АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075    http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2587/23 

Екатеринбург

01 августа 2023 г.

 

Дело № А60-69538/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 августа 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Шершон Н.В., Кудиновой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2023 по делу № А60-69538/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в здании суда округа приняли участие:

ФИО1 лично, его представитель – ФИО2 по доверенности от 07.04.2023;

представители общества с ограниченной ответственностью «Тагильское пиво» – ФИО3 по доверенности от 17.10.2019 № 36516, ФИО4 по доверенности от 20.07.2022 № 18096.

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.04.2022 ФИО5 (далее – должник) признан банкротом,  введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

В арбитражный суд 17.06.2022 поступило заявление ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 1 998 846,61 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит принятые судебные акты отменить, направить спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

В кассационной жалобе кредитор ссылается на необоснованность выводов судов о мнимости договора займа. В обоснование довода кассатор указывает на то, что все перечисления между ним и должником носили безналичный характер и прослеживаются источник происхождения средств, полагает, что он подтвердил наличие финансовой возможности предоставить сумму займа.

Кредитор выражает несогласие с выводами судов о том, что путем перечисления денежных средств возможно прикрывались иные правоотношения, например, инвестиционные, брокерские отношения и т.п., также полагает, что вывод о передаче им до 71 % дохода должнику не основан на материалах дела. Относительно ссылок на иные споры о взыскании с должника денежных средств заявитель кассационной жалобы утверждает, что не являлся лицом, участвующим в указанных спорах, не знал о наличии указанных требований.

Кроме того, ФИО1 указывает на необоснованность выводов судов о заинтересованности кредитора и должника, в том числе через третьих лиц. Отмечает, что факт существования кредитных обязательств между ними уже подразумевает знакомство должника и кредитора и наличие между ними доверительных отношений.

В отзыве на кассационную жалобу общество с ограниченной ответственностью «Тагильское пиво» (далее – общество «Тагильское пиво») просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения, считает их законными и обоснованными.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в соответствии с договором займа от 03.12.2020 между ФИО1 (кредитор) и ФИО5 (должник) кредитор обязался предоставить должнику сумму займа в пределах суммы  3 000 000 руб. под 10 % годовых на срок 1 год 6 месяцев с условием предоставления суммы займа отдельными частями (траншами) в пределах 300 000 руб. в месяц. Заем предоставлялся отдельными частями (траншами) при обращении должника.

За период с 03.12.2020 по 11.02.2022 кредитор предоставил должнику денежные средства в общей сумме 2 315 000 руб.

Ссылаясь на наличие неисполненных обязательств по договору займа от 03.12.2020, отказ должника от возврата средств в связи с наличием в отношении него открытой процедуры банкротства по настоящему делу, а также наступление срока погашения долга 03.05.2022, ФИО1 16.06.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника. По расчету кредитора, сумма задолженности по состоянию на 10.01.2022, подлежащей включению в реестр требований кредиторов должника, составила 1 906 000 руб., кроме того, в реестр требований кредиторов, по мнению заявителя, подлежит включению требование об уплате  процентов за пользование суммой займа 92 846,61 руб. Общая сумма требования - 1 998 846,61 руб.

Возражая против заявленных требований, конкурсный кредитор – общество «Тагильское пиво» указал на наличие сомнений относительно действительности заключенного между должником и ФИО1 договора займа, ссылаясь на заинтересованность кредитора по отношению к должнику.

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, отказал в удовлетворении заявленных требований, полагая, что заявителем не опровергнуты заявленные кредитором сомнения в реальности заемных отношений.  

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 27-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в ходе процедуры реализации имущества гражданина, требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона. 

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установлением в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. На практике это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В связи с этим основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума № 35).

Как следует из разъяснений, изложенных в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума № 35, пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, а также правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним лица в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов, в связи с чем в таких ситуациях подлежит применению повышенный стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения конкурсного управляющего, представляющего интересы конкурсных кредиторов, в том числе при формировании конкурсной массы в целях удовлетворения требований кредиторов, возлагается на аффилированные стороны сделки.

В то же время необходимо учитывать, что по объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному "дружественным" кредитором и должником, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы, при этом они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и «дружественным» кредитором.

Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Предъявление к конкурирующим кредиторам высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов.

 Для уравнивания кредиторов в правах суд в силу пункта 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

  В обоснование наличия сомнений относительно реальности заемных правоотношений общество «Тагильское пиво» ссылалось на то, что как между должником и кредиторами  - физическими лицами (ФИО7, ФИО8, ФИО9.(впоследствии отказался от требований о включении в реестр требований кредиторов должника требования, основанного также на договоре займа)), так и между кредиторами имеются прямые и косвенные связи, указывающие на их «дружественность» и в данном случае такая связь также имеется, поскольку в производстве Арбитражного суда Челябинской области  находилось дело №А76-11886/2016 по иску  общества с ограниченной ответственностью «Электромаш» к обществу с ограниченной ответственностью «Миасский завод   сплавов», представителями ответчика по данному делу  выступали ФИО1 и ФИО2, являющийся также представителем еще одного из кредиторов  - ФИО9, который, в свою очередь, совместно с ФИО5, учредил общество с ограниченной ответственностью «Уральский двор» и на протяжении 16 лет указанные лица являлись участниками этой организации.

Общество «Тагильское пиво» также указывало на то, что рассматриваемые заемные отношения возникли, когда у должника уже имелись неисполненные денежные обязательства, информация о которых имелась в общедоступных источниках ее размещения, в частности, из базы данных исполнительных производств; выдача столь значительного займа (2,3 млн. руб.) была сопряжена с высоким риском его невозврата, а, следовательно, «недружественный» кредитор  с малой долей вероятности предоставил бы должнику в такой период заем в столь значительном размере.

Помимо этого кредитор обращал внимание на то, что ФИО1 является четвертым кредитором  - физическим лицом, заявившим требования о включении их требований в реестр требований кредиторов должника, при этом все заявленные данными кредиторами требования основаны на договорах займа, имеющих схожие элементы в условиях, подтверждаются незначительным объемом доказательств (договор и, как правило, расписки) не подтверждены  вступившими в законную силу судебными актами; даже если предположить, что данные  правоотношения являются реальными, то должник, получив значительную сумму денежных средств (в совокупности примерно 44 000 000 руб.) не произвел погашения ни одного из существовавших  обязательств, при этом ни одно из  денежных обязательств должника, основанное на договорах займов с указанными лицами,  включая заявителя, не обусловлено целевым использованием и не подтверждено доказательствами расходования данных денежных средств по конкретному целевому назначению, определенному при получении займов.

По мнению кредитора,  приведенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что ФИО1 является заинтересованным по отношению к должнику лицом и с учетом данного обстоятельства, представленные  заявителем квитанции о перечислении средств должнику в отсутствие иных доказательств, не являются достаточными для признания требования ФИО1, основанного на договоре займа, обоснованным, подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника.      

 Кроме того, общество «Тагильское пиво» выражало сомнения относительно финансовой возможности кредитора, получавшего значительный доход от предпринимательской деятельности, предоставить заем в указанном размере, отдавая значительную часть своего ежемесячного дохода (а кредитор должен был также нести расходы на обеспечение жизнедеятельности себя и своей семьи) должнику, отметив также об отсутствии целесообразности выдачи спорного займа в заявленном размере, по процентной ставке ниже существовавшей, без обеспечения,  обратив внимание на то, что кредитор имеет юридическое образование, а, следовательно, мог оценить все риски. 

Наряду с изложенным кредитор, выражая сомнения в реальности заемных отношений, обращал внимание судов на отсутствие заявок о перечислении денежных средств, предусмотренных условиями  договора, от должника кредитору, транзитный, по мнению кредитора, характер перечисления средств, а также на то, что должником не подтверждено расходование перечисленных ему заявителе денежных средств, а, следовательно, как полагает кредитор, проанализировав расходы должника, у последнего отсутствовала  объективная необходимость в получении займа.   

          Помимо этого, кредитор (общество «Тагильское пиво») просил суды принять во внимание, что отсутствуют доказательства, свидетельствующие об уплате процентов за пользование займом, равно как и  доказательства их истребования у должника кредитором, более того, кредитор отмечал, что  из содержания выписки по счету заявителя, произведенный 20.01.2022 должником платеж в сумме 4000 рублей был возвращен ФИО1 в тот же день должнику, что, по мнению кредитора, свидетельствует об отсутствии у заявителя  намерения получить денежные  средства в счет уплаты процентов за пользование займом; кроме того,  ФИО1 не обращался в суд с иском о взыскании с должника  текущих платежей в размере 409000 рублей, процентов за пользование  данными денежными средствами, а также не производил  начисление должнику неустойки, предусмотренной пунктом 3.3 спорного договора займа, несмотря на якобы  имеющиеся нарушения заявителем  срока возврата займа; помимо этого, кредитор подчеркивал, что операции по счетам между заявителем и  должником  произведены без указания конкретного назначения платежа, содержащего ссылку на указанный ранее договор займа, в связи с чем, данные суммы могли перечисляться в рамках исполнения каких – либо  иных обязательств, а не в ходе исполнения рассматриваемого спорного заемного обязательства.

          Совокупность  приведенных обстоятельств, по мнению кредитора – общества «Тагильское пиво» порождает разумные сомнения в реальности рассматриваемых заемных отношений, а действия заявителя  являются согласованными с должником, направленными на распределение конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора во избежание получения  средств иными, незаинтересованными кредиторами.  

         С учетом  заявленных возражающим кредитором  аргументированных доводов об отсутствии между сторонами реальных заемных правоотношений, суды при рассмотрении спора  исследовали наличие финансовой возможности заявителя (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие суммы займа, обстоятельства расходования полученных средств должником. Так, установлено, что кредитор является индивидуальным предпринимателем, получающим значительный доход от предпринимательской деятельности. Согласно  представленной в материалы дела ФИО1 выписке по счету за период с 01.12.2020 по 28.02.2022, а также  его пояснениям, денежные средства, поступившие от контрагентов на его расчетный счет, принадлежащий ему как индивидуальному предпринимателю он переводил на свой расчетный счет, открытый им как физическим лицом, а затем предоставлял их должнику. В судебном заседании суда округа ФИО1 также пояснил, что указанные действия по перечислению средств совершались им с целью избежать уплаты дополнительных комиссий, которые могли бы взиматься при перечислении средств должнику им как индивидуальным предпринимателем.  

Исследовав и оценив в совокупности в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, исходя из обстоятельств конкретного спора, применив повышенный стандарт доказывания в делах о банкротстве «вне всяких разумных сомнений», суды,  установив, что перечисление денежных средств со счета ФИО1 на счет ФИО5 производилось в тот же день, что и производилось поступление денежных средств на счет ФИО1, с разницей во времени не более двух часов, признав, что приведенные заявителем аргументы и пояснения сами по себе, с учетом иных обстоятельств, приведенных кредитором, не опровергают доводов и сделанных выводов о сомнительном характере правоотношений между заявителем и  должником; также суды сочли, что ФИО1 не раскрыта экономическая целесообразность выдачи займа на условиях  уплаты 10 % годовых за пользование займом, что меньше средневзвешенной процентной ставки по потребительским кредитам на момент заключения договора практически в 1,5 раза, в отсутствие какого-либо обеспечения исполнения обязательства, лицу, в отношении которого в открытых публичных источниках имеются сведения о неисполненных обязательствах перед иным кредиторам, учитывая, что кредитор принял на себя обязательства в течение срока действия спорного договора займа перечислять должнику значительную часть получаемого им ежемесячного дохода, констатировав, что заемные денежные средства перечислялись в период с 03.12.2020 по 11.02.2022, то есть в период, когда в отношении ФИО5 возбуждены исполнительные производства, а последние перечисления (от 25.01.2022, 27.01.2022 и 11.02.2022) совершены после возбуждения дела о банкротстве (10.01.2022), установив, что должником не доказана объективная необходимость в получении заемных денежных средств, несение расходов на сумму перечислений в обозначенном размере, в отсутствие в материалах дела заявок должника, поданных кредитору о перечислении денежных средств,  при этом, операции по перечислению средств носят хаотичный характер (производились не ежемесячно, разными суммами и иногда превышали установленную договором займа сумму транша), при неуказании в назначении платежей  на приведенный выше договор займа,  что могло бы свидетельствовать об исполнении при перечислении средств именно данного договора займа, в отсутствие сведений о цели предоставления займа и  последующих трат за счет поступивших средств на данные цели, а также приняв во внимание доводы кредитора «Тагильское пиво» о возврате средств в сумме 4000 руб. кредитором должнику, перечисленных последним, отсутствие требований со стороны заявителя об уплате процентов за пользование займом, начисления неустойки, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что ФИО1 не опроверг разумные сомнения конкурсного кредитора  относительно существования спорной задолженности (договора займа), и что истинное намерение сторон при оформлении заемных правоотношений было направлено на достижение иных последствий, нежели предусмотренных договором займа, сомнения судов устранены не были,  что позволило судам прийти к выводам об отсутствии оснований для удовлетворения требований.   

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Приведенные в кассационной жалобе доводы судом округа отвергаются, поскольку были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, аналогичны доводам, приведенным в судах первой и апелляционной инстанций, по существу выражают несогласие заявителя с выводами судов, основанными на иной правовой оценке фактических обстоятельств и доказательственной базы по спору, не опровергая таковых выводов и не свидетельствуя о нарушении судами норм права, повлиявшем на исход судебного разбирательства, представляют собою попытку постановки перед судом округа вопроса о необходимости иной оценки представленных в дело доказательств и формирования иных выводов относительно установленных судами фактических обстоятельств, что с учетом компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является недопустимым (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Суд округа считает, что судами двух инстанций в настоящем споре применен верный стандарт доказывания – повышенный «вне всяких разумных сомнений» (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2020 № 308-ЭС19-9133(10)), поскольку конкурсным кредиторам приведены доводы о заинтересованности кредитора по отношению к должнику, а потому от судов не требовалось использовать стандарт, предъявляемый к обычному кредитору в деле о банкротстве (пункт 26 постановления Пленума № 35). Таким образом, оценив доводы общества «Тагильское пиво», суды двух инстанций сочли, что разумные сомнения, изложенные конкурсным кредитором, заявителем не устранены в связи с чем не усмотрели оснований для включения в реестр требований кредиторов должника.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2023 по делу № А60-69538/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Е.А. Павлова 

 

Судьи                                                                            Н.В. Шершон 

 

                                                                                             Ю.В. Кудинова