ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-9040/2014

город Ростов-на-Дону

15 июня 2024 года

15АП-6932/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 15 июня 2024 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Николаева Д.В., Димитриева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью "Группа компаний "Строй Город": представитель по доверенности от 16.05.2024 ФИО2;

от индивидуального предпринимателя ФИО3: представитель по доверенности от 01.06.2024 ФИО4;

от ФИО5: представитель по доверенности от 17.07.2023 ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Группа компаний "Строй Город" на определение Арбитражного суда Ростовской области от 16.04.2024 по делу № А53-9040/2014 по заявлению конкурсного управляющего ФИО7 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "РемСтройМонтаж",

ответчики: ФИО5; индивидуальный предприниматель ФИО3,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью "Группа компаний "Строй Город"

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "РемСтройМонтаж" (далее также – должник, ООО "РемСтройМонтаж") в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи от 02.08.2013, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью "РемСтройМонтаж" и ФИО5, в части отчуждения земельного участка, с кадастровым номером 61:58:0003233:162, площадью 9799 кв.м., земли населенных пунктов – для размещения многоэтажных жилых домов, адрес местонахождения: 

<

...>, об истребовании данного земельного участка из владения индивидуального предпринимателя ФИО3, взыскании с ФИО5 стоимости земельного участка в сумме 34269500 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 17.08.2023 ООО "Группа компаний "Строй Город" привлечено к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 16.04.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью "Группа компаний "Строй Город" обжаловало определение суда первой инстанции от 16.04.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просило обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что конкурсным управляющим не пропущен срок исковой давности, суд первой инстанции необоснованно удовлетворил заявление ответчика о пропуске срока исковой давности. Судом первой инстанции не учтено, что конкурсным управляющим оспорена сделка не по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, а по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, о наличии которых стало известно только 03.08.2021. Вопреки позиции суда первой инстанции, срок исковой давности подлежал исчислению не с 28.04.2015, а с 03.08.2021 и составляет 3 года. 

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО5 просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В отзыве на апелляционную жалобу ИП ФИО3 просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Представитель общества с ограниченной ответственностью "Группа компаний "Строй Город" поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.

Представитель индивидуального предпринимателя ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Представитель ФИО5 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.04.2014 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.11.2014 (резолютивная часть от 17.11.2014) в отношении ООО "РемСтройМонтаж" введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО8. 

Сообщение о принятом судебном акте опубликовано в газете "Коммерсантъ" № 6 от 17.01.2015. 

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 07.05.2015 (резолютивная часть от 28.04.2015) ООО "РемСтройМонтаж" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства. 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.03.2019 (резолютивная часть от 11.03.2019) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9 (публикация в газете "Коммерсантъ" № 46 от 16.03.2019). 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 16.08.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7, из числа членов саморегулируемой межрегиональной общественной организации "Ассоциация антикризисных управляющих".

23 марта 2023 года в арбитражный суд посредством сервиса электронной подачи документов "Мой Арбитр" поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098(2) N А40-140251/2013).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 N308-ЭС18-16378 по делу N А63-5243/2016.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, настоящее дело о банкротстве возбуждено 25.04.2014, оспариваемый договор заключен 02.08.2013, то есть, в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

В пункте 6 постановления N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304- ЭС15-20061, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, в преддверии его банкротства при неравноценном встречном предоставлении, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из приведенных норм права следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным названным кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы (разъяснения пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 32).

О злоупотреблении сторонами правом при совершении оспариваемых сделок может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно пункту 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В результате ознакомления с материалами дела А53-30506/2022, конкурсным управляющим по полученным материалам проведен анализ сделок ООО "РемСтройМонтаж", вследствие которого выявлена подозрительная сделка отвечающая критериям пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве. 

Между ООО "РемСтройМонтаж" (далее также - продавец) и ФИО5 (далее также – покупатель) заключен договор купли-продажи от 02.08.2013. 

Согласно пункту 1 договора, продавец продал, а покупатель купил и принял:

земельный участок 9799 кв.м., земли населенных пунктов - для размещения многоэтажных жилых домов, кадастровый номер: 61:58:0003233:162, по адресу: 

<

...>; 

земельный участок 2769 кв.м., земли населенных пунктов - для размещения многоэтажных жилых домов, кадастровый номер: 61:58:0003233:160, по адресу: 

<

...>; 

земельный участок 3589 кв.м., земли населенных пунктов - для размещения многоэтажных жилых домов, кадастровый номер: 61:58:0003233:159, по адресу: 

<

...>; 

земельный участок 1568 кв.м., земли населенных пунктов - для размещения многоэтажных жилых домов, кадастровый номер: 61:58:0003233:158, по адресу: 

<

...> (далее - недвижимое имущество). 

В соответствии с пунктом 3 договора, стороны определили стоимость продаваемого недвижимого имущества в размере 62037500 (шестьдесят два миллиона тридцать семь тысяч пятьсот) руб. из них: 

земельный участок с кадастровым номером 61:58:0003233:162 - 34296500 (тридцать четыре миллиона двести девяносто шесть тысяч пятьсот) рублей; 

земельный участок с кадастровым номером 61:58:0003233:160 - 9691500 (девять миллионов шестьсот девяносто одна тысяча пятьсот) рублей; 

земельный участок с кадастровым номером 61:58:0003233:159 - 12561500 (двенадцать миллионов пятьсот шестьдесят одна тысяча пятьсот) рублей; 

земельный участок с кадастровым номером 61:58:0003233:158 - 5488000 (пять миллионов четыреста восемьдесят восемь тысяч) рублей. 

При этом в абзаце 6 пункта 3 договора, стороны оговорили, что соглашение о цене является существенным условием настоящего договора. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора. 

Тем не менее, в период исполнения обязанностей конкурсным управляющим ООО "РемСтройМонтаж" ФИО9 заключен договор с МУП "БТИ" г. Таганрог с целью выполнения кадастровых работ для получения актов, относительно зарегистрированного за должником недвижимого имущества. 

При проведении осмотра с целью составления актов сноса недвижимого имущества в г. Таганрог, установлено фактическое наличие нескольких объектов (находящихся в аварийном состоянии). В связи с этим проведена инвентаризация имущества ООО "РемСтройМонтаж", ранее считавшегося фактически утраченным. Инвентаризационная опись опубликована на сайте ЕФРСБ. 

По мнению конкурсного управляющего ООО "РемСтройМонтаж", договор совершен сторонами в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку условия сделки в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. 

Согласно абзацу 5 пункта 1 договора, стороны определили, что на указанном недвижимом имуществе строения и сооружения отсутствуют. 

Как установлено конкурсным управляющим ООО "РемСтройМонтаж" на указанном земельном участке находились строения: 

1. Деревообрабатывающий цех, 1 этаж, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 61:58:0000000:17538 (остаток стены); 

2. Плотницкий цех, 1 этаж, 

<

...>- г, кадастровый номер: 61:58:0000000:17539; 

3. Склад, 1 этаж, 

<

...>, кадастровый номер: 61:58:0000000:17543.

По мнению конкурсного управляющего, сокрытие в договоре купли-продажи от 02.08.2013 строений на продаваемом земельном участке не только занижает фактическую стоимость отчуждаемого на тот момент имущества, но и нивелирует инвестиционную привлекательность всего имущественного комплекса. Указанное обстоятельство является самостоятельным фактором, свидетельствующим о значительном занижении общей стоимости земельного участка и расположенных на нем строений, и как следствие, подтверждает факт заключения сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Кроме того, по мнению конкурсного управляющего договор купли-продажи от 02.08.2013 нарушает положения абзаца 5 пункта 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации. 

Согласно абзацу 5 пункта 1 договора купли-продажи от 02.08.2013, стороны определили, что на указанном недвижимом имуществе строения и сооружения отсутствуют. Между тем, как установлено конкурсным управляющим ООО "РемСтройМонтаж" и подтверждается материалами дела А53-9040/2014, на указанном земельном участке находились строения: 

1. Деревообрабатывающий цех, 1 этаж, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 61:58:0000000:17538 (остаток стены); 

2. Плотницкий цех, 1 этаж, 

<

...>- г, кадастровый номер: 61:58:0000000:17539; 

3. Склад, 1 этаж, 

<

...>, кадастровый номер: 61:58:0000000:17543.

По мнению конкурсного управляющего ООО "РемСтройМонтаж" продажа земельного участка при условии расположенных на нем объектов недвижимости, принадлежащих на праве собственности одному лицу, однозначно свидетельствует о ничтожности такой сделки.

Между тем, в суде первой инстанции ФИО5, ИП ФИО3 заявлено о пропуске срока исковой давности.

Стабильность экономических отношений обеспечивается установлением срока для защиты права по иску лица, право которого нарушено - исковая давность (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу, срок исковой давности составляет три года. Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статьи 195, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимой сделки, то есть сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). К требованию о признании мнимой сделки недействительной применим трехлетний, а не годичный срок исковой давности (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" установлено, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

Из разъяснений, данных в пункте 32 названного постановления N 63 следует, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом, необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Согласно абзацу второму части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" также разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Таким образом, при обращении с заявлением о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (статьи. 10, 168, 170), срок исковой составляет 3 года, по специальным основаниям Закона о банкротстве (61.2, 61.3) - 1 год.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности начинает исчисляться с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии специальных оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Это правило касается и подачи иска конкурсными кредиторами (пункт 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Из изложенного следует, что направленность действий арбитражного управляющего в деле о банкротстве не ограничена интересами должника, арбитражный управляющий также в равной степени должен руководствоваться и интересами кредиторов, и общества в целом, которые, как правило, сводятся к пополнению конкурсной массы должника и к получению удовлетворения имущественных требований, что становится возможным, в том числе при реализации механизмов оспаривания сделок.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок.

Поэтому бездействие по неоспариванию сделок начинается не ранее момента, когда истек разумный срок на получение информации о наличии у сделок должника пороков недействительности и личности ответчика по иску, а также на подготовку документов, необходимых для предъявления соответствующих требований в суд.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 07.05.2015 (резолютивная часть от 28.04.2015) ООО "РемСтройМонтаж" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на временного управляющего ООО "РемСтройМонтаж" ФИО8, из числа членов некоммерческого партнерства "Ассоциация межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих".

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.03.2019 (резолютивная часть от 11.03.2019) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9 (публикация в газете "Коммерсантъ" № 46 от 16.03.2019). 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 16.08.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7, из числа членов саморегулируемой межрегиональной общественной организации "Ассоциация антикризисных управляющих".

В силу разъяснений, изложенных в пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", если в судебном заседании была объявлена только резолютивная часть судебного акта об утверждении арбитражного управляющего, то датой возникновения либо прекращения полномочий арбитражного управляющего будет дата объявления такой резолютивной части.

На необходимость исчисления срока исковой давности с даты объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом и введения процедуры указывает Верховный Суд Российской Федерации в определении от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710 (3) по делу N А40-177466/2013.

Таким образом, срок исковой давности для признания оспариваемого договора недействительным должен исчисляться с момента утверждения первого финансового управляющего в деле о банкротстве, т.е. с 28.04.2015.

В отношении доводы заявителя жалобы о том, что управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением в разумный срок, когда ему стало известно об обстоятельствах нарушения прав кредиторов, что свидетельствует о соблюдении срока исковой давности, судебная коллегия отмечает следующее.

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Как профессиональный участник процедуры реализации имущества гражданина арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок. Действуя разумно и осмотрительно, управляющий должен осознавать, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исполняя свои обязанности, управляющий должен своевременно направить соответствующие запросы в банковские организации с целью получения выписки по счетам должника, а также в регистрирующие органы с целью получения сведений об объектах недвижимости.

В соответствии с абзацем 7 пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, принадлежащем ему имуществе, в том числе об имущественных правах, и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов и органов самоуправления. Запрашиваемая информация предоставляется в течение семи дней со дня получения запроса без взимания платы.

Из материалов дела следует, что первый из конкурсных управляющий должника ФИО8 обратился в суд с заявлением о признании договора купли-продажи от 02.08.2013 недействительным на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Определением Арбитражного суда Ростовской области от 14.06.2016 в удовлетворении заявления отказано. 

Конкурсный управляющий должника ФИО9 обнаружил, что ранее на учете у должника числились объекты капитального строительства, которые находились в аварийном состоянии и считались фактически утраченными. После заключения договора с МУП "БТИ" г. Таганрога на выполнение кадастровых работ для получения актов сноса выявлено наличие объектов недвижимости в натуре, поэтому конкурсный управляющий 03.08.2021 восстановил объекты в инвентаризационном учете должника, а затем принял меры для их постановки на учет в ЕГРН.

Нежилое здание "деревообрабатывающий цех (производственное)" с кадастровым номером 61:58:0000000:17538, площадью 1998,20 кв. м, поставлено на учет 12.07.2022; Нежилое здание "Склад" с кадастровым номером 61:58:0000000:17543, площадью 73,90 кв. м, поставлено на учет 12.07.2022; Нежилое здание "Плотницкий цех" с кадастровым номером 61:58:0000000:17539, площадью 317,90 кв. м, поставлено на учет 12.07.2022.

После постановки объектов на учет в ЕГРН конкурсный управляющий реализовал их на открытых торгах в форме аукциона. Победителем торгов признано ООО "ГК "Строй Город". 

Установив, что приобретенные объекты расположены на земельных участках, в том числе спорном земельном участке, кадастровый номер 61:58:0003233:162, принадлежащих иному лицу, ООО "ГК "Строй Город" обратилось в суд с заявлением об установлении сервитута. 

К этому моменту спорный земельный участок отчужден ФИО5 по договору купли-продажи от 25.01.2022 индивидуальному предпринимателю ФИО3

При рассмотрении искового заявления ООО "ГК "Строй Город" об установлении сервитута очередной конкурсный управляющий должника (ФИО7) привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спор (определение от 10.11.2022 по делу № А53-30506/2022).

Полагая, что должнику причинен вред в результате заключения договора купли-продажи от 02.08.2013, так как его условия предполагали передачу земельного участка без расположенных на нем объектов, конкурсный управляющий ФИО7 обратился в суд с рассматриваемым заявлением, в котором просил истребовать земельный участок из владения индивидуального предпринимателя ФИО3

С учетом вышеизложенного, конкурсный управляющий о наличии спорного договора достоверно знал и должен был знать не позднее 03.08.2021, следовательно, даже исходя из данной даты истек срок исковой давности (03.08.2022), учитывая, что заявление о признании сделки недействительной подано конкурсным управляющим лишь 23.03.2023.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что спорный объект был инвентаризирован еще первым управляющим, что предполагает осмотр этих участков.

Доводы о том, что подлежит исчислению трехгодичный срок исковой давности, подлежат отклонению.

Конкурсным управляющим было заявлено о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, приведенные управляющим факты в обоснование заявления о признании сделки недействительной не выходят за пределы диспозиции пункта статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Управляющим должника не приведены доказательства наличия пороков в оспариваемой сделке, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, в связи, с чем суд в рассматриваемом обособленном споре не усматривает оснований для применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как верно указал суд первой инстанции, если рассматривать договор купли-продажи от 02.08.2013 и следующим за ним договор купли-продажи от 25.01.2022 как цепочку сделок, прикрывающих единую сделку по отчуждению имущества от должника к конечному приобретателю, то следует исходить из того, что исполнение данной сделки началось 02.08.2013, поэтому срок исковой давности по ней так же пропущен.

Вместе с тем суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания данных договоров в качестве элементов единой сделки. 

Цепочка последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом могла быть создана формально для прикрытия одной сделки, направленной на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. При таком варианте воля первого приобретателя на получение права собственности на имущество должника (а возможно и последующих, исключая последнего) выражается лишь для вида без реального намерения породить отраженные в первом договоре купли-продажи последствия. Личность таких приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов должника из-под угрозы обращения на него взыскания по требованиям кредиторов. В действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Отчуждаемое имущество все время находится под контролем этого бенефициара. Такая цепочка сделок как притворная единая сделка в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожна, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве с возвратом в конкурсную массу незаконно отчужденного имущества должника по правилам статьи 61.6 того же закона. 

Указанная позиция ранее изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678, от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031(6) и от 24.01.2022 № 305-ЭС20-16615(2). 

В рассматриваемом случае оснований рассматривать сделку в качестве единой цепочки, прикрывающей одну сделку на прямое отчуждение земельного участка индивидуальному предпринимателю ФИО10 у суда отсутствуют, так как договоры купли-продажи от 02.08.2013 и от 25.01.2022 совершены со значительным разрывом во времени. Сведения об аффилированности сторон указанных договоров не представлены, как и иные сведения, обосновывающие совпадение воль участников указанных договоров.

В качестве основания считать эти договоры элементами единой сделки конкурсный управляющий привел исключительно довод об отчуждении должником земельного участка по заниженной цене, определенной без учета спорных зданий, а также на последующее отчуждение земельного участка без упоминания о расположенных на нем зданиях. 

Однако определением суда от 14.06.2016 по настоящему делу установлено, что должник получил равноценное встречное исполнение от ФИО5 по договору купли-продажи от 02.08.2013, что согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исключает возможность повторной оценки довода о продаже спорного земельного участка по заниженной цене.

Относительно довода о последовательном отчуждении земельного участка без упоминания находящихся на нем зданий, суд верно отметил, что расположенные на указанном земельном участке здания как объекты гражданского права возникли с даты постановки их на учет в ЕГРН, то есть с 12.07.2022, поскольку ранее право собственности на данные объекты не существовало (статья 219 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, не доказано, что по состоянию на момент совершения договора купли-продажи от 02.08.2013, а также и договора купли-продажи от 25.01.2022 спорные здания существовали в существующем виде как самостоятельные объекты, поэтому не могли быть переданы совместно с земельным участком.

Установив фактические обстоятельства дела, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле доказательствам, апелляционный суд пришел к выводу о том, что заявление конкурсного управляющего о признании сделки недействительной не подлежит удовлетворению в связи с пропуском срока исковой давности по основаниям недействительности, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и отсутствия необходимых условий, которые позволяют оспаривать сделку по основаниям, предусмотренным статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что суд, применяя срок исковой давности, исходил из годичного срока, исключительного по банкротным основаниям, суд не применил трехгодичный срок исковой давности, так как в рассматриваемом обособленном споре правомерно не усмотрел оснований для применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, доводы, отраженные в апелляционной жалобе со ссылкой на допущенное должником злоупотребление правом, фактически направлены на пересмотр судебного акта, вступившего в законную силу, что является недопустимым.

Доказательств того, что у конкурсного управляющего существовали какие-либо объективные препятствия по направлению в суд заявления о признании оспариваемой сделки недействительной, в материалах дела отсутствуют.

С учетом изложенного, принимая во внимание тот факт, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления, суд первой инстанции верно отказал в удовлетворении заявления кредиторов.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - постановление N 43) указано, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Из разъяснений абзаца 4 пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" следует, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 16.04.2024 по делу № А53-9040/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                    Г.А. Сурмалян

Судьи                                                                                                                   Д.В. Николаев

М.А. Димитриев