ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А65-17556/2019

г. Самара

13 января 2023 года

11АП-18503/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 13 января 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи Александрова А.И., 

судей Назыровой Н.Б., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от конкурсного управляющего ООО «Учебно-производственное предприятие «Картонажно-полиграфические изделия» ФИО2 - представитель ФИО3 по доверенности от 14.12.2021;

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №4, апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 октября 2022 года об отказе в удовлетворении жалобы ФИО4 о признании незаконными действий (бездействий) конкурсного управляющего ООО «Учебно-производственное предприятие «Картонажно-полиграфические изделия» ФИО2 (вх.4344), по делу №А65-17556/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Учебно-производственное предприятие «Картонажно-полиграфические изделия», (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 июня 2019 г. возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Учебно-производственное предприятие «Картонажно-полиграфические изделия», (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 января 2020 года (дата объявления резолютивной части) Общество с ограниченной ответственностью «Учебно-производственное предприятие «Картонажно-полиграфические изделия», (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 420054, РТ, 

<

...>- Б признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на 4 месяца до 13.05.2020. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Учебно-производственное предприятие «Картонажно-полиграфические изделия» возложены на временного управляющего должника - ФИО2 (420111, РТ, г. Казань, а/я 627), являющегося членом Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих». Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного опубликовано в газете «Коммерсант» на сайте 24.01.2020 (в печатной версии- 25.01.2020).

Определением суда от 23 июня 2020 года конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Учебно-производственное предприятие «Картонажно-полиграфические изделия» утвержден ФИО2 (420111, РТ, г. Казань, а/я 627), член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих».

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление (вх. 4344) ФИО4 о признании незаконными действий (бездействий) конкурсного управляющего ООО «Учебно-производственное предприятие «Картонажно-полиграфические изделия» ФИО2, выразившихся в передаче полномочий конкурсного управляющего ФИО5 и ФИО6, уполномоченным действовать в интересах конкурсного кредитора должника ИП ФИО7, не проведении анализа подозрительных платежей должника в адрес аффилированных с должником лиц, не подготовке и неподаче в суд заявления о привлечении ТРО ВОИ к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, незаключении договора дополнительного страхования ответственности, ненадлежащем проведении инвентаризации имущества должника, непринятии мер по истребованию имущества должника у бывшего руководителя, об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Учебно-производственное предприятие «Картонажно-полиграфические изделия», о взыскании с ФИО2 в пользу ООО «Учебно-производственное предприятие «Картонажно-полиграфические изделия» 12 420 767,00 руб. убытков.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.02.2022 г. в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан, Союз «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих», ООО «Ак Барс страхование», ООО «Станки и Технологии».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.03.2022 г. в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Страховая компания «АРСЕНАЛЪ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.03.2022 г. в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ «ТАТАРСКАЯ РЕСПУБЛИКАНСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ВСЕРОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА ИНВАЛИДОВ» - «ОБЩЕСТВО ИНВАЛИДОВ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН» (ИНН 

<

***>), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КАЗАНСКИЙ КОМБИНАТ НАДОМНИКОВ +» (ИНН 

<

***>), ФИО8.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 октября 2022 г. по делу № А65-17556/2019 отказано в удовлетворении заявления.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 обратился с апелляционной жалобой в соответствии с требованиями которыми просил дополнительное определение отменить и принять новый судебный акт, которым требования ФИО4 удовлетворить в полном объёме.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17 ноября 2022 г. апелляционная жалобы оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02 декабря 2022 г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 10 января 2023 г.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 10 января 2023 г. представитель арбитражного управляющего ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

От заявителя апелляционной жалобы ФИО4 к дате судебного заседания какие либо дополнения к апелляционной жалобе, письменные пояснения, а также дополнительные доказательства не поступили.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалобы рассматриваются в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В качестве основания для признания незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего должника ФИО4 указал, что конкурсный управляющий аффилирован с заявителем по делу о банкротстве- ИП ФИО7 через представителей.

По мнению ФИО4, передача конкурсным управляющим своих полномочий ФИО6 и ФИО5, которые уже являлись представителями одного из конкурсных кредиторов, является недобросовестным осуществлением полномочий управляющего, существенно нарушает баланс интересов участников дела о банкротстве и является основанием для отстранения конкурного управляющего.

Также в качестве основания для признания незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего должника ФИО4 указал, что ФИО2 ненадлежащим образом исполнил обязанность по проведению финансового анализа, не проанализированы подозрительные платежи в пользу контролирующих должника лиц.

В обоснование указано, что ФИО4 выявлены платежи, которые не были проанализированы ФИО2, хотя они входят в анализируемый период и имеют признаки подозрительных сделок

ФИО4 указано, что конкурсный управляющий не обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, что, по его мнению, не отвечает критериям разумного и добросовестного поведения.

Кроме того заявителем указано на то, что конкурсный управляющий не заключил дополнительный договор страхования ответственности по возмещению убытков, что нарушает права кредиторов на возмещение убытков.

По мнению заявителя, конкурсный управляющий ненадлежащим образом провёл инвентаризацию имущества должника, что привело к утрате части имущества должника.

Аналогичные, вышеизложенным, доводы содержаться и в апелляционной жалобе ФИО4 

Суд апелляционной инстанции, с учётом установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы и соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО4 требований, в силу следующего.

Согласно п. 1 ст. 60 Закона о банкротстве кредиторам должника предоставлено право обратиться в арбитражный суд с жалобой о нарушении арбитражным управляющим их прав и законных интересов.

Основной круг прав и обязанностей конкурсного управляющего определен в статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными.

В обоснование довода о наличии в действиях (бездействии) конкурсного управляющего нарушений положений законодательства о несостоятельности в части наличия аффилированности между заявителем по делу о несостоятельности ООО «УПП КПИ», ФИО4 указывает на то, что заявление о признании должника банкротом подано лицами, которые впоследствии представляли интересы конкурсного управляющего, фактически указывая на наличие между ними заинтересованности.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в указанной части, так как приведенные ФИО4 доводы не свидетельствуют о невозможности представления интересов конкурсного управляющего лицами, оказывающими юридические услуги и имеющими соответствующее образование в отсутствие доказательств наличия заинтересованности между ФИО7 и должником либо контролировавшими его лицами, а также причинения действиями (бездействием) указанных лиц какого-либо вреда должнику.

В силу положений абз. 2 п. 2 ст. 20.2 Закона о банкротстве одним из оснований, по которому арбитражный управляющий не может быть утвержден конкурсным управляющим, является заинтересованность арбитражного управляющего по отношению к должнику и его кредиторам.

В соответствии с абз. 4 п. 1 ст. 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица конкурсным управляющим, а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица конкурсным управляющим.

Отстранение арбитражного управляющего от исполнения обязанностей по основаниям абз. 4 п. 1 ст. 145 Закона о банкротстве возможно при наличии обстоятельств юридической заинтересованности, которые установлены ст. 19 Закона о банкротстве, а также при доказанности фактической аффилированности.

Обстоятельства аффилированности кредитора (заявителя по делу) по отношению к должнику учитываются при разрешении вопроса об утверждении конкурсного управляющего.

В данном деле о несостоятельности (банкротстве) должника ФИО2 был утвержден исполняющим обязанности конкурсного управляющего решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.01.2020 по делу №А65-17556/2019 (резолютивная часть оглашена 13.01.2020). На момент принятия решения о признании должника несостоятельным собранием кредиторов решение по вопросу «Выбор арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего» собранием кредиторов принято не было.

Впоследствии по результатам проведения собрания кредиторов должника 03.02.2020 г. собранием кредиторов было принято решение о выборе ФИО2 в качестве арбитражного управляющего в процедуре банкротства ООО «УПП КПИ», что подтверждается сообщением № 4658727 от 06.02.2020, протоколом собрания кредиторов №3 от «3» февраля 2020 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.06.2020 по делу А65-17556/2019 от 23.06.2020 (резолютивная часть оглашена 16.06.2020) ФИО2 утверждён конкурсным управляющим ООО «УПП КПИ».

При утверждении конкурсного управляющего установлено, что общее число голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов согласно реестру требований кредиторов ООО УПП КПИ составляет 25 430 930,74 руб. По результатам регистрации общее число голосов участников собрания кредиторов составляет 24 845 293,36 руб. Таким образом, общее число голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, представленных на настоящем собрании, составляет 97,697 % от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов.

За кандидатуру ФИО2 проголосовали 85,542% от числа конкурсных кредиторов и уполномоченный орган, требования которых включены в реестр требований кредиторов Должника.

Из разъяснений данных в п. 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» следует, что отстранение конкурсного управляющего применяется в тех исключительных случаях, когда в ходе рассмотрения дела установлено наличие оснований для существенных и обоснованных сомнений в компетентности, добросовестности и независимости управляющего. Отстранение конкурсного управляющего является исключительной мерой, применение которой недопустимо в тех случаях, когда путем отстранения фактически устанавливается запрет на профессию. При осуществлении функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких задач судопроизводства, как защита нарушенных интересов участников судебного разбирательства.

При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства незаконности, недобросовестности действий конкурсного управляющего, отсутствуют доказательства, из которых усматривалось наличие сомнений в отношении независимости управляющего по отношению к должнику и кредиторам. На существенность указанных обстоятельств, как верно отметил суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, указано в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 22.04.2021 № Ф06-1086/2021 по делу № А12-2040/2019.

Представление интересов ФИО9 лицом, которое ранее представляло интересы заявителя по делу, в настоящем случае не свидетельствует о несоответствии кандидатуры арбитражного управляющего требованиям статьи 20.2 Закона о банкротстве.

Из судебных актов по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) должника следует, что такое представительство в рассматриваемом случае не основано на общности экономических интересов заявителя, а обусловлено исключительно наличием между указанными лицами самостоятельных гражданско-правовых отношений. Так, арбитражный управляющий обращался с ходатайством о привлечении ООО «Специалист-Консалтинг» в качестве лица, обеспечивающего деятельность конкурсного управляющего в рамках процедуры конкурсного производства, об установлении оплаты услуг в размере не более 40 000 руб., об увеличении лимита расходов на привлеченных специалистов в размере 40 000 руб. Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.08.2020 по делу №А65-17556/2019, в удовлетворении указанного ходатайства отказано. Из судебных актов по настоящему делу следует, что интересы конкурсного управляющего при рассмотрении обособленных споров осуществляет иное лицо - ФИО3, доказательства заинтересованности с кем-либо из участвующих в деле лиц в материалах настоящего спора отсутствуют.

Не нашли своего подтверждения и доводы заявителя о том, что процедура конкурсного производства в отношении должника проводится в интересах контролирующих его лиц. Из материалов дела следует, что арбитражным управляющим вне зависимости от субъектного состава участников споров осуществляются действия, предусмотренные статьей 129 Закона о банкротстве. Конкурсным управляющим от бывшего руководителя истребовались документы должника, была оспорена сделка с участием лиц, в интересах которых, по доводам ФИО4, действует конкурсный управляющий.

По смыслу Закона о банкротстве законный материальный интерес любого кредитора должника, прежде всего, состоит в наиболее полном итоговом погашении заявленных им требований. Все предоставленные кредиторам права, а также инструменты влияния на ход процедуры несостоятельности направлены на достижение названной цели. Обоснованные сомнения в наличии у арбитражного управляющего зависимости от должника и заявителя у суда отсутствуют, доказательства обратного в материалы дела не представлены.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 20.2 Закона о банкротстве одним из оснований, по которому арбитражный управляющий не может быть утвержден в качестве временного управляющего, административного управляющего, внешнего управляющего или конкурсного управляющего в деле о банкротстве, является заинтересованность арбитражного управляющего по отношению к должнику и его кредиторам.

Арбитражный управляющий должен следовать в своей деятельности требованиям разумности и добросовестности, обеспечивая при этом баланс интересов конкурсных кредиторов и должника; не должен ставить под сомнение законность и обоснованность своих действий, исключив любого рода конфликты интересов в своей деятельности.

Конфликт интересов арбитражного управляющего и должника либо арбитражного управляющего и кредиторов может возникнуть, в частности, в том случае, если арбитражный управляющий, руководствуясь целью получения имущественной выгоды в рамках осуществления профессиональной или предпринимательской деятельности, будет исполнять свои обязанности в деле о банкротстве иным образом, чем если бы он действовал в отсутствие этой цели.

Верховным Судом Российской Федерации сформирован подход, согласно которому о наличии конфликта интересов и сомнений в беспристрастности управляющего свидетельствует ситуация, при которой арбитражный управляющий выдает третьему лицу доверенность на представление интересов с передачей всех его полномочий представителю и самоустранением арбитражного управляющего от проведения мероприятий, предусмотренных законодательством о банкротстве. Например, в случае передачи полномочий конкурсному кредитору или бывшему руководителю должника (соответствующие правовые позиции изложены в Определениях Верховного Суда РФ от 04.05.2016 № 309-ЭС16-3578 по делу № А76-22197/2013, РФ от 15.02.2017 № 306-ЭС16-18309 по делу № А06-8504/2014, а также в Постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 26.12.2019 по делу А57-21661/2016, от 18.12.2017 № Ф06-23142/2017 по делу № А65-24683/2015).

Напротив, выдача доверенности с ограниченным объемом полномочий профессиональному представителю не может трактоваться как основание для установления заинтересованности между представителем и доверителем или заинтересованности между лицами, являющимися доверителями одного представителя. Аналогичный подход при рассмотрении жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего изложен в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа №Ф06-43039/2019 от 13.02.2020 по делу № А65-32810/2017.

Оказание определенными лицами услуг по представительству по доверенности в судебных заседаниях не означает наличие у таких представителей возможности определять деятельность представляемых лиц или влиять на нее, не указывает на наличие аффилированности или общности экономических интересов.

Кроме того, ФИО10 и ФИО6 не являются родственником или иным образом аффилированным лицом по отношению к своим заказчикам, действуют в интересах доверителя и собственного материального интереса в исходе дела не имеют, доказательства обратного в материалы дела не представлены.

С учётом совокупности установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания незаконным бездействия конкурсного управляющего по не заключению договора дополнительного страхования своей ответственности, в силу следующего.

Так, в соответствии с п. 1 ст. 24.1 Закона о банкротстве договор обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве должен быть заключен со страховой организацией, аккредитованной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, на срок не менее чем год с условием его возобновления на тот же срок.

В п. 2 ст. 24.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что в таком случае необходимость для конкурсного управляющего в течение десяти дней с даты утверждения арбитражным судом в процедурах, применяемых в деле о банкротстве дополнительно заключать договоры обязательного страхования своей ответственности по возмещению убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве, со страховой организацией, аккредитованной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих. При этом, определены минимальные размеры страховых сумм по указанным договорам в зависимости от балансовой стоимости активов должника по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую дате введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве. (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 07.09.2021 № Ф06-1489/2021 по делу № А12-46439/2019).

Закон устанавливает обязанность управляющего дополнительно страховать свою ответственность в случае, если стоимость имущества должника превышает 100 000 000 руб. При этом, законом принимается в учет балансовая стоимость активов, поскольку в срок установленный законом для заключения договора дополнительно страхования (10 дней с даты утверждения управляющего) определение действительной стоимости активов является затруднительным). Аналогичная позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 29.11.2021 № Ф06-11523/2021 по делу № А65-10917/2021.

Исходя из установленных Законом о банкротстве положений, необходимость заключения договора дополнительного страхования, а также страховая сумма определяется арбитражным управляющим, исходя из балансовой стоимости активов должника на дату, предшествующую дате введения в отношении Должника соответствующей процедуры банкротства.

Конкурсное производство в отношении ООО «УПП КПИ» открыто принятием Арбитражным судом Республики Татарстан решения по делу №А65-17556/2019, резолютивная часть которого была оглашена 13.01.2020. При таких обстоятельствах, при определении наличия либо отсутствия оснований для заключения дополнительно договора страхования ответственности, арбитражный управляющий должен был руководствоваться сведения о балансовой стоимости активов ООО «УПП КПИ» за 2019 год.

Согласно сведениям, размещенным в государственном информационном ресурсе бухгалтерской (финансовой) отчетности, балансовая стоимость активов ООО «УПП КПИ» по состоянию на 31.12.2019 составляла 94 382 000 руб., менее 100 миллионов рублей.

Ввиду того, что балансовая стоимость активов должника не превышала указанной в статье 24.1 Закона о банкротстве суммы, обязанность по заключению дополнительного договора отсутствовала.

Подлежат отклонению и доводы о том, что арбитражным управляющим ненадлежащим образом проведена инвентаризация имущества должника.

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника.

Целью инвентаризации является выявление фактического наличия имущества.

Закон о банкротстве предусматривает возможность продления сроков инвентаризации имущества должника по ходатайству конкурсного управляющего в единственном случае: в связи со значительным объемом имущества должника, когда инвентаризация проводится, и она не завершена.

Все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу (пункт 1 статьи 131 Закона о банкротстве).

Порядок проведения инвентаризации закреплен в Методических указаниях по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49, в соответствии с пунктами 1.2, 1.3 которых под имуществом организации понимаются основные средства, нематериальные активы, финансовые вложения, производственные запасы, готовая продукция, товары, прочие запасы, денежные средства и прочие финансовые активы. Инвентаризации подлежит все имущество организации независимо от его местонахождения и все виды финансовых обязательств.

В соответствии с п. 1.4 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств.

Таким образом, целью инвентаризации имущества является не только определение фактического наличия имущества юридического лица, но и обеспечение достоверности данных бухгалтерского учета и отчетности путем сопоставления сведений о фактическом наличии имущества со сведениями регистров бухгалтерского учета, для установления расхождений в виде недостачи или излишков (пункты 26 - 28 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29.07.1998 №34н).

Для целей исполнения обязанности по инвентаризации принадлежащего Должнику имущества Конкурсным управляющим в адрес бывшего руководителя Должника, а также государственных органов, осуществляющих государственную регистрацию прав на имущество, были направлены соответствующие запросы и получены ответы.

Более того, арбитражный управляющий обращался в Арбитражный суд с ходатайством об истребовании у бывшего руководителя должника (13.09.2019) бухгалтерской и иной документации. В ходе рассмотрения указанного ходатайства бывший руководитель осуществлял передачу бухгалтерской и иной документации, включая базу программы для ведения бухгалтерского учета 1С. Оснований полагать, что сведения, отраженные в документации должника и совпадающие со сведениями программы для ведения бухгалтерского учета 1С, у конкурсного управляющего не имелось.

Документ, на котором заявитель основывает свои требования, не является документом, подтверждающим наличие у должника прав собственности на перечисленное в нем имущество и не может считаться надлежащим доказательством по делу, кроме того, не содержит печатей/подписей, а также указание на лицо, подготовившее указанный документ. Иных доказательств в подтверждение своих доводов заявителем в материалы дела не представлено.

Кроме того, в инвентаризационную опись имущества должника конкурсным управляющим включено следующее имущество: Компьютеры (позиции 15-22 в таблице) -позиции 65-73 в инвентаризационной описи №1; Кондиционер Сплит-Система Panasonik CS-CU-PA 16GKD (позиция 23 в таблице) - позиции 78-79 в инвентаризационной описи №1 (реализован); Лифт грузовой (позиция 26 в таблице) - позиция 27 в инвентаризационной описи №1 (реализован).

Автопогрузчик YALE GDP30TK являлся предметом договора лизинга и был изъят лизинговой компанией в соответствии с условиями договора. Конкурсный управляющий в интересах Должника и его кредиторов после изъятия предмета лизинга обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением о взыскании с ООО «Лизинг Трейд» неосновательного обогащения. Решением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу А65-10715/2020 с ООО «Лизинг Трейд» в пользу должника были взысканы денежные средства в размере 1 302 233 руб. 80 коп. неосновательного обогащения и 13 891 руб. 79 коп. процентов.

По мнению ФИО4 арбитражный управляющий ФИО2 ненадлежащим образом осуществил анализ сделок должника. Отказывая в удовлетворении требований жалобы в данной части, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Так, в соответствии со ст. 62 гл. 4 Закона о банкротстве наблюдение представляет собой процедуру, применяемую в деле о банкротстве к должнику в целях обеспечения сохранности его имущества, проведения анализа финансового состояния должника, составления реестра требований кредиторов и проведения первого собрания кредиторов.

Пункт 1 ст. 67 Закона о банкротстве возлагает на временного управляющего обязанность провести в процедуре наблюдения анализ финансового состояния должника, определить наличие (отсутствие) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства и принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

В свою очередь, п. 2 ст. 67 Закона о банкротстве на временного управляющего возложена обязанность по представлению в арбитражный суд: отчета о своей деятельности и протокола первого собрания кредиторов с приложением документов, определенных пунктом 7 статьи 12 настоящего Федерального закона, а также не позднее чем за пять дней до даты заседания арбитражного суда, указанной в определении арбитражного суда о введении наблюдения: заключение о финансовом состоянии должника: заключение о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника; обоснование возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника, целесообразности введения последующих применяемых в деле о банкротстве процедур.

Обязанность управляющего по представлению анализа финансового состояния должника, заключения о признаках преднамеренного/фиктивного банкротства, заключения об оспаривании сделок должника, представлению сведения о возможности восстановления платежеспособности должника, целесообразности введения следующей процедуры банкротства, принятию мер по обеспечению сохранности имущества должна быть исполнена в срок, отведенный для процедуры наблюдения.

На основании пункта 8 Правил № 855 в ходе анализа сделок должника устанавливается соответствие сделок и действий (бездействия) органов управления должника законодательству Российской Федерации, а также выявляются сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, послужившие причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинившие реальный ущерб должнику в денежной форме.

В п. 31 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что отдельный кредитор или уполномоченный орган вправе также обращаться к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании управляющим сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Таким образом, в случае оспаривания действий (бездействия) внешнего управляющего, связанных с не оспариванием им тех или иных сделок должника, значение имеет наличие оснований для оспаривания сделок, а также то знал или должен был знать арбитражный управляющий об их наличии, в том числе с учетом информации, предоставленной заинтересованными в оспаривании сделок кредиторами.

Для выполнения этой обязанности и достижения цели, предусмотренной в пункте 1 статьи 70 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий обязан руководствоваться Правилами проведения арбитражным управляющим финансового анализа, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 № 367 (далее - Правила).

Согласно пункту 1 Правил при проведении финансового анализа арбитражный управляющий анализирует финансовое состояние должника на дату проведения анализа, его финансовую, хозяйственную и инвестиционную деятельность, положение на товарных и иных рынках.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве и названных Правил управляющий, используя весь спектр предоставленных ему для проведения финансового анализа правовых возможностей, проводит сбор документов должника (включая бухгалтерскую и налоговую отчетности), а также анализ всех направлений (видов) деятельности, осуществляемых должником в течение не менее чем двухлетнего периода, предшествующего возбуждению производства по делу о банкротстве, и периода проведения в отношении должника процедур банкротства.

Документы, необходимые для проведения анализа финансового состояния должника, могут быть получены как от его руководителя, так и от иных компетентных органов.

Обязанность по подготовке анализа финансового состояния Должника и заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства были исполнены Конкурсным управляющим. В материалы основного тома дела о банкротстве в установленный Законом о банкротстве срок были представлены документы в соответствии с требованиями последнего.

Каких-либо доказательств, позволяющих усомниться в достоверности содержания анализа финансового состояния должника, в материалы данного обособленного спора при рассмотрении в судах первой и апелляционной инстанций представлено не было.

Кроме того, как следует из протокола собрания кредиторов Должника, сведения, представленные кредиторам для ознакомления, были приняты собранием к сведению. Законом о банкротстве проведение повторного анализа финансового состояния должника в связи со сменой процедуры несостоятельности не предусмотрено. Аналогичная позиция, как верно отметил суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, изложена в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 26.02.2020 № Ф06-55951/2019.

Кроме того, конкурсным управляющим было подано ходатайств об истребовании бухгалтерской и иной документации (вх. 27573). В период рассмотрения указанного ходатайства в ходе судебных заседаний документация передавалась бывшим руководителем должника.

По результатам рассмотрения указанного ходатайства 05.12.2019 Арбитражным судом Республики Татарстан было вынесено определение о прекращении производства по заявлению ввиду принятия отказа от заявленных требований, мотивированного исполнением обязанности по передаче документов. Резолютивная часть решения о признании должника банкротом по настоящему делу оглашена 13.01.2020, а первое собрание кредиторов проводилось 13.12.2019. Именно к указанной дате арбитражный управляющий был обязан предоставить упомянутые выше документы.

Ввиду изложенного выше, основания для удовлетворения жалобы в части не проведения анализа также отсутствуют.

В части отдельных сделок должника, которые, по мнению заявителя, неправомерно не были оспорены, суд первой инстанции верно и обоснованно указал на следующее.

Отдельный кредитор или уполномоченный орган вправе обращаться к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании управляющим сделки; в случае отказа или бездействия управляющего этот кредитор или уполномоченный орган также вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве обратиться в суд с жалобой на отказ или бездействие арбитражного управляющего (абзац 4 пункт 31 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63).

По смыслу приведенных норм Закона о банкротстве и разъяснений высшей судебной инстанции конкурсный управляющий обязан анализировать сделки должника и при наличии признаков их недействительности и реальной возможности фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов должен обращаться в арбитражный суд с соответствующими заявлениями; право конкурсного управляющего подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, определенной судебной перспективы и при отсутствии для должника неблагоприятных финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225, при установлении неправомерности поведения арбитражного управляющего в части неоспаривания сделок должника заявителем должны быть доказаны такие обстоятельства, как наличие достаточных оснований считать сделки недействительными, а также реальность (высокая вероятность) признания их судом недействительными.

Таким образом, доказать противоправность бездействия конкурсного управляющего, выраженное в неоспаривании сделок должника, можно, представив доказательства недействительности сделок. Аналогичная позиция нашла своё отражение в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 10.06.2021 № Ф06-52716/2019 по делу № А65-26599/2017.

Материалами настоящего обособленного спора подтверждается отсутствие пороков у сделок, на которые ссылался заявитель. Указанные обстоятельства были предметом разбирательства при рассмотрении заявления ФИО4 о привлечении лиц к субсидиарной ответственности, по результатам рассмотрения которого был принят судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Не установив факта нарушений в действиях конкурсного управляющего требований Закона о банкротстве при осуществлении процедуры банкротства в отношении должника, суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы.

Согласно абз. 3 п. 1 ст. 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения своих обязанностей в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов.

Исходя из разъяснений, данных в абз. 4 п. 56 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», отстранение арбитражного управляющего по ходатайству собрания кредиторов либо лица, участвующего в деле о банкротстве, связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

Поскольку не доказано наличие в действиях конкурсного управляющего нарушений прав и законных интересов кредиторов должника, а также причинения им возможных убытков, оснований для отстранения конкурсного управляющего должника от исполнения его обязанностей, как верно указал суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, не имеется.

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела. 

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта. Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 октября 2022 года по делу № А65-17556/2019 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 октября 2022 года по делу №А65-17556/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                           А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                          Н.Б. Назырова

 

Е.А. Серова