АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Новосибирск Дело № А45-18917/2021  Резолютивная часть решения объявлена 23.09.2024  

Полный текст решения изготовлен 26.09.2024  

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Зюзина С.Г.,  при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Леоновой  А.Г., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной  ответственностью «Ремонтно Строительная Компания» (ОГРН  1122366018092), к обществу с ограниченной ответственностью «Ант Япы»  (ОГРН 1057746585918) об обязании передать имущество, взыскание убытков в  размере 1 964 043 руб. 99 коп.,  

при участии в судебном заседании представителей: 

истца: Алексеенко Е.В. по доверенности от 15.02.2024, Грищенко М.А. по  доверенности от 23.08.2024,  

ответчика: Парначева Е.Ю. по доверенности от 23.10.2023, 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ремонтно Строительная  Компания» (далее – истец) обратилось с исковым заявлением к обществу с  ограниченной ответственностью «Ант Япы» (далее – ответчик) об обязании  передать имущество, взыскание убытков в размере 1 964 043,99 рублей.  

В соответствии со статьей 49 АПК РФ истец уточнил исковые  требования, просил взыскать 18 448 711 рублей 60 копеек убытков и  неосновательного обогащения, 1 137 138 рублей 21 копейку процентов за  пользование чужими денежными средствами.  

Уточненные требования приняты судом к рассмотрению. 

Исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации представленные  доказательства, выслушав объяснения представителей сторон, арбитражный  суд установил следующие обстоятельства.  

Истцом (подрядчик) и ООО «Ант Япы» (заказчик) заключен договор  строительного подряда от 15.03.2021 № НТ. 0169, в соответствии с условиями  которого подрядчик обязуется выполнить собственными или привлеченными  силами по заданию заказчика работы по устройству монолитных  железобетонных конструкций (Блок 1.1., 1.2) на объекте «Реконструкция  аэровокзального комплекса международных/внутренних воздушных линий  международного аэропорта Новосибирск (Толмачево», а заказчик обязуется  принять их результат и оплатить их стоимость (далее – договор).  

В соответствии с п.3.1. договора истец принял на себя обязательство  выполнить работы в объемах и сроки, предусмотренные договором и  приложениях к нему, а также надлежащего качества, то есть в соответствии с  проектно-сметной документацией и нормами, стандартами, правилами и  техническими условиями, сдать заказчику результат работ в состоянии,  обеспечивающим нормальную эксплуатацию объекта.  

Истец приступил к выполнению работ, для чего обеспечил завоз на  строительную площадку необходимого количества опалубки (специальное  оборудование – производитель ПЕРИ и ламинированная фанера  18х2440х1220) для производства монолитных работ.  

Истцом были фактически выполнены работ по устройству  железобетонных конструкций, что подтверждается актами о приемке  выполненных работ № 1 от 31.03.2021, № 2 от 15.04.2021; № 3 от 30.04.2021;   № 4 от 15.05.2021; № 5 от 31.05.2021 и судебными актами по делу № А4518538/2022.  

В ходе исполнения договора между его сторонами возникли  непреодолимые разногласия, в связи с чем 03.06.2021 истец уведомил  ответчика об одностороннем путем направления письма от 03.06.2021 № 272.  

Этим же письмом истец заявил требование о возврате оборудования  производства ООО «Пери» (опалубка) и фанеры.  

08.06.2021 ответчик направил истца уведомление об отказе от исполнения  договора в одностороннем порядке.  

Поскольку обе стороны договора заявили о прекращении договора, истец  письмом от 17.06.2021 № 297 просил ответчика обеспечить ему доступ на  строительную площадку для вывоза строительного оборудования с  составлением соответствующих актов приемки и дефектовки.  

Ответчик оставил данное письмо без ответа. 

23.06.2021 истец повторно направило письмо № 310 с требованием  привести в надлежащий вид незаконно удерживаемое оборудование, и в  письменной виде сообщить о готовности оборудования к отгрузке и вывозу со  строительной площадки.  

Письмо 28.06.2021 № 317 истец направил ответчику претензию с  требованием возвратить строительное оборудование либо возместить его  полную стоимость.  

Оставление претензии без ответа и без удовлетворения явилось  основанием для предъявления настоящего иска.  

После принятия искового заявления к производству суда, ответчик  добровольно частично удовлетворил требование истца и возвратил часть  оборудование, что подтверждается двухсторонним актом осмотра (т.1 л.д.108- 109).  

Поскольку было установлено отсутствие иного исправного оборудования  на строительной площадке, истец уточнил требование и просил взыскать  стоимость утраченного оборудования.  

Судом установлено, что конечным заказчиком результата работ является  АО «Аэропорт Толмачево», с которым ответчиком заключен договор  генерального подряда № 55448100208200000930000.  

Соответственно, ответчик фактически являлся генеральным подрядчиком,  а истец подрядчиком при выполнении работ на объекте.  

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального  хозяйства Российской Федерации от 24.12.2019 № 861/пр утвержден «СП  48.13330.2019. Свод правил. Организация строительства. СНиП 12-01-2004»  (далее – Свод правил).  

По смыслу п. 3.22 Свода правил (в редакции, действующей на  заключения договора, ответчик, являясь генеральным подрядчиком, выполнял  функции лица, осуществляющего строительство (застройщика).  

В соответствии с п. 7.8 Свода правил, охрану строительной площадки,  соблюдение на строительной площадке требований по охране труда, охрану  окружающей среды, безопасность строительно-монтажных работ для  окружающей территории и населения, а также выполнение разного рода  требований административного характера, установленных настоящим сводом  правил, другими действующими НД или местным органом самоуправления,  обеспечивает застройщик. В случае осуществления строительства на  основании договора в течение всего срока строительства, предусмотренные  выше обязанности в соответствии с договором подряда, выполняет  генеральная подрядная организация.  

Складирование и хранение применяемых (покупных и изготавливаемых  собственными силами) материалов, изделий и конструкций в соответствии с  требованиями проектной документации, рабочей документации на эти  материалы, изделия и конструкции обеспечивает лицо, осуществляющее  строительство (п. 8.5.7. Свода правил).  

В соответствии с п.4.4. матрицы ответственности сторон договора истец  обязан был обеспечить и покрыть расходы за свой счет на строительные леса,  рамную опалубку, фанеру, пиломатериалы, ветрозащитные экраны и другие  

опалубочные материалы и аксессуары (винт стяжной для опалубки, гайки,  конус заглушки и т.д.).  

Также условиями договора было предусмотрено: 

- п. 3.14. – обязанность истца подчиняться режиму и порядку работ,  действующему у заказчика;  

- п. 3.19. – обязанность истца соблюдать внутриобъектовый и  пропускной режим;  

- п. 4.7. – а договора предусмотрена обязанность ответчика предоставить  истцу места складирования оборудования.  

п. 7.1. договора предусматривает обязанность ООО «Ант Япы»  осуществлять охрану объекта по периметру.  

п. 7.2. договора истец несет риски случайной гибели (случайного  повреждения) результата работ, а также случайной гибели или случайного  повреждения материалов, оборудования или иного используемого для  исполнения договора имущества (в том числе имущества, представленного  Заказчиком, после передачи такого имущества подрядчику) до даты окончания  выполнения работ, определяемой в соответствии с п. 5.9 настоящего  договора».  

В соответствии с ч.4. ст. 7.1. Воздушного Кодекса Российской Федерации  к объектам инфраструктуры воздушного транспорта относятся следующие  объекты: наземные объекты, необходимые для эксплуатации, содержания,  строительства, реконструкции и ремонта аэропортов, аэродромов и  вертодромов, подземные сооружения и инженерные коммуникации.  

Согласно Постановлению Правительства РФ от 29.12.2020 № 2344 «Об  уровнях безопасности объектов транспортной инфраструктуры и  транспортных средств и о порядке их объявления (установления)» -  аэропорты, аэровокзалы к относятся к уровню № 1.  

При этом, уровень № 1 - степень защищенности транспортного комплекса  от потенциальных угроз, заключающихся в наличии совокупности вероятных  условий и факторов, создающих опасность совершения акта незаконного  

вмешательства в деятельность транспортного комплекса. Уровень  безопасности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных  средств № 1 действует постоянно, если не объявлен иной уровень  безопасности.  

Федеральными авиационными правилами «Требования авиационной  безопасности к аэропортам» (утв. приказом Минтранса РФ от 28.11.2005   № 142) предусмотрено, что пропускной и внутриобъектовый режим в  аэропорту организуется в соответствии с инструкцией по пропускному и  внутриобъектовому режиму, которая утверждается администрацией аэропорта  по согласованию с территориальным органом Федеральной службы по  надзору в сфере транспорта и подразделением вневедомственной охраны при  органах внутренних дел Российской Федерации, осуществляющим охрану  аэропортов и объектов их инфраструктуры (статья 10).  

Лица сторонних организаций и посетители в контролируемую зону  аэропорта допускаются в установленном инструкцией, утвержденной  уполномоченным администрацией аэропорта должностным лицом, порядке по  разовым или временным пропускам с указанием конкретного сектора(ов)  допуска (статья 15).  

Кроме того, согласно Правилам охраны аэропортов и объектов их  инфраструктуры (утв. постановлением Правительства РФ от 01.02.2011 № 42)  пропуск лиц, транспортных средств на территорию аэропорта через  контрольно-пропускные пункты осуществляется только после:  идентификации личности и транспортного средства, установления  действительности оснований для прохода (проезда) на территорию аэропорта,  проведения досмотра с использованием досмотровых средств.  

Из представленной в материалы дела инструкции о пропускном и внутри  объектовом режимах на служебно-технической территории международного  аэропорта Новосибирск (Толмачево) следует (пункт 6.3.), что вывоз (вынос)  материальных ценностей, принадлежащих аэропорту и предприятиям,  расположенным на территории аэропорта, осуществляется только по  

материальному пропуску установленного образца независимо от того,  временно или безвозвратно вывозятся или выносятся эти ценности. По  данному материальному пропуску материальные ценности могут быть  вывезены (вынесены) с территории (объекта) только один раз, в день выписки  пропуска. (т.2 л.д.131).  

Материальный пропуск при выезде изымается работником САБ  (подразделения ТБ) на КПП и сдается в бюро пропусков САБ аэропорта,  корешок материального пропуска остается в службе (предприятии), выдавшей  пропуск, и хранится в течение одного года (пункт 6.7).  

Документом на право вывоза (выноса) с территории аэропорта  материальных ценностей (грузов), принятых к перевозке, является заявка  грузоотправителя, на которой кладовщик (приемосдатчик), отпускающий груз,  проставляет штамп «Вывоз разрешен», разборчиво пишет свою фамилию и  расписывается. Такая же отметка делается и в разовом пропуске на  транспортное средство грузополучателя с указанием номера накладной, по  которой выдан груз (пункт 6.8).  

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что ответственным  грузоотправителем и грузополучателем при проведении строительных работ  на объекте являлся ответчик в рамках полномочий генерального подрядчика,  находясь непосредственно в договорных отношениях с заказчиком (АО  «Аэропорт Толмачево») и с подрядчиками – непосредственными  производителями работ.  

Следовательно, организация учета и контроля ввозимых и вывозимых  материальных ценностей при производстве работ осуществлялась при  непосредственном участии ответчика и на основании его заявок.  

В материалы дела были представлены акты приема-передачи ТМЦ на  ввоз строительных материалов на объект в отношении элементов опалубки и  фанеры до начала работ, а также материальные пропуска и накладные на  вывоз ТМЦ со строительной площадки после прекращения договора.  

Анализ указанных доказательств свидетельствует, что оформление  документов на ввоз не было организовано надлежащим образом, поскольку по  отдельным позициям элементов опалубки согласно документам, имеющим  отметки компетентного лица ответчика, на строительную площадку было  ввезено оборудования меньше, чем в последующем было вывезено.  

Так, например, в контррасчете исковых требований ответчика балка  VT20K2 согласно двухсторонних актам ввезена в количестве 252 штуки, а  вывезено 289 штук, в отношении балки GT24 нет двухсторонних актов на  ввоз, но вывезено 131 штука.  

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что документы на ввоз  ТМЦ на строительную площадку не содержат достоверных сведений о  ввезенном количестве опалубки и фанеры, необходимых для производства  работ на объекте.  

По этим же основаниям суд признал заявление о фальсификации актов от  16.04.2021 необоснованным, так как в отсутствие надлежащего контроля и  фиксации со стороны ответчика объема ввозимой опалубки проверить  достоверность содержания спорных актов не представляется возможным.  Более того, при рассмотрении заявления о фальсификации, суд учитывал  выводу эксперта, которым установлено, что для производства работ  требовалось наличие опалубки в объеме, сопоставимом с объемом опалубки,  завезенной согласно актам, представленным истцом, в том числе от  16.04.2021.  

Учитывая, что строительная площадка была расположен на территории  режимного объекта, допуск на который и выезд с которого осуществляется  через согласование и оформление пропусков, а ответчик являлось  генеральным подрядчиком, суд приходит к выводу, что истец мог вывезти  оборудование только при наличии разрешения ответчика и штампа ответчика  на материальном пропуске «Вывоз разрешен».  

Также суд неоднократно предлагал сторонам представить  исполнительную документацию в отношении работ, фактически выполненных  

ответчиком для определения последовательности производства, в том числе,  количества обособленных участков производства монолитных работ  (захваток), так как это существенно влияет на количество необходимой для  производства работ опалубки.  

Исполнительная документация суду не представлена. 

Учитывая, что ответчик фактически выполнил определенный объём  работ, что было невозможно без использования опалубки, а также учитывая  отсутствие иных достоверных доказательств, позволяющих с определенной  степенью точности определить количество опалубки, используемой истцом  при производстве работ, а, соответственно, находившейся на строительной  площадке, суд поставил перед сторонами на обсуждение вопрос о назначении  судебной экспертизы.  

Истцом было заявлено соответствующее ходатайство, ответчик против  проведения экспертизы не возражал и представил свои варианты вопросов  экспертам.  

Определением суда от 22.09.2023 проведение экспертизы было поручено  Замятину Сергею Александровичу – эксперту Межрегиональной  Общественной Организации по развитию экспертной и судебно-экспертной  деятельности «Межрегиональный общественный экспертный совет». На  разрешение перед экспертом был поставлен следующий вопрос: определить  количество опалубки фирмы ООО «Пери» и листовой фанеры, необходимой  подрядчику для выполнения работ, поименованных в актах приемки  выполненных работ № 1 от 31.03.2021, № 2 от 15.04.2021, № 3 от 30.04.2021,   № 4 от 15.05.2021, № 5 от 31.05.2021, в соответствии с проектной и  исполнительной документацией. При проведении исследования эксперту  необходимо принять: что работы выполнялись с соблюдением  соответствующей технологии и требований проектной документации, что  договор был прекращен по инициативе подрядчика, то есть предполагается  готовность подрядчика к выполнению работ в полном объеме в соответствии с  условиями договора.  

По результатам проведенного исследования экспертом было  представлено заключение, содержащие выводы по поставленному вопросу с  описанием хода проведенного исследования.  

Опрошенный в судебном заседании эксперт дополнительно пояснил, что  при исследовании он исходил из того, что работы выполнялись одной  захваткой, так как иных сведений ему не было представлено, в том числе, по  дополнительному запросу о предоставлении исполнительной документации.  

Также эксперт указал, что при проведении исследования ими  использовалась оригинальная компьютерная программа, он-лайн доступ к  которой им был предоставлен производителем опалубки «Perri».  

Также эксперт пояснил, что компьютерная программа исходя из  параметров бетонной конструкции самостоятельно определила типоразмеры и  количество отдельных элементов опалубки, необходимые для производства  работ на объекте, а эксперты уже в последующим самостоятельно пересчитали  объем опалубки с учетом тех ее фактических размеров, которые имелись в  наличии у истца при производстве работ.  

Эксперт предоставил письменные пояснения в материалы дела на вопрос:  является ли оборудование стойки Slab Prop Pep Ergo B-350, Slab Prop Pep Ergo  B-400 взаимозаменяемым с таким оборудованием как стойка MULTIPROP  MP 480, стойка MULTIPROP MP 625 (с учетом ссылок на стр. 11 экспертного  заключения).  

Экспертом предоставлены письменные пояснения, где указано, что  прямая буквальная замена стоек типа Slab Prop Ergo B-350, Slab Prop Pep Ergo  B-400 на стойки MULTIPROP MP 480, стойки MULTIPROP MP 625 не  приведет к изменению количества стоек.  

Требования к заключению эксперта и его содержанию установлены  Федеральным законом № 73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ).  Так, согласно статье 25 Закона № 73-ФЗ, в заключение эксперта или комиссии  экспертов должны быть отражены в частности содержание и результаты  

исследований с указанием примененных методов; оценка результатов  исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным  вопросам.  

Судом установлено, что экспертом не нарушены положения статьи 25  Закона № 73-ФЗ, в заключении отражено предупреждение эксперта об  уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения,  рассматриваемое заключение содержит мотивы, методы, использованные при  исследовании, результатом которых стали представленные экспертами  выводы.  

У суда не имеется оснований ставить экспертное заключение под  сомнение и полагать, что заключение по результатам экспертизы содержат  неправильные по существу выводы и не считать данные заключения  надлежащим доказательством.  

Оценив представленное заключение, с учетом представленных в  материалы дела доказательств, суд считает, что оно соответствует  требованиям закона и является допустимым доказательством.  

Поскольку эксперт в полной мере ответил на поставленный судом вопрос,  а также учитывая, что оснований сомневаться в достоверности выводов  эксперта у суда не имелось, ходатайство ответчика о проведении повторной и  дополнительной экспертизы судом было отклонено.  

С учетом выводов эксперта, истец уточнил требования. При этом истец  свой расчет построил следующим образом. Из двух показателей количества  опалубки (данные по актам на ввоз и расчет эксперта) истец выбирал  наименьший и вычитал из него количество опалубки, вывезенной согласно  документам на вывоз. Полученную разницу истец уменьшил на количество  поврежденной опалубки, наличие которой было зафиксировано на  строительной площадке при двухстороннем осмотре сторонами.  

Принимая во внимание, что и по расчету истца, и по расчету эксперта на  строительной площадке для выполнения работ требовалось опалубки больше,  чем было вывезено истцом согласно материальным пропускам и накладным,  

подписанным ответчиком, суд приходит к выводу, что доводы истца об  удержании части опалубки ответчиком подтверждаются материалами дела.  

Расчет истца включает в себя три группы оборудования (три таблицы).  

Первая часть оборудования была получена истцом по договору аренды   № 116900-А от 31.08.2018 и № 23331-А от 17.04.2020 (таблица 1 расчета  истца).  

В соответствии с условиями указанных договоров, арендатор (истец)  обязуется возместить арендодателю стоимость арендуемого оборудования по  цене, согласованной сторонами в договорах аренды.  

Согласно условиям договоров аренды и расчету истца, стоимость  утраченного оборудования, полученного по договором аренды, составляет  1608 462 рублей.  

Ответчик примененную истцом стоимость оборудования не оспорил. Судом расчет по таблице № 1 проверен и признан верным. 

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может  требовать полного возмещения причиненных ему убытков. При этом под  убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело  или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата  или повреждение имущества (реальный ущерб), а также неполученные  доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского  оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Суд приходит к выводу, что расходы истца по оплате стоимости  арендованного оборудования являются убытками и подлежат возмещению  ответчиком, поскольку судом установлено, что ответчик противоправно  произвел удержание оборудования истца.  

Вторая часть оборудования (таблица 2 расчета истца) на момент его  утраты ответчиком принадлежала истцу на праве собственности, что  подтверждается представленными договором поставки № П41-2020 от  15.04.2020 (п.1 спецификации № 13 от 05.03.2021), договором аренды   № А0507-791 от 07.05.2021 (п.1 спецификации № 1 от 11.05.2021) и УПД  

 № 103349 от 09.06.2020 (внутреннее перемещение ТМЦ с другого объекта в  рамках деятельности истца).  

Согласно пункту 1 статьи 1105 ГК РФ в случае невозможности  возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество  приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость  этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные  последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не  возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о  неосновательности обогащения.  

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного  обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет  другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или  приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 ГК  РФ.  

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от  того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения  приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло  помимо их воли.  

Стоимость оборудования определена истцом по состоянию на июнь 2021  (момент прекращения договора и начало удержания оборудования  ответчиком) на основании отчета отчет № 24724 в размере 3 891 207,60  рублей 60 копеек.  

Третья часть оборудования (таблица 3 расчета истца) на момент  производства работ находилась у истца в пользовании на основании договора  аренды № 25258-АПР-2020 от 07.07.2020, а также на основании решения суда  от 21.06.2022 по делу № А41-10891/2022, в соответствии с которым с  ответчика в пользу ООО «Пери» была взыскана выкупная стоимость  оборудования.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 624 ГК РФ в законе или договоре  аренды может быть предусмотрено, что арендованное имущество переходит в  

собственность арендатора по истечении срока аренды или до его истечения  при условии внесения арендатором всей обусловленной договором выкупной  цены.  

Таким образом, титул права собственности истца на оборудование,  поименованное в таблице 3, подтверждается вступившим в силу судебным  актом, а также условиями договора аренды № 25258-АПР-2020 от 07.07.2020.  

Фактически оборудование истцом как собственником было утрачено в  результате неправомерного удержания ответчиком этого имущества.  Стоимость утраченного оборудования является убытками истца.  

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащих  возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью  достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении  требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том  основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае  размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех  обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности  ответственности допущенному нарушению.  

Должник вправе предъявить возражения относительно размера  причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор  мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья  404 ГК РФ).  

Истцом представлен расчет убытков по таблице 3, где в качестве  стоимости утраченного оборудования принята стоимость оборудования по  расценкам ООО «Пери» по состоянию на сентябрь 2024.  

Суд полагает, что восстановление нарушенного права истца предполагает  ему возмещение стоимости оборудования в таком размере, который позволит  ему приобрести.  

Ответчик, возражая по иску в этой части, указал, что истцом на  строительную площадку завозилось оборудование, бывшее в употреблении, а  расчет производиться исходя из цен на новое оборудование.  

Суд предлагал ответчику представить мотивированный контррасчет либо  иные доказательства чрезмерности расчета истца, в том числе доказательства  возможности приобретения опалубки марки «Пери», бывшей в употреблении.  Ответчик доказательств возможности приобретения оборудование по иной  стоимости суду не представил.  

При этом определить степень износа оборудования в результате действий  ответчика по его удержанию и сокрытию не представляется возможным.  

С учетом изложенного суд признает расчет истца по таблице 3 в размере  12949042 рублей разумным и обоснованным.  

Возражая по иску, в том числе, оспаривая выводы эксперта, ответчик  указал, что при проведении исследовании и выполнении расчетов истцом и  экспертом не приняты во внимание выводы арбитражного суда по делу № А4518538/2022.  

При проведении судебной экспертизы по делу № А45-18538/2022  установлено, что истцом в актах приемки выполненных работ задублированы  объемы работ:  

- блок 1.1. этаж 1 плита перекрытия 4,3 м3, колонны 9,3 м3; - этаж 2 стены 22 м3 , колонны 9, 34 м3, 

- блок 1.2. подвал плита над подвалом 0,71 м3, стены 55,4 м3, колонны  11, 21 м3.  

В отношении указанных работ, кроме перекрытий, используется  щитовая опалубка. Истцом требование о возмещении стоимости щитовой  опалубки, удерживаемой ответчиком, не заявлено.  

Судебной экспертизы по делу № А45-18538/2022, установлено что истец  выполнил, в том числе, следующие работы по устройству перекрытий:  

- блок 1.2. подвал - плита перекрытий 327,50 м3; - блок 1.1. 1 этаж плита перекрытий 423,8 м3. 

Соотношение объема «задублированных» работ по устройству  перекрытий (5,01 м3) к общему объему выполненных работ по устройству  перекрытий (751,3 м3) составляет 0,6%.  

Столь незначительное отклонение не может влиять на определение  объема опалубки, требуемой для производства работ, в связи с чем суд  отклоняет возражения ответчика.  

Возложенное на лицо, участвующее в деле, бремя доказывания  соответствующих юридически значимых обстоятельств по смыслу статей 9, 65  АПК РФ реализуется им с учетом подлежащего применению в конкретном  споре стандарта доказывания.  

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или  «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями  спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда  Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-186005) и предполагает  признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при  представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности  подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований  и возражений.  

В этом случае состав доказательств, достаточных для подтверждения  оснований иска (их опровержения), должен соответствовать обычному кругу  доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при  типичном развитии, которыми должна располагать его сторона. При этом  опровергающее лицо вправе передать суду доказательства состоявшегося  встречного имущественного предоставления, уменьшившего задолженность  или вовсе прекратившего его обязательства, либо вправе опровергнуть сам  факт передачи товара полностью или в части (в том числе применительно к  разъяснениям, содержащимся в пункте 12 информационного письма  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору  строительного подряда»).  

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу, что истцом  представлены в материалы дела допустимые и достаточные доказательства  наличия прав на спорное имущество, ввоза и использования имущества (по  таблицам 1, 2 и 3) при производстве работ и его последующее удержание  ответчиком с последующей утратой.  

Истцом также заявлено требование о взыскании процентов за  пользование чужими денежными средствами в размере 1 137 138,21 рублей.  

В пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016   № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса  Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»  разъяснено, что проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ,  подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства  (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения  или иных оснований, указанных в ГК РФ).  

При этом лицо, которое без установленных законом, иными правовыми  актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество  (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить  последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество  (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных  статьей 1109 настоящего Кодекса (статья 1102 ГК РФ).  

В случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное  или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему  действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а  также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества,  если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как  узнал о неосновательности обогащения (пункт 1 статьи 1105 ГК РФ).  

На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат  начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того  времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о  

неосновательности получения или сбережения денежных средств (пункт 2  статьи 1107 ГК РФ).  

Истцом начислены проценты на сумму неосновательного обогащения в  размере 3 891 207,60 (таблица 2 расчета истца) за период с 10.09.2021 по  23.09.2024.  

Ответчиком расчет не оспорен, контррасчет не представлен. Расчет процентов судом проверен и признан верным. 

В связи с чем, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат  удовлетворению в полном объеме.  

Судебные расходы подлежат распределению по правилам статьи 110  АПК РФ и относятся на ответчика.  

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 181 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

решил:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ант Япы»  (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью  «Ремонтно Строительная Компания» (ОГРН 

<

***>) 18 448 711  рублей 60 копеек убытков и неосновательного обогащения; 1137138 рублей  21 копейку процентов за пользование чужими денежными средствами за  период с 10.09.2021 по 23.09.2024, а также 160000 рублей судебных расходов  по оплате стоимости экспертизы и 6000 рублей судебных расходов по оплате  государственной пошлины.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ант Япы»  (ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 114929 рублей  государственной пошлины.  

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в  течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный  суд.  

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом  рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд  апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока  подачи апелляционной жалобы.  

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный  суд Новосибирской области.  

Судья С.Г. Зюзин