ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-3954/2015

г. Саратов

22 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена  15 февраля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен  22 февраля 2024 года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Романовой Е.В., Судаковой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Федеральной налоговой службы

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 19 октября 2023 года по делу  № А57-3954/2015 

по заявлению Федеральной налоговой службы о взыскании убытков,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Волгомост» (129626, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании до перерыва: представителя Федеральной налоговой службы - ФИО2, действующей на основании доверенности от 17.01.2023 № 01-14/00018, представителя публичного акционерного общества «Банк «ВТБ» - ФИО3, действующей на основании доверенности от 17.01.2022, представителей акционерного общества «Волгомост» ФИО4, действующей на основании доверенности от 22.12.2023 № 12-2023-14, ФИО5, действующей на основании доверенности от 22.12.2023 № 12/2023-15, представителя открытого акционерного общества «Хотьковский автомост» - ФИО6, действующей на основании доверенности от 04.08.2023 № 644/П, представитель Генеральной прокуратуры Российской Федерации - Дедова С.Б. (служебное удостоверение ГП № 018095),

при участии в судебном заседании после перерыва: представителя Федеральной налоговой службы - ФИО2, действующей на основании доверенности от 17.01.2023 № 01-14/00018, представителя публичного акционерного общества «Банк «ВТБ» - ФИО3, действующей на основании доверенности от 17.01.2022, представителя публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» - ФИО7, действующего на основании доверенности от 14.07.2022 №1173, представителей акционерного общества «Волгомост» ФИО4, действующей на основании доверенности от 22.12.2023 № 12-2023-14, ФИО5, действующей на основании доверенности от 22.12.2023 № 12/2023-15, представителя открытого акционерного общества «Хотьковский автомост» - ФИО6, действующей на основании доверенности от 04.08.2023 № 644/П, представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации - Дедова С.Б. (служебное удостоверение ГП № 018095), 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 10.03.2015 принято заявление конкурсного кредитора о признании публичного акционерного общества «Волгомост» (организационно-правовая форма должника изменена на акционерное общество) (далее – АО «Волгомост», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 19.07.2016 в отношении АО «Волгомост» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8

Определением суда от 05.03.2019 в удовлетворении ходатайства должника о прекращении производства по делу отказано, в отношении АО «Волгомост» введено внешнее управление, исполнение обязанностей внешнего управляющего возложено на временного управляющего ФИО8

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2019 определение Арбитражного суда Саратовской области от 05.03.2019 в части отказа в удовлетворении ходатайства АО «Волгомост» о прекращении производства по делу оставлено без изменения. В остальной части (в части введения процедуры внешнего управления) указанное определение отменено, вопрос направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 27.08.2019 ФИО8 отстранен от исполнения обязанностей временного управляющего АО «Волгомост».

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 01.10.2019 временным управляющим АО «Волгомост» утвержден ФИО9

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 25.03.2020 (резолютивная часть от 18.03.2020) постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2019 по делу №А57-3954/2015 в части отмены определения Арбитражного суда Саратовской области от 05.03.2019 и направления вопроса на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области отменено. В отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 17.04.2020 ФИО9 утвержден исполняющим обязанности внешнего управляющего АО «Волгомост».

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2020 определение Арбитражного суда Саратовской области от 05.03.2019 по делу № А57- 3954/2015 в части введения в отношении АО «Волгомост» процедуры внешнего управления отменено, направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 13.07.2022 АО «Волгомост» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО10. 

Постановлением Двенадцатого арбитражного суда от 21.09.2022 решение Арбитражного суда Саратовской области от 13.07.2022 по делу №А57-3954/2015 отменено, во введении в отношении АО «Волгомост» процедуры конкурсного производства отказано, вопрос направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области.

Таким образом, в настоящее время должник находится в процедуре банкротства - наблюдение.

В Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление ФНС России о привлечении к ответственности АО «Хотьковский Автомост» (ИНН 

<

***>), ООО «БСК-Мостострой» (ИНН 

<

***>), ООО «ЭЛСЕТ» (ИНН 

<

***>), ФИО11, ФИО8, ФИО9, ФИО12, ФИО13, Садыгова Туфана Аллахверди-Оглы, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ООО «ФСО ФК «Олимп» (ИНН 

<

***>), ООО «Европейский Инвестиционный Холдинг» (ИНН 

<

***>), ФИО18, ФИО19, ФИО20 в солидарном порядке, о взыскании с ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО15, ФИО16, ФИО14, АО «Хотьковский Автомост» в солидарном порядке в пользу ФНС России убытков в размере 2 464 414 982,12 руб., а также взыскании со следующих ответчиков солидарно убытков в пределах заявленной суммы: с ФИО8 убытков в размере 135 000 000 руб.; с ФИО9 убытков в размере 243 500 000 руб.; с ФИО12 убытков в размере 953 295 936,94 руб.; с ООО «БСК-Мостострой» убытков в размере 901 462 799,69 руб.; с ООО «ЭЛСЕТ» убытков в размере 386 153 036,40 руб.; о взыскании в конкурсную массу АО «Волгомост» в солидарном порядке убытков в пределах заявленной суммы: с ФИО22 убытков в размере 182 730 000 руб.; с ООО «ФСО ФК «Олимп» убытков в размере 19 342 000 руб.; с ООО «Европейский Инвестиционный Холдинг» убытков в размере 102 650 000 руб.; с ФИО18 убытков в размере 6 200 000 руб.; с ФИО19 убытков в размере 4 250 000 руб.; с ФИО20 убытков в размере 1 663 278 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 19.10.2023 ФНС России отказано в удовлетворении заявления о привлечении к ответственности АО «Хотьковский Автомост», ООО «БСК-Мостострой», ООО «ЭЛСЕТ», ФИО11, ФИО8, ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО21, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО22, ООО «ФСО ФК «Олимп», ООО «Европейский Инвестиционный Холдинг», ФИО18, ФИО19, ФИО20 в солидарном порядке.

Заявление ФНС России о взыскании ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО15, ФИО16, ФИО14, АО «Хотьковский Автомост» в солидарном порядке в пользу ФНС России убытков в размере 2 464 414 982,12 руб., а также взыскании со следующих ответчиков солидарно убытков в пределах заявленной суммы: с ФИО8 убытков в размере 135 000 000 руб.; с ФИО9 убытков в размере 243 500 000 руб.; с ФИО12 убытков в размере 953 295 936,94 руб.; с ООО «БСК-Мостострой» убытков в размере 901 462 799,69 руб.; с ООО «ЭЛСЕТ» убытков в размере 386 153 036,40 руб. оставлено без рассмотрения.

В удовлетворении заявления ФНС России о взыскании в конкурсную массу АО «Волгомост» в солидарном порядке убытков в пределах заявленной суммы: с ФИО22 убытков в размере 182 730 000 руб.; с ООО «ФСО ФК «Олимп» убытков в размере 19 342 000 руб.; с ООО «Европейский Инвестиционный Холдинг» убытков в размере 102 650 000 руб.; с ФИО18 убытков в размере 6 200 000 руб.; с ФИО19 убытков в размере 4 250 000 руб.; с ФИО20 убытков в размере 1 663 278 руб. – отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, уполномоченный орган обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Саратовской области от 19.10.2023 отменить, перейти к рассмотрению спора по правилам суда первой инстанции, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Апелляционная жалоба ФНС России мотивирована тем, что контролирующими лицами должника применена незаконная схема, позволившая осуществить вывод денежных средств в нарушение очередности с дальнейшим переводом бизнеса на аффилированную компанию, в результате чего уполномоченный орган лишился возможности взыскания текущей задолженности; судом применен формальный подход к исследованию доказательств, представленных уполномоченным органом, а также ответчиками, в результате чего не в полной мере выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; судом первой инстанции не учтены отраженные в определении от 15.07.2021 по делу № 306-ЭС 19-13670(6,7) рекомендации Верховного Суда Российской Федерации, данные в рамках дела о банкротстве должника; судом нарушены принципы состязательности и равноправия сторон, заключающиеся в приобщении судом к материалам дела дополнительных доказательств и отказе ФНС России в удовлетворении ходатайства об отложении рассмотрения дела для ознакомления с представленными документами и подготовки процессуальной позиции; выводы суда первой инстанции, об отсутствии у уполномоченного органа права на взыскание убытков в пользу ФНС России, не соответствуют указаниям закона, поскольку судом не учтено, что уполномоченным органом вменяются ответчикам неправомерные действия по реализации незаконной схемы, которая позволила при наличии текущей задолженности по обязательным платежам производить перечисления денежных средств на общую сумму 7,6 млрд. руб. в пользу аффилированных лиц; судом первой инстанции неправильно применена норма процессуального права, а именно пункт 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), требования уполномоченного органа квалифицированы в качестве корпоративных, а заявление в части оставлено без рассмотрения; необоснованными являются также выводы суда первой инстанции о недоказанности недействительности сделок ввиду отсутствия оспаривания цепочки сделок; судом не применен повышенный стандарт доказывания при рассмотрении представленных в материалы дела доказательств, что привело к вынесению судебного акта, основывающегося на выводах, не соответствующих фактическим обстоятельствам дела; ответчиками не представлены в материалы дела доказательства, подтверждающие возврат денежных средств по подозрительным сделкам.

Также в апелляционной жалобе заявитель ссылается на то, что судебный акт содержит указание на представление со стороны уполномоченного органа уточнения заявления о взыскании убытков, в то же время налоговым органом не заявлялось об уточнении требований в порядке статьи 49 АПК РФ; не привлечение в дело арбитражным судом в качестве третьих лиц саморегулируемых организаций и страховых компаний с которыми у арбитражных управляющих были заключены договора обязательного и дополнительного страхования - ООО «Страховое общество «Помощь», Страховое ОАО «ВСК», ООО «Страховая компания Арсеналъ», также привело к принятию незаконного и необоснованного судебного акта.

В судебном заседании представителем уполномоченного органа заявлялось ходатайство о переходе к рассмотрению заявления ФНС России по правилам, установленным в суде первой инстанции в связи с не привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц саморегулируемых организаций и страховых компаний с которыми у арбитражных управляющих были заключены договора обязательного и дополнительного страхования - ООО «Страховое общество «Помощь», Страховое ОАО «ВСК», ООО «Страховая компания Арсеналъ».

Согласно части 6 статьи 268 АПК РФ, вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанций нормы процессуального права, являющиеся, в соответствии с частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

В соответствии с частью 6.1 статьи 268 АПК РФ, пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12) суд апелляционной инстанции выносит определение о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в случаях, установленных частью 4 статьи 270 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявленное ходатайство оснований для привлечения саморегулируемых организаций и страховых обществ не нашел, поскольку судебный акт на права и обязанности указанных лиц не влияет.

            Кроме того, ФНС России заявлены ходатайства о приобщении к материалам дела выписок по расчетным счетам, с пометкой «ДСП», и переходе к рассмотрению данного обособленного спора в закрытом судебном заседании.

Представитель ОАО «Хотьковский автомост», представители АО «Волгомост» возражали против удовлетворения ходатайства о приобщения  выписок по расчетным счетам, а также удовлетворения ходатайства о переходе к рассмотрению данного обособленного спора в закрытом судебном заседании.

Представитель ПАО «Банк «ВТБ» не возражал против удовлетворения ходатайства о приобщении к материалам дела выписок по расчетным счетам, но возражал против  удовлетворения ходатайства о переходе к рассмотрению данного обособленного спора в закрытом судебном заседании. 

Прокурор не возражал против удовлетворения ходатайства о приобщении к материалам дела выписок по расчетным счетам, а также удовлетворения ходатайства о переходе к рассмотрению данного обособленного спора в закрытом судебном заседании.

В соответствии с частью 2 статьи 11 АПК РФ разбирательство дела в закрытом судебном заседании допускается в случаях, если открытое разбирательство дела может привести к разглашению государственной тайны, в иных случаях, предусмотренных федеральным законом, а также при удовлетворении ходатайства лица, участвующего в деле и ссылающегося на необходимость сохранения коммерческой, служебной или иной охраняемой законом тайны.

В силу части 2 статьи 67 АПК РФ арбитражный суд не принимает поступившие в суд документы, содержащие ходатайства о поддержке лиц, участвующих в деле, или оценку их деятельности, иные документы, не имеющие отношения к установлению обстоятельств по рассматриваемому делу, и отказывает в приобщении их к материалам дела. На отказ в приобщении к материалам дела таких документов суд указывает в протоколе судебного заседания.

Суд апелляционной инстанции, учитывая, что в приобщении документов, составляющих налоговую тайну было отказано, не нашел также и оснований для перехода к рассмотрению дела в закрытом судебном заседании.

К материалам обособленного спора приобщены поступившие через канцелярию Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от Генеральной прокуратуры Российской Федерации письменный отзыв на апелляционную жалобу и дополнительные пояснения уполномоченного органа по апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель ФНС России поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе и дополнениях к апелляционной жалобе, просила обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. 

Представитель АО «Волгомост», ОАО «Хотьковский Автомост»» возражали против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просили определение Арбитражного суда Саратовкой области по делу №А57-3954/2015 от 19.10.2023, оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Арбитражный управляющий ФИО9 также возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение оставить без изменения.

Представители ПАО «ПСБ», ПАО «Банка ВТБ», прокуратуры поддержали доводы уполномоченного органа.

Также в материалы дела от заинтересованных лиц со стороны ответчиков поступили отзывы, в соответствии с которыми они возражают против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта.

Обращаясь с заявлением в суд первой инстанции, ФНС России указала на то, что текущая задолженность АО «Волгомост» по обязательным платежам на 28.06.2023 составляет 2 464 414 982,12 руб., из них основной долг - 1 556 139 132,65 руб., пени - 854 485 622,48 руб., штрафы - 53 790 226,99 руб. 

В соответствии с требованиями статьи 134 Закона о банкротстве установлена очередность погашения требований кредиторов по текущим платежам. 

Текущая задолженность по налогам и сборам, подлежащая удовлетворению: 

- во второй очереди составляет 585 183 581,58 руб. (основной долг по НДФЛ - 265 289 940,25 руб., ПФР - 319 893 641,33 руб.) задолженность образовалась за период с 1 квартала 2016 года по 3 квартал 2022 года; 

- в пятой очереди текущих платежей 1 848 673 273,83 руб. (основной долг - 946 8 А57-3954/2015 530 841,16 руб., пени - 848 354 510,68 руб., штрафы - 53 787 921,99 руб.), задолженность образовалась за период со 2 квартала 2015 года по настоящее время.

По мнению уполномоченного органа, при исполнении ФИО8 обязанностей внешнего управляющего должником в пользу АО «Хотьковский автомост» по договорам субподряда перечислено 135 000 000 руб. В результате данных действий уполномоченный орган лишился возможности удовлетворения своих требований в части текущей задолженности.

При исполнении ФИО9 обязанностей внешнего управляющего должником в пользу АО «Хотьковский автомост» по договору субподряда перечислено 243 500 000 руб. 

В период руководства ФИО12 с расчетных и лицевых счетов должника в нарушение календарной очередности, установленной статьей 134 Закона о банкротстве при наличии текущей задолженности по обязательным платежам в пользу аффилированного лица перечислено 953 295 936,94 руб. 

Кроме того, заявитель указал на то, что должником, при наличии необходимых трудовых и производственных ресурсов, совместно с аффилированными компаниями применена схема по уходу от уплаты доначисленных налогов и сборов (2 464 414 982,12 руб.) через расчеты по договорам субподряда, заключенным с АО «Хотьковский автомост», ООО «БСК-Мостострой» и ООО «ЭЛСЕТ» с последующим переводом бизнеса на АО «Хотьковский автомост».

При исполнении ФИО11 обязанностей генерального директора должника заключены договоры субподряда с аффилированными компаниями: АО «Хотьковский автомост» (перечисления на сумму 5 065 874 448,2 руб.), ООО «ЭЛСЕТ» (перечисления на сумму 6 353 490 284,29 руб.). 

По мнению ФНС, ФИО21 является бенефициарным собственником бизнеса. При этом, согласно справкам 2 НДФЛ в период с 2017 по 2020 ФИО21 получал заработную плату в АО «Хотьковский автомост», в пользу которого должником были перечислены денежные средства на сумму 6 397 670 385,14 руб. в рамках договоров субподряда. Кроме того, ФИО21 являлся поручителем АО «Волгомост» по кредитным обязательствам перед ПАО «Банк ВТБ». Впоследствии требования к АО «Волгомост» и ФИО21 выкуплены АО «Хотьковский автомост».

ФИО13 руководитель должника в период с 20.02.2016 по 18.01.2017, в период с 2017 г. является председателем совета директоров АО «Волгомост», таким образом ФИО13 является лицом, контролирующим деятельность должника, кандидатура генерального директора ФИО12 (в период которого осуществлено перечисление денежных средств в нарушение очередности на общую сумму 953 295 936,94 руб. в пользу АО «Хотьковский Автомост») была предложена ФИО13 При этом впоследствии ФИО13 был трудоустроен на руководящую должность в АО «Хотьковский автомост».

ФИО15 с 2017 г. по настоящее время является членом совета директоров, а также заместителем генерального директора планово-экономического управления АО «Волгомост» и одновременно заместителем генерального директора АО «Хотьковский автомост». В период пересечения замещения руководящей должности с расчетных счетов АО «Волгомост» было перечислено в нарушение очередности 3 781 917 707,76 руб. 

ФИО16 с 2017 г. по настоящее время является членом совета директоров, а также заместителем финансового директора АО «Волгомост». Согласно данным налогового органа ФИО16 с 2020 г. по настоящее время получает доход (заработную плату) в АО «Волгомост», с 2020 г. также числится в штате АО «Хотьковский Автомост». 

ФИО14 с 2017 г. по настоящее время является членом совета директоров, а также главным бухгалтером АО «Волгомост». Согласно протоколам совета директоров, ФИО14 голосовал за утверждение руководителей должника (ФИО12 и ФИО11). ФИО14 с 2016 по 2019 гг. получал доход (заработную плату) в АО «Волгомост», в 2020 г. осуществил переход в АО «Хотьковский Автомост».

Согласно официальному сайту контрагента ФИО14 занимает должность главного бухгалтера. Также ФИО14 получал заработную плату в АО «Клинское ДРСУ» (ИНН 

<

***>) - бывший акционер должника с долей 19,69 %. 

АО «Хотьковский Автомост» за период 2017-2020 гг. получило от АО «Волгомост» по экономически невыгодным для должника сделкам, в нарушение календарной очередности, денежные средства в размере - 6 397 670 000 руб.

Совокупность вышеуказанных косвенных доказательств, по мнению налогового органа, свидетельствует о наличии последовательных и согласованных действий, направленных на вывод денежных средств должника в нарушение очередности уплаты текущих платежей.

Уполномоченный орган указал на то, что вышеуказанные лица контролировали деятельность должника (входили в состав членов совета директоров, предлагали кандидатуры руководителей, занимали руководящие должности в аффилированной с должником компании), соответственно сделки по заключению договоров на выполнение субподрядных работ и перечисление денежных средств подлежали согласованию с советом акционеров должника, тем самым находились под контролем группы лиц, которые в последующем осуществили трудоустройство в предприятие, на которое был осуществлен перевод бизнеса АО «Волгомост». В связи с чем, данные лица подлежат привлечению к ответственности в солидарном порядке с руководителями должника и выгодоприобретателями.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункту 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 10 Закона о банкротстве (в применяемой редакции в рассматриваемый период) в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений названного Закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), может быть подано в ходе конкурсного производства, внешнего управления конкурсным управляющим, внешним управляющим, учредителем (участником) должника, а в ходе конкурсного производства также конкурсным кредитором или уполномоченным органом (пункт 5 статьи 10 Закона).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 4 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Поскольку ответственность арбитражного управляющего в виде возмещения убытков является гражданско-правовой, убытки подлежат взысканию по правилам, предусмотренным статьей 15 ГК РФ, согласно которой, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего.

Согласно положениям статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания суммы убытков необходимо наличие факта нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер убытков. Кроме того, такое лицо должно доказать, что принимало все зависящие от него меры для предотвращения (уменьшения) убытков. Исковые требования о взыскании убытков могут быть удовлетворены только при установлении в совокупности всех указанных оснований.

Рассматривая довод уполномоченного органа о взыскании в пользу уполномоченного органа убытков с ФИО8, ФИО9, ФИО12, ООО «БСК-Мостострой», ООО «ЭЛСЕТ», ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО15, ФИО16, ФИО14, АО «Хотьковский автомост» в солидарном порядке 2 464 414 982,12 руб. суд первой инстанции пришел  к следующим выводам. 

При обращении в суд заявитель в качестве правового обоснования, указал на положения статьи 61.20 Закона о банкротстве, статью 53.1 ГК РФ, статью 71 ФЗ «Об акционерных обществах». 

В соответствии с подпунктами 1 и 3 статьи 61.20 право на подачу искового заявления о взыскании в свою пользу убытков с лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, возникает у уполномоченного органа: 

- после возвращения заявления в связи с отсутствием финансирования;

 - после прекращения производства по делу о банкротстве в связи с невозможностью финансирования расходов по делу о банкротстве. 

Размер убытков ограничивается размером непогашенных требований к должнику. Заявление рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. Согласно статье 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой (пункт 1). 

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, также может быть предъявлено: 1) уполномоченными органами, обратившимися с заявлением о банкротстве должника, в случае возврата арбитражным судом заявления о признании должника банкротом в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве; 2) конкурсными кредиторами или уполномоченными органами в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве (пункт 3). В случае, предусмотренном пунктом 3 настоящей статьи, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 настоящей статьи лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику (пункт 4). Заявление о взыскании в свою пользу убытков, поданное в соответствии с пунктом 3 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, возвратившим заявление о признании должника банкротом или прекратившим производство по делу о банкротстве (пункт 5).

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. Положения пункта 5 статьи 61.14 и статьи 61.20 Закона о банкротстве применяются к соответствующим заявлениям, если определение о завершении или прекращении процедуры банкротства либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 1 сентября 2017 года (пункт 4 статьи 4 Закона № 266).

В рассматриваемом случае, дело о банкротстве должника находится в производстве арбитражного суда, введена процедура наблюдения, рассматривается вопрос о переходе к последующей процедуре. Оснований для прекращения в связи с отсутствием средств достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве в настоящее время не имеется. 

На основании пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что заявлено требование, которое в соответствии с Федеральным законом должно быть рассмотрено в деле о банкротстве. 

Применяя аналогию положения пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ суд первой инстанции пришел к выводу о наличии препятствий для рассмотрения заявленного требования в рамках дела о банкротстве, поскольку подобные требования должны быть рассмотрены в общеисковом порядке.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятия вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Целью конкурсного производства в отношении должника является соразмерное удовлетворение требований кредиторов. Однако, в данном случае требования о взыскании с контролирующих должника лиц убытков, направлены на защиту прав уполномоченного органа. 

Как разъяснено в пунктах 9, 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ). 

При этом с учетом положений пункта 4 статьи 225.1 - АПК РФ споры по искам о привлечении к ответственности лиц, входящих или входивших в состав органов управления юридического лица, в том числе в соответствии с абзацем первым статьи 277 ТК РФ, являются корпоративными, дела по таким спорам подведомственны арбитражным судам (пункт 2 части 1 статьи 33 АПК РФ) и подлежат рассмотрению по правилам главы 28.1 АПК РФ.

Арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ). Данные нормы регулируют возмещение корпоративных убытков, вытекающих из корпоративных отношений (статья 65.2 ГК РФ).

На корпоративный характер убытков, о которых идет речь в статье 61.20 Закона о банкротстве, указано в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, в котором разъяснено, что согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель.

Институт взыскания корпоративных убытков, несмотря на то, что убытки взыскиваются в пользу юридического лица, имеет целью защиту интересов его участников (акционеров) - участников корпорации, которые с помощью корпоративных отношений структурируют свое имущество особым образом путем обособления имущества и создания самостоятельного юридического лица, в том числе в целях ограничения своей имущественной ответственности. 

В то же время, интересы конкурсных кредиторов, по общему правилу, защищаются законодателем с помощью механизмов, предусмотренных нормами Закона о банкротстве, который предоставляет кредиторам и конкурсному управляющему, действующему в защиту прав последних (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве) и представительствующему от имени конкурсной массы, право подавать в арбитражный суд иски об оспаривании подозрительных сделок должника (глава III.1 Закона о банкротстве), о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам (статья 10, статьи 61.10 - 61.19 Закона о банкротстве), а также о возмещении причиненных контролирующими лицами должнику убытков, когда причиненный их действиями (бездействием) вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника (статьи 1064 ГК РФ, пункт 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53).

Изложенное подтверждается, в том числе, правовыми позициями, изложенными в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам (А57-3954/2015 Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14) по делу № А27-22402/2015, от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837 по делу № А23-6235/2015, от 26.08.2020 № 305-ЭС20-5613 по делу № А40-118964/2018).

Таким образом, требование о возмещении убытков по своему содержанию может быть двух видов: требованием о взыскании корпоративных убытков, причиненных участникам корпорации, и требованием о возмещении вреда кредиторам, если указанный вред не являлся причиной банкротства должника.

То обстоятельство, что статья 61.20 Закона о банкротстве предоставила кредиторам и конкурсному управляющему право требовать взыскания корпоративных убытков в пользу должника, не является основанием для игнорирования судом существа данного института, который предназначен для восстановления нарушенных прав членов корпорации.

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о взыскании с контролирующих должника лиц корпоративных убытков в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве, конкурсные кредиторы (конкурсный управляющий), хотя и действуют в своем интересе, связанном с защитой и пополнением имущественной массы должника, исходя из существа соответствующего иска, фактически условно представительствуют от имени участников должника, которые по тем или иным причинам не заняли самостоятельную активную позицию в вопросе защиты своих прав, нарушенных причинением им корпоративных убытков. По существу, кредиторам на период банкротства временно передается право требования участников корпорации к лицам, указанным в статье 53.1 ГК РФ, о взыскании корпоративных убытков. Однако существо такого требования от такого (квази) представительства не меняется.

Этот иск может быть удовлетворен только в том случае, если был бы удовлетворен иск участника корпорации. То обстоятельство, что иск о взыскании корпоративных убытков заявлен в арбитражном суде в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве конкурсным кредитором (конкурсным управляющим), а не участником должника, не изменяет ни существа соответствующего иска, ни правил его рассмотрения арбитражным судом, ни условий его удовлетворения последним. Об указанном свидетельствует, в частности, различный порядок исчисления срока исковой давности по искам о взыскании корпоративных убытков (даже если таковые заявлены в делах о банкротстве) (статья 53.1 ГК РФ, статья 61.20 Закона о банкротстве) и по искам о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности или к ответственности в виде убытков, когда причиненный их действиями (бездействием) вред не должен был привести к объективному банкротству должника (статья 10, статьи 61.10 - 61.19 Закона о банкротстве, пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53).

Так, в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 указано, что, поскольку требование о возмещении корпоративных убытков, заявленное в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве, в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором) (статья 200 ГК РФ). 

В то же время согласно пункту 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что какой-либо из кредиторов узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к ответственности до того, как об этом объективно могли узнать иные кредиторы, по заявлению контролирующего должника лица исковая давность может быть применена к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на такого информированного кредитора (пункт 1 статьи 200 ГК РФ, абзац первый пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

То есть срок исковой давности по искам, заявляемым в рамках дела о банкротстве в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве, независимо от обращающегося с ним к суду субъекта, исчисляется по новому директору, не связанному (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражному управляющему, утвержденному после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, а срок исковой давности по искам, заявляемым в порядке статей 10, 61.10 - 61.19 Закона о банкротстве, пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 - по действующему в интересах всех кредиторов арбитражному управляющему или обычному независимому кредитору, обладающему правом на подачу соответствующего заявления. Аналогичная позиция изложена в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», согласно которому в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором. 

В порядке пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 ГПК РФ или статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела. 

В случае обращения конкурсного кредитора (конкурсного управляющего) в рамках дела о банкротстве в арбитражный суд с иском о взыскании корпоративных убытков в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве при разрешении вопроса о наличии (отсутствии) оснований для его удовлетворения арбитражному суду надлежит исходить из общих условий удовлетворения такого рода исков, заявителями которых, по общему правилу, исходя из их существа, являются участники корпорации. 

В соответствии с абзацем третьим пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснениями, изложенными в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, требование о привлечении к субсидиарной ответственности является средством защиты исключительно для независимых от должника кредиторов, а использование механизма привлечения к субсидиарной ответственности для разрешения корпоративных споров является недопустимым. 

Таким образом, механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров, в связи с чем, суд первой инстанции, пришел к обоснованному выводу о том, что заявление ФНС России о привлечении к ответственности АО «Хотьковский Автомост», ООО «БСК-Мостострой», ООО «ЭЛСЕТ», ФИО11, ФИО8, ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО21, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО22, ООО «ФСО ФК «Олимп», ООО «Европейский Инвестиционный Холдинг», ФИО18, ФИО19, ФИО20 в солидарном порядке не подлежит удовлетворению.

Принимая во внимание, что требования в отношении АО «Хотьковский Автомост», ООО «БСК-Мостострой», ООО «ЭЛСЕТ», ФИО11, ФИО8, ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО21, ФИО14, ФИО15, ФИО16 о взыскании денежных средств в солидарном порядке заявлены в пользу ФНС России, не являющегося членом корпорации, суд пришел к выводу о наличии оснований для оставления заявления уполномоченного органа в указанной части без рассмотрения.

Одновременно с требованием о взыскании убытков в пользу ФНС России заявителем были заявлены требования о взыскании убытков в пользу должника:

- с ФИО22 в размере 182 730 000 руб.;

 - с ООО «ФСО ФК «Олимп» в размере 19 342 000 руб;

 - с ООО «Европейский Инвестиционный Холдинг» в размере 102 650 000 руб.; 

- с ФИО18 в размере 6 200 000 руб.;

 - с ФИО19  в размере 4 250 000 руб.;

 - с ФИО20 в размере 1 663 278 руб.

Суд первой инстанции не нашел оснований, для удовлетворения исковых требований, в виде взыскания убытков по корпоративным основаниям с указанных лиц с чем соглашается суд апелляционной инстанции в виду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В соответствии разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). 

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением. 

В силу положений статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. При этом удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии со статьей 1082 ГК РФ, обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре  (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

Таким образом, исходя из положений статей 15, 1064 и 1082 ГК РФ следует, что общими условиями деликтной ответственности является наличие состава правонарушения, включающего в себя: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами, вину причинителя вреда и размер причиненного вреда. Удовлетворение исковых требований возможно при доказанности всей совокупности условий деликтной ответственности. 

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15ГК РФ). По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника. 

Согласно пункту 7 постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. 

Все ответчики подтвердили факты получения денежных средств в заявленном размере. При этом все ответчики указали, что денежные средства не были получены непосредственно от должника, а основанием их получения являлось наличие хозяйственных связей с контрагентами по сделкам. Заявитель указывал на мнимый характер цепочек сделок, в результате которых ответчиками были получены денежные средства, указывая на скоординированность и направленность действий группы компаний и ее конечных бенефициаров на реализацию общего для всех намерений – получение экономически необусловленной выгоды за счет денежных средств должника в результате недобросовестных действий. 

Обращаясь в рамках настоящего обособленного спора с требованием о привлечении указанных лиц к ответственности по данному основанию, заявитель  фактически исходил из того, что кредиторам был причинен вред вследствие создания и поддержания группой контролирующих лиц   должника бизнес-модели, при которой вся затратная часть деятельности по выполнению ремонтно-строительных работ («центр убытков») возлагалась на должника, находящегося в процедуре наблюдения, а аккумулирование доходов от выполнения контрактов («центр прибыли») осуществлялось указанными лицами, что в своей совокупности причинило вред независимым кредиторам. При этом, по мнению налогового органа создание и поддержание ответчиком бизнес-модели «центр прибыли - центр убытков» следует из  передачи всех прав и обязанностей должника через договоры субподряда по исполнению крупного государственного контракта, а также перевода штатных работников и наличия у должника по отношению к ОАО «Хотьковский Автомост»  расхождений  в данных по реализации продукции и перечислению денежных средств. 

Между тем, само по себе наличие субподрядных отношений между заинтересованными лицами не может быть квалифицировано как недобросовестное перераспределение прибыли. Факт выполнения работ по договорам субподряда подтвержден принятием работ государственным заказчиком и сдачей объекта в эксплуатацию. Финансирование работ осуществлялось за счет бюджетных денежных средств, а не денежных средств должника.

Договоры были заключены в условиях обычной хозяйственной деятельности сторон. Книги покупок и книги продаж сами по себе не могут являться основанием для установления задолженности, поскольку не относятся ни к числу первичных документов, удостоверяющих факт хозяйственной жизни общества, ни к числу платежных документов, подтверждающих факт оплаты. Данные документы применяются организацией в целях налогового учета при расчете налога на добавленную стоимость.

Между тем, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.05.2021 № 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 ГК РФ, поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 постановления № 53.

Между тем, ни один из договоров субподряда между должником и ответчиками, заявленных со стороны ФНС России как звенья цепочки фиктивных сделок, не признан недействительной сделкой. Более того,  в рамках дела № А40-61046/2021 по исковому заявлению Банка ВТБ (ПАО) о признании недействительным договора субподряда №5-М от 01.03.2017 заключенного между АО «Волгомост» и ОАО «Хотьковский автомост» и применении последствий недействительности сделки в виде обязания субподрядчика вернуть генподрядчику денежные средства в размере 5 139 170 000 руб. уже была дана оценка обстоятельствам заключения договора субподряда с данным ответчиком. Арбитражным судом г. Москвы вынесено решение суда по делу № А40-61046/2021, которым Банку ВТБ (ПАО) отказано в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2021 решение Арбитражного суда г. Москвы от 06.07.2021 по делу №А40-61046/21 оставлено без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.12.2021 указанные судебные акты оставлены в силе. 

Определением Верховного суда РФ от 19.04.2022 также отказано в передаче кассационных жалоб Банка ВТБ и Управления Федеральной налоговой службы по Саратовской области для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. 

Как разъяснено пунктом 23 постановления № 53, по смыслу подпункта 3 пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если в удовлетворении иска о признании сделки недействительной ранее было отказано по мотиву равноценности полученного должником встречного денежного предоставления, то заявитель впоследствии не вправе ссылаться на нерыночный характер цены этой же сделки в целях применения презумпции доведения до банкротства.

Как пояснил ответчик АО «Волгомост» переход работников должника был направлен как на устранение риска срыва государственного заказа по строительству автомобильной дороги, так и на минимизацию убытков в ситуации возникшего на стороне общества финансового кризиса, поскольку к моменту такого перехода должник объективно не имел возможности по исполнению обязательств по выплате заработной платы. Заявителем не представлено обоснование того, как переход работников мог ухудшить финансовое положение должника. Между тем, как указывает должник, напротив он способствовал уменьшению требований к обществу, которые бы в процедуре банкротства подлежали включению во вторую очередь реестра требований кредиторов должника.

При этом, как следует из материалов дела ООО «ФСО ФК «Олимп», ФИО18, ФИО19 получили денежные средства от ООО «Звенигородского ДСК», правомерность получения средств которым заявителем не оспаривается, в виду чего также  отсутствуют основания полагать, что данные цепочки сделок могли носить притворный характер. ФИО22 являлся получателем денежных средств через цепочку сделок должник - ООО «БСК Мостострой» - ООО «Европейский Инвестиционный холдинг», ФИО20 через цепочку сделок должник - ООО «Элсет». 

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности.

Между тем, никто из вышеуказанных ответчиков в период вменяемых действий не входил в состав органа управления должником, не имел фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания и не обладал возможностью иным образом определять его действия, в том числе, действия по совершению сделок, определению их условий, что  является основанием для отнесения к числу контролирующих должника лиц (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, первый и второй абзацы пункта 3 Постановления № 53). 

Исходя из сформированных заявителем исковых требований, налоговый орган не ссылается на солидарный характер возмещения вреда иными ответчиками с указанными лицами. 

Таким образом, сам заявитель не указывает на наличие причинно–следственной связи между действиями ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО15, ФИО16 ФИО14, АО «Хотьковский Автомост», ООО «БСК-Мостострой», ООО «ЭЛСЕТ» и причиненными по мнению налогового органа убытками в указанной части. Заявителем не доказано, что поведение данных лиц носило согласованный, скоординированный характер и было направлено на реализацию общего для всех действующих лиц намерения.

Суд также принимает во внимание, что активы должника в 2019 г. составляли 31 346 124 тыс. руб., в 2020 г. активы составляли 27 438 417 тыс. руб., в 2021 г. – 21 555 509 тыс. руб., что с учетом размера требований о взыскании убытков с каждого из указанных лиц не позволяет считать извлеченную выгоду существенной относительно масштабов деятельности должника, что является обязательным критерием для отнесения к числу контролирующих должника лиц. В период указанных перечислений в отношении должника уже была возбуждена процедура несостоятельности (банкротства), а следовательно указанные перечисления не могли являться необходимой причиной банкротства.

Кроме того суд принимает во внимание, что ФИО18 представлены в материала дела квитанции к приходно-кассовому ордеру № 171,172 от 02.10.2019 подтверждающие факт возврата займа ООО «Звенигородской ДСК» в размере 6 200 000 руб.. Демиром Бюлентом представлена карточка счета 76.49 ООО «Элсет», согласно которой денежные средства в сумме 1400 000 руб. были удержаны из заработной платы ответчика в пользу ООО «Элсет».

Ответчиком ФИО19 предоставлены приходно-кассовые ордера и чек, подтверждающие частичный возврата займов на сумму 4 203 875 руб. ООО «БСК - Мостострой», что опровергает доводы заявителя о притворном характере сделок. 

ООО «Европейский Инвестиционный холдинг» представлено в материалы дела платежное поручение №368 от 27.09.2023, согласно которого им был осуществлен возврат займа в сумме 102 650 000 руб. в адрес АО «Хотьковский автомост», указанная сумма включает в себя и сумму займа, предоставленную впоследствии ООО «Европейский Инвестиционный холдинг» ФИО22 в размере 39 150 000 руб. 

При этом доводы налогового органа о мнимости сделки по возврату займа не имеют правового значения, поскольку суд не усмотрел правовых оснований для взыскания указанной суммы с ООО «Европейский Инвестиционный холдинг». В основу отказа в удовлетворении требований в указанной части не был положен факт возврата денежных средств.

Дополнительные пояснения ФНС России, представленные в суд апелляционной инстанции, фактически содержат аналогичные доводы по ранее заявленной правовой позиции налогового органа.

Новые доводы и доказательства, не заявленные при рассмотрении дела в суде первой инстанции, не могут быть приняты в рамках рассмотрения апелляционной жалобы. 

В связи с чем, судебной коллегией в соответствии со статьей 268 АПК РФ отказано в приобщении к материалам дела  документов, которые  не были предметом исследования в суде первой инстанции. При этом заявитель апелляционной жалобы, являясь истцом по настоящему спору не обосновал, чем была вызвана невозможность приобщения указанных документов в суде первой инстанции на протяжении нескольких месяцев рассмотрения спора судом.

Также налоговый орган в обосновании требований ссылается на нарушение его прав в виду нарушения порядка очередности текущих платежей. 

Ответчики не являются лицами, в пользу которых должник производил соответствующие выплаты. 

В пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что сделка по удовлетворению текущего платежа, совершенная с нарушением очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Законом о банкротстве, может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очередности. 

Таким образом, налоговый орган не лишен возможности осуществлять защиту нарушенного права путем предъявления соответствующих требований к лицам, непосредственно получившим удовлетворение от должника с нарушением очередности, установленной Законом о банкротстве.

Не нашел подтверждение в суде апелляционной инстанции довод налогового органа о непредставлении уточнений исковых требований в порядке статьи 49 АПК РФ в суд первой инстанции.

При подаче заявления в суд о взыскании убытков налоговым органом предъявлено требование, в том числе к ФИО11. При этом во всем тексте заявления налогового органа фамилия генерального директора вместо ФИО11 указана - ФИО23

Частью 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Частью 1 статьи 159 АПК РФ установлено, что заявления и ходатайства лиц, участвующих в деле, о достигнутых ими соглашениях по обстоятельствам дела, существу заявленных требований и возражений, об истребовании новых доказательств и по всем другим вопросам, связанным с разбирательством дела, обосновываются лицами, участвующими в деле, и подаются в письменной форме, направляются в электронном виде или заносятся в протокол судебного заседания, разрешаются арбитражным судом после заслушивания мнений других лиц, участвующих в деле.

Так согласно аудио-протоколу судебного заседания от 13.10.2023 по настоящему спору (9 минута) представитель налогового органа заявил о том, что фамилия лица указанного в заявлении о взыскании убытков написана с опечаткой и должна читаться как - ФИО11, а не ФИО23. Суд первой инстанции принял данное уточнение исковых требований в порядке статьи 49 АПК РФ и заслушал перед этим мнения лиц участвующих в деле, как того требуют положения статьи 159 АПК РФ.

Судебная коллегия также не нашла оснований, установленных частью 4 статьи 270 АПК РФ для перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции.

Судом в оспариваемом судебном акте отказано во взыскании убытков, в том числе с арбитражных управляющих. Из содержания обжалуемого судебного акта не усматривается, что судом вынесен судебный акт о правах и обязанностях ООО «Страховое общество «Помощь», Страховое ОАО «ВСК», ООО «Страховая компания Арсеналъ», какие-либо выводы в отношении указанных лиц также отсутствуют, никаких обязанностей на них обжалуемыми судебными актами не возложено, соответственно их участие в настоящем обособленном споре является их правом, а не обязанностью.

Соответственно довод налогового органа, о том что непривлечение в дело Арбитражным судом Саратовской области в качестве третьих лиц саморегулируемых организаций и страховых компаний, с которыми у арбитражных управляющих были заключены договоры обязательного и дополнительного страхования - ООО «Страховое общество «Помощь», Страховое ОАО «ВСК», ООО «Страховая компания Арсеналъ» является основанием для перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции и отмене судебного акта в указанном случае отклоняется судебной коллегией.

Судебная коллегия выводы суда первой инстанции находит не противоречащими примененным нормам права и установленным по обособленному спору обстоятельствам, принятыми при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционную жалобу уполномоченного органа следует оставить без удовлетворения.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает. 

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 19 октября 2023 года по делу  № А57-3954/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

 

 

Председательствующий                                                                          О.В.  Грабко

 

 

Судьи                                                                                                         Е.В. Романова

 

 

                                                                                                                    Н.В. Судакова