СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3532/2021(2,3)-АК

Дело № А60-59822/2020

12 октября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 октября 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Чухманцев М.А.,

судей  Герасименко Т.С., Мартемьянова В.И., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего должника ФИО2 – ФИО3, удостоверение, доверенность от 01.08.2020;

от ФИО4, ФИО5 – ФИО6, паспорт, доверенность от 07.09.2022;

от кредитора ФИО7 – ФИО8, паспорт, доверенность от 09.11.2021;

от иных лиц, участвующих в деле, не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО2, кредитора ФИО7

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 05 августа 2022 года 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной,

вынесенное в рамках дела № А60-59822/2020

о признании ООО «Юмирс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков: ФИО5, ФИО9, Публичное акционерное общество «МЕТКОМБАНК» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований: Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области, Кировский районный отдел судебных приставов по городу Екатеринбургу, Верхнепышминское районное отделение судебных приставов УФССП по Свердловской области, судебный пристав - исполнитель Верхнепышминского ФИО10 Валерьевич,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2020 принято заявление ООО «КАМК Групп» о признании ООО «Юмирс» (далее – должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением арбитражного суда от 12.02.2021 в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО2, член саморегулируемой организации «СРО АУ Северо-Запада», официальное сообщение о чем опубликовано в газете «Коммерсантъ» №34(6996) от 27.02.2021.

Решением арбитражного суда от 08.07.2021 ООО «Юмирс» признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утверждена ФИО2

11.08.2021 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительной цепочки сделок по отчуждению имущества должника: нежилого помещения с кадастровым номером 66:36:0101001:94 и земельного участка с кадастровым номером 66:36:0101001:45, расположенных по адресу: 

<

...> г, путем проведения публичных торгов в форме аукциона, проведенных 28.05.2020 в процессе исполнительного производства от 26.07.2019 №87487/19/66023-ИП в соответствии с постановлением судебного пристава-исполнителя Верхнепышминского РОСП УФССП по Свердловской области о передаче арестованного имущества на торги от 02.12.2019, заключения последующих договора реализации арестованного имущества на торгах от 03.06.2020 № 23-190/20/66-09/173, заключенного между ТУ ФАУГИ в Свердловской области и ФИО11, на торгах в форме открытого аукциона, проведенных 28.05.2020, и договора купли-продажи от 29.09.2020, заключенного между ФИО11 и ФИО5; применении последствий недействительности сделки в виде возложения на ФИО5 обязанности по возврату в конкурсную массу ООО «Юмирс» спорного имущества (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ, и консолидированной позиции).

В качестве правового основания своих требований управляющим указаны положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьей 10, 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора привлечены Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области, Кировский районный отдел судебных приставов по городу Екатеринбургу, Верхнепышминское районное отделение судебных приставов УФССП по Свердловской области, судебный пристав - исполнитель Верхнепышминского ФИО10 Валерьевич.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.04.2022 в качестве соответчика привлечено ПАО «Меткомбанк» (ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.08.2022 (резолютивная часть от 27.07.2022) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 и кредитор ФИО7 обжаловали определение суда в апелляционном порядке, просят его отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

Конкурсный управляющий ФИО2 в апелляционной жалобе указывает на то, что суд первой инстанции индивидуально оценивал каждый элемент оспариваемой цепочки, что привело к принятию ошибочного судебного акта и формальным препятствиям для применения надлежащих норм материального права, тогда как конкурсным управляющим оспаривалась цепочка сделок, совершенных с целью, под влиянием одного мотива и привели (должны были привести) к одному результату - причинение вреда должнику и его кредиторам за счет выбытия единственного основного актива. Отказывая в удовлетворении требований, суд указал на недоказанность аффилированности или иной фактической взаимосвязанности участников оспариваемой сделки, что представляется затруднительным при индивидуальной оценке каждого звена в цепочке сделок, а также в случае, если ФССП и ФАУГИ рассматриваются в качестве самостоятельных участников спорных правоотношений. Реализация оспариваемой цепочки привела к исполнению обязательств перед ПАО «Меткомбанк», но с выбытием единственного актива ООО «Юмирс», что причинило вред его кредиторам. При этом суд не исследовал обстоятельства, предшествующие исполнительному производству и действия/бездействия ФИО12, ФИО5 и иных контролирующих ООО «Юмирс» лиц; наличие/ отсутствие деловой цели и источника денежных средств ФИО11 для приобретения спорного имущества; обстоятельства приобретения спорного имущества ФИО5 (мотив, цель, источник денежных средств); не оценил должным образом основания для обращения взыскания на имущество ООО «Юмирс», что привело к ошибочному выводу об отсутствии в цепочке сделок (действий) пороков, выходящих за пределы составов, предусмотренных Законом о банкротстве. Конкурсный управляющий указывал на два самостоятельных довода о пороках в процедуре обращения взыскания на имущество ООО «Юмирс»: ООО «Юмирс» не одобряло новые условия кредитного договора и не заключало дополнительного соглашения, по которому брало бы на себя обязательства отвечать перед ПАО «Меткомбанк» по новым условиям кредитного договора; ФИО12 и ФИО5, уже находясь в условиях неплатежеспособности, контролируя ООО «Юмирс», допустили без каких-либо возражений рассмотрение требований ПАО «Меткомбанк» и принятие решения Арбитражным судом Свердловской области от 25.02.2019 по делу №А60-71409/2018. Полагает, что ПАО «Меткомбанк» имел законные основания обратиться в арбитражный суд с исковым заявлением об обращении взыскания на имущество ООО «ЮМИРС» после вступления в законную силу (18.03.2020) решения суда по делу №2-2249/2019 от 15.11.2019 о взыскании задолженности по кредитному договору с ФИО12, ФИО5, ФИО4 и ФИО13, принятого после отмены (09.04.2019) заочного решения Верхнепышминского городского суда от 17.09.2018 по делу №2-1438/2018, которым требования ПАО «Меткомбанк» были удовлетворены к ФИО12, ФИО5, ФИО4 и ФИО13, послужившее основанием для рассмотрения дела №А60-71409/2018 и удовлетворения требований Банка об обращении взыскания на имущество должника. ООО «Юмирс» отвечал по кредитному обязательству дополнительно, как залогодатель, за заемщиков в отношении которых не было принято судебного акта об установлении задолженности и нарушении кредитного обязательства со стороны заемщиков. В период между решениями Верхнепышминского городского суда от 17.09.2018 и от 15.11.2019 в деле №А60-67124/2017 о банкротстве ФИО12 произведена реализации его имущества по цене 56 447 612,00 руб., за счет которых произведено погашение требований банка в сумме 10 789 132,42 руб., из них: 9 365 647,20 основного долга, 1 385 491,35 мораторных процентов, 37 993,87 штрафа. Таким образом, погашение задолженности перед ПАО «Меткомбанк» в рамках дела о банкротстве ФИО12 началось за три месяца до проведения торгов, о чем и ФИО12 как единственный учредитель ООО «Юмирс», и ПАО «Меткомбанк» как конкурсный кредитор и залогодержатель недвижимого имущества, ФИО5 и ФИО4 как стороны кредитного договора 

<

***> от 17.04.2008, знали и не могли не знать. Вместе с тем, заинтересованные лица не предпринимали никаких действий для отмены или пересмотра решения Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2019 по делу №А60-71409/2018, что является недобросовестным поведением, основанным на злоупотреблении правом, с целью в последующем причинить вред ООО «Юмирс» и его кредиторам под прикрытием формально законных оснований. Кроме того, судом не учтены доводы о «номинальной» («технической») роли ФИО11 в оспариваемой сделке, не установлено наличие самостоятельной деловой цели ФИО11. ФИО11 не мог самостоятельно и за свой счет осуществить покупку спорного имущества, что подтверждается представленными по запросу суда в дело данными из банков (в период с 26.07.2019 по 29.10.2020 ФИО11 не снимал со своих счетов денежные средства для наличной формы оплаты спорного имущества). Противоречия в позиции ФИО11 указывают на его несамостоятельность. Судом не дана оценка финансовой возможности ФИО5 для приобретения имущества, не установлено наличие ее самостоятельной деловой цели. С позиции конкурсного управляющего, ФИО11 изначально использовал наличные денежные средства ФИО5 для приобретения спорного имущества, а договор от 29.09.2020 был безденежным; в данном случае ФИО11 выступал как представитель ФИО5 на публичных торгах для того, чтобы дезавуировать фактор порочности сделки на случай ее оспаривания. Истинного намерения на приобретение имущества, равно как и финансовой возможности для этого, ФИО11 не доказано. Судом не мотивирован отказ в признании сделки (цепочки действий) недействительной по ст. 61.3 Закона о банкротстве. Целью отчуждения имущества в пользу ФИО11 было создание лицами, контролирующими ООО «Юмирс» (ФИО12, ФИО14, ФИО4), препятствий для обращения взыскания по долгам общества перед его кредитором и вывод основного оборотного средства из имущественной сферы должника, что было возможно только при условии согласованности действий нескольких участников: ООО «Юмирс» (подконтрольная ФИО12 и ФИО5 компания), ПАО «Меткомбанк» (единственный уполномоченный субъект на отзыв исполнительного листа по долгу, погашенному иным поручителем). Обращает внимание, что денежные средства, возвращенные должнику от реализации имущества на торгах, также были выведены из конкурсной массы. Указанное свидетельствует о том, что оспариваемая цепочка сделок (действий) совершена со злоупотреблением правом, притворяет одну сделку по продаже имущества от ООО «Юмирс» в пользу ФИО5 и совершена с необоснованным предпочтением в пользу одного лица и целью причинения вреда должнику и его кредиторам. 

Кредитор ФИО7 в апелляционной жалобе полагает, что суд, установив формальный состав для признания недействительной цепочки сделок по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, тем не менее, не сделал вывод о признании такой цепочки сделок недействительной. В поддержку позиции конкурсного управляющего о хронологии событий  указывает, что обладая сведениями о погашении задолженности перед Банком, директор ООО «Юмирс» ФИО14 намеренно допустила бездействие в части приостановления публичных торгов хотя бы до прекращения расчетов финансового управляющего ФИО12 с кредиторами, что, с учетом дальнейших обстоятельств в виде полного погашения суммы основного долга, мораторных процентов и штрафа перед Банком, исключило бы необходимость выставления единственного актива должника на публичные торги и сохранило бы возможность погашения задолженности перед другими кредиторами. Судом не учтено то обстоятельство, что имея 5 000 000,00 руб. для приобретения недвижимого имущества ООО «Юмирс» у ФИО11, у ФИО5, являющейся стороной, не исполнившей надлежащим образом обязательства по кредитному договору, не нашлось 659 833,71 руб. для того, чтобы эти проценты погасить, исключив тем самым возможность выставления недвижимого имущества - единственного актива ООО «Юмирс» на публичные торги и попадания должника в состояние невозможности погашения собственных обязательств перед иными кредиторами (ООО «КМК-Групп»). О вредоносности цепочки сделок свидетельствуют также и последующие действия директора ООО «Юмирс» ФИО14 по перечислению денежных средств от продажи недвижимого имущества в пользу ООО «Эстель» в размере 1 610 000,00 руб., из полученных от ФССП в размере 1 955 687,76 руб., а не направлению их на погашение задолженности перед ООО «КМК-Групп». Разумной экономической целесообразности в совершении цепочки сделок у сторон не имелось. Учитывая, что у ООО «Юмирс» иного имущества, которого было бы достаточно для погашения требований кредиторов в рамках дела о банкротстве, не имеется, цепочкой сделок по продаже имущества, повлекшей вывод из конкурсной массы основного средства должника, причинен вред правам и законным интересам кредиторов. Указывает на противоречивость вывода суда об отсутствии аффилированности сторон цепочки сделок материалам дела и пояснениям сторон. Цепочка сделок по отчуждению единственного актива ООО «Юмирс» привела к недостаточности имущества должника и невозможности погашения, конечным приобретателем имущества стало аффилированное к должнику лицо - ФИО5, сделка носит вредоносный характер. Оспаривает выводы суда о том, что оспариваемые сделки не входят в цепочку сделок. Судом не учтено, что переход права собственности на имущество в пользу ФИО11 с публичных торгов носил транзитный характер, ФИО11 не раскрыты заинтересованность в приобретении имущества при скором его отчуждении в пользу ФИО5 и финансовая возможность для совершения сделки. При этом выбор подобной «транзитной» схемы позволил: за счет непосредственно продажи имущества с публичных торгов в рамках исполнительного производства погасить незначительный остаток задолженности перед Банком не за счет собственного имущества заемщиков (ФИО12, ФИО13, ФИО4, ФИО5), а за счет единственного актива подконтрольного им должника; создать видимость собственной непричастности к приобретению имущества с публичных торгов, вводя в схему фигуру формально независимого лица - ФИО11; вывести имущество из-под контроля должника, но сохранив его под контролем контролирующих должника лиц через ФИО5; избежать обращения взыскания на имущество по обязательствам перед ООО «КМК-Групп», с участниками которого ФИО12 находился в длительном корпоративном конфликте. Публичные торги в данном случае не могли конвалидировать изначально порочную, вредоносную сделку. Признав, что торги являются действительными, поскольку они не оспаривается по основаниям, установленным ст. 449 ГК РФ, суд не учел, что частью цепочки сделок является договор, заключенный с ФИО11 на публичных торгах. Суд первой инстанции положил в основу судебного акта ничем не подтвержденные декларативные утверждения ФИО5 о том, что никаких согласованных действий между сторонами не имелось и имущество реализовывалось на основании решения суда, нарушив при этом правила о распределении бремени доказывания по спору о признании сделки с заинтересованным лицом недействительной, без применения повышенного стандарта доказывания в условиях не оспоренной никем из лиц, участвующих в деле, заинтересованности. ФИО15 не раскрыты цели приобретения имущества и источник происхождения денежных средств для его оплаты, а также не приведено пояснений относительно отсутствия у нее денежных средств для погашения задолженности перед Банком при наличии у нее 5 млн руб. на покупку спорного имущества. ФИО11 также не представлено доказательств разумной экономической целесообразности в совершении сделок и источника происхождения денежных средств для приобретения имущества, не даны пояснения относительно оплаты в ходе публичных торгов наличными денежными средствами и причины продажи имущества в пользу ФИО5 Вывод об отсутствии взаимосвязи между реализацией спорного имущества и действий ФИО11 является преждевременным. Цепочка сделок по отчуждению имущества была совершена со злоупотреблением гражданскими правами ее участниками. По мнению кредитора, в результате отчуждения спорного имущества на торгах в пользу ФИО5 юридически значимое последствие в виде погашения задолженности перед ПАО Банком по долгам ФИО12, ФИО5, ФИО4 и ФИО13 в действительности не произошло, а переход права собственности на недвижимое имущество от ООО «Юмирс» к ФИО5 через ФИО11 не изменил фактический контроль над этим имуществом - он так и остался у ФИО12, но уже не через ООО «Юмирс», а через ФИО5

Ответчики ФИО5 и ПАО «Меткомбанк» в отзывах возражают против доводов апелляционных жалоб. Считают определение суда первой инстанции законным и обоснованным. 

В судебном заседании представители конкурсного управляющего и кредитора доводы апелляционных жалоб поддержали. Представитель С-вых возражал против доводов апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статей 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Юмирс» зарегистрировано в качестве юридического лица 08.04.2004.

Согласно выписке из системы Casebook (приложение №3), участниками должника с 08.04.2004 являлись ФИО16, ФИО17, ФИО4, ФИО12 с долей участия в уставном капитале по 25% у каждого; с 23.01.2018 по настоящее время - ООО «Юмирс» с долей участия в уставном капитале 75% и ФИО12 - 25%.

В собственности должника находились объекты недвижимости: 

нежилое помещение с кадастровым номером 66:36:0101001:94, расположенный по адресу: 

<

...>;

земельный участок с кадастровым номером 66:36:0101001:45, расположенный по адресу: 

<

...> г.  

17.04.2008между ПАО «Меткомбанк» и ФИО12., ФИО13, ФИО4, ФИО5 заключен кредитный договор № 9134- 05/032 на сумму 12 800 000 руб. на 180 месяцев со ставкой 18% годовых.

Обеспечением исполнения обязательств заемщиков по настоящему договору являлась ипотека в силу договора нежилого помещения и земельного участка, находящихся по адресу: 

<

...> Г. 

17.04.2008 в целях обеспечения возврата денежных средств между ООО «Юмирс» и ПАО «Меткомбанк» был заключен договор ипотеки, предметом которого являлись земельный участок и нежилое помещение, находящиеся по адресу: 

<

...>, залоговая стоимость имущества определена договором 18 296 033 руб.

Ненадлежащее исполнение заемщиками условий кредитного договора явилось основанием для обращения ПАО «Меткомбанк» в суд.

Заочным решением Верхнепышминского городского суда от 17.09.2018 по делу №2-1438/2018 требования ПАО «Меткомбанк» о взыскании суммы задолженности удовлетворены к ФИО12, ФИО5, ФИО4 и ФИО13 в солидарном порядке. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.04.2018 по делу №А60-67124/2017 в отношении  ИП ФИО12 введена процедура  реструктуризации должников гражданина.    

Определением Арбитражного суда Свердловской от 30.08.2018 по этому же делу требование ПАО «Меткомбанк» по кредитному договору от 17.04.2018 

<

***> в сумме 10 063 475,77 руб. включено в реестр требований кредиторов ФИО12   

ПАО «Меткомбанк» обратилось в суд с требованием об обращении взыскания на заложенное имущество - нежилое помещение и земельный участок, находящихся по адресу: 

<

...> Г.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2019 по делу №А60-71409/2018 обращено взыскание на вышеуказанное имущество с установлением начальной продажной стоимости в размере  4 364 000 руб., определен способ реализации недвижимого имущества в виде продажи на открытых торгах.

26.07.2019 судебным приставом-исполнителем в отношении должника ООО «Юмирс» в пользу взыскателя ПАО «Меткомбанк» на основании решения суда возбуждено исполнительное производство №8748/19/66023-ИП.

02.12.2019 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о передаче спорного имущества на торги, а также подана заявка на проведение торгов.

Спорное  имущество передано по акту приема-передачи от 02.12.2019.

В установленном порядке 30.04.2020 управлением Росимущества опубликовано извещение о проведении открытых торгов в форме аукциона:

Лот 105 - здание автосалона по продаже автомобилей «Шкода», площадью 234,6 кв.м, кадастровый № 66:36:0101001;94 и земельный участок площадью 336 кв.м, кадастровый № 66:36:0101001:45, адрес: 

<

...>. Собственник - ООО «Юмирс «. Начальная цена 4 364 000 руб. Дата начала подачи заявок: 30.04.2020, дата окончания подачи заявок: 19.05.2020.

Заявки поступили от ФИО9 и от ООО «Грандстрой».

Результаты торгов оформлены протоколом от 28.05.2020 №U31669-2, победителем торгов признан ФИО9, цена продажи имущества составила 5 000 000 руб.

03.06.2020 между управлением Росимущества (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключен договор купли-продажи №23-190/20/66-09/173, денежные средства внесены покупателем в полном объеме на основании чеков-ордеров от 15.05.2020 на сумму 218 180,00 руб. (задаток) и от 29.05.2020 на сумму 4 781 820,00 руб.

13.08.2020 за ФИО11 произведена государственная регистрация права собственности на данные объекты недвижимости.

29.09.2020 между ФИО11 и ФИО5 заключен договор купли - продажи спорного имущества по цене 5 000 000 руб. 

05.10.2020 за ФИО5 произведена государственная регистрация права собственности на данные объекты недвижимости.

Полагая, что сделки совершены между заинтересованными лицами, направлены на выбытие имущества из собственности должника, с целью причинения вреда кредиторам должника, при злоупотреблении правами со стороны лиц ее совершивших, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании их недействительными в качестве взаимосвязанных сделок, на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Рассмотрев настоящий спор, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по заявленным основаниям.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанными нормами под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как указано в абзаце седьмом пункта 5 вышеназванного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацу 4 пункта 4 постановления Пленума N 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. При этом норма статьи 10 ГК РФ закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

По правилам пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Как разъяснено в пункте 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Под притворной сделкой понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. В этом случае фактически сделка совершается (в смысле статьи 153 ГК РФ), но только иная отличная от видимой. Например, «внешне» договор купли-продажи, на самом деле - договор дарения.

Судом первой инстанции установлено, что заявление о признании должника банкротом принято к производству 03.12.2020, а  торги состоялись 28.05.2020, договор реализации на торгах – 03.06.2020, договор со ФИО5 - 29.09.2020,  то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, конкурсным управляющим в процедуре банкротства должника выявлен ряд сделок по отчуждению должником имущества, подлежащих оспариванию, как совершенных во вред интересам кредиторов.

Рассматривая доводы конкурсного управляющего о том, что спорное имущество продано по заниженной цене, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что имущество должника реализовывалось в порядке, установленном Федеральным законом от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» с учетом особенностей, предусмотренных Федеральным законом от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)»; договор купли-продажи от 03.06.2020 с победителем торгов ФИО11 заключен на публичных торгах, проводимых в ходе исполнительного производства.

При этом, имущество реализовано по более высокой стоимости (5 000 000 руб.), чем установленной решением суда начальной продажной стоимостью (4 364 000 руб.).

Как указывалось выше, денежные средства внесены покупателем в полном объеме.

Факт поступления денежных средств от покупателя (ФИО9) к продавцу (ФАУГИ) и дальнейшее перечисление денежных средств от ФАУГИ в службу судебных приставов подтверждаются справкой ФАУГИ от 11.06.2020, требованием службы судебных приставов от 11.08.2020 в адрес ООО «Юмирс» о предоставлении банковских реквизитов для перечисления остатка денежных средств, вырученных от реализации  спорного недвижимого имущества.

Денежные средства, вырученные от продажи с публичных торгов имущества, принадлежащего ООО «Юмирс», в сумме 4 250 666,67 руб., направлены в ПАО «Меткомбанк». 

Позже, на депозит Верхнепышминского районного отдела осуществлен возврат от ПАО «Меткомбанк» суммы 3 260 408,03руб.

В связи с тем, что в отношении должника ООО «Юмирс» имелись исполнительные документы о взыскании долга, то денежные средства в сумме 795 610,47 руб. направлены на погашение имеющейся задолженности.

06.11.2020 вынесено постановление службы судебных приставов об окончании исполнительного производства от 26.07.2019 №87487/19/66023-ИП в связи с выполнением требования исполнительного документа.

Таким образом, материалами дела не подтверждается причинение вреда кредиторам и должнику ввиду безвозмездного выбытия имущества должника.

По мнению конкурсного управляющего, должник не является  залогодателем по обязательствам перед ПАО «Меткомбанк» (исполнительное производство возбуждено, проведено и окончено в отсутствии обязательств перед кредитором), указав на два самостоятельных довода о пороках в процедуре обращения взыскания на имущество ООО «Юмирс»: ООО «Юмирс» не одобряло новые условия кредитного договора и не заключало дополнительного соглашения, по которому брало бы на себя обязательства отвечать перед ПАО «Меткомбанк» по новым условиям кредитного договора; ФИО12 и ФИО5, уже находясь в условиях неплатежеспособности, контролируя ООО «Юмирс», допустили без каких-либо возражений рассмотрение требований ПАО «Меткомбанк» и принятие решения Арбитражным судом Свердловской области от 25.02.2019 по делу №А60-71409/2018.

Как следует из материалов дела, требование ПАО «Меткомбанк» было основано на кредитном договоре 

<

***> от 17.08.2008, обеспеченном залогом имущества должника.

Как указывалось выше, в связи с неисполнением заемщиками обязательств, банк обращался в суд, принято решение о взыскании солидарно с ответчиков задолженности.

 Впоследствии, 09.04.2019 заочное решение Верхнепышминского городского суда от 17.09.2018 по делу № 2-1438/2018 отменено, в связи с чем конкурсный управляющий полагает, у банка отсутствовало право требования к должнику, поскольку ООО «Юмирс» отвечал по кредитному обязательству дополнительно, как залогодатель, за заемщиков в отношении которых не было принято судебного акта.

Вместе с тем, ПАО «Меткомбанк» обратился с новым иском, по которому Верхнепышминским городским судом принято решение от 15.11.2019 по делу № 2-2249/2019 о взыскании солидарно с ответчиков задолженности по тем же обязательствам перед банком. 

В приведенном решении, как и в предыдущем, судом указано об аннулировании закладной в связи с изменением условий кредитования – увеличение ставки кредита с 18 до 23 % годовых. При этом стороны пришли к соглашению о выдаче новой закладной.

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о том, что ООО «Юмирс» не являлось залогодателем по обязательствам перед ПАО «Меткомбанк», и у банка отсутствовало право требования к должнику, подлежат отклонению.

Как указывает апеллянт, в рамках процедуры банкротства ИП ФИО12, требования ПАО «Меткомбанк» включены в реестр требований кредиторов должника определением суда от 30.08.2018 в размере 9 403 642,06 руб., в том числе 8 909 620,43 руб. долга, 456 027,76 руб. процентов, 37 993,87 руб. пени.

Определением суда от 13.12.2019 (резолютивная часть от 06.12.2019) утверждено положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества ФИО12, в состав которого вошла доля в размере 50% (пятидесяти) процентов в уставном капитале ООО «КМК-Групп» с начальной стоимостью лота 56 447 612,00 руб.

По результатам проведенных торгов 06.03.2020 с победителем торгов ФИО7 заключен договор купли-продажи 50% доли в уставном капитале ООО «КМК-Групп» по цене 56 447 612,00 руб.

Требования ПАО «Меткомбанк», составлявшие 36,5 % от требований кредиторов ФИО12 были погашены за счет продажи указанной доли в ООО «КМК-Групп».

Конкурсный управляющий полагает, что погашение задолженности перед ПАО «Меткомбанк» в рамках дела о банкротстве ФИО12 началось за три месяца до проведения торгов, о чем и ФИО12, как единственный учредитель ООО «Юмирс», и ПАО «Меткомбанк» как конкурсный кредитор и залогодержатель недвижимого имущества, и ФИО5, и ФИО4 как стороны кредитного договора № 9134–05/032 от 17.04.2008, знали и не могли не знать.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что денежные средства, вырученные от продажи с публичных торгов имущества, принадлежащего ООО «Юмирс», в сумме 4 250 666,67 руб., направлены в ПАО «Меткомбанк». Позже, на депозит Верхнепышминского районного отдела осуществлен возврат от ПАО «Меткомбанк» суммы 3 260 408,03руб. Денежные средства в сумме 795 610,47 руб. были направлены на погашение имеющейся задолженности перед ПАО «Меткомбанк».

При этом, из материалов дела не следует, что задолженность по кредитному договору № 9134–05/032 от 17.04.2008 перед Банком у указанный период отсутствовала в полном объеме и была погашена за счет имущества ФИО12 в деле о его банкротстве. Заинтересованными лицами, в том числе апеллянтами, не было предъявлено к Банку требований о взыскании неосновательного обогащения на сумму 795 610,47 руб.

Также апеллянты считают, что в данном случае  ФИО11 в оспариваемой цепочке осуществлял исключительно техническую роль и не имел финансовой возможности для приобретения спорного имущества,  подтверждении чего, заявитель ссылается на поступившие по запросу суда выписки банков, где были открыты счета  ФИО11 при этом также не раскрыта цель приобретения данного имущества.

Таким образом, конкурсный управляющий не оспаривает торги  по  основаниям статьи 449 ГК РФ, указывая исключительно на специальные нормы банкротного законодательства (пункт 2 статьи 61.2), а также общегражданские  нормы (статьи 10,168,170 ГК РФ), полагая, что в данном случае  оспариваемая сделка выходит за пределы  состава пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, спорное имущество было реализовано без нарушений требований действующего законодательства, на конкурентных, рыночных условиях, проведенной процедурой торгов обеспечивалась продажа имущества должника с учетом его действительной рыночной стоимости, в результате конкурентной борьбы между участниками торгов, при публичности предложения, была сформирована цена, превышающая цену, установленную судом по отчету независимого оценщика.

Судом установлена действительность оспариваемого договора, полученные по договору от 03.06.2020 денежные средства направлены на погашение кредитного обязательства перед ПАО «Меткомбанк», то есть должник получил встречное предоставление. При этом требование ПАО «Меткомбанк» о включении в реестр требований кредиторов должника ООО «Юмирс» не заявлялось.

Суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств, подтверждающих наличие юридической или фактической заинтересованности ТУ ФАУГИ в Свердловской области, ФИО11 по отношению к ФИО5 в достаточной степени свидетельствующих о наличии сговора либо иных совместных действий указанных лиц в ущерб интересам кредиторов должника, о намерении  ТУ ФАУГИ в Свердловской области заключить договор реализации арестованного имущества от 03.06.2022 с целью прикрыть иную сделку. Судом принят во внимание судебный акт арбитражного суда Свердловской области по делу №А60-71409/2018, которым установлена начальная продажная стоимость спорного имущества. 

Вопреки доводам жалоб, суд первой инстанции правомерно не признал перечисленные выше сделки взаимосвязанными, поскольку сделки не обладают  признаками таковых.

Указанные сделки не направлены на достижение единого результата, заключены по разным причинам.

Для квалификации цепочки договоров (соглашений) как единой сделки необходимо установить, что отчуждение актива конечному приобретателю изначально являлось целью всех участников этих договоров, что в настоящем случае не доказано.

В рассматриваемом случае, как и судом первой инстанции, апелляционным судом не установлены пороки первоначальной сделки – проводимых ТУ ФАУГИ в Свердловской области торгов в рамках исполнительного производства, что в рассматриваемом случае имеет существенное значение для признания недействительной (порочными) всей цепочки сделок с имуществом должника.

Иного суду апелляционной инстанции не приведено.

Судом не установлено возможности для объединения должника в одну группу лиц со всеми ответчиками. Конкурсным управляющим не представлены допустимые доказательства их взаимосвязи.

Арбитражный суд верно указал, что заявитель при рассмотрении настоящего спора, обратившись с заявлением о привлечении ПАО «Меткомбанк» в качестве соответчика и исключении его из числа третьих лиц, не исполнил предложение суда об уточнении требования к банку как ответчику, фактически самостоятельные требования к названному  ответчику не сформулированы. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что указанные сделки сами по себе не причинили вреда кредиторам и должнику, непризнание оспариваемых сделок недействительными при наличии в действиях (бездействии) контролирующих должника лиц умысла на вывод имущества должника, если таковое будет иметь место, само по себе не освобождает контролирующих должника лиц от их привлечения к гражданско-правовой ответственности за совершение действий (бездействия), повлекших невозможность удовлетворения требований кредиторов ООО «Юмирс», при наличии доказательств, свидетельствующих о доведении должника до банкротства.

Довод конкурсного управляющего о том, что судом не мотивирован отказ в признании сделки (цепочки действий) недействительной по статье 61.3 Закона о банкротстве подлежит отклонению, поскольку первая сделка не обладает соответствующими признаками недействительности.

При этом необходимо учесть и то, что ответчик как залоговый кредитор должника при продаже залогового имущества по закону о банкротстве имеет право получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами.

Согласно пункту 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018) если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в периоды, указанные пунктами 2 и 3 статьи 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в размере, равном части ценности заложенного имущества, на получение которой он имел приоритет перед другими кредиторами.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 29.3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) - необходимо учитывать следующее.

Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца пятого пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности:

а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве;

б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Наличие перечисленных условий из материалов дела не следует и конкурсным управляющим не доказано.

Доводы жалоб о том, что последующие сделки (заключенные после торгов по продаже имущества должника) не были проанализированы судом на предмет отсутствия финансовой возможности покупателей на приобретение имущества и отсутствия экономической целесообразности, подлежат отклонению, поскольку сами по себе не могут рассматриваться в качестве оснований для признания недействительной всей цепочки сделок при отсутствии пороков первоначальной сделки – проведения торгов в рамках исполнительного производства.

По существу, заявители в апелляционных жалобах выражают несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.   

С учетом изложенного, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат, оснований для отмены определения от 05.08.2022 предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ не имеется. 

Нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права судом апелляционной инстанции не установлено.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в порядке статьи 110 АПК РФ подлежит отнесению на заявителей жалоб. 

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 05 августа 2022 года по делу № А60-59822/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

Т.С. Герасименко 

 

В.И. Мартемьянов