ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения

Дело № А55-9276/2023

г. Самара

27 сентября 2024 года

11АП-11441/2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2024 года  Постановление в полном объеме изготовлено 27 сентября 2024 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

Председательствующего судьи Александрова А.И., судей Бессмертной О.А., Серовой Е.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Горянец Д.Д.,  

без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного  

заседания, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 2, апелляционную жалобу  

ФИО1 на определение Арбитражного суда Самарской области от  

04 июля 2024 года об отказе в удовлетворении заявления о включении требования в реестр  

требований кредиторов по делу № А55-9276/2023 о несостоятельности (банкротстве)  

общества с ограниченной ответственностью «Лига Сервис», ИНН 

<

***>,  

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО2 обратился в Арбитражный суд Самарской области с  заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Лига Сервис» ИНН  

<

***> несостоятельным (банкротом), просит ввести процедуру наблюдения,  мотивируя данное заявление наличием задолженности в размере 774 120 руб.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.03.2023 возбуждено  производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 02.06.2023 в отношении  должника введена процедура наблюдения.  

Решением Арбитражного суда Самарской области от 31.01.2024 должник признан  несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на четыре  месяца. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3.  

ФИО1 обратился с заявлением о включении в третью очередь  реестра требований кредиторов должника задолженности в размере 5 500 000 руб.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 04 июля 2024 года  отказано в удовлетворении заявления ФИО1 от 20.03.2024 вх.  139202 о включении требований в размере 5 500 000 руб. руб. в реестр требований  кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Лига Сервис».  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1  обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить,  принять новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24 июля 2024  г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 29  августа 2024 г.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 августа  2024 г. судебное разбирательство отложено на 17 сентября 2024 г., указанным  определением судом предложено конкурсному управляющему ООО «Лига Сервис»  ФИО3 представить выписки из кредитных учреждений по  всем открытым счетам ООО «Лига Сервис» за период с 29.04.2022 по 20.05.2022.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о  времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном  сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу:  www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Во исполнение определения суда от 28.08.2024 от конкурсного управляющего ООО  «ЛигаСервис» ФИО3 поступили письменные пояснения с приложением копий  сведений об открытых (закрытых) счетах должника, справки об открытых (закрытых)  счетах должника в ПАО «Сбербанк, ответа АО «Россельхозбанк», выписки по счету   № 407028110654400029524.  

В судебное заседание 17 сентября 2024 г. лица, участвующие в деле, извещенные  надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том  числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на  официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного  Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»,  явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их  отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в  соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов  содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не  усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

В силу ст. 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в  соответствии с порядком, определенном статьи 71 и 100 Закона о банкротстве, в  зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.  

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах,  связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление Пленума № 35) в  силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка  обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от  наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами,  имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований  кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными  могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены  достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не  подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на  которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными  

другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими  обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные  возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении  требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим  обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК  РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких  обстоятельств.  

По смыслу названных норм, арбитражный суд проверяет обоснованность  предъявленных требований к должнику и выясняет наличие оснований для включения в  реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.  

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и  возражений.  

Обращаясь с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов  должника, ФИО1 ссылался на следующие обстоятельства.  

18.02.2022 между ООО «ЛигаСервис» ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> и  ФИО4 заключен договор займа № 22/1 на сумму 2 500 000  руб. с сроком возврата 31.03.2022.  

18.02.2022 между ООО «ЛигаСервис» ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> и  ФИО5 заключен договор займа на сумму 3 000 000 руб. со  сроком возврата 31.03.2022. При этом оригинал договора займа ФИО5  передал директору ООО «ЛигаСервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  ФИО6 для исправления допущенной опечатки. В дальнейшем  от ООО «ЛигаСервис» оригинала договора займа не получал, но обязательство по  договору исполнил.  

Заёмные денежные средства необходимы ООО «ЛигаСервис» для внесения  первоначального взноса по договору лизинга на получения в финансовую аренду линии  гранулирования ЛГА-1500, однако впоследствии лизинговая компания отказалась  заключать договор лизинга. Соответственно необходимость в заёмных денежных  средствах у ООО «ЛигаСервис» отпала, в связи с чем обязанности сторон по  заключенным 18.02.2022 договорам займа не исполнялись.  

Директор ООО «ЛигаСервис» ФИО6 обратился в ЗАО  «Южноуральский лизинговый центр» для заключения нового договора лизинга на  получение в финансовую аренду линии гранулирования ЛГА-1500. В последствии между  ООО «ЛигаСервис» и ЗАО «Южноуральский лизинговый центр» заключен договор  лизинга № Л-6128 от 18.04.2022.  

Директор ООО «ЛигаСервис» ФИО6 вновь обратился к  ФИО4 и ФИО5 за заёмными денежными  средствами необходимыми на внесения первоначального взноса по заключенному  договору лизинга № Л-6128 от 18.04.2022 на условиях договоров займа от 18.02.2022, при  этом дополнительные соглашения не оформлялись.  

Стороны (ФИО4, ФИО5, ООО «ЛигаСервис» в лице директора  ФИО6) устно договорились, что договоры займа от 18.02.2022 продолжают своё  действие, на прежних принятых условиях, а также, с учетом новых обстоятельств.  Стороны установили срок возврата займа 30.06.2022.  

ФИО4 и ФИО5 приняли условия  директора ООО «ЛигаСервис» ФИО6 и 29.04.2022 выдали займ  на общую сумму 5 500 000 руб. с оговоренным сроком возврата 30.06.2022.  

Стороны определили следующий порядок передачи денежных средств. 

29.04.2022 директор ООО «ЛигаСервис» ФИО6 и  ФИО4 встретились у банкомата ПАО «Сбербанк», ФИО6 вставил бизнес карту в банкомат, а ФИО4  

поместил в него наличные денежные средства в общем размере 2 500 000 руб. После чего  забрал оригиналы чеков банкомата.  

29.04.2022 директор ООО «ЛигаСервис» ФИО6 и ФИО5 встретились у банкомата ПАО «Сбербанк», ФИО6 вставил бизнес карту в банкомат, а ФИО5 поместил в него  наличные денежные средства в общем размере 3 000 000 руб. После чего забрал  оригиналы чеков банкомата.  

После получения денежных средств директор ООО «ЛигаСервис» ФИО6 отправился в г. Самара где 29.04.2022 подписан Договор купли- продажи № 6128-С от 14.04.2022 между «Продавцом» ООО «Пеллет Парк»,  «Покупателем» ЗАО «Южноуральский лизинговый центр» и «Лизингополучателем» ООО  «ЛигаСервис» на покупку и передачу в финансовую аренду линии гранулирования ЛГА- 1500.  

Впоследствии ООО «ЛигаСервис» обязательство по возврату полученных  денежных средства по договорам займа от ФИО4 и ФИО5 не исполнило.  

13.03.2024 между ФИО4 и ФИО1 заключен договор уступки прав требования (цессии). Предметом договора  является передача права требования задолженности к ООО «ЛигаСервис» на сумму 2 500  000 руб. по договору займа.  

13.03.2024 между ФИО5 и ФИО1 заключен договор уступки прав требования (цессии). Предметом договора  является передача права требования задолженности к ООО «ЛигаСервис» на сумму  3 000 000 руб. по договору займа.  

В подтверждение факта передачи денежных средств в материалы дела  представлены чеки: банкомата 60033219 от 29.04.22 07:43:55 на сумму 1 500 000,00 руб.;  банкомата 60033219 от 29.04.22 07:51:08 на сумму 1 451 000,00 руб.; банкомата 60031808  от 29.04.22 07:52:48 на сумму 49 000,00 руб.; банкомата 60032234 от 29.04.22 07:57:30 на  сумму 500 000,00 руб.; банкомата 60032234 от 29.04.22 08:00:54 на сумму 1 476 000,00  руб.; банкомата 60032234 от 29.04.22 08:02:26 на сумму 24 000,00 руб.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, пришел к выводу о  недоказанности заявителем предъявленных требований.  

Не соглашаясь с выводами арбитражного суда, ФИО1 в апелляционной  жалобе ссылается на нарушение и неправильное применение судом первой инстанции  норм материального и процессуального права.  

Суд апелляционной инстанции, повторно проанализировав предоставленные в  материалы дела доказательства в соответствии с правилами, определенными ст. 71 АПК  РФ, приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы и соглашается с  выводом суда первой инстанции в силу следующего.  

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует  исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в  отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности.  

Для предотвращения включения в реестр требований кредиторов необоснованных  требований к должнику и, следовательно, для предотвращения нарушения прав его  кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности  должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления   № 35).  

Повышенные критерии доказывания обоснованности требований связаны с  необходимостью соблюдения баланса между защитой прав кредитора, заявившего свои  требования к должнику, и остальных кредиторов, требования которых признаны  обоснованными.  

Кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга,  поскольку общность экономических интересов в том числе повышает вероятность  представления кредитором внешне безупречных доказательств с противоправной целью  последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и  уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов,  приходящихся на долю кредиторов независимых, что не отвечает стандартам  добросовестного осуществления прав.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской  Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой  стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а  заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или  равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других  вещей.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской  Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена  расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем  определенной денежной суммы или определенного количества вещей.  

В силу пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик  обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые  предусмотрены договором займа, а также уплатить проценты на сумму займа в размерах и  в порядке, определенных договором (пункт 1 статьи 809 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Из представленных в материалы дела доказательств установлено следующее. 

Договор займа № 22/1 между ФИО4 со стороны  займодавца и ООО «ЛигаСервис» со стороны получателя денежных средств в размере  2 500 000,00 руб. заключен 18.02.2022 со сроком возврата 31.03.2022.  

Договор займа между ФИО5 со стороны займодавца и  ООО «ЛигаСервис» со стороны получателя денежных средств в размере 3 000 000,00 руб.  заключен 18.02.2022 со сроком возврата 31.03.2022.  

Далее ФИО4 и ФИО5 приняли устные  условия директора ООО «ЛигаСервис» ФИО6 (без оформления  дополнительных соглашений) и 29.04.2022 на условиях договоров займа от 18.02.2022  выдали займ на общую сумму 5 500 000 рублей оговоренным сроком возврата 30.06.2022.  

13.03.2024 между ФИО4 и ФИО1 заключен договор уступки прав требования (цессии). Предметом договора  является передача права требования задолженности к ООО «ЛигаСервис» на сумму  2 500 000 рублей по договору займа.  

Также, 13.03.2024 между ФИО5 и ФИО1 заключен договор уступки прав требования (цессии). Предметом договора  являлась передача права требования задолженности к ООО «ЛигаСервис» на сумму  3 000 000 рублей по договору займа.  

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что на протяжении  действия договоров, ФИО4 и ФИО5 не предпринимались попытки  взыскания задолженности либо отказа от договоров в связи с неисполнением заемщиком  своих обязательств.  

Доказательств обратного ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции  представлено не было.  

Подобное поведение не соответствует обычной практике хозяйственных  взаимоотношений.  

Судебной практикой выработан правовой подход о необходимости применения  повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления об установлении  

требований аффилированного с должником кредитора. В подобных случаях суд проводит  более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с требованиями  независимых кредиторов. Основанием ко включению требования в реестр является  представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и  размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об  отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума № 35, определения Верховного Суда  Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).  

Особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по  передаче должнику в виде займа наличных денежных средств, разъяснены в пункте 26  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел  о банкротстве», а именно, при оценке достоверности факта наличия требования,  основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только  его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать  среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора  (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства,  имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были  истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и  налоговом учете и отчетности и т.д.  

Верховный Суд Российской Федерации последовательно отмечает, что в условиях  конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по  задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником),  носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его  бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник  юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник  физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально  необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии  задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора;  пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств  дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и  такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.  

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не  участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр,  объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем  доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные  доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с  разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или  заключенности сделки.  

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой  соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо  принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических,  физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить  спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не  исключает ее мнимость (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее  заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают  большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление  дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.  

Предъявление к конкурирующим кредиторам повышенного стандарта доказывания  привело бы к неравенству кредиторов. Для уравнивания кредиторов в правах  

арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия  для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических  обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов  при рассмотрении дела. Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при  содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации) позволяет эффективно пресекать  злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не допускать  недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 по делу № А41-48518/2014,  фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения  заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их  внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное  создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего  инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.  В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не  требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на  возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как  ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.  Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но  создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения  волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств,  подтверждающих реальность намерений сторон.  

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся  между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения,  представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их  оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации).  

С целью установления финансовых возможностей ФИО4 и ФИО5,  налоговым органом проанализированы доходы (справки 2-НДФЛ) за 2019, 2020, 2021.  

За анализируемый временной период ФИО4 получил доход в размере  2 261 434,47руб. (за вычетом НДФЛ).  

Между тем, по сведениям уполномоченного органа ФИО4 12.05.2021  приобрёл SKODA KODIAQ, 2021г.в., гос. номер 

<

***> стоимостью 2 307 000 руб.  

Кроме того, Постановлением Правительства Самарской области «Об установлении  величины прожиточного минимума в Самарской области на душу населения и по  основным социально-демографическим группам населения утвержден прожиточный  минимум в размере на 2019 - 11 969 руб., на 2020 - 11 421 руб., на 2021 - 12 126 руб.  

Соответственно за 3 года ФИО4 на прожиточный минимум затрачено  143 628+137 052+145 512 = 426 192 руб.  

Расчет дохода за 3 года предшествующих предоставлению займа в размере  2 500 000 руб.  

2 261 434,47 - 426 192 - 2 307 000 = - 471 757,53 руб. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что за  анализируемый период у ФИО4 отсутствовала финансовая возможность для  предоставления займа ООО «ЛигаСервис» на сумму 2 500 000 рублей.  

За анализируемый временной период ФИО5 получил доход в размере  1 972 948,53 руб. (за вычетом НДФЛ).  

По сведениям уполномоченного органа ФИО5 17.12.2022 приобрёл  MITSUBISHI L200, 2022г.в., гос. номер 

<

***> стоимостью 4 500 000 руб.  

Также, Постановлением Правительства Самарской области «Об установлении  величины прожиточного минимума в Самарской области на душу населения и по  основным социально-демографическим группам населения утвержден прожиточный  минимум в размере на 2019 - 11 969 руб., на 2020 - 11 421 руб., на 2021 - 12 126 руб.  Соответственно за 3 года ФИО7 на прожиточный минимум затрачено 143 628+137  052+145 512 = 426 192 руб.  

Расчет дохода за 3 года предшествующих предоставлению займа в размере  3 000 000 руб.  

1 972 948,53 - 426 192 - 4 500 000 = - 2 953 243,47 руб. 

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к верному и  обоснованному выводу о том, что за анализируемый период у ФИО5 отсутствовала  финансовая возможность для предоставления займа ООО «ЛигаСервис» на сумму  3 000 000 рублей.  

Сведения о каком-либо ином источнике доходов у ФИО4 и ФИО5  за трехлетний период предшествующий заключению договора займа от 18.02.2022 в  материалах дела отсутствуют.  

Как ранее было указано, в подтверждение факта передачи денежных средств в  материалы дела представлены чеки: банкомата 60033219 от 29.04.22 07:43:55 на сумму 1  500 000,00 руб.; банкомата 60033219 от 29.04.22 07:51:08 на сумму 1 451 000,00 руб.;  банкомата 60031808 от 29.04.22 07:52:48 на сумму 49 000,00 руб.; банкомата 60032234 от  29.04.22 07:57:30 на сумму 500 000,00 руб.; банкомата 60032234 от 29.04.22 08:00:54 на  сумму 1 476 000,00 руб.; банкомата 60032234 от 29.04.22 08:02:26 на сумму 24 000,00 руб.  

Между тем, лицами, участвующими в деле, не представлены доказательства снятия  таких сумм со своих счетов, а также иные (помимо банковских чеков о внесении  денежных средств) доказательства передачи денег должнику на дату заключения  договоров займа.  

Доказательств наличия у ФИО4 денежных средств в размере 2 500 000  руб. и у ФИО5 в размере 3 000 000,00 руб. наличными, на дату указанную в чеках о  внесении наличных денежных средств в банкомат, в материалы дела представлено не  было.  

При этом, хранение таких значительных сумм наличными вне пределов кредитного  учреждения, а также их передача должнику путем внесения через банкомат, не  соответствует критериям разумности и осмотрительности, что вызывает объективное  сомнение в достоверности данных доводов.  

Надлежащих и бесспорных доказательств, подтверждающих наличие у ФИО4 и ФИО5 денежных средств, достаточных для предоставления займа к моменту  передачи должнику, ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции, в материалы  дела не представлено.  

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия соглашается с выводом  арбитражного суда о том, что у ФИО4 и ФИО5 отсутствовала финансовая  возможность для предоставления займов ООО «ЛигаСервис» в размере 5 500 000 руб.  

Кроме того, в соответствии с Постановлением Госкомстата РФ от 18.08.1998 № 88  (ред. от 03.05.2000) «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной  документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации»  приходный кассовый ордер входит в перечень форм первичной учетной документации.  

В силу п.1 ст.9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском  учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным  документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми  оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в  основе мнимых и притворных сделок.  

Поскольку приходный кассовый ордер является первичным документом  бухгалтерского учета, следовательно, он должен быть составлен при совершении факта  

хозяйственной жизни (ч. 3 ст. 9 Федерального закона от 6 декабря 2011 № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете»), то есть по факту поступления наличных денежных средств в кассу  организации, индивидуального предпринимателя.  

Таким образом, выписывать приходный кассовый ордер необходимо в момент  сдачи наличных денежных средств в кассу хозяйствующего субъекта.  

ФИО1 не представлены документы (приходный кассовый ордер),  которые свидетельствовали бы о факте поступления денежных средств должнику (ООО  «ЛигаСервис»).  

ФИО4 и ФИО5, заключили с ООО «ЛигаСервис» договор от  29.04.2022 целевого займа на сумму 2 500 000 руб. и 3 000 000 руб. сроком на 2 месяца, с  уплатой 0% годовых за пользование займом.  

Вопреки доводам ФИО1, относимых и допустимых доказательств  внесения денежных средств на расчетный счет должника через банкомат именно  ФИО4 и ФИО5 в материалы дела не представлено.  

Между тем, представленные в материалы дела чеки о внесении денежных средств  через банкомат на счет должника данный факт не подтверждают.  

Кроме того, указанный договор целевого займа от 29.04.2022 заключен без какого  либо обеспечения.  

Денежные средства предоставлены ООО «ЛигаСервис» под 0% годовых, тогда как  согласно сведений, размещенных на сайте Центрального банка РФ средневзвешенная  процентная ставка по вкладам физическим лицам от 31 до 90 дней в апреле 2022  составляла 14,30% годовых.  

В соответствии с п.1 ст.2 ГК РФ гражданское законодательство регулирует  отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с  их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная,  осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение  прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания  услуг.  

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о мнимости (фиктивности)  заключения договоров целевого займа от 29.04.2022 (18.02.2022), так как какая-либо  экономическая целесообразность (получение прибыли) у ФИО4 и ФИО5,  отсутствовала.  

Следовательно, ФИО4 и ФИО5 выдали займ на крупную сумму без  обеспечения сроком на 60 дней предприятию на экономически невыгодных для себя  условиях, без какого либо обеспечения.  

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов  допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности,  принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и  фактической; второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона  РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической  деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в  тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно  позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность  оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской  деятельности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308- ЭС16-1475). О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать  поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и  последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым)  участникам рынка.  

При рассмотрении дела в суде первой инстанции, Межрайонная ИФНС России №  23 по Самарской области указала на аффилированность ООО «ЛигаСервис», ФИО4 и ФИО5  

Данное обстоятельство поддержал и конкурсный управляющий должника,  ссылаясь на фактическую аффилированность ФИО4 и ФИО5 по  отношению к ООО «ЛигаСервис».  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 15.06.2016 №  308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических  интересов конечного кредитора и должника допустимо через подтверждение  аффилированности не только юридической (в частности, принадлежности лиц к одной  группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц  в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их  исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

Следовательно, для определения аффилированности сторон заемных отношений  необходимо было подтвердить, что спорные сделки являлись нестандартными с точки  зрения заведенной в гражданском обороте практики поведения.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником  процесса, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего  обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность  раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки.  

Если «дружественный» кредитор не раскрывает экономические мотивы своего  поведения в процессе исполнения уже заключенного договора, его действия по подаче  заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как  совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника  и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых  кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с  установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и  аффилированных с ним лиц утвержденного Президиумом ВС РФ от 29.01.2020 на  аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений  относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле  о банкротстве.  

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе  достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый  пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).  

Судебная коллегия соглашается с выводом арбитражного суда, что при наличии  достаточных доказательств заключения договора займа от 29.04.2022 (18.02.2022), между  аффилированными лицами, отсутствие экономических мотивов поведения как должника  так и его кредиторов при заключении договора займа (беспроцентный займ, отсутствие  обеспечения либо поручительства третьих лиц и т.д.), а также в процессе исполнения уже  заключенного ими договора (не проведение ФИО4 и ФИО5  мероприятий по возврату долга на протяжение в течении почти двух лет), в совокупности  свидетельствует о ничтожности сделки, как сделки, совершенной со злоупотреблением  правом как со стороны должника так и со стороны кредитора, выразившиеся в  искусственном наращивании кредиторской задолженность на случай банкротства ООО  «ЛигаСервис» с целью последующего уменьшения количества голосов, приходящихся на  долю независимых кредиторов.  

Совершая мнимые либо притворные сделки, их стороны, будучи  заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как  правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые  последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не  стремятся. В этой связи суд не должен ограничиваться проверкой соответствия  

документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным  законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя  принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических  отношений по сделке (Определение Верховного Суда Российской Федерации, от  11.07.2017 по делу № А40-201077/2015).  

По результатам анализа движения денежных средств по расчетным счетам  должника ООО «ЛигаСервис» уполномоченным органом установлен оборот денежных  средств за период с 29.04.2022 по дату возбуждения дела о банкротстве должника  30.03.2023, который составил 47 328 656,58 руб.  

Соответственно у ООО «ЛигаСервис» имелась объективная возможность  возвратить денежный займ ФИО4 и ФИО5 в размере 5 500 000 руб.,  однако должник данную возможность не использовал.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида,  без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка),  ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников  гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон  нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не  совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например,  искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для  последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении  имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения  точной цели не требуется. Сокрытие действительного смысла сделки находится в  интересах обеих ее сторон. Проверяя действительность сделки, послужившей основанием  для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов  о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной  задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу  установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических  отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга,  возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований,  поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов  кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей  (участников).  

Аналогичная позиция изложена в постановлении Президиума Высшего  Арбитражного Суда от 18.10.2012 № 7204/12 по делу № А70-5326/2011, а также в  Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 10.06.2020 по делу № А5522005/2019.  

Согласно пункту 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск  наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

Принимая во внимание повышенный стандарт доказывания, установленного для  кредитора в деле о несостоятельности, представляемые в суд доказательства в  обоснование заявленного требования, не могут носить формальный характер, так как  интересам кредитора при заявлении требования противопоставляются не интересы  должника, а интересы иных кредиторов, не являющихся участниками правоотношений, из  которых вытекает заявленное требование. Лишь возложение на кредитора обязанности  представлять объективные доказательства обоснованности заявленных требований  позволяет обеспечить защиту интересов других кредиторов от возможных  злоупотреблений в результате согласованных действий недобросовестного кредитора и  должника, направленных на создание видимости задолженности для получения контроля  над процедурами в деле о несостоятельности.  

Таким образом, поскольку в материалы дела в нарушение требований ст. 65 АПК  РФ не представлены надлежащие и достаточные доказательства наличия реальных  отношений по предоставлению ФИО4 и ФИО5 займов должнику,  

судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении заявления ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов должника.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не  были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели  бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы  и выводы суда первой инстанции, направлены на переоценку собранных по делу  доказательств, в связи с чем не могут служить основанием для отмены или изменения  решения суда.  

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может  являться основанием для отмены судебного акта.  

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы  дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы  заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не  проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы  юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  обоснованность и законность судебного акта.  

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений  норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной  отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной  инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Самарской  области от 04 июля 2024 года по делу № А55-9276/2023 является законным и  обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 04 июля 2024 года по делу   № А55-9276/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.И. Александров  

Судьи О.А. Бессмертная  

Е.А. Серова