ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

12.04.2024

Дело № А40-170277/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 04.04.2024

Полный текст постановления изготовлен 12.04.2024

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Аталиковой З.А.,

судей Беловой А.Р., Красновой С.В., 

при участии в заседании:

от ФИО1: лично

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 26.09.22 

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 31.01.2023

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2023 по делу № А40-170277/2022

по иску ФИО1

к ответчикам ФИО2, ФИО4 о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – истец, ФИО1) обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО4 (далее – ФИО4, далее совместно ответчики) о взыскании в порядке субсидиарной ответственности солидарно по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ЛИС» (далее - ООО «ЛИС», общество) 3 560 093, 20 руб. убытков (с учетом принятых судом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2023 в удовлетворении исковых требований отказано. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2023 решение суда первой инстанции отменено с принятием нового судебного акта, которым требования истца к ответчику ФИО2 удовлетворены, с указанного лица в пользу ФИО1 взыскано 3 560 093 руб. в возмещение убытков, а также 18 000 руб. в возмещение расходов на оплату государственной пошлины за рассмотрение иска; в удовлетворении требований к ФИО4 отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным постановлением, истец ФИО1 и ответчик ФИО2 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить постановление суда апелляционной инстанции.

В обоснование своей кассационной жалобы истец ФИО1 ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам в части отказа в удовлетворении его требований к ФИО4 При этом указывает, что отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований к ФИО4, как правопреемнику по праву наследования ФИО6, суд апелляционной инстанции не учел, что являясь номинальным руководителем ООО «ЛИС», ФИО6 фактически своим поведением содействовал сокрытию личности действительных бенефициаров и выгодоприобретателей, документов, отражающих финансово-хозяйственную деятельность общества, выводу остатков денежных средств с его расчетных счетов, и как результат избежать или затруднить процедуру привлечения недобросовестных контролирующих должника лиц.

В обоснование своей кассационной жалобы ответчик ФИО2 ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам в части удовлетворения требований истца, просит после отмены постановления оставить в силе решение суда первой инстанции. Указывает на ошибочность вывода апелляционного суда о доказанности всей совокупности условий для взыскания убытков с бывшего директора должника (общества). Также указывает на процессуальные нарушения, мотивированные не привлечением к участию в деле лица, о правах и законных интересах которого принят судебный акт. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о рассмотрении настоящих кассационных жалоб размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет». 

Отводов составу суда не поступило. 

До рассмотрения кассационной жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от истца поступил отзыв на кассационную жалобу ответчика, содержащий возражения относительно ее удовлетворения, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 АПК РФ.

До рассмотрения кассационной жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от ФИО4 поступил отзыв на кассационные жалобы истца и ответчика, содержащий возражения относительно их удовлетворения, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 АПК РФ.

В судебном заседании суда кассационной инстанции истец и представитель ответчика ФИО2 поддержали доводы собственных кассационных жалоб, возражали против удовлетворения кассационных жалоб друг друга, представитель ответчика ФИО4 возражал против удовлетворения кассационных жалоб. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и отзыва, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованного судебного акта, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по заявленным в жалобах доводам, поскольку считает, что судом при рассмотрении настоящего дела была дана правильная квалификация спорным правоотношениям сторон, применены подлежащие применению нормы материального права, установлены все имеющие значение для правильного разрешения спора обстоятельства, не допущено таких нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного судебного акта. 

Как следует из материалов дела, ООО «ЛИС» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 18.07.2012.,

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) ФИО2 прекратил полномочия единоличного исполнительного органа 18.07.2018. и далее единственным участником от 15.01.2019 и единоличным исполнительным органом являлся ФИО6

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 01.10.2018 по делу № А40-151231/2018 с ООО «ЛИС» в пользу индивидуального предпринимателя (ИП) ФИО7 взыскано 3 170 717 руб. основного долга и 348 779 руб. 20 коп. неустойки по договор купли-продажи обрезных пиломатериалов хвойных пород от 11.12.2017 № 11/12/2017. 

20.05.2019 регистрирующим органом внесена запись ГРН 6197747397237 о недостоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ в отношении общества. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2022 по делу № А40-151231/2018 произведена замена истца ИП ФИО8 на правопреемника ФИО1 

07.04.2021 Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве (далее – налоговый орган) внесла запись ГРН 2217702781866 о предстоящем исключении юридического лица ООО «ЛИС» из ЕГРЮЛ на основании решения от 05.04.2021 № 30528. 

22.07.2021 налоговым органом внесена запись ГРН 2217706491320 о прекращении юридического лица (исключение юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности). 

Полагая, что ООО «Лис» ненадлежащим образом исполнены обязательства перед истцом ФИО1; что общество в результате недобросовестных действий ответчиков исключено из ЕГРЮЛ как недействующее; что исключение ООО «ЛИС» из ЕГРЮЛ по вышеуказанным основаниям свидетельствует о недобросовестном поведении участника общества ФИО6, направленным на уклонение от погашения установленной судебным актом задолженности, ФИО1 обратился с иском в суд с настоящими требованиями. 

Согласно пункту 1 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам. Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) влечет правовые последствия, предусмотренные кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (пункт 2). Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 этого кодекса (пункт 3).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Из разъяснений, сформулированных в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), следует, что судам, применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Исходя из системного толкования названной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

В пунктах 1, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановлении Пленума № 62) разъяснено, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ), наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своими корпорациями в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица, противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности истцом юридического состава для взыскания убытков (статьи 15, 393 ГК РФ), указав, что материалы дела не подтверждают факта недобросовестности и/или неразумности поведения ответчиков, а также не подтверждают наличие причинно-следственной связи между поведением контролирующих общество лиц и обстоятельствами неисполнения обязательств перед истцом; наличие у общества непогашенной задолженности само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика как его руководителя и участника в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Руководствуясь положениями статей 53, 61, 401, 1064 ГК РФ, статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьи 21 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», статей 61.10, 61.11, 61.15 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, содержащимися в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), оценив фактические обстоятельства, исследовав поступившие по запросу суда   дополнительные доказательства  о движении денежных средств по расчетному счету общества,  отменяя решение суда первой инстанции, апелляционный суд пришел к выводу о том, что действия бывшего директора ФИО2, согласованные с остальными участниками общества, единовременно вышедшими из состава участников ООО «ЛИС» и передавшими права на управление обществом лицу, не имевшему намерений продолжать хозяйственную деятельность, подтверждают довод о недобросовестности бывших участников общества, в том числе бывшего директора ФИО2, под контролем которого находилась финансовая деятельность ООО «ЛИС» в период наступления обязанности по уплате долга перед кредитором. 

При этом апелляционный суд исходил из того, что к рассматриваемому спору имеется презумпция виновных действий контролирующих должника лиц до тех пор, пока не доказано обратное. Следовательно, на ответчиках лежит бремя доказывания того факта, что они действовали добросовестно и разумно в отношении имеющихся кредиторов.

Проанализировав представленные в ответ на запрос суда сведения о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «ЛИС», открытым в банках (ПАО АКБ «АКЦЕНТ», ПАО «Банк УралСиб»), апелляционный суд признал подтвержденными доводы истца о недобросовестном поведении руководителей ООО «ЛИС» в отношении ИП ФИО7 по вопросу исполнения имеющихся перед ней денежных обязательств, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями и попытке избежать рисков привлечения к имущественной ответственности. 

Как отмечено судом, имеющиеся в материалах дела доказательства свидетельствуют о том что объем поступивших на расчетный счет общества денежных средств  за период с 24.04.2018 по 15.11.2018  позволял исполнить обязательство перед ИП ФИО7, тогда как анализ движения денежных указывает на то, что денежные средства выводились в пользу иного общества,  генеральным директором которого и  единственным участником являлся один из участников  участником ООО «ЛИС»

Судом также учтено, что впоследствии все участники общества, кроме ФИО6, вышли из состава общества, а на момент выхода из ООО «ЛИС» ФИО2 и остальных первоначальных его участников - 28.12.2018, на расчетных счетах ООО «ЛИС» денежных средств в остатках не имелось. 

С учетом установленного, апелляционный суд согласился с доводами истца о неразумных и недобросовестных действиях контролирующих должника лиц, в связи с чем удовлетворил требования о взыскании денежных средств в заявленном размере с ФИО2 и отказывая в части требований к ФИО4, исходил из отсутствия доказательств  недобросовестности ФИО6

При отсутствии  доказательств реальности контроля за деятельностью юридического лица ФИО6, и  напротив наличия  доказательств того, что после назначения ФИО6 генеральным директором ООО «ЛИС» (09.07.2018) бывший участник и генеральный директор ФИО2 продолжал действовать от имени общества, апелляционный суд пришел к выводу, что фактическими бенефициарами управление ООО «ЛИС» было переведено на номинального руководителя и учредителя во избежание субсидиарной ответственности, так как исходя из анализа движения денежных средства по счетам ООО «ЛИС» вся финансово-хозяйственная деятельность после выхода бывших бенефициарных владельцев из общества (28.12.2018) была приостановлена, ФИО6, являясь номинальным владельцем ООО «ЛИС» и его генеральным директором, не осуществлял финансово-хозяйственную деятельность общества, прибыль у общества отсутствовала. 

Апелляционный суд установил, что в полученном из инспекции регистрационном деле ООО «ЛИС» все документы, содержащие подписи от имени ФИО6, подписаны не ФИО6, а иным лицом, о чем свидетельствует простое сравнение органолептическим методом его оригинальных подписей на документах, имеющихся у ФИО4, с представленными в дело. 

Как верно указал апелляционный суд, руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им. Применительно к настоящему спору презюмируется, пока не доказано обратное, что руководитель ФИО2 располагал информацией об обстоятельствах, связанных с неоплатой возглавляемой им организацией обязательств перед ИП ФИО7

Следовательно, степень вины и размер вреда, причиненного имущественным правам кредитора-истца по вине номинального руководителя ФИО6, в рассматриваемой ситуации отсутствует и несоизмеримы со степенью вины и размером вреда, причиненного бенефициарами ООО «ЛИС». 

В связи с чем оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, как правопреемника ФИО6, суд апелляционной инстанции не нашел.

Апелляционным судом также рассмотрен довод ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности и признан подлежащим отклонению по мотиву незаявления такого довода в суде первой инстанции, в то время как заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции. Кроме того, суд отметил, что срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц исчисляется не ранее исключения общества-должника из ЕГРЮЛ. В данном случае ООО «ЛИС» исключено из ЕГРЮЛ 22.07.2021, иск подан в суд 09.08.2022, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы суда апелляционной инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и положениям действующего законодательства. 

Доводы кассационных жалоб признаны судом кассационной инстанции несостоятельными и подлежащими отклонению, как заявленные при неверном толковании норм права и направленные на переоценку установленных судами обстоятельств дела. Заявляя доводы, основывающиеся на иной, чем у суда, оценке доказательств, заявители не учитывает полномочия суда кассационной инстанции, ограниченные нормами части 2 статьи 287 АПК РФ, согласно которой суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по разрешению вопросов факта, исследования и оценки доказательств. Процессуальный закон относит это к прерогативе судов первой и апелляционной инстанций. 

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ, судом не нарушены. 

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2023 по делу № А40-170277/2022 оставить без изменения, кассационные  жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий – судьяЗ.А. Аталикова

Судьи:А.Р. Белова

С.В. Краснова