Арбитражный  суд  Брянской  области

241050, г. Брянск, пер. Трудовой, д.6 сайт: www.bryansk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации   

 

Решение

Дело №А09-486/2020

город Брянск

07 сентября 2020 года

Резолютивная часть решения оглашена 02.09.2020

Арбитражный суд  Брянской области в составе: судьи  Чернякова А.А. ,     

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Волвенковой Е.М.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ООО «Деснамаш» о взыскании с ООО «Интокорд» 451 421 руб. неустойки 

при участии:

от истца: ФИО1 – представителя (доверенность б/н от 24.12.2019); 

от ответчика: ФИО2 – директора, ФИО3 – адвоката (доверенность б/н от 12.02.2020); после перерыва: ФИО2

установил:

ООО «Деснамаш» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд Брянской области с иском о взыскании с ООО «Интокорд» (далее – ответчик) 756 360 руб. 87 коп. неустойки, в том числе 741 490 руб. 20 коп. пени, исчисленной за период с 13.11.2017 по 16.01.2020 в отношении долга по договору №1 от 12.09.2017, 14 870 руб. 67 коп. пени, исчисленной за период с 14.03.2019 по 26.08.2019 в отношении долга по договору №5 от 10.01.2019.

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно ходатайствовал об изменении предмета иска и в окончательной редакции просил суд взыскать с ответчика неустойку в сумме 451 421 руб., полученную истцом в результате округления суммы пени по договору №1 от 12.09.2017 в размере 437 560 руб. 88 коп., исчисленной за период с 15.11.2017 по 17.03.2020, и пени по договору №5 от 10.01.2019 в размере 13 860 руб. 43 коп., исчисленной за период с 14.03.2019 по 26.08.2019.

Изменение предмета иска судом принято в порядке статьи 49 АПК РФ.

Иск рассмотрен после перерыва, объявленного в судебном заседании 31.08.2020 до 14 час. 00 мин. 02.09.2020 года.

Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в отзыве (с дополнениями).

Исследовав материалы дела, заслушав доводы сторон, суд установил следующее:

Между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) заключены договора №1 от 12.09.2017 (далее – Договор №1) и №5 от 10.01.2019 (далее – Договор №5) на поставку лесосушильных камер, теплообменников и сопутствующего оборудования (т.1 л.д. 14-89).

Во исполнение условий договоров истцом в адрес ответчика поставлен товар на сумму 18 305 532 руб. 80 коп., в том числе по Договору №1 – на 17 050 467 руб. 40 коп., по Договору №5 – на 1 255 065 руб. 40 коп.

Факт поставки в полном объеме подтверждается представленными в материалы дела товарными накладными и не оспаривается ответчиком.

Вместе с тем, товар, в согласованные сторонами в пунктах 3.4 договоров сроки, ответчиком в полном объеме не оплачен, что послужило основанием для исчисления истцом в порядке пункта 8.2 договоров и предъявления к уплате пени, а, ввиду оставления претензии без удовлетворения, обращуения в арбитражный суд с настоящим иском.

При этом, факт погашения в полном объеме долга по договорам на момент оглашения судом резолютивной части настоящего решения признан сторонами.

Возражая против удовлетворения исковых требований в части, ответчик указывал на неверное определение отраженных истцом в расчете неустойки дат начала течения периода начисления пени; необоснованное не принятие во внимание целевого назначения платежей, содержащегося в платежных поручениях ответчика о перечислении средств в счет оплаты долга за товар; необходимости снижения суммы неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

Оценив представленные доказательства, суд находит исковые требования (в редакции принятого судом изменения предмета иска) подлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

В силу статей 309 - 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Из смысла и условий заключенных сторонами гражданско-правовых договоров №134 от 12.04.2018,  (далее – Договор) следует, что таковой является по своей  правовой природе договором поставки.

В соответствии со статьей  506 ГК РФ по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным,  семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты, либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя.

Факт поставки товара во исполнение условий договоров подтверждается представленными в материалы дела доказательствами (товарными накладными, спецификациями) и признан ответчиком, доказательств наличия претензий по качеству товара суду не представлено, ответчиком не заявлено.

Судом установлено и подтверждено сторонами, что поставленный в рамках договоров товар оплачен ответчиком (покупателем) в полном объеме по состоянию на 02.09.2020.

Вместе с тем, представленными копиями платежных поручений и соглашением о взаимозачете (бухгалтерские справки №3 от 02.04.2018, №6 от 02.04.2018, актами приема-передачи основных средств от 30.03.2018) подтверждается довод истца о нарушении предусмотренных пунктами 3.4. договоров (содержание условий Договора №1 и Договора №5 в отношении срока порядка и срока оплаты, а также оснований и порядка исчисления пени – идентичны) сроков оплаты товара. В данном случае условиями договоров предусмотрена авансовая оплата, предшествующая отгрузке.

В силу статей 330 - 332 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскание неустойки как способа защиты применяется тогда, когда такая возможность предусмотрена законом (законная неустойка) либо договором (договорная неустойка).

На основании п.1 ст.330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Условиями пунктов 8.2 договоров установлено право истца (поставщика) в случае задержки оплаты продукции требовать от ответчика (покупателя) выплаты неустойки в соответствии со сформулированным в договоре порядком исчисления.

Таким образом, ввиду наличия доказательств нарушения ответчиком сроков оплаты товара, суд признает обоснованным вывод истца о наличии оснований для начисления и взыскания с покупателя пени.

В подтверждение исковых требований (в конечной, принятой судом редакции) истцом представлены расчеты подлежащей взысканию с учетом периодов пропуска сроков оплаты товара пени по договору №1 от 12.09.2017 в размере 437 560 руб. 88 коп., исчисленной за период с 15.11.2017 по 17.03.2020, и пени по договору №5 от 10.01.2019 в размере 13 860 руб. 43 коп., исчисленной за период с 14.03.2019 по 26.08.2019, осуществленные с учетом установленного договором ограничения предельного размера (5% стоимости товара), которые судом проверены и признаны обоснованными.

Довод ответчика об определении истцом начала периода срока начисления пени не в соответствии с условиями договоров суд находит обоснованным, поскольку, как указывалось судом ранее, пунктами 3.4. Договора №1 (т.1 л.д.14) и Договора №5 (т.1 л.д.76) предусмотрена авансовая оплата товара (50% стоимости – не позднее 3 рабочих дней с даты выставления счета, 50% стоимости – не позднее 3 рабочих дней с даты уведомления от поставщика о готовности товара к отгрузке), однако при расчете исковых требований истец исходит из обязанности покупателя оплатить товар не позднее 3 рабочих дней с даты поставки. 

Между тем, вышеизложенное одностороннее изменение условий договоров влечет увеличение сроков оплаты, как следствие - уменьшение периода пропуска сроков платежей, снижение суммы подлежащей взысканию неустойки, а потому не нарушает прав ответчика и не может являться основанием для отказа истцу в реализации права на соразмерное добровольное снижение суммы предъявленной ко взысканию пени.

Довод ответчика о неверном определении отраженных истцом в расчете неустойки дат начала течения периодов начисления пени, вопреки условиям пунктов 8.2 договоров, суд отклоняет, как основанный на ложном толковании достигнутого в договорах соглашения.

Так, согласно пункту 8.2 договоров, в случае задержки покупателем оплаты или части оплаты более чем на 10 рабочих («банковских») дней срока, оговоренного в договоре, у поставщика возникает право либо отказаться от поставки товара покупателю с удержанием штрафа, либо потребовать оплаты товара, в том числе неустойки в размере 0,1% за каждый календарный день пропуска срока оплаты от неоплаченной стоимости товара, но не более 5% от общей стоимости товара.

Таким образом, примененный истцом подход при определении начальной даты начисления пени с 4го рабочего дня после даты отгрузки (посредством прибавления к дате отгрузки 3 рабочих дней, считая со следующей после дня отгрузки даты в порядке статьи 191 ГК РФ) суд находит соответствующей закрепленному в пункте 8.2 договоров условию. При этом начисление пени истец производил только в случае, если пропуск срока оплаты с даты отгрузки составил более 13 рабочих дней (3 рабочих дня отсрочки платежа + 10 рабочих дней «допустимой» пунктом 8.2 договоров просрочки оплаты).

Утверждение ответчика о необходимости определения начала периода начисления неустойки, как 14го рабочего дня после даты отгрузки, суд находит не соответствующим содержанию достигнутого сторонами договора соглашения, отраженного в пункте 8.2 договоров, с учетом нормы части 1 статьи 314 ГК РФ.

Довод ответчика о не принятии истцом во внимание целевого назначения платежей, содержащегося в платежных поручениях о перечислении средств в счет оплаты долга за конкретный товар по соответствующим договорам, вопреки требованиям части 1 статьи 319.1 ГК РФ суд отклоняет по следующим основаниям.

Правила погашения требований по однородным обязательствам определены статьей 319.1 ГК РФ и применяются к любым однородным обязательствам независимо от оснований их возникновения, в том числе к однородным обязательствам должника перед кредитором, возникшим как из разных договоров, так и из одного договора (пункт 39 постановления Пленума ВС РФ от 22.11.2016 №54).

Частью 1 статьи 319.1 ГК РФ установлено, что в случае, если исполненного должником недостаточно для погашения всех однородных обязательств должника перед кредитором, исполненное засчитывается в счет обязательства, указанного должником при исполнении.

Вместе с тем, согласно части 3 статьи 319.1 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или соглашением сторон, в случаях, когда должник не указал, в счет какого из однородных обязательств осуществлено исполнение, преимущество имеет то обязательство, срок исполнения которого наступил или наступит раньше, либо, когда обязательство не имеет срока исполнения, то обязательство, которое возникло раньше.

Отклоняя вышеизложенный довод ответчика и признавая позицию истца о применении закрепленного в части 3 статьи 319.1 ГК РФ правила обоснованной, суд указывает, что содержащаяся в платежных поручениях информация о назначении платежа основана на формализации формулировок, без соотнесения с действительным объемом имеющегося на дату оплаты обязательства. Изложенный вывод сделан судом по результатам оценки хронологии возникновения обязательств и платежей покупателя, которые в совокупности свидетельствуют об отсутствии контроля со стороны ответчика за объемом возникающих (имеющихся) обязательств с разбивкой по товарным группам – платежные поручения в качестве назначения содержат «услуги по изготовлению лесосушильной камеры», либо «за услуги теплообменников». Иных назначений платежа представленные в материалы дела платежные поручения (т.2 л.д.9-43) не содержат.

Как указывалось судом ранее, ответчиком произведена оплата всего поставленного по договорам товара по состоянию на 02.09.2020. 

В тоже время, согласно письменным пояснениям (возражениям) ответчика  от 29.07.2020 (в которых судом также установлены явные несоответствия), в частности приложении, озаглавленном «пояснительная таблица оплат по годам к расчету процентов за нарушение сроков оплаты по договору №1», усматривается существенная переплата (268 333 руб.) по категории платежа «лесосушильные камеры» при одновременной недоимке по категории «теплообменники» на сумму 568 333 руб., несмотря на утверждение ответчика об осуществлении контроля, целевом характере платежей. Тут же в пояснениях ответчик указывает платежное поручение №299 от 25.06.2019 на сумму 244 750 руб., содержащее, по утверждению ответчика, ошибочные сведения о назначении платежа «лесосушильные камеры», вместо фактического (по утверждению ответчика) «за теплообменники». При этом, исследуя приложенный ответчиком к пояснениям от 29.07.2020 года контррасчет неустойки, судом также установлен факт учета ответчиком платежного поручения №213 от 30.04.2019 на сумму 170 000 руб. (с фактическим назначением «лесосушильные камеры») к платежам в счет «теплообменников». Таким образом, если принять во внимание представленный ответчиком контррасчет исковых требований и сведения «пояснительной таблицы», то по позиции «лесосушильные камеры» переплата в 268 333 руб. преобразуется в недоимку в размере 146 417 руб. (268 333 – 244 750 – 170 000), при сокращении недоимки по «теплообменникам» с 568 333 до 153 583.

Изложенные обстоятельства в совокупности с фактическим погашением задолженности в полном объеме по обоим договорам свидетельствует о халатном отношении ответчика к учету целевого назначения платежей при сохранении контроля за совокупным объемом задолженности по договорным обязательствам в целом (поскольку задолженность погашена полностью), а потому приводят суд к выводу об отсутствии оснований принимать во внимание в качестве достоверной информацию, содержащуюся в графах «назначение платежа» платежных поручений ответчика.

На основании вышеуказанного, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд находит исковые требования о взыскании с ответчика неустойки в сумме 451 421 руб., полученной истцом в результате округления (в меньшую сторону) суммы пени по договору №1 от 12.09.2017 в размере 437 560 руб. 88 коп., исчисленной за период с 15.11.2017 по 17.03.2020, и пени по договору №5 от 10.01.2019 в размере 13 860 руб. 43 коп., исчисленной за период с 14.03.2019 по 26.08.2019, обоснованными, а расчет – верным.

Помимо иных, ответчиком приводился довод о необходимости снижения размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ ввиду явной несоразмерности суммы финансовой санкции последствиям нарушения обязательств.

В силу статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В соответствии с п. 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В силу п. 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (п. 1 ст. 2, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 333 ГК РФ).

Согласно п. п. 73 - 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (п. 1 ст. 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств спора и имеющихся в деле доказательств.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Кодекс предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Поскольку требование о применении ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации заявлено ответчиком, именно на нем в силу ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лежит бремя представления доказательств, подтверждающих как явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, так и получение кредитором необоснованной выгоды в связи с этим.

Вместе с тем, необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия, в том числе неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами. Никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Учитывая вышеизложенное, суд,  исходя фактических из обстоятельств дела, принимая во внимание, что уменьшение неустойки является правом суда, при отсутствии доказательств, которые бы подтверждали явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства и получение кредитором необоснованной выгоды,  приходит  к выводу об отсутствии оснований для уменьшения подлежащей взысканию неустойки в порядке ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, в заявленном истцом размере с учетом сроков и объемов несвоевременно оплаченных денежных средств.

При этом суд обращает внимание, что размер и порядок исчисления финансовой санкции за нарушение денежного обязательства являлись предметом рассмотрения сторон при заключении Договоров №1, 5, и найдены сторонами договоров, в том числе ответчиком, обоснованными и соразмерными. Ссылка ответчика на чрезмерную ставку пени и необходимость снижения неустойки до ставки банковского процента, но, суммарно, не более 10 000 руб. является свидетельством ложного толкования вышеуказанных норм ГК РФ. В это связи суд также отмечает, что каждая из сторон обязательства вправе принять меры к уменьшению возникающих издержек в ходе исполнения обязательства, однако ответчик правом получения коммерческого кредита с по ставке меньше, чем согласована ответчиком при заключении договора, не воспользовался, что, наряду с прочим, подтверждает разумность и соотносимость избранной сторонами гражданско-правового соглашения меры ответственности за нарушение обязательства. Довод о наличии большой кредиторской задолженности у ответчика, лишившей последнего оборотных средств, достаточных для удовлетворения требований истца в согласованные договорами сроки, судом отклонен применительно к вышеизложенному и отраженному в статье 2 ГК РФ правовому содержанию, принципам осуществления предпринимательской деятельности. Неоднократные предложения суда о достижении мирового способа урегулирования спора ответчиком также оставлены без внимания.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию в неустойка в виде пени в размере 451 421 руб.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 18 127 руб. (п/п №15 от 20.01.2020) в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации и первоначальной ценой иска – 756 360 руб. 87 коп. Поскольку уменьшение предмета иска до 451 421 руб. произошло не вследствие погашения исковых требований, истцу подлежит возврату из федерального бюджета в силу пункта 1 части 1 статьи 333.40 НК РФ 6098 руб. 58 коп.

В тоже время, судебные расходы истца по оплате государственной пошлины в размере 12 028 руб. 42 коп. подлежат отнесению на ответчика и взысканию в пользу истца.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Решил:

Иск удовлетворить.

Взыскать с ООО «Интокорд» (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Деснамаш» (ИНН 

<

***>) 451 421 руб. неустойки, а кроме того 12 028 руб. 42 коп. судебных расходов.

Возвратить ООО «Деснамаш» из федерального бюджета 6 098 руб. 58 коп.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Двадцатый арбитражный апелляционный суд г. Тула. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Брянской области.

СудьяЧерняков А.А.