ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А36-4376/2019

г. Воронеж

15 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2022 года. В полном объеме постановление изготовлено 15 августа 2022 года. 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Ореховой Т.И.,  судей Безбородова Е.А.,  

 ФИО1  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, 

при участии в судебном заседании:  

от ФИО3 – ФИО3, паспорт гражданина  РФ; ФИО4, представитель по доверенности № 48 АА 1755719 от  07.06.2021, паспорт гражданина РФ;  

от иных лиц, участвующих в деле, - представители не явились,  извещены надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО3 на определение Арбитражного суда Липецкой  области от 14.06.2022 по делу № А36-4376/2019  

по заявлению финансового управляющего Б-вым ФИО5 Сергея Викторовича к ФИО6, ФИО9 о признании сделки  недействительной, применении последствий недействительности сделки,  

с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора, – общества с ограниченной ответственностью  «Строительная компания»,  

в рамках дела о признании ФИО3 (ИНН  

<

***>, СНИЛС 

<

***>) несостоятельным (банкротом),  

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» в лице Липецкого  отделения № 8593 (далее – ПАО Сбербанк) 16.04.2019 обратилось в  Арбитражный суд Липецкой области с заявлением о признании ФИО3 (далее – ФИО3, должник) несостоятельным  (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Липецкой области от 23.04.2019  заявление ПАО Сбербанк принято к рассмотрению, возбуждено  производство по делу № А36-4376/2019.  

Определением Арбитражного суда Липецкой области от 16.09.2019  (резолютивная часть объявлена 09.09.2019) заявление ПАО Сбербанк  признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура  реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден  ФИО7, член ассоциации «Межрегиональная  саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».  

Решением Арбитражного суда Липецкой области от 29.01.2020  (резолютивная часть объявлена 22.01.2020) ФИО3 признан  несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура  реализация имущества гражданина.  

Определением Арбитражного суда Липецкой области от 29.01.2020  (резолютивная часть объявлена 22.01.2020) финансовым управляющим  должником утвержден ФИО7  

Определением Арбитражного суда Липецкой области от 01.09.2020  (резолютивная часть объявлена 25.08.2020) ФИО7 отстранен от  исполнения обязанностей финансового управляющего должником.  

Определением Арбитражного суда Липецкой области от 23.09.2020  (резолютивная часть объявлена 16.09.2020) финансовым управляющим  должником утвержден ФИО8 (далее – финансовый  управляющий должником), член ассоциации «Межрегиональная  саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».  

Финансовый управляющий должником 21.03.2021 обратился в  Арбитражный суд Липецкой области с заявлением, уточненным в порядке  статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ), о признании недействительным договора дарения от  27.04.2021, заключенного между ФИО9 (далее –  ФИО9) и ФИО6 (далее – ФИО6),  применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с  ФИО9 денежных средств в размере, определенном судебной  экспертизой.  

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего  лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета  спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью  «Строительная компания» (далее – ООО «СК»).  

Определением Арбитражного суда Липецкой области от 14.06.2022  (резолютивная часть объявлена 31.05.2022) договор дарения от 27.04.2017  между ФИО6 и ФИО9 признан недействительным,  применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с  ФИО9 в конкурсную массу должника – ФИО3 1 100 000 руб.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился в  Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой,  в которой просил определение от 14.06.2022 отменить, рассмотреть вопрос  по существу.  

ФИО3 и его представитель поддержали доводы, приведенные в  апелляционной жалобе.  

Иные лица, участвующие в деле, не явились. От финансового  управляющего должником через электронный сервис подачи документов  «Мой Арбитр» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором  возражал против доводов апеллянта, считал обжалуемый судебный акт  законным и обоснованным.  

С учетом наличия в материалах дела доказательств надлежащего  извещения неявившихся лиц, участвующих в деле, на основании статей 123,  156, 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие их  представителей.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и  отзыва на нее, заслушав объяснения участников процесса, судебная коллегия  не находит оснований для отмены судебного акта, в связи со следующим.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, между ФИО6 (даритель) и ФИО9 (одаряемый) заключен договор дарения от  27.04.2017, по условиям которого даритель безвозмездно передал в  собственность одаряемому, а одаряемый принял квартиру общей площадью  58,8 кв.м, этаж 3, расположенную по адресу: 

<

...>.  

Ссылаясь на то, что договор дарения от 27.04.2017 совершен в целях  причинения вреда кредиторам, имеет признаки недействительности,  предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, финансовый  управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением об  оспаривании сделки.  

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, руководствуясь  статьями 61.1, 61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и  разъяснениями, данными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)», пришел к выводу о доказанности наличия  всей совокупности обстоятельств, необходимых для признания договора  дарения от 27.04.2017 недействительной сделкой.  

Арбитражный апелляционный суд соглашается с выводами суда первой  инстанции по следующим основаниям.  

Положениями статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК  РФ предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в  настоящем Федеральном законе.  

Финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от  имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по  основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а  также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве (пункт 7  статьи 213.9 Закона о банкротстве).  

Особенности рассмотрения заявлений об оспаривании сделок  должников - физических лиц, в том числе по основаниям, предусмотренным  статьей 61.2 Закона о банкротстве, установлены в статье 213.32 названного  закона.  

Так, из положений пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве следует,  что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям,  предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть  подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению  собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным  кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской  задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет  более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности,  включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований  кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его  заинтересованных лиц.  

В статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации указано, что  имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной  собственностью и признается таковым независимо от того, на имя кого из  супругов оформлена вещь либо кем из супругов внесены денежные средства  в счет ее оплаты.  

Исходя из положений пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве, все  имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного  суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества  гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия  указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением  имущества, определенного пунктом 3 данной статьи.  

По общим правилам реализации имущества гражданина в конкурсную  массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в  общем имуществе, на которое может быть обращено взыскание в  

соответствии с гражданским законодательством, семейным  законодательством (пункт 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве).  

Как следует из пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ  от 25.12.2018 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями  формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве  граждан», финансовый управляющий вправе оспорить в рамках дела о  банкротстве сделки по отчуждению общего имущества должника и его  супруга, совершенные супругом должника, по основаниям, связанным с  нарушением этими сделками прав и законных интересов кредиторов.  

Таким образом, в целях формирования конкурсной массы в рамках дела  о банкротстве гражданина законом допускается обжалование сделок супруга  должника в случае, если они направлены на уменьшение общего имущества  супругов или сокрытие этого имущества.  

В связи с тем, что спорная квартира была отчуждена ФИО6 в  период брака с ФИО3, суд первой инстанции, установив отсутствие  в материалах обособленного спора доказательств того, что имущество  приобреталось за счет ее собственных (личных) денежных средств, пришел к  выводу, что финансовый управляющий должником правомерно обратился в  арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора  дарения от 27.04.2017.  

Учитывая положения пункта 13 статьи 14 Федерального закона «Об  урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на  территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя  и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации», согласно которым оспаривание сделок должника-гражданина,  не обладающего статусом индивидуального предпринимателя, по  специальным основаниям Закона о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3) возможно  только в отношении сделок, заключенных после 01.10.2015, суд первой  инстанции, исходя из даты оспариваемого договора дарения (27.04.2017),  указал, что к нему подлежат применению нормы главы III.1 «Оспаривание  сделок должника» Закона о банкротстве.  

Из разъяснений, данных в пунктах 1, 2 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» следует, что в силу пункта 3 статьи 61.1  Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по  правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе, действия,  направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в  соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством,  законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством  Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской  Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а  также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых  актов иных органов государственной власти.  

Принимая во внимание, что договор дарения от 27.04.2017 заключен в  период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, а также исходя из положений абзаца 6 пункта 8 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010   № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу которых  договор дарения, не может оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2  Закона о банкротстве, но может оспариваться на основании пункта 2 данной  статьи, поскольку является сделкой, в предмет которой в принципе не входит  встречное исполнение, оспариваемый финансовым управляющим должником  договор может быть признан недействительным на основании пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплено, что сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной,  если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления  о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления  и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника  к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом,  либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом  разъяснений, содержащихся в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)», для квалификации сделки в качестве  подозрительной по указанному основанию, необходимо доказать  совокупность следующих условий: цель причинения вреда и  осведомленность контрагента об указанной цели, причинение вреда  имущественным интересам кредиторов должника.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на  момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества; сделка совершена в  отношении заинтересованного лица.  

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если  иное не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий,  данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о  

банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества – это  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате  обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов)  должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником  части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Вместе с тем, исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской  Федерации, сформулированной в определении от 12.03.2019 № 305-ЭС17- 11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из  составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует  возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.  

Следовательно, цель причинения вреда имущественным правам  кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих  основаниях.  

Определяя наличие у ФИО3 на момент совершения  оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности и недостаточности  имущества, суд первой инстанции учитывал обстоятельства, послужившие  основанием для обращения ПАО Сбербанк с заявлением о признании  должника банкротом, а также анализировал наличие соответствующих  признаков у подконтрольного должнику юридическому лицу - ООО «СК».  

В частности, судом установлено, что между ОАО «Сбербанк России» (в  настоящее время – ПАО Сбербанк) и ФИО3 29.04.2016 был  заключен договор поручительства № 

<

***>/П-5 от 29.04.2016, по  условиям которого поручитель обязуется отвечать перед кредитором за  исполнение ООО «СК» всех обязательств по договору об открытии  невозобновляемой кредитной линии № 

<

***> от 29.04.2016.  

В связи с тем, что ООО «СК» принятые на себя обязательства по  кредитному договору не исполнило, образовалась просроченная  задолженность, послужившая основанием для обращения ПАО Сбербанк в  Октябрьский районный суд г. Липецка с исковым заявлением к ООО «СК»,  обществу с ограниченной ответственностью «Липецкая инвестиционно-строительная компания», обществу с ограниченной ответственностью  «Стройконтакт», обществу с ограниченной ответственностью «СК  Механизация», ФИО10, ФИО3  

Решением Октябрьского районного суда г. Липецка от 11.05.2018 с  учетом определения об исправлении описки от 03.07.2018 по делу № 2870/2018 с ответчиков - ООО «СК», ООО «ЛИСК», ООО «Стройконтракт»,  ООО «СКМ», ФИО10, ФИО3 в пользу ПАО Сбербанк была  взыскана задолженность в размере 72 816 194,17 руб., из которых 69  734 248,58 руб. – основной долг, 1 971 945,59 руб. – проценты, 1 050 000 руб.  – неустойка, 60 000 руб. – государственная пошлина.  

На стадии исполнения судебного акта определением Октябрьского  районного суда г. Липецка от 14.08.2018 по делу № 2-870/2018 утверждено  мировое соглашение.  

Из пункта 2 мирового соглашения следует, что взыскатель и должники  пришли к соглашению о следующих условиях погашения установленной  решением суда задолженности по мировому соглашению в сумме  72 816 194,17 руб., состоящие из: просроченной задолженности по процентам  – 1 971 945,59 руб., просроченной ссудной задолженности – 69 734 248,58  руб., неустойки за несвоевременную уплату процентов – 50 000 руб.,  неустойки за несвоевременное погашение кредита – 1 000 000 руб.,  государственной пошлины – 60 000 руб.  

Поскольку условия мирового соглашения не исполнены, судом были  выданы исполнительные листы на принудительное исполнение мирового  соглашения.  

Ссылаясь на наличие у ФИО3 как у поручителя по кредитному  договору неисполненных обязательств, ПАО Сбербанк обратилось в  Арбитражный суд Липецкой области с заявлением о признании его  несостоятельным (банкротом), которое на основании определения от  16.09.2019 признано обоснованным, в отношении должника введена  процедура реструктуризации долгов гражданина, в третью очередь реестра  требований кредиторов включены требования ПАО Сбербанк в сумме  74 857 374,03 руб., в том числе 69 734 248,58 руб. – основной долг,  4 013 124,45 руб. – проценты по кредиту, 1 050 000 руб. – неустойка, 60 000  руб. – судебные расходы.  

Возражая против доводов финансового управляющего должником о  наличии признаков неплатежеспособности, ФИО3 ссылался на  акцессорный характер поручительства, указав, что на момент заключения  договора дарения от 27.04.2017 задолженность по кредитному договору   № 

<

***> от 29.04.2016 отсутствовала, какие-либо требования к нему как  к поручителю, не предъявлялись.  

Вместе с тем, проанализировав материалы дела № А36-11848/2017, суд,  принимая во внимание дату возбуждения производства по делу о  несостоятельности ООО «СК» (25.09.2017), а также даты введения в  отношении юридического лица процедуры наблюдения (31.08.2020) и  конкурсного производства (09.04.2021), установил, что на момент  совершения супругой должника ФИО6 оспариваемой сделки  общество имел значительную кредиторскую задолженность, которая не была  погашена, и впоследствии включена в реестр требований кредиторов  общества, в том числе перед ООО «Севем» - 708 954,46 руб., ООО «Оптима»  - 527 863,23 руб., ПАО «Квадра» - 2 647 827,76 руб., АО «ЛГЭК» - 263 285,12  руб.  

Кроме того, в реестр требований кредиторов ООО «СК» включены  требования ФНС России в сумме 9 204 610,92 руб., из которых 1 197 555,27  руб. – страховые взносы на обязательное медицинское страхование в бюджет  Федерального фонда ОМС за период до 01.01.2017, 3 476 388,74 руб. –  

страховые взносы на обязательное пенсионное страхование, зачисляемые в  ПФ РФ на выплату страховой пенсии за расчетный период до 01.01.2017.  

Судом первой инстанции также учтены выводы, отраженные  временным управляющим в анализе финансового состояния ООО «СК»,  проведенному за период с 01.01.2015 по 01.01.2019, согласно которым баланс  должника по состоянию на 2016, 2017 годы был неликвидным, общество  являлось неплатежеспособным и несостоятельным, предприятие было не в  состоянии стабильно оплачивать свои текущие счета, существовал высокий  финансовый риск, у предприятия недостаточно активов, которые можно  было направить на погашение всех имеющихся обязательств, предприятие  находилось в тяжелом положении, платежеспособность в течение  рассматриваемого периода на достаточно низком уровне.  

Установив, что на момент заключения договора дарения от 27.04.2017  ООО «СК» - основной заемщик по кредитному договору, заключенному с  ПАО Сбербанк, имело признаки неплатежеспособности, суд первой  инстанции пришел к выводу, что ФИО3, являющийся с 04.01.2005 по  23.03.2020 генеральным директором юридического лица, не мог не знать о  наличии в обществе кризисной ситуации и неизбежности своей личной  ответственности как солидарного должника по кредитным обязательствам  общества.  

Пунктом 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» установлено, что в силу абзаца первого  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая  сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным  лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные  презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки  знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько  она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям  оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Принимая во внимание, что в силу положений статьи 19 Закона о  банкротстве, статьи 9 Федерального закона от 26.07.2016 г. № 135-ФЗ «О  защите конкуренции» ФИО6 и ФИО9 являются  заинтересованными лицами по отношению к должнику, следовательно, в  отношении них действует презумпция осведомленности о цели причинения  вреда имущественным правам кредиторов, суд определил, что стороны  сделки не могли не осознавать, что в результате оспариваемого договора  дарения ими выводится имущество, на которое могло быть обращено  взыскание при предъявлении требований к ФИО3  

Исходя из отсутствия в материалах обособленного спора доказательств,  свидетельствующих о том, что подаренное имущество являлось  единственным жильем для должника и его супруги и не подлежало  включению в конкурсную массу, следовательно, в результате заключения  договора дарения от 27.04.2017 произошло выбытие недвижимого  имущества, при этом должник не получил встречное предоставление в форме  иного равноценного имущества или денежных средств, которые могли быть  направлены на исполнение обязательств перед кредиторами должника, суд  пришел к выводу о наличии в действиях сторон цели причинения вреда  кредиторам, в связи с чем доводы апелляционной жалобы об обратном  подлежат отклонению.  

Установив, что одаряемый никогда не был зарегистрирован в  подаренной ему квартире, право собственности на спорное жилое помещение  прекращено 20.11.2020, учитывая пояснения должника, данные в судебном  заседании 31.05.2022, о том, что спорная квартира не имела отделки, а также,  что ФИО9 принадлежит объект незавершенного строительства –  жилой дом, площадь застройки 144,1 кв.м, суд отклонил возражения  должника о том, что оспариваемая сделка имела обычный гражданско-правовой характер, квартира передана матерью сыну в целях обеспечения его  необходимым жильем.  

При изложенных обстоятельствах, оценив представленные в материалы  обособленного спора доказательства в соответствии с положениями статьи  71 АПК РФ, суд первой инстанции, определив совокупность условий,  входящих в предмет доказывания при оспаривании сделок должника по  специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве,  удовлетворил требования финансового управляющего должником о  признании договора дарения от 27.04.2017 недействительным по пункту 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В связи с тем, что имущество, полученное ФИО9 по  оспоренной сделке, у него отсутствует, что делает невозможным применение  последствия недействительности сделки в виде обязания возвратить в  конкурсную массу должника полученную квартиру, суд первой инстанции в  целях установления действительной стоимости отчужденного имущества  определением от 04.04.2022 назначил судебную экспертизу, проведение  которой поручил эксперту ООО «Светлана-Аудит» ФИО11.  

Из представленного в материалы обособленного спора экспертного  заключения усматривается, что рыночная стоимость недвижимого  имущества – квартиры по состоянию на 27.04.2017 составила округленно  2 200 000 руб., если состояние на дату оценки – «без отделки», 3 100 000 руб.,  если в оцениваемой квартире на дату оценки был сделан ремонт.  

Проанализировав структуру и содержание заключения эксперта с точки  зрения соответствия процессуальным критериям, установив, что экспертиза  проведена лицом, имеющим право на осуществление такой деятельности,  оснований для отвода эксперта не имелось, экспертом соблюден порядок  

проведения экспертизы, по форме и содержанию заключение соответствует  требованиям статьи 86 АПК РФ и Федеральному закону от 29.07.1998 № 135- ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», оценив  заключение в совокупности с другими доказательствами, суд первой  инстанции пришел к выводу, что экспертное заключение является  надлежащим доказательством по делу, выводы эксперта мотивированы и  обоснованы.  

Доказательства, опровергающие выводы эксперта, а, равно как, и  свидетельствующие о том, что указанное экспертное заключение содержит  недостоверные сведения и о том, что выбранные экспертами способы и  методы оценки привели к неправильным выводам, лицами, участвующими в  деле, не представлены.  

Принимая во внимание отсутствие в материалах обособленного спора  доказательств, подтверждающих, что на момент совершения оспоренной  сделки в квартире имелась отделка, суд признал ее стоимость равной  2 200 000 руб., при этом, исходя из действующего в отношении имущества,  нажитого супругами во время брака, режима совместной собственности,  руководствуясь статьями 167 ГК РФ, 61.6, пункта 7 статьи 213.25 Закона о  банкротстве, применил последствия недействительности сделки в виде  взыскания с ФИО9 в конкурсную массу ½ стоимости полученного  имущества, определенной на момент совершения оспоренной сделки –  1 100 000 руб.  

Доводы об отсутствии у ФИО3 на момент совершения спорной  сделки признаков неплатежеспособности опровергаются совокупностью  установленных обстоятельств и представленных в материалы обособленного  спора доказательств, в связи с чем признаются апелляционной коллегией  несостоятельными.  

Доводы апелляционной жалобы фактически сводятся к несогласию с  оценкой доказательств и обстоятельств дела, в связи с чем не могут служить  основанием для удовлетворения жалобы. Данные доводы дублируют  позицию должника, занимаемую в ходе рассмотрения обособленного спора в  суде первой инстанции, и направлены на иную оценку обстоятельств дела.  

Каких-либо доводов, которые не были проверены и не учтены судом при  рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения  судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и  обоснованности, заявителем не приведено.  

Все обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены судом  первой инстанции полностью, выводы, изложенные в определении,  соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нормы материального и  процессуального права применены судом первой инстанции правильно.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту  4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта,  судом апелляционной инстанции не установлено.  

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения  Арбитражного суда Липецкой области от 14.06.2022 по делу № А364376/2019 и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате госпошлины  за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.  

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Липецкой области от 14.06.2022 по  делу № А36-4376/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу  ФИО3 - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального  округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно  части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Председательствующий судья   Т. И. Орехова 

Судьи Е. А. Безбородов 

 ФИО1