АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, 

<

...>

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-781/2025

г. Владивосток

06 ноября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 22 октября 2025 года. 

Полный текст решения изготовлен 06 ноября 2025 года.

            Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи  Колтуновой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Панасюком А.В., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью "ЗЛАТО" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации: 06.10.2017) 

к Владивостокской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 15.04.2005) 

о признании незаконным решения от 13.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/260724/3255447 после выпуска товаров 

при участии в заседании: 

от заявителя – не явились, извещены; 

от таможни (онлайн) – ФИО1 по доверенности от 20.05.2025, паспорт, диплом.   

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Злато» (далее - общество, заявитель, декларант) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 13.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/260724/3255447.

Представитель общества, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в связи с чем суд в порядке пункта 3 статьи 156 АПК РФ рассматривает дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Общество в обоснование заявления считает, что у таможни отсутствовали основания для непринятия первого метода определения таможенной стоимости и вынесения оспариваемого решения, поскольку заявитель представил все имеющиеся у него и необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости документы, в полном объеме выполнив обязанность по подтверждению таможенной стоимости, определенной по первому методу.

Таможенный орган представил отзыв на заявление, согласно которому с доводами общества не согласен в полном объеме, считает оспариваемое решение законным и обоснованным. Таможня указала, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности. Таможенный орган считает, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях. Следовательно, таможенный орган обоснованно пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Из материалов дела судом установлено, что заявителем в июле 2024 на условиях FOB BUSAN в рамках исполнения обязательств по внешнеторговому контракту от 22.08.2022 №MD22082022, заключенному с компанией «MEDB COSMETIC CO., LTD» (Корея), ввезен, в том числе, товар №6 «Средства бытовой химии, не спиртосодержащие, расфасованные для розничной продажи».

Общая таможенная стоимость товаров определена декларантом методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами в размере 25755,60 долларов США.  

В ходе проведения контроля заявленной таможенной стоимости декларируемого товара таможенным органом на основании пункта 4 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) в адрес декларанта были направлены запросы от 26.07.2024, от 06.10.2024 о предоставлении документов и сведений, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости, в ответ на которые общество 20.09.2024, 10.10.2024 представило имеющиеся в его распоряжении документы, запрошенные таможней, а также дало пояснения относительно формирования таможенной стоимости.

Посчитав, что сведения, использованные обществом при заявлении таможенной стоимости товара №6, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, таможня приняла решение от 13.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/260724/3255447.

Не согласившись с решением таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, заявитель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд пришел к выводу о необходимости отказать в удовлетворении заявленного требования ввиду следующего.

В силу статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Из материалов дела следует, что при таможенном оформлении ввезенного товара обществом в качестве подтверждающих документов были представлены внешнеторговый контракт №MD22082022 от 22.08.2022, дополнительные соглашения к нему, коносамент, инвойс №MEDB/ZL-202406-06 от 06.06.2024, упаковочный лист, агентский договор №63-АГ/2019 от 01.11.2019, счет №501 от 16.07.2024 и прочие документы согласно графе 44 ДТ.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатой до выпуска, обществом были представлены заверенные копии коммерческих документов по спорной поставке, пояснения по оплате с приложением платежных документов, выписки по счетам, ведомость банковского контроля, прайс-лист, экспортная декларация, документы по предстоящей реализации, калькуляция цены реализации, дилерское соглашение и иные документы.

Анализ указанных документов показывает, что по условиям п. 1.1 контракта (в редакции дополнения №1 от 03.07.2023) в соответствии с настоящим договором продавец обязуется продать, а покупатель принять и оплатить на условиях поставки FOB порт Busan Южная Корея, CFR или CIF порт Владивосток или иной порт России товары, наименование, количество, ассортимент и цены которых указываются в инвойсе или проформе инвойса, подписываемых договаривающимися сторонами и являющихся неотъемлемой частью настоящего контракта, и производимых или предлагаемых продавцом или его контрагентами.

Согласно пункту 1.3 контракта (в редакции дополнения №3 от 01.02.2024) каждая поставка товара формируется на основании инвойса, в котором оговаривается ассортимент, цена и количество, стоимость поставляемого товара. Инвойс составляется на каждую товарную партию отдельно и подписывается продавцом и покупателем. Продавец соглашается предоставить специальную скидку исключительно покупателю на срок действия настоящего контракта.

Пунктами 3.1, 3.2 контракта (в редакции дополнения №1 от 03.07.2023) определено, что цена товара устанавливается в долларах США. Цена товара включает в себя стоимость упаковки и маркировки, стоимость погрузочно-разгрузочных работ, стоимость таможенных процедур по оформлению экспорта в стране продавца, а также иные расходы в соответствии с выбранными условиями поставки.

В силу пункта 3.4 контракта (в редакции дополнения №1 от 03.07.2023) оплата за товар может производиться авансовым платежом в полном объеме или частично в размере, указанном в проформе инвойса или инвойсе, посредством банковского перевода на банковские реквизиты продавца. Денежные средства, перечисленные авансовым платежом, засчитываются в счет последующих поставок. Другие условия оплаты могут быть указаны в проформе инвойса или инвойсе продавца.

В рамках достигнутых договоренностей между заявителем и его инопартнером в соответствии с инвойсом №MEDB/ZL-202406-06 от 06.06.2024 была согласована поставка на условиях FOB Busan косметических товаров и товаров бытовой химии стоимостью 25 755,60 долл. США.

В этой связи при помещении спорной товарной партии под таможенную процедуру "выпуск для внутреннего потребления" таможенному органу была представлена декларация на товары №10702070/260724/3255447, в графах 22, 42, 46 которой была заявлена указанная стоимость ввозимых товаров, увеличенная на стоимость транспортных расходов.

Изучив представленные документы, таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 №49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" (далее - Постановление Пленума ВС РФ №49), таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью.

Признаки недостоверности сведений о стоимости сделки могут проявляться, в частности, в ее значительном отличии от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов (пункт 10 Постановления Пленума ВС РФ №49).

Из материалов дела усматривается, что по данным ИИС "Малахит" отклонение заявленного декларантом индекса таможенной стоимости товаров по спорной ДТ от среднего уровня составило более 60% по ФТС России и по ДВТУ по товару №6.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорной поставке, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

В данном случае суд отмечает, что по условиям пунктов 3.3, 3.4 контракта (в редакции дополнения №1) оплата товара производится как после получения инвойса, но не позже 360 дней от даты ввоза товаров, так и авансовым платежом в размере, указанном в проформе инвойса или инвойсе.

Спорная поставка на сумму 25 755,60 долл. США согласована сторонами внешнеэкономической сделки путем оформления инвойса №MEDB/ZL-202406-06 от 06.06.2024, в подтверждение оплаты которого обществом были представлены поручения на перевод иностранной валюты №45 от 20.06.2024 на сумму 10 295,48 долларов США, №48 от 11.07.2024 на сумму 24 543 долларов США, №51 от 01.08.2024 на сумму 20 215,48 долларов США. 

            В свою очередь платеж от 20.06.2024 имеет назначение платежа "оплата за товары по проформе инвойса от 06.06.2024 №MEDB/ZL-202406-06, контракт №MD22082022 от 22.08.2022", платеж от 11.07.2024 – «оплата за товары по коммерческому инвойсу от 18.06.2024 №MEDB/ZL-202406-18, контракт №MD22082022 от 22.08.2022», а платеж от 01.08.2024 – «оплата за товары по коммерческому инвойсу от 18.06.2024 №MEDB/ZL-202406-18, проформе-инвойса от 09.07.2024 № MEDB/ZL-202407-09, контракт №MD22082022 от 22.08.2022».

Общая сумма платежных документов превышает сумму спорной поставки, указанной в графе 22 ДТ.

Принимая во внимание, что данные платежные документы по размеру платежей и их назначению не согласуются с коммерческим инвойсом, вывод таможенного органа о невозможности идентифицировать представленные платежные документы со спорной поставкой товаров нашел подтверждение материалами дела.

Кроме того, проформы-инвойсов от 09.07.2024 №MEDB/ZL-202407-09, от 06.06.2024 №MEDB/ZL-202406-06, указанные в платежных поручениях от 11.07.2024 №48, от 01.08.2024 № 51, декларантом в ходе таможенного контроля, представлены не были. В связи с чем, таможенный орган был лишен полного и всестороннего анализа представленных документов в подтверждение произведенной оплаты за поставляемую партию товара.

Пояснения общества от 20.09.2024 о том, что часть платежа по заявлению на перевод №45 от 20.06.2024 в размере 10295,36 долл. США зачтена за партию повара по ДТ №10702070/270624/3223904, а остаток в размере 0,12 долл. США внесен в качестве аванса за декларируемую партию, судом  оценивается критически, учитывая, что данный платежный документ не содержит распределения денежных средств между соответствующими таможенными декларациями или инвойсами, и что сведения о предоплате отсутствуют в инвойсе по спорной поставке.

К аналогичному выводу суд приходит и при оценке пояснений общества о зачете части платежа в размере 1212,48 долл. США по заявлению на перевод № 51 от 01.08.2024 в счет декларируемой партии товаров, а остатка платежа в размере 19003 долл.США - в счет будущих платежей.

Кроме того, утверждение общества о том, что спорная поставка была осуществлена на условиях 100% предоплаты, не согласуется с материалами дела, условиями контрактами и содержанием инвойса, поскольку, во-первых, в инвойсе отсутствуют условие о предоплате и сведения о размере авансового платежа, как это предусмотрено контрактом, а, во-вторых, платежный документ от 01.08.2024 №51 по дате своего исполнения не может быть квалифицирован в качестве авансовых платежей, так как произведен после поставки товара.

С учетом изложенного следует признать, что распределение денежных средств по указанным платежным документам не позволяет соотнести принцип частичной и последующей оплаты товаров с условиями по контракту и спорной поставке и, как следствие, не позволяет исключить зависимость цены товаров от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

Кроме того, указанные пояснения заявителя в любом случае не опровергают вывод таможенного органа о невозможности проверить сумму денежных средств, фактически уплаченную за декларируемый товар, исходя из объема документов и сведений, представленных в ходе таможенной проверки.

Ссылки заявителя на дополнительные документы, представленные в суд (проформы инвойсов №MEDB/ZL-202406-06 от 06.06.2024, №MEDB/ZL-202407-09 от 09.07.2024), судом во внимание не принимаются, поскольку по правилам главы 24 АПК РФ законность и обоснованность решения таможенного органа проверяется на дату его принятия, в связи с чем судебное разбирательство не может подменять собой таможенный контроль, имевший место на определенную дату.

Кроме того, по смыслу статей 38, 325 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов и сведений, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, возлагается на декларанта, вследствие чего риск неполного представления обществом подтверждающих документов в ходе таможенного контроля относится на декларанта и не позволяет последнему восполнять недостатки представленных документов в ходе судебного разбирательства.

Названные выводы суда согласуются с разъяснениями абзаца второго пункта 14 Постановления Пленума ВС РФ N 49, что свидетельствует о безосновательности указанных доводов заявителя.

То обстоятельство, что в рамках таможенного контроля общество представило выписки по счетам и ведомость банковского контроля, названных выводов суда не отменяет, поскольку ведомость банковского контроля отражает общие сведения о платежах по контракту безотносительно к конкретным поставкам и, как следствие, не является бесспорным доказательством оплаты соответствующей поставки товаров.

Пояснений общества о том, что оплата товаров производилась нарастающим итогом, как до отправки товара, так и после его получения судом не принимается, поскольку установить размер денежных средств, фактически уплаченных за декларируемые партии, из имеющихся в распоряжении таможни документов не представилось возможным.

При таких обстоятельствах следует признать, что представленные платежные документы, выписки по счетам, ведомость банковского контроля и пояснения по оплате не отражали реальное состояние расчетов общества со своим контрагентом по спорной поставке, в связи с чем сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости исходя из смысла пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС нельзя признать документально подтвержденными и количественно определяемыми.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для отказа декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товара №6 по первому методу определения таможенной стоимости и, как следствие, для принятия в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары.

По правилам пункта 15 статьи 38 Кодекса в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Как установлено судом, таможенная стоимость задекларированных в спорной ДТ товара №6 скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС "однородные товары" - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источников ценовой информации, выбранных таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорной ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости "по стоимости сделки с однородными товарами" (третий метод) был выбран таможней последовательно, а выбранный источник ценовой информации (для товара №6 - товар №49 по ДТ № 10702070/080524/3167230) сопоставимы по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорной декларации. При этом данные товары классифицированы по одному коду Товарной номенклатуры, выполняют те же функции, могут быть коммерчески заменяемыми, имеют одну страну происхождения (КНР) и страну отправления (КНР).

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что при выборе источников ценовой информации требования статьи 42 ТК ЕАЭС были таможней соблюдены.

Таким образом, оспариваемое решение от 13.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ № 10702070/260724/3255447, является законным и обоснованным и не привело к нарушению прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской деятельности, в связи с чем суд в порядке части 3 статьи 201 АПК РФ отказывает в удовлетворении заявленных требований.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в силу положений статьи 110 АПК РФ относятся судом на заявителя.

            Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении требований отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

-Судья                                                                                                 Н.В. Колтунова