Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-933/2021

13 февраля 2024 года

город Иркутск

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего  Первушиной М. А.,

судей:   Варламова Е.А., Парской Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Томашевской Т.Н.,

при участии в судебном заседании с использованием систем веб-конференции представителя Администрации Минусинского района ФИО1 (доверенность от 05.05.2023, паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, Администрации Минусинского района на определение Арбитражного суда Красноярского края от 07 августа 2023 года по делу № А33-933/2021, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 30 октября 2023 года по тому же делу, 

 

установил:

в рамках дела о банкротстве муниципального унитарного предприятия «Жилищно-коммунальное хозяйство» Минусинского района (далее – должник, МУП «Жилищно-коммунальное хозяйство» Минусинского района), решением Арбитражного суда Красноярского края от 20 января 2022 года признанного несостоятельным (банкротом), конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил установить незаконность действий контролирующих должника лиц Администрацию Минусинского района, директора ФИО4, директора ФИО5 как нарушающие права кредиторов на погашение их требований в полном объеме и привлечь данных лиц к субсидиарной ответственности по долгам МУП «Жилищно-коммунальное хозяйство» Минусинского района в полном объеме.

Определением от 09 августа 2022 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО2 (далее- ФИО2).

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 07 августа 2023 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 30 октября 2023 года, заявленные требования удовлетворены частично, Администрация Минусинского района, ФИО2 привлечены к субсидиарной ответственности по долгам МУП «Жилищно-коммунальное хозяйство» Минусинского района. В остальной части заявленных требований отказано. Рассмотрение настоящего дела приостановлено до окончания расчетов с кредиторами МУП «Жилищно-коммунальное хозяйство» Минусинского района.

Администрация Минусинского района, ФИО2, не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение судом норм материального и процессуального права, обратились в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить определение суда первой инстанции от 07 августа 2023 года и постановление суда апелляционной инстанции от 30 октября 2023 года и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Из кассационной жалобы Администрации Минусинского района следует, что ссылка суда на статьи 294-295 Гражданского кодекса Российской Федерации, а так же пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» являются не подлежащими применению в спорной ситуации. Подлежали применению положения пункта 2 статьи 296 Гражданского кодекса Российской Федерации. В данном случае не доказана взаимосвязь между действиями (бездействием) администрации и неисполнением предприятием своих обязательств, не представлены сведения однозначно подтверждающие, что образование задолженности предприятия напрямую зависело от действий администрации. Убыточность деятельности предприятия сама по себе не является доказательством неправомерности действий (бездействий) учредителя предприятия. Хозяйственная деятельность должника являлась изначально убыточной в силу ее особенностей – наличие постоянной дебиторской задолженности абонентов в существенном размере, что обуславливает возникновение кредиторской задолженности самого должника перед другими ресурсоснабжающими организациями. При этом избранная ответчиком модель поведения не может быть расценена в качестве недобросовестных действий контролирующего должника лица, а доказательства наступления ключевых изменений в специфике деятельности МУП «Жилищно-коммунальное хозяйство» Минусинского района в иной ситуации (в случае наделения имуществом на праве хозяйственного ведения, не заключения договоров обслуживания либо отказом от решения об их расторжении в дальнейшем) не представлены. Администрация в полной мере предпринимала меры для стабилизации финансового положения предприятия на протяжении всего периода его деятельности.

По мнению ФИО2 суды не дали надлежащей оценки вовлеченности руководителя в процесс управления и степени информирования собственника о реальном состоянии дел, при этом Бескровным В.А. предпринимались действия, которые могли бы привести к восстановлению платежеспособности должника. Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Вывод судов о том, что ФИО2 способствовал изъятию имущества предприятия из хозяйственного ведения, не привел доводов собственнику имущества должника о негативных экономических последствиях такого изъятия, являются неправомерными.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Красноярского края и Третьего арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о необоснованности  доводов  кассационной жалобы и отсутствии оснований для ее удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность судебных актов проверяется судом кассационной инстанции в пределах доводов, изложенных в кассационных жалобах.

Суды, удовлетворяя заявленные требования частично, исходили из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции от 27.07.2010 № 219-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования (текст Закона №266-ФЗ опубликован на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, в «Российской газете» от 04.08.2017 №172, в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 №31 (часть I) статья 4815).

Приведенная правовая позиция в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, свидетельствует о том, что в целях привлечения лица к субсидиарной ответственности применяются материально-правовые нормы, действовавшие в тот период времени, когда виновные действия были совершены таким лицом. При этом нормы процессуального права применяются в редакции, действующей на момент рассмотрения данного заявления.

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями:- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009, № 73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013, № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Суды правильно определили, что при рассмотрении настоящего заявления подлежат применению нормы материального права, действующие в момент возникновения оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а именно - глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

В силу положений пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

По правилам пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих, в том числе, обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве); документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 2 приведенной нормы, возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Исходя из пункта 4 данной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017№ 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника (абзац второй пункта 3 постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017№ 53).

Установив, что учредителем МУП «ЖКХ» Минусинский район является Администрация Минусинского района; с сентября 2017 по сентябрь 2020 года директором должника являлся ФИО2, арбитражные суды пришли к правильному выводу о том, что Администрация Минусинского района, ФИО2 являются контролирующими должника лицами.

Указанные обстоятельства лицами, участвующими в деле, не оспариваются.

Судами установлено, что в результате совокупного последовательного воздействия на деятельность должника, осуществленного собственником его имущества и руководителем должника, посредством изъятия такового, должник фактически полностью утратил возможность осуществлять основные виды своей деятельности, с которыми связывалась хозяйственная деятельность должника.

Как следует из материалов дела, основным видом деятельности должника является производство пара и горячей воды (тепловой энергии), дополнительные виды деятельности: распределение воды для питьевых и промышленных нужд, сбор отходов, обработка и утилизация отходов, строительство жилых и нежилых зданий, перевозка грузов специализированными автотранспортными средствами, управление эксплуатацией жилищного фонда за вознаграждение или на договорной основе.

Основными потребителями услуг предприятия являлось население Минусинского района и иные потребители.

Постановлением администрации Минусинского района от 15.03.2013 № 294-п «Об определении гарантирующей организации для централизованных систем холодного водоснабжения и водоотведения» статусом гарантирующей организации осуществляющей централизованное холодное водоснабжение и водоотведение определено МУП «ЖКХ».

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что поскольку в федеральном законе, в частности в статье 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия.

В силу статьи 294 Гражданского кодекса Российской Федерации государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 295 Гражданского кодекса Российской Федерации  собственник имущества, находящегося в хозяйственном ведении, в соответствии с законом решает вопросы создания предприятия, определения предмета и целей его деятельности, его реорганизации и ликвидации, назначает директора (руководителя) предприятия, осуществляет контроль за использованием по назначению и сохранностью принадлежащего предприятию имущества. Собственник имеет право на получение части прибыли от использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении предприятия.

В соответствии с пунктом 3 статьи 18 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее - Закон № 161-ФЗ) движимым и недвижимым имуществом муниципальное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом предприятия. Сделки, совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этого требования, являются ничтожными.

Пунктом 3 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что право хозяйственного ведения прекращается, в том числе, в случае правомерного изъятия имущества у предприятия по решению собственника.

При этом отказ или согласие унитарного предприятия, на основании которого собственник изымает имущество, не должны приводить к прекращению осуществления уставной деятельности предприятия, имеющего специальную правоспособность (пункт 1 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судами и следует из материалов дела, имущество, находившееся в хозяйственном ведении должника и на котором должник осуществлял уставную деятельность, изъято Администрацией Минусинского района по акту приема-передачи от 15.09.2020 в соответствии с Приказом № 45 от 09.09.2020 и передано в аренду третьему лицу по договорам аренды.

Приняв во внимание установленные в рамках настоящего дела о банкротстве обстоятельства, установив, что изъятие имущества, используемого должником для осуществления хозяйственной деятельности произошло при имеющейся у последнего кредиторской задолженности и недостаточности денежных средств (признаков неплатежеспособности), суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что банкротство должника явилось следствием действий собственника имущества должника по изъятию у последнего вышеуказанного имущества, что является основанием для возложения на Администрацию Минусинского района субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно финансовому анализу, представленному в материалы дела конкурсным управляющим, основные средства должника в период 2018-2019 гг. составляли 45 000000-46 000000 рублей, в период 2020 года основные средства должника составляли 0 рублей. Доходность от хозяйственной деятельности должника за 2018-2020 годы (в период осуществления должником хозяйственной деятельности) составила 2018 – 18702  руб.; 2019 = - 28950 тыс. руб.; 2020 г. = - 36620 тыс. руб.. Расходы должника составили в       2018 году - 165735 тыс. руб., в 2019 году - 171539 тыс. руб., в 2020 году - 133930 тыс. руб., что значительно превышало размер уставного фонда должника, принимая во внимание, что администрация является учредителем должника и в силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что ей должно было быть известно о признаках неплатежеспособности должника.

Вместе с тем, как установлено судами, доказательства того, что администрация контролировала эффективность экономической деятельности должника с целью недопущения возникновения у должника признаков банкротства, так же как и доказательства того, что администрацией предпринимались какие-либо меры по субсидированию деятельности должника в полном объеме (компенсация расходной части хозяйственной деятельности должника - закупка угля, оплата электроэнергии и т.д.), либо оказывала иные меры на сохранение хозяйственной деятельности должника суду не представлены.

Кроме того, судами также верно отмечено, что администрацией не осуществлен контроль в отношении принятия своевременных мер по получению копии судебного акта Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 23.09.2020, которым оставлено без изменения апелляционное определение Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 04.06.2020 по делу № 66а-394/2020 об удовлетворении требования МУП «ЖКХ» Минусинского района о признании недействующим со дня его принятия Приказа министерства тарифной политики Красноярского края от 05.12.2018 № 118-п «Об установлении долгосрочных тарифов на тепловую энергию, отпускаемую МУП «ЖКХ» Минусинского района.

Так, определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 23.09.2020 МУП «ЖКХ» Минусинского района получено в январе 2021 года.

Вместе с тем, в материалы дела не представлено доказательств наличия объективных причин, препятствующих получению копии определения Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 23.09.2020 в более ранние сроки (так, с момента вынесения определения Восьмым кассационным судом общей юрисдикции (23.09.2020) и до фактического получения копии определения (январь 2021) прошло более трех месяцев.

При этом в рамках дела № А33-24059/2020 должником было принято решение о возврате искового заявления к Красноярскому краю в лице Министерства финансов Красноярского края о взыскании 100 067 136 рублей 13 копеек убытков, в связи с тем, что установленные тарифы были признаны недействующими.

Сведений о повторном обращении с исковым заявлением к Красноярскому краю в лице Министерства финансов Красноярского края, в том числе после вынесения определения Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 23.09.2020, в материалы дела не представлено.

Более того, судами установлено, что с момента возбуждения дела о банкротстве Администрация Минусинского района перестала осуществлять работу по взысканию не только убытков с Министерства тарифной политики Красноярского края, причиненных необоснованно сниженными тарифами, но и дебиторской задолженности в целом, при том, что с момента возбуждения дела о банкротстве, а также в период проведения процедуры наблюдения ни должник, ни его руководители не утрачивают свою правоспособность и могут в пределах своих полномочий действовать от имени и в интересах должника.

Также администрацией не представлены доказательства проведения мероприятий, направленных на взыскание выпадающих доходов.

Доводы кассационной жалобы об обратном повторяют доводы, изложенные в суде первой и апелляционной инстанций. При этом судами указанным доводам дана надлежащая правовая оценка.

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу, что именно действия Администрации Минусинского района, как собственника муниципального имущества, изъятого из хозяйственного ведения должника, а также бездействие Администрации Минусинского района в части восстановления платежеспособности должника, привели к невозможности исполнения должником обязательств и прекращению хозяйственной деятельности.

На фоне имеющейся кредиторской задолженности и недостаточности у должника денежных средств (признаков неплатежеспособности) действия администрации по изъятию имущества предприятия, используемого в целях осуществления деятельности, предусмотренной уставом, усугубили и без того затруднительное финансовое состояние должника, что привело к его банкротству, которое в такой ситуации стало неизбежным.

При этом суд апелляционной инстанции отмечено, что ФИО2, являясь руководителем должника, не выразил свое несогласие с изъятием имущества предприятия из хозяйственного ведения, не привел доводов о негативных экономических последствиях такого изъятия, то есть действовал согласовано с администрацией.

Более того, как установлено судами, ФИО2 направил письмо от 07.08.2020 исх. № 616  в адрес главы Минусинского района ФИО6, в котором  просил принять объекты теплоснабжения, переданные в хозяйственное ведение по договору № 1 от 09.07.2014, в связи с невозможностью провести отопительный сезон 2020-2021 гг., так как предприятие находится в сложном финансовом положении, не может выполнить свои обязательства по оплате задолженности перед поставщиками, оплачивать налоги и взносы.

Таким образом, как правильно указали суды, ответчики согласованными и взаимодополняющими действиями непосредственно создали ситуацию изъятия актива и невозможности его использования должником.

При таких обстоятельствах, арбитражные суды пришли к правомерному выводу, что ФИО2 также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности наряду с Администрацией Минусинского района.

В абзаце 2 пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53  разъяснено, что контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно; если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно.

Ввиду изложенного, вывод судов о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности солидарно, является обоснованным.

Поскольку именно директор располагал достаточными сведениями о финансово-экономическом состоянии должника и мог принять самостоятельные меры (независимо от позиции администрации) к подаче заявления о банкротстве, суды пришли к обоснованному выводу в части наличия оснований для привлечения Администрации Минусинского района, ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Доводы  кассационной жалобы фактически повторяют доводы, изложенные в суде первой и апелляционной инстанции, указанные доводы судами рассмотрены и им дана надлежащая оценка, что нашло свое отражение в судебных актах. Указанные доводы не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права, а фактически направлены на переоценку установленных при рассмотрении дела судом первой и  апелляционной инстанций обстоятельств, что в силу требований статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации недопустимо в суде кассационной инстанции, поэтому Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа указанные доводы не могут быть приняты во внимание.

Нарушение норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Красноярского края от 07 августа 2023 года по делу № А33-933/2021 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 30 октября 2023 года по тому же делу основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  подлежат оставлению без изменения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Красноярского края от 07 августа 2023 года по делу № А33-933/2021, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 30 октября 2023 года по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Судьи

 

М.А. Первушина

Е.А. Варламов

Н.Н. Парская