АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

03 мая 2024 года

Дело №

А56-86066/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 23 апреля 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 03 мая 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Казарян К.Г., судей Бычковой Е.Н., Зарочинцевой Е.В.,

при участии представителя финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 01.01.2024, представителя Компании «Шанхай Юнайтед Интернешнл Гонконг Лимитед» ФИО3 по доверенности от 28.11.2022,

рассмотрев 23.04.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Силовые промышленные машины и агрегаты» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023 по делу № А56-86066/2018/сд.11,

у с т а н о в и л:

В рамках процедуры реализации имущества гражданина, открытой в отношении индивидуального предпринимателя ФИО4,  ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>, решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.09.2018, конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Силовые промышленные машины и агрегаты» (далее – ООО «СПМА») обратилось с заявлением о признании недействительным заключенного должником и Компанией «Акстелл Энтерпрайзиз Лимитед» соглашения от 03.08.2016 о продаже 10 000 акций закрытого акционерного общества «Лидер» (далее – Общество). 

К участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены компания «Шанхай Юнайтед Интернешнл Гонконг Лимитед» (далее – Компания), ФИО5, ФИО6, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора – Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Северо-Западному федеральному округу. 

Определением от 27.09.2022 суд первой инстанции перешел к рассмотрению дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 по правилам параграфа 4 «Особенности рассмотрения дела о банкротстве гражданина в случае его смерти» главы X Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве). 

К участию в обособленном споре привлечен нотариус нотариального округа города Москвы ФИО7. 

Определением от 11.07.2023 соглашение от 03.08.2016 признано недействительным, в порядке применения последствий недействительности сделки стороны приведены в первоначальное положение.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023 определение от 11.07.2023 отменено, в удовлетворении заявления отказано. 

В кассационной жалобе ООО «СПМА» просит постановление от 26.10.2023 отменить, определение от 11.07.2023 оставить в силе.

Податель жалобы не согласен с применением к спорным правоотношениям срока исковой давности, полагая, что апелляционный суд, не мотивируя, изменил квалификацию оспариваемой сделки, данную судом первой инстанции; отменяя обжалуемый судебный акт в полном объеме, не принял во внимание, что о пропуске срока исковой давности заявлено финансовым управляющим в отношении требований, предъявленных к Компании.

По мнению подателя жалобы, вывод апелляционного суда об отсутствии признака убыточности оспариваемой сделки не соответствует материалам дела  и представленным доказательствам, которые были оценены надлежащим образом судом первой инстанции.

В дополнении к кассационной жалобе ООО «СПМА» ссылается на заключение эксперта от 14.12.2023, полученное из материалов дела, рассматриваемого Преображенским районным судом города Москвы, после вынесения обжалуемого постановления, согласно которому у Общества отсутствует дорогостоящее имущество, что свидетельствует о незначительной рыночной стоимости акций Общества.

В отзывах на кассационную жалобу финансовый управляющий имуществом должника ФИО1 и Компания просят оставить обжалуемое постановление без изменения, настаивая на пропуске заявителем срока исковой давности и невозможность представления дополнительных доказательств в суд кассационной инстанции.

В судебном заседании представители финансового управляющего и Компании возражали по жалобе по мотивам, изложенным в отзывах. 

Остальные лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, однако представители в суд не явились, в связи с чем, жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела, должником и Компанией «Акстелл Энтерпрайзис Лимитед» 03.08.2016 было заключено соглашение о продаже должнику акций Общества в количестве 10 000 штук стоимостью 2 800 000 евро с условием оплаты до 03.01.2017.

На основании распоряжения на совершение операций от 27.10.2016 акции зачислены на лицевой счет должника, что подтверждается справкой от 01.11.2016 об операциях по лицевому счету Общества.

Право требования оплаты от должника на основании соглашения о передаче прав (требований) от 01.11.2016 было передано Компанией «Акстелл Энтерпрайзис Лимитед» в пользу Компании «УИ ЭНД МЭДИТЕРЕИНИЭН ТРЭЙДИН ЛТД» (цессионарию) по цене 500 000 евро. Цессионарий, в свою очередь, на основании соглашения от 02.09.2018 передал право требования в пользу Компании, оценив его стоимость в 550 000 евро. 

На основании указанных сделок Компания заявила требование к должнику в деле о банкротстве на сумму 225 876 560 руб., которое определением от 06.12.2019 по обособленному спору № А56-86066/2018/тр.13 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов. 

В обособленном споре № А56-86066/2018/тр.2 при рассмотрении обоснованности требования ФИО8 к должнику, заявленного со ссылкой на наличие задолженности в размере 3 000 000 долларов США из договора процентного займа от 30.12.2015 и расписки от 05.10.2016 было установлено, что в погашение этого требования на основании соглашения о передаче прав и обязанностей от 14.03.2017 предполагалась передача должником в пользу ФИО8 10 000 простых акций Общества, что составляло 50% его капитала. Оставшиеся 50% акций принадлежали ФИО9. Ценность акций была обусловлена тем, что Общество владело 99,512% уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «ГСК «Наука», которому, в свою очередь, принадлежало право аренды земельного участка площадью 15 990 кв.м., расположенного по адресу 

<

...>, кадастровый номер 77:06:0009011:20, предоставленного под проектирование и строительство капитального объекта, и объект незавершенного строительства на этом земельном участке с площадью застройки 5810,2 кв.м., степенью готовности 5,6% (далее – Объект незавершенного строительства).

В деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО10                                   № А40-14241/17 постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2018 установлено, что правоотношения в части предоставления 2 300 000 долларов США из договора займа, подписанного ФИО8 и ФИО4, фактически сложились между ФИО8 и ФИО10, поскольку именно последний выступил получателем денежных средств и размер обязательства должника по договору займа составил 2 200 000 долларов США, без учета частичного погашения задолженности, которое повлекло ее уменьшение до 3 000 000 руб., заявленных в деле о банкротстве.

При проверке обоснованности требования ФИО8 суд также установил, что Обществом были отчуждены принадлежащие ему доли в уставном капитале ООО «ГСК «Наука», а последнее произвело продажу Объекта незавершенного строительства по договору от 21.12.2017 по цене 43 431 200 руб., что значительно ниже ранее согласованной должником и ФИО8 стоимости актива. Вырученные от продажи указанных активов средства в погашение обязательства из договора займа не были зачтены.

По результатам проведенных в рамках рассмотрения требования ФИО8 судебной экспертизы и повторной судебной экспертизы, рыночная стоимость 50% акций Общества по состоянию на 14.03.2017 определена в размере 140 000 000 руб. и 136 600 000 руб., соответственно.

С учетом изложенного суд пришел к выводу, что заемные обязательства должника перед ФИО8 были окончательно погашены заключением соглашения от 14.03.2017 о передаче 50% акций Общества.

Определением от 20.02.2021 по обособленному спору                               № А56-86066/2018/тр.2 отказано в удовлетворении заявления ФИО8 о включении в реестр требований кредиторов задолженности.

Обращаясь с заявлением о признании соглашения от 03.08.2016 недействительной сделкой, ООО «СПМА» указало на совершение сделки на нерыночных условиях, по завышенной цене и исключительно с целью создания контролируемой кредиторской задолженности. Сделка оспорена по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Заявитель отмечал аффилированность первоначальной стороны по сделки – Компании «Акстелл Энтерпрайзис Лимитед» по отношению к должнику, поскольку ее акционерами были ФИО5 – бывшая жена должника, ФИО6 – сын должника. 

Возражая относительно заявленных требований, финансовый управляющий при рассмотрении дела в суде первой инстанции заявил о пропуске заявителем срока исковой давности. 

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции принял во внимание обстоятельства, установленные по результатам рассмотрения требования ФИО11 к должнику, посчитав, что рыночная стоимость переданного должнику пакета акций Общества составила 136 000 000 руб., в то время как размер принятых на себя должником обязательств по Соглашению, исходя из курса евро к рублю по состоянию на 03.08.2016, был 209 721 960 руб., то есть, значительно превышал рыночную стоимость спорных акций.

Согласно выводам суда, на момент совершения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, которые не были погашены и соответствующие требования включены в реестр требований кредиторов, общая сумма которого – 645 299 104 руб. 22 коп.

Суд согласился с доводами ООО «СПМА» об аффилированности сторон соглашения от 03.08.2016 со ссылкой на свидетельство от 21.07.2016, выданное Департаментом регистрации и ликвидации компанией Министерства энергетики, торговли и промышленности Республики Кипр в отношении Компании «Акстелл Энтерпрайзис Лимитед», в котором отражена принадлежность должнику и его бывшей супруге ФИО5 акций указанного иностранного лица, в связи с чем ФИО5 определением от 08.07.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 21.10.2022 по обособленному спору № А56-86066/2018/тр.11, было отказано во включении требований в реестр требований кредиторов должника. Также отказано в признании обоснованными требований к должнику, заявленных руководителем Компании «Акстелл Энтерпрайзис Лимитд» Сениной Марины (определение от 05.12.2019, оставленное без изменения постановлением апелляционного суда от 10.02.2020 и постановлением суда кассационной инстанции от 02.06.2020).

Суд пришел к выводу об аффилированности должника и Компании со ссылкой на выводы, содержащиеся в определении от 08.07.2022 по обособленному спору № А56-86066/2018/сд.3,5.

 Суд посчитал, что со стороны должника имели место недобросовестные действия, факт совершения которых установлен определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.04.2017 по делу № А56-30144/2016/тр.2, выразившиеся в совершении сделок по отчуждению имущества с целью защиты интересов конечных бенефициаров юридических лиц: закрытого акционерного общества «БЦ Голдекс» и акционерного общества «Голдекс-Экстейт» – ФИО4 и ФИО12, в ущерб интересам этих юридических лиц.

Суд отклонил заявление финансового управляющего о пропуске срока исковой давности, квалифицировав соглашение от 03.08.2016 как недействительную сделку по основаниям статей 170, 10, 168 ГК РФ и применив трехгодичный срок исковой давности.

Кроме того, суд первой инстанции отклонил ходатайство финансового управляющего о прекращении производства по обособленному спору в связи с ликвидацией Компании «Акстелл Энтерпрайзис Лимитед», о чем 18.12.2019 была внесена запись в реестр юридических лиц Республики Кипр, исходя из того, что оспариваемая сделка признана недействительной по мотивам ее ничтожности.

Отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявления ООО «СПМА», апелляционный суд посчитал, что обстоятельства, приведенные  в обоснование доводов о недействительности сделки не выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем к спорным правоотношениям подлежит применению годичный срок исковой давности, который пропущен заявителем.

Оснований для признания соглашения от 03.08.2016 мнимой сделкой в силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, как посчитал апелляционный суд, не имелось, поскольку соглашение фактически исполнено: права на акции Общества переданы должнику, а право требования оплаты по соглашению уступлено в пользу иного лица.

Апелляционный суд посчитал, что ООО «СПМА» имело возможность ознакомиться с содержанием спорной сделки с момента принятия судом к производству требования Компании, основанного на оспариваемом Соглашении, тогда как обращение с требованием к Компании последовало за пределами годичного срока исковой давности. 

Кроме того, апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции относительно рыночной стоимости спорных акций на момент их приобретения должником, посчитав, что этот вывод основан на материалах обособленного спора, в котором Компания участия не принимала; заключая Соглашение, стороны расценивали встречные предоставления по нему как эквивалентные.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Положения о недействительности сделок, совершенных при наличии признаков злоупотребления правом, предусмотренные статьями  10 и 168 ГК РФ, представляют собой общие основания их недействительности, по отношению к специальным основаниям недействительности, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с этим, квалификация в рамках дела о банкротстве сделки как недействительной  по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае, если пороки ее совершения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Квалифицирующими признаками недействительности сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются: убыточность сделки, цель ее совершения – причинение вреда кредиторам и осведомленность стороны сделки об этой цели. 

Между тем, оспаривая соглашение от 03.08.2016, заявитель фактически ссылался не на причинение в результате его заключения прямого ущерба должнику, а на получение стороной соглашения, подконтрольной должнику, преимущества по отношению к иным, независимым кредиторам, в виде формально созданного права требования, которое может быть заявлено в деле о банкротстве.

Указанные обстоятельства выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Отменяя определение суда первой инстанции, апелляционный суд выводы относительно аффилированности должника, первоначальной стороны соглашения и Компании не опроверг. 

Согласно правовой позиции, сформированной Верховным Судом Российской Федерации, в частности изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Вывод суда первой инстанции относительно фактической аффилированности должника и Компании соответствует указанной правовой позиции. 

Наличие возможности контроля должника за действиями продавца акций и Компании обуславливает возможность сговора между ними с целью совершения сделки с пороком волеизъявления – исключительно для создания видимости наличия на стороне должника денежного обязательства на значительную сумму. 

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие реальность намерения должника уплатить в пользу продавца оговоренную в спорном соглашении стоимость акций.

Учитывая аффилированность сторон спорной сделки, бремя доказывания реальности правоотношений по соглашению от 03.08.2016 и добросовестности сторон возлагалось на участников спорных отношений. Таких доказательств в материалы дела не представлено, экономический смысл совершенной сделки не раскрыт. 

При таких обстоятельствах следует признать обоснованным вывод суда  первой инстанции о мнимом характере спорной сделки, совершенной при злоупотреблении правом.

Срок исковой давности по требованию о признании сделки должника ничтожной в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года, и начинает течь не ранее введения в отношении должника первой процедуры по делу о банкротстве (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)») и не ранее, чем кредитору – заявителю в обособленном споре должно было стать известно об условиях оспариваемой сделки.

На момент уточнения ООО «СПМА» требований и предъявления их к Компании трехгодичный срок, исчисляемый с 04.06.2019 (даты заявления Компанией требования на основании оспариваемого Соглашения), не истек. Вывод апелляционного суда о пропуске срока исковой давности сделан при неправильном применении норм материального права, предусмотренных статьей 199 ГК РФ оснований для отказа в удовлетворении заявления, не имелось.

Фактическая рыночная стоимость пакета акций Общества при том, что у должника не имелось реального намерения осуществлять расчет за них, не имеет правового значения для квалификации соглашения от 03.08.2016 как сделки, направленной исключительно на создание видимости кредиторской задолженности Компании для целей включения ее в реестр требований кредиторов в деле о банкротстве.

При таких обстоятельствах, по мнению суда кассационной инстанции, у апелляционного суда отсутствовали основания для отмены определения суда первой инстанции. 

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023 по делу № А56-86066/2018/сд.11 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.07.2023 по тому же делу оставить в силе.

 

Председательствующий

К.Г. Казарян

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

Е.В. Зарочинцева