ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-14835/2019

г. Самара

05 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 июля 2021 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Поповой Г.О.,

судей Александрова А.И., Гольдштейна Д.К.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2 апелляционную жалобу единственного участника ООО ТД «Авто» ФИО2

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.04.2021 по заявлению ИП ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов должника в рамках дела № А65-14835/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Авто», г. Менделеевск,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2019 принято к производству заявление ИП ФИО3, г. Самара, (далее - заявитель) о признании общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Авто», г. Менделеевск, (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.06.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.12.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 24.01.2020 поступило требование индивидуального предпринимателя ФИО5, г.Мензелинск, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов должника в размере 35 541 683,34 руб. долга.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.07.2020 требование индивидуального предпринимателя ФИО5, г.Мензелинск, в размере 35 541 683,34 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Авто», г. Менделеевск, оставшегося после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», и до погашения  требований по правилам п. 1 ст. 148 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и п. 8 ст. 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению  ликвидационной   квоты).

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2020 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 03.12.2020 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.07.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2020 по делу № А65-14835/2019 отменены обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

При этом судом кассационной инстанции указано на необходимость оценки доводов ФИО2 о том, что ИП ФИО5 не обладал достаточностью доходов для исполнения договора поручительства, погашения долга могло осуществляться денежными средствами самого должника. На новом рассмотрении обособленного спора, необходимо установить источник денежных средств, направленных одним из аффилированных лиц (ФИО5) на погашение задолженности должника, а именно: предложить кредитору раскрыть основания движения денежных средств на своих счетах, с которых производилась списание денежных средств. 

В силу ч. 2 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выводы и указания суда кассационной инстанции являются обязательными для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

При новом рассмотрении, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.03.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Бизнесавто», г. Менделеевск, (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью (ООО) «РенБизнесАвто», г. Набережные Челны, (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью (ООО) «РенБизнесАвто», с. Алнаши Алнашского района Удмуртской Республики, (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью (ООО) Торговый дом «РенБизнесАвто», г. Чебоксары, (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью (ООО) «РБА-БетонЗавод», г. Набережные Челны, (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), ФИО3, ФИО6, ФИО7, общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Линдор», г. Казань, (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), Банк ВТБ (публичное акционерное общество), г. Санкт – Петербург, (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.04.2021 требование ИП ФИО5, г.Мензелинск, в размере 35 541 683,34 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества ООО Торговый дом «Авто», г. Менделеевск, оставшегося после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», и до погашения  требований по правилам п. 1 ст. 148 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и п. 8 ст. 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению  ликвидационной   квоты).

Единственный участник ООО ТД «Авто» ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.04.2021.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Конкурсный управляющий ФИО4 представил ходатайство о рассмотрении жалобы в свое отсутствие, в котором просил определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, с учетом указаний суда кассационной инстанции, обязательных для суда апелляционной инстанции, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры, применяемой в деле о банкротстве и следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства. 

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника. 

При этом в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35). 

По смыслу названных норм, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов. При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, ее размера. Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 АПК РФ), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств. 

В условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора («дружественного» кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора. Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 11.04.2019 № Ф06-10299/2016 по делу № А12-45752/2015).

Следует учитывать, что конкурирующий кредитор не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. Поэтому предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Кроме того, нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга. Если стороны правоотношений являются аффилированными, к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых.

Данная правовая позиция нашла своё отражение в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533.

В обоснование заявленного требования кредитор ссылается на следующие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что кредитором заключен договор поручительства от №722/2264-0000213-П05 от 29.12.2016 в обеспечение надлежащего исполнения должником обязательств по дополнительному соглашению №722/2264-0000213 от 29.12.2016 к договору банковского счета №hg2574 от 17.07.2012 с Банком ВТБ 24 (ПАО) о предоставлении должнику (заемщик) кредита в виде овердрафта на следующих условиях: сумма лимита задолженности кредита – 70 000 000 руб., процентная ставка по кредиту – 12,4% годовых, комиссия за обязательство - 0 % годовых, срок кредита - по   29.12.2017, неустойка по просроченной задолженности по основному долгу – 0,07%, неустойка на сумму просроченной задолженности по процентам /комиссии за обязательство – 0,07%.

Во исполнение обязательств по договору поручительства со счета кредитора перечислены денежные средства на общую сумму 31 399 082, 56 руб. по договору №722/2264-0000213 от 29.12.2016, что подтверждается копиями банковских ордеров от 27.11.2017, 11.12.2017, 12.12.2017, 13.12.2017, 18.12.2017, 22.12.2017, 27.12.2017, 28.12.2017, 15.01.2018, 17.01.2018, 05.02.2018, 19.02.2018, 26.02.2018, 27.02.2018, 28.02.2018, 06.03.2018, 12.03.2018, 16.03.2018, 19.03.2018, 20.03.2018, 26.03.2018, 29.03.2018, 05.04.2018, 12.04.2018, 20.04.2018, 07.05.2018, 11.05.2018, 14.05.2018, 15.05.2018, 16.05.2018, 21.05.2018, 22.05.2018, 23.05.2018, 20.07.2018, 30.07.2018, 09.08.2018, 24.08.2018, 29.08.2018, 06.09.2018, 26.09.2018, 04.10.2018, 24.10.2018, 26.10.2018, 02.11.2018, 21.11.2018, 27.11.2018, 07.12.2018, 21.12.2018, 28.12.2018. 

Кроме того, кредитором осуществлена оплата за должника налогов и обязательных платежей в государственные внебюджетные фонды на сумму 4 142 600,78 руб. что подтверждается копиями платежных поручений от 22.12.2017, 27.12.2017, 29.12.2017, 16.01.2018, 08.03.2018, 27.04.2018, 07.05.2018, 03.08.2018, 19.10.2018, 26.10.2018.

По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части (п. 1 ст. 361 ГК РФ).

К поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора (п. 1 ст. 365 ГК РФ).

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса. Если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие права не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требования в полном объеме (п. 5 ст. 313 ГК РФ).

Статьями 309-310 ГК РФ установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Требование предъявлено кредитором в связи с тем, что к нему как к поручителю и третьему лицу, исполнившему обязательства должника, перешло право требования к должнику на общую сумму 35 541 683,34 руб.

Однако, в пункте 26 постановления Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3- 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 ГК РФ, в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Данная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411, А41-48518/2014.

Возражая против включения требования кредитора в реестр, участник должника ФИО2 указал на то, что к должнику не предъявлялось требование об оплате задолженности по кредитному договору, должником не согласовывалось поручительство кредитора с Банком ВТБ 24 (ПАО).

Согласно пункту 6.2 дополнительного соглашения №722/2264-0000213 от 29.12.2016 к договору банковского счета №hg2574 от 17.07.2012 заемщик (должник) обязуется письменно согласовывать с ВТБ 24 (ПАО) в период действия кредитного соглашения по заемщику, поручителям, вопросы привлечения последующих кредитов, займов, гарантий в других банках и финансовых институтах, заключения договоров лизинга, предоставления гарантий, поручительств и имущественного залога в качестве обеспечения по обязательствам третьих лиц.

При этом, в материалы дела представлена копия решения Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 15.11.2018 по делу №2-9045/2018 о взыскании с должника задолженности по состоянию на 17.04.2018 в общей сумме 42 766 319,61 руб.

Принимая во внимание буквальное значение содержащихся в данном пункте договора слов и выражений (ст. 431 ГК РФ), суд первой инстанции верно сделал вывод о том, что согласование требовалось при предоставлении поручительства со стороны должника, а не по его обязательствам. В данном случае поручителем является кредитор.

Кредитор и должник являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу, что также установлено Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 и Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 29.06.2020 по делу № А65-14835/2019.

Факт наличия совместных деловых интересов ФИО2, ИП ФИО3 и ИП ФИО5 подтверждается копией акта о выполнении работ по внеплановой замене Сертификата «Банк-клиент онлайн» от 27.06.2016, из которого усматривается, что ООО Торговый дом «Авто» в лице ФИО5, указанного в качестве директора и действующего на основании доверенности №1 от 01.11.2014, получило от Банка ВТБ-24 ключ проверки электронной подписи уполномоченного лица с датой действия 24.06.2016 по 24.06.2018.

Кроме того, судом первой инстанции правомерно указано на уплату обязательных платежей за должника, что также косвенно подтверждает заинтересованность.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (ч. 2 ст. 69 АПК РФ).

Признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам. Данная правовая позиция закреплена в Определении Конституционного Суда РФ от 06.11.2014 N 2528-О «По запросу администрации Краснодарского края о проверке конституционности части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» и Постановлении Президиума ВАС РФ от 20.11.2012 N 2013/12 по делу N А41-11344/11.

Если суд придет к иным выводам, нежели содержащимся в судебном акте по ранее рассмотренному делу, он должен указать соответствующие мотивы (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 31.07.2018 N 4-КГ18-53).

В данном случае не приведены доводы и не представлены соответствующие доказательства, опровергающие обстоятельство корпоративной связи и общности экономических интересов должника и кредитора.

Учитывая недопустимость возврата капиталозамещающего финансирования за счет текущей выручки должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4,5)), следует установить за счет каких средств произведено погашение долга перед банком. В случае, если аффилированный поручитель осуществил исполнение своих обязательств за счет средств от ранее распределенной прибыли должника, либо за счет внешних поступлений, он не может считаться злоупотребившим правом. Если будет установлено, что погашение осуществлено за счет должника, а поручитель не подтвердит, что операции по изъятию им денежных средств со счета должника соотносятся с реальными хозяйственными отношениями, то следует применить презумпцию о наличии скрытого договора о покрытии, являющегося соглашением о предоставлении должнику компенсации за изъятые из его оборота активы посредством осуществления платежа в пользу внешнего кредитора (абзац первый пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», пункт 1 статьи 313 ГК РФ), что не влечет суброгацию требования (пункты 2, 5 статьи 313 ГК РФ).

Исполняя указания суда кассационной инстанции по проверке доводов ФИО2 об отсутствии у ИП ФИО5 достаточности доходов для исполнения договора поручительства, и возможное погашение долга денежными средствами самого должника, поскольку заявитель контролировал финансовую деятельность ООО ТД «Авто», а именно, обладая электронными ключами от расчетных счетов ООО ТД «Авто» и имея в распоряжении печать ООО ТД «Авто», распоряжался денежными средствами должника ООО ТД «Авто», в том числе распоряжался получением/ инкассированием денежных средств общества в банке ВТБ 24, судом первой инстанции установлено следующее.

Из содержания Обзора судебной практики, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, следует, что при заявлении требований лицом, исполнившим перед внешним кредитором обязательство должника (по схеме поручительства, либо по статье 313 ГК РФ, либо через схему уступки), при вхождении исполнившего и должника в одну группу компаний - правила о суброгации не применяются, если отношения между ними регулируются договором о покрытии (даже если договор о покрытии надлежаще юридически не оформлен), что предполагает перемещение денежных средств внутри данной группы.

Согласно копии справки налогового органа, ИП ФИО5 имеет один открытый расчетный счет в Банке ВТБ (ПАО).

В материалы дела, 11.02.2021 Банком ВТБ (ПАО) на судебный запрос, направленный по ходатайству конкурсного управляющего, в материалы дела представлена расширенная выписка по счету ИП ФИО5, из которой следует, что ему не перечислялись денежные средства должником, а поступали от различных контрагентов. 

При этом не представлены доказательства того, что данные денежные средства получены от лиц, являющихся заинтересованными по отношению к должнику, за счет денежных средств самого должника, что могло бы свидетельствовать о внутригрупповом движении денежных средств.

Общая сумма по кредиту счета за период с 20.11.2017 по 31.12.2018, когда осуществлялись платежи за должника, составила 49 203 394,31 руб., что подтверждает возможность ИП ФИО5 исполнить обязательства за должника на сумму 35 541 683,34 руб.

Копия ответа налогового органа на запрос следователя от 07.05.2020, представленная ФИО2, данное обстоятельство также не опровергает, поскольку содержит сумму вмененного дохода, указание в налоговых декларациях по ЕНВД фактически полученных доходов не предусмотрено.

Кроме того, конкурсным управляющим представлена выписка по счету должника за период с 08.11.2017 по 18.07.2019, согласно которой по данному счету проведено всего 6 операций на общую сумму 1 740,88 руб.

Также ИП ФИО5, возражая против доводов ФИО2 об исполнении им обязательств за должника денежными средствами самого должника, указал, что в указанный период на банковские счета должника были наложены аресты в рамках уголовного дела, что подтверждается копией постановления Набережночелнинского городского суда от 13.10.2017 по делу №3/6-1508/2017.

Следовательно, из имеющихся в деле доказательств следует, что ИП ФИО5 осуществил исполнение обязательств должника как поручитель и в порядке ст. 313 ГК РФ за счет собственных средств, должником данные денежные средства не могли быть перечислены.

Однако, в данном случае в порядке ст. 65, ст. 9 АПК РФ не обосновано и не представлено доказательств, подтверждающих транзитный характер полученного от банка финансирования, а именно его вывод из активов должника при отсутствии встречного предоставления, реальной хозяйственной деятельности, а затем погашение задолженности поручителем, перемещение активов именно внутри этой группы.

Также отсутствуют доказательства того, что денежные средства должником  расходовались не в собственных целях, активы должника не пополнялись на сумму привлеченного от кредитора финансирования.

При этом, ФИО2, возражающий против требования ИП ФИО5, как единственный учредитель и бывший руководитель должника не является конкурсным кредитором, которому при рассмотрении подобных споров достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга.

Возможность же участника и бывшего руководителя должника доказать необоснованность требования другого кредитора объективным образом не ограничена.

Напротив, данное лицо, обладающее всей полнотой информации о хозяйственной деятельности должника, должно обосновать свои возражения и представить соответствующие доказательства.

Из анализа указанных обстоятельств по делу следует, что исполнение ИП ФИО5 обязательств за должника носит реальный характер.

В то же время требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

При банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям других кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты) (п. 3, п. 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020).

Контролирующее лицо, выдавая поручительство, по сути, предоставило должнику компенсационное финансирование, а значит, суброгационные требования поручителя, в том числе основанные на договоре ипотеки, не могут конкурировать с требованиями других кредиторов (п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, п. 1 ст. 2 ГК РФ) - они подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (п. 6.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020).

При исполнении кредитором обязательств должника последним не исполнялись обязательства перед кредиторами. Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Сославшись на вышеуказанные нормы права, суд первой инстанции, сделал обоснованный вывод о том, что закон не лишает права ИП ФИО5 на удовлетворение своих требований, при этом, поскольку заявитель непосредственно не является участником должника и не вправе претендовать на распределение ликвидационного остатка по правилам корпоративного законодательства, но при этом факт предоставления должнику займа признан доказанным, учитывая корпоративный, а не рыночный характер этого предоставления, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о признании требования подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что большая часть поступлений денежных средств на счет ИП ФИО5 осуществлена ООО «БизнесАвто», учредителем которого является ФИО5, не принимаются в качестве влияющих на результат разрешения спора, поскольку данные доводы не опровергают выводы суда об отсутствии доказательств исполнения ИП ФИО5 обязательств за должника денежными средствами самого должника. Доказательств наличия аффилированности должника и ООО «БизнесАвто» в материалы дела не представлено.

При таких условиях, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу требования являются обоснованными, подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ

На основании изложенного суд апелляционной инстанции применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора  приходит к выводу, что апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалобы опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.04.2021 по делу №А65-14835/2019 является законным и обоснованным. При указанных обстоятельствах апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.04.2021 по делу № А65-14835/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Г.О. Попова

Судьи                       А.И. Александров

                                                                                                                      Д.К. Гольдштейн