﻿﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8415/19 

Екатеринбург

20 января 2020 г.

 

Дело № А47-88/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 января 2020 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Черкасской Г.Н.,

судей Тимофеевой А.Д., Лимонова И.В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Завод «Инвертор» (далее – общество «Завод «Инвертор») на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 11.06.2019 по делу № А47-88/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества «Завод «Инвертор» – Ярцева М.А. (доверенность от 25.12.2019 № 4-д);

акционерного общества «ТехПромАтом» (далее – общество «ТехПромАтом») – Корнев Д.Н. (доверенность от 15.07.2019). 

Общество «ТехПромАтом» обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к обществу «Завод «Инвертор» о взыскании реального ущерба в сумме 2 544 595 руб. 48 коп., упущенной выгоды в сумме 7 900 000 руб. 

Решением суда от 11.06.2019 исковые требования удовлетворены частично: с общества «Завод «Инвертор» в пользу общества «ТехПромАтом» взысканы убытки в сумме 2 544 595 руб. 48 коп.; в удовлетворении остальной части иска отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2019 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Завод «Инвертор» просит указанные решение и постановление отменить, принять новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с выводом судов о том, что обществом «Завод «Инвертор» было допущено неоправданное и внезапное прекращение переговоров о поставке оборудования. По мнению заявителя, прекращение переговоров было вызвано непредставлением обществом «ТехПромАтом» копии договора по указанному электронному адресу, отсутствием в течение длительного времени информации о заинтересованности общества «ТехПромАтом» в заключении договора, из-за чего срок поставки оборудования сократился и приобретение комплектующих оборудования стало невозможным. 

Ответчик указывает на ошибочность выводов судов о том, что намерение общества «Завод «Инвертор» на изготовление оборудования отражено в договоре поставки от 15.02.2018 № 9/49430-Д/ОКО-0-01, сторонами которого являются общество «ТехПромАтом» и общество «Концерн Росэнергоатом». 

Как считает ответчик, судами неправомерно отклонен довод о том, что коммерческий директор Попов Д.В. не имел полномочий на подписание коммерческих предложений, писем и титульных листов от имени общества «Завод «Инвертор». 

Заявитель кассационной жалобы полагает, что до момента заключения обществом «Завод «Инвертор» договора на поставку оборудования обществу «ТехПромАтом» последнее не должно было заключать соответствующий договор поставки с обществом «Концерн Росэнергоатом». 

Кроме того, ответчик указывает на то, что размер возникших у истца убытков мог быть уменьшен в случае инициирования обществом «ТехПромАтом» расторжения договора с филиалом общества «Концерн Росэнергоатом» – «Балаковская атомная станция» либо реализации необходимых мер в целях заключения дополнительного соглашения о переносе сроков.

В отзыве на кассационную жалобу общество «ТехПромАтом» просит оставить обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу общества «Завод «Инвертор» – без удовлетворения. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, установленном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по доводам, изложенным в кассационной жалобе. 

Как установлено судами, общество «ТехПромАтом» в 2017 году приняло участие в конкурсе, инициированном филиалом общества «Концерн Росэнергоатом – «Балаковская атомная станция» (далее также – Балаковская АЭС) на право заключения договора на поставку выпрямителей, инвертора и тиристорного устройства (регистрационный номер 171114/0608/930, опубликован на официальном сайте о размещении заказов на закупки товаров, работ и услуг для нужд госкорпорации Росатом http://zakupki.rosatom.ru/1711140608930, а также на электронной торговой площадке Росэлторг https://atom2.roseltorg.ru).

Общество «Завод «Инвертор» письмами от 30.11.2017 № 71/416, 71/417 направило в адрес общества «ТехПромАтом» свидетельство изготовителя, которым подтвердило, что является изготовителем оборудования по предмету конкурса, и гарантировало, что в случае признания истца победителем конкурса заключит договор на поставку оборудования, распространит фирменные гарантии на весь период действия договора, заключенного между истцом и Балаковской АЭС, а также направило коммерческое предложение на соответствующее оборудование. 

В рамках конкурса с регистрационным номером 171114/0608/930, реализовывая процедуру переторжки, организатор конкурса предложил участникам конкурса снизить стоимость оборудования.

Ответчиком 13.12.2017 направлено в адрес истца письмо № 71/416-1, содержащее новое коммерческое предложение с указанием наименования оборудования, количества оборудования, срока поставки, условий оплаты и поставки, цены и срока гарантийных обязательств.

Общество «Завод Инвертор» письмом от 18.12.2017 № 71/459 уведомило истца о своей производственной готовности изготовить оборудование.

Закупочная комиссия Балаковской АЭС по итогам проведенного конкурса с регистрационным номером 171114/0608/930 протоколом очного заседания закупочной комиссии от 18.01.2018 № УЗ-25/69 признала истца победителем конкурса. 

В дальнейшем между обществом «ТехПромАтом» и Балаковской АЭС 15.02.2018 заключен договор поставки № 9/49430-Д/ОКО-3-01, предметом которого является поставка выпрямителей, инвертора, устройства электронного тиристорного в количестве и ассортименте по цене и в сроки согласно спецификации, техническим требованиям, являющихся неотъемлемой частью договора.

Общество «ТехПромАтом» 19.02.2018 представило Балаковской АЭС банковскую гарантию № БГ/0018-00435Г на исполнение обязательств по заключенному договору на сумму в размере 1 649 830 руб. 16 коп.

При этом общество «Завод «Инвертор» письмом от 16.03.2018 № 71/076/529э сообщило, что сдерживающим фактором для заключения им договора поставки спорного оборудования с обществом «ТехПромАтом» является отказ официального дилера в продаже комплектующих, также указав, что готовит соответствующее обращение в Федеральную антимонопольную службу и исковое заявление в арбитражный суд, о сроках подписания договора обязалось сообщить после принятия решений в указанных органах. В дальнейшем письмом от 28.03.2018 № 71/619э ответчик отозвал указанное письмо от 16.03.2018 № 71/076/529э. 

Как следует из письма от 19.04.2018 № 72/9297 общество «Завод «Инвертор» указало, что у него отсутствуют гарантийные обязательства перед обществом «ТехПромАтом» и Балаковской АЭС.

Указанные обстоятельства послужили основанием для вывода истца                            о том, что со стороны общества «Завод Инвертор» допущено внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать. 

В связи с изложенным общество «Завод Инвертор» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением о взыскании убытков.

Суды первой и апелляционной инстанций, установив недобросовестность действий общества «Завод «Инвертор» при проведении переговоров, выраженных во внезапном и неоправданном прекращении переговоров по заключению договора поставки при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров (истец) не могла разумно этого ожидать, пришли к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения заявленных исковых требований. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства                                   или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, граждане и юридические лица свободны в проведении переговоров о заключении договора, самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, и не отвечают за то, что соглашение не достигнуто.

Согласно пункту 2 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются:

1) предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны;

2) внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.

Пунктом 3 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.

Убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, данным в пункте 19 постановления Пленума от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (постановление Пленума от 24.03.2016 № 7) к отношениям, связанным с причинением вреда недобросовестным поведением при проведении переговоров, применяются нормы главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации с исключениями, установленными статьей 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Предполагается, что каждая из сторон переговоров действует добросовестно и само по себе прекращение переговоров без указания мотивов отказа не свидетельствует о недобросовестности соответствующей стороны. На истце лежит бремя доказывания того, что, вступая в переговоры, ответчик действовал недобросовестно с целью причинения вреда истцу, например, пытался получить коммерческую информацию у истца либо воспрепятствовать заключению договора между истцом и третьим лицом (пункт 5 статьи 10, пункт 1 статьи 421 и пункт 1 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом правило пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяется.

Вместе с тем недобросовестность действий ответчика предполагается, если имеются обстоятельства, предусмотренные подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. В этих случаях ответчик должен доказать добросовестность своих действий.

В соответствии с пунктом 20 постановления Пленума от 24.03.2016 № 7 сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки. В результате возмещения убытков, причиненных недобросовестным поведением при проведении переговоров, потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным контрагентом. Например, ему могут быть возмещены расходы, понесенные в связи с ведением переговоров, расходы по приготовлению к заключению договора, а также убытки, понесенные в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды, придя к выводу о подтверждении материалами дела наличия у истца убытков, обоснованности их размера, причинно – следственной связи между недобросовестными действиями ответчика при ведении переговоров и названными убытками, правомерно удовлетворили заявленные обществом «ТехПромАтом» исковые требования в части взыскания убытков в виде реального ущерба на сумму 2 544 595 руб. 48 коп.

Факт несения убытков подтвержден платежным поручением от 06.07.2018 № 20853331 на сумму 1 649 830 руб. 16 коп., банковским ордером от 07.07.2018 № 21825357, платежным поручением от 19.02.2018 № 121 на сумму 17 515 руб. 32 коп., платежным поручением от 31.08.2018 № 569 на сумму 877 250 руб.

Суды исходили из того, что из содержания представленных в материалы писем ответчика от 30.11.2017 № 71/416, 71/417, от 13.12.2017 № 71/416-1, от 18.12.2017 № 71/459 усматривается направленность воли ответчика на заключение договора с истцом; ответчик также определил срок поставки в коммерческом предложении от 13.12.2017 № 71/416-1. 

Суд апелляционной инстанции обратил внимание на то, что договор с Балаковской АЭС был заключен истцом по результатам проведенного обществом «Концерн Росэнергоатом» конкурса, в связи с чем расторжение указанного договора повлекло бы для истца негативные последствия в виде отсутствия в будущем возможности осуществления деятельности в сфере закупок.

Нормы частей 2 и 3 статьи 434.1 Гражданского кодекса не предусматривают, что сторона вправе прекратить переговоры при затянутости процесса переговоров или при заключении сделки с другим лицом на более выгодных условиях. Единственное, что позволяет стороне выйти из переговоров (прекратить переговоры) без возмещения убытков, – это добросовестное поведение этой стороны. При этом чем дольше длятся переговоры о заключении договора, тем выше ожидания сторон, что договор будет заключен, а критерии правомерного выхода из таких переговоров должны быть более обоснованными с учетом времени и затрат сторон на такие длительные переговоры.

Доводы заявителя кассационной жалобы о его добросовестности аналогичны доводам, заявлявшимся в судах первой и апелляционной инстанций, которым дана надлежащая правовая оценка, сводятся к переоценке установленных судами фактических обстоятельств, что согласно статье 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции. 

При рассмотрении спора имеющиеся в материалах дела доказательства исследованы судами по правилам, предусмотренным статьями 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, им дана надлежащая правовая оценка согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 11.06.2019 по делу № А47-88/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Завод «Инвертор» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Г.Н. Черкасская 

 

Судьи                                                                            А.Д. Тимофеева 

 

                                                                                             И.В. Лимонов