-01-32694-F - 223000 шт.). Государственные ценные бумаги, эмитированные Министерством финансов Российской Федерации (26206RMFS - 1950 шт.). 11 ПИФ «Рацио-Рентный» - 1649 паев, ЗПИФ «Можайский берег» - 1787 паев. 13 12 Ипотечные сертификаты участия Высокий стандарт - 3096 шт. ООО «М-Индустрия» и ООО «Медведь финанс» были указаны как рисковые уже в бухгалтерской отчетности самого Фонда за 2015 год.  

ФИО1 в отсутствие разумных экономических мотивов не предпринимала действий по урегулированию инвестиционной политики и выхода из кризисной ситуации, в частности, уклонилась от направления в адрес ЗАО УК «Инвестиционный стандарт», ЗАО УК «Рацио-капитал» и УК «Инвестиционный стандарт», в чьем доверительном управлении, находились активы Фонда, требования об их корректировке или передаче Фонду. Аналогичное неоправданное бездействие допущено и ФИО7, что в числе прочего подтверждается отчетом временной администрации Фонда.  

С учетом изложенного апелляционный суд считает, что ответчики не представили доказательства принятия каких-либо мер, направленных на восстановление платежеспособности должника, не представили доказательства, подтверждающие наличие плана выхода из кризисной ситуации (план антикризисного управления); какие-либо реальные меры, направленные на восстановление платежеспособности должника и выход из кризисной ситуации (наращивание ликвидных активов т.д.), которые позволили бы добросовестному и  

разумному руководителю с достаточной долей вероятности предположить наступление положительного результата, в данном случае приняты не были.  

Апелляционный суд отклоняет доводы ответчиков о пропуске срока исковой давности.  

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу – не ранее введения процедуры конкурсного производства).  

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.  

При изложенных обстоятельствах обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по приведенным в ней доводам.  

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.05.2025 по делу № А56-425/2021/суб.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий А.Ю. Слоневская  

Судьи И.В. Сотов  

И.Ю. Тойвонен