СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-2330/2023-ГК

г. Пермь

17 апреля 2023 года

Дело № А71-8042/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 апреля 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего судьи Гребенкиной Н.А.,

судей Власовой О.Г., Ушаковой Э.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел», также в судебном заседании осуществляется видеоконференц-связь при содействии Арбитражного суда Республики Крым

в Арбитражный суд Республики Крым явились третьи лица: ФИО2, паспорт; ФИО3, паспорт (посредством видеоконференц-связи);

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде:

от общества с ограниченной ответственностью «ИжТендер»: ФИО4 по доверенности от 29.12.2021;

от индивидуального предпринимателя ФИО5: ФИО6 по доверенности от 16.05.2022 (посредством веб-конференции),

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ответчика, общества с ограниченной ответственностью «ИжТендер», и третьих лиц, ФИО2 и ФИО3,

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 19 января 2023 года 

по делу № А71-8042/2022

по иску индивидуального предпринимателя ФИО5 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «ИжТендер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третьи лица: ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО3,

о взыскании убытков,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «ИжТендер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о признании лицензионного договора недействительным, взыскании  неосновательного обогащения,

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее – ИП ФИО5) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ИжТендер» (далее – ООО «ИжТендер») о взыскании 1 119 553 руб. 38 коп. убытков. 

Определением от 30.06.2022 для совместного рассмотрения с первоначальным иском на основании статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к производству суда принято встречное исковое заявление ООО «ИжТендер» к ИП ФИО5 о расторжении лицензионного договора № 134 от 24.12.2018 с 29.12.2018 в связи с существенным нарушением его условий (с учетом уточнения, принятого судом первой инстанции к рассмотрению на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Определением суда от 04.07.2022 на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3). 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.01.2023 с ООО «ИжТендер» в пользу ИП ФИО5 взыскано 1 119 553 руб. 38 коп. убытков, ООО «ИжТендер» из федерального бюджета возвращено 4 000 руб. государственной пошлины; а также 24 196 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины. В удовлетворении встречных исковых требований суд отказал. 

Ответчик с принятым по делу решением не согласился, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь, что ООО «ИжТендер» не является надлежащим ответчиком по делу, а истцом избран ненадлежащий способ защиты нарушенного права ввиду недоказанности использования обществом ноу-хау истца. 

В апелляционной жалобе ответчик также указывает на неверное истолкование судом обстоятельств открытия пекарни; материалами дела не доказано направление отчета о выручке ответчиком и третьими лицами в адрес истца; факт передачи ноу-хау не установлен, ссылается на недоказанность истцом факта наступления убытков, их размера, причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями. Не согласен с выводом суда об аффилированности ответчика и третьих лиц. В материалы дела представлены доказательства функционирования пекарни под коммерческим обозначением (а в последующем товарным знаком) «Мельница». При этом, как полагает заявитель жалобы, вопрос использования ответчиком или третьими лицами ноу-хау иного лицензиара не входит в предмет доказывания по настоящему спору. С учетом изложенного, ответчик считает, что удовлетворение первоначального иска и взыскание убытков приведет к неосновательному обогащению истца. Как отмечено обществом, оплата паушального взноса не подтверждает, что со стороны ответчика не было нареканий по качеству услуг, оказываемых истцом по лицензионному договору.

Обжалуя выводы суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении встречного истца, общество ссылается на неисполнение ИП ФИО5 обязательств по лицензионному договору, что препятствует открытию пекарни (пункт 5.3 договора). Утверждает, что выручки от использования ноу-хау и коммерческого обозначения ИП ФИО5 у общества не было, а, значит, и убытки на стороне ИП ФИО5 не возникли. 

Третье лицо, ФИО2, также обратился с апелляционной жалобой, просит обжалуемое решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт; в случае оставления резолютивной части решения без изменения, просит изменить его мотивировочную часть, указав, что материалами дела не доказана аффилированность ФИО2 и ФИО3

В апелляционной жалобе ФИО2 приводит пояснения о том, что истец и ответчик на протяжении длительного периода времени не взаимодействовали в рамках спорного лицензионного договора; перечисленные в акте услуги истцом не оказаны, работы не выполнены; вывод об аффилированности ФИО2 и ФИО3 судом не обоснован.

ФИО3, также обжалуя принятое по делу решение, просит изменить его мотивировочную часть со ссылкой на недоказанность аффилированности ФИО2 и ФИО3 Утверждает, что спорная пекарня принадлежит ему; никогда ранее до заключения с обществом лицензионного договора никаких отношений с указанным лицом не имел, не являлся ни работником, ни участником указанного общества; не получал ноу-хау истца, купил готовый бизнес, а технологию использовал свою личную, наработанную временем и опытом. Учитывая, что договор оказания услуг № 2 от 25.05.2019 и договор купли-продажи бизнеса от 10.03.2020 признаны судом ненадлежащими доказательствами, то, как полагает заявитель жалобы, признавать какое-либо обстоятельство на основании этих договоров является процессуальным нарушением. Считает также, что суд допустил процессуальное нарушение, не направив ему определение об истребовании доказательств, о том, что суд истребовал подлинники документов, третьему лицу стало известно после ознакомления с решением суда.

Возражая на доводы апелляционных жалоб ответчика и третьих лиц, истец в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направил отзывы.

В судебном заседании представители ответчика и третьих лиц с обжалуемым решением не согласились, поддержали доводы своих апелляционных жалоб, просили его отменить или изменить, апелляционные жалобы – удовлетворить.

Представитель истца с доводами апелляционных жалоб ответчика и третьего лица не согласился по изложенным в отзывах основаниям, просил оставить его без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Законность и обоснованность обжалуемого решения суда первой инстанции проверены в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, установлено судом первой инстанции, 24.12.2018 между ИП ФИО5 (правообладатель) и ООО «ИжТендер» (пользователь) заключен лицензионный договор № 134, в соответствии с условиями которого правообладатель на условиях договора за вознаграждение предоставляет пользователю право на использование на территории результатов интеллектуальной деятельности, исключительные права на которые принадлежат правообладателю, в том числе сведения, составляющие Секрет производства (Ноу-хау), использование Коммерческого обозначения «Настоящая пекарнях и имиджа пекарен «Настоящая пекарня» для организации и ведения деятельности Пекарни (Пекарен) (пункт 2.1). 

Правообладатель предоставляет пользователю право использовать на территории коммерческое обозначение и Секрет производства (ноу-хау) правообладателя (пункт 2.2 договора). 

Вознаграждение по Договору устанавливается в виде: 

- единовременного платежа в размере 350 000 (Триста пятьдесят тысяч) рублей. 

- периодических платежей и размере 3 (три) процента от суммы ежемесячной выручки каждой Пекарни Пользователя па Территории, при условии достижения каждой из Пекарен с производством на торговой точке выручки более 700 000 (семьсот тысяч) рублей за соответствующий отчетный месяц, а каждой Пекарни без производства более 500 000 (Пятьсот тысяч) рублей за соответствующий отчетный месяц. Основанием для расчета служит отчет Пользователя за месяц. В случае не достижения Пекарней в отчетном периоде выручки, установленной в настоящем пункте, периодические платежи за отчетный месяц в отношении такой Пекарни не уплачиваются. Сумма периодического платежа с одной Пекарни Пользователя не может превышать 39 000 (тридцать девять тысяч) рублей за отчетный месяц. Сумма периодического платежа по одному городу и одному управляющему не может превышать 150 000 (Сто пятьдесят тысяч) рублей за отчетный месяц. 

- взнос за сопровождение поиска помещения, технический дизайн-проект, дизайн помещения и блок рекламы для 2 (второй) и последующих Пекарен Пользователя на Территории составляет 10 000 (десять тысяч) рублей (пункт 3.1 договора). 

В соответствии с пунктом 3.2. договора единовременный платеж в размере 350 000 (Триста пятьдесят тысяч) рублей уплачивается Пользователем в течение 5 (Пяти) банковских дней после подписания настоящего Договора на основании выставленного Правообладателем счета. Пользователь соглашается и подтверждает, что данный платеж обоснован и не является возвратным. 

- периодические платежи уплачиваются в течение 10 первых рабочих дней месяца, следующего за отчетным месяцем, который соответствует условию выплаты периодического платежа. 

- взносы за сопровождение поиска помещения, технический дизай-проект, дизайн помещения и блок рекламы уплачивается Пользователем в течение 5 (Пяти) банковских дней после подписания договора аренды на второе и последующие помещения под Пекарни на Территории на основании выставленных Правообладателем счетов. Пользователь соглашается и подтверждает, что данные платежи обоснованы и не является возвратными. 

В тексте настоящего договора под территорией понимается г. Симферополь и г. Севастополь (пункт 1 договора). 

Платежным поручением от 26.12.2018 № 1463 ООО «ИжТендер» оплатило ИП ФИО5 единовременный платеж в размере 350 000 руб. 

Ноу-хау истца было передано путем предоставления доступа Ответчику к информационной платформе Битрикс 24, что подтверждается письмом о регистрации на указанной платформе. 

Вместе с тем ответчик, в нарушение заключенного договора, пекарни от своего имени не открыл, роялти не выплатил, своими действиями лишил истца возможности получать роялти за период с 17.08.2019 по дату подачи искового заявления. 

Неисполнение ответчиком обязанности по внесению ежемесячных платежей, а также не открытие ответчиком пекарен повлекло образование у истца убытков в сумме 1 119 553 руб. 38 коп. 

Направленная истцом в адрес ответчика претензия от 03.03.2022 с предложением оплатить сумму убытков в течение 10 календарных дней составлена последним без удовлетворения. 

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в суд с настоящим иском. 

Ответчик, ссылаясь на то, что спорный договор не зарегистрирован в Роспатенте, что истец не исполнил условия договора, выполнение которых обязательно для открытия пекарен, что сведения ноу-хау в ООО «ИжТендер» не переданы, а указанный в приложении № 1 к лицензионному договору состав сведений не имеет коммерческой ценности обратился со встречными исковыми требованиями о расторжении лицензионного договора. 

Суд первой инстанции первоначальный иск удовлетворил, отказав в удовлетворении встречного иска.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб ответчика и третьих лиц, отзывов истца, выслушав в судебном заседании пояснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции  правильными, соответствующими требованиям закона и материалам дела.

Исходя из норм статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, при этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Юридически значимые обстоятельства, порядок доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о взыскании убытков разъяснены в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств». 

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору одна сторона – обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах. 

Согласно пункту 5 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное. 

В силу пункта 1 статьи 1237 Гражданского кодекса Российской Федерации лицензиат обязан представлять лицензиару отчеты об использовании результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если лицензионным договором не предусмотрено иное. 

Согласно пункту 1 статьи 1027 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау). 

Таким образом, по смыслу вышеназванной правовой нормы обязательным условием договора коммерческой концессии является передача в составе комплекса исключительных прав права на товарный знак или знак обслуживания, что обусловливает необходимость государственной регистрации договора в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. 

При этом заключенный между сторонами договор является лицензионным договором на предоставление комплекса исключительных прав, в который входит право использования ноу-хау (секрета производства), право использования коммерческого обозначения. Из содержания договора не следует, что он является договором коммерческой концессии, поскольку права на товарные знаки (знаки обслуживания) по указанному договору не передавались, как и не усматривается из договора, что истец является правообладателем какого-либо зарегистрированного товарного знака, права на использование которого переданы по договору. 

Помимо этого, пунктом 3.4.1 Приказа Роспатента от 29.12.2009 № 186 «Об утверждении Рекомендаций по вопросам проверки договоров о распоряжении исключительным правом на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации» установлено, что именно договор, условия которого соответствуют пункту 1 статьи 1027 Кодекса и являющийся соответственно договором коммерческой концессии, подлежит государственной регистрации в Роспатенте (согласно пункту 2 статьи 1028 Кодекса). 

Таким образом, в соответствии с действующим законодательством договор, по которому предоставляется право на использование только коммерческого обозначения и секрета производства (ноу-хау) и не предоставляется право на использование товарного знака, не может рассматриваться как договор коммерческой концессии и, соответственно, не подлежит регистрации в Роспатенте. В регистрации такого договора отказывается с приведением вышеизложенных оснований. 

В связи с чем возражения ответчика в этой части обоснованно отклонены судом первой инстанции. 

Также судом первой инстанции рассмотрены и мотивированно отклонены возражения ответчика о том, что сведения ноу-хау истцом ответчику не переданы. 

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются секреты производства (ноу-хау). 

В силу пункта 1 статьи 1465 Гражданского кодекса Российской Федерации секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны. 

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. 

Согласно статье 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Надлежащее исполнение прекращает обязательство (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В соответствии с пунктом 4.1.2. договора правообладатель не позднее 2 (Двух) рабочих дней с момента внесения пользователем единовременного платежа в соответствии с п. 3.2 договора, обязуется предоставить пользователю доступ к интернет-ресурсу, на котором размещены документы, содержащие Ноу-хау и необходимые пользователю для осуществления прав, предоставленных ему по договору, а именно разделам: поиск помещения; стройка; бренд-бук; персонал; производство; торговый зал; ценообразование; отчеты; учебные материалы; нормативная документация отрасли. 

Из материалов дела следует, что ООО «ИжТендер» зарегистрировалось в системе Битрикс 24 – 26.12.2018. 

Ответчик осуществил полную оплату паушального взноса, предусмотренного договором, а ИП ФИО5 осуществил передачу секрета производства (ноу-хау), перечисленных в Приложении N 1 к договору. 

В качестве доказательства передачи секрета производства, а также открытия пекарни истцом представлены скриншоты с сайтов ответчика с размещенной информацией об открытии пекарни, также представлена переписка сторон, в которой стороны обсуждали рабочие моменты, в том числе относительно открытия пекарен. 

Нормами статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Исследовав представленные скриншоты, суд приходит к выводу, что ответчик в рекламных постах в социальных сетях опубликовал фотоматериалы с изображением внешнего вида здания пекарни, а также внутренние интерьеры и оформление. Из представленных скриншотов видно, что интерьер, а также внешнее, в том числе и цветовое оформление пекарни, соответствует стилю и оформлению, разработанному истцом для сетей «Настоящая пекарня». Также вывеска, размещенная на фасаде здания (скриншот открытия пекарни от 17.08.2019) соответствует коммерческому обозначению, согласованному сторонами в Приложении № 2 к договору. 

На основании представленных документов вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика справедливым признается вывод суда первой инстанции о том, что обязательства по передаче сведений ноу-хау исполнены истцом в полном объеме. Иного суду не доказано и из материалов дела не следует (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции, из представленной между сторонами переписки не установлено, что ответчик не возражал относительно объема, либо не представления истцом сведений ноу-хау (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, из материалов дела следует, что отношения сторон вытекают из лицензионного договора, к исполнению которого они фактически приступили. 

Довод ответчика о том, что указанный в договоре перечень услуг секретом производства Ноу-хау не является, судом отклонены, поскольку спорные услуги представляют собой коммерческую ценность, являясь систематизированным актуализированным комплектом документов и услуг по осуществлению соответствующего вида деятельности, учитывающим наработанный правообладателем в этом виде деятельности опыт. 

Указанные услуги были приняты ответчиком без возражений, претензии относительно их ценности не высказывались ответчиком до рассмотрения дела в суде. 

В силу пункта 5 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное. 

Выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме. 

По смыслу пункта 5 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 Гражданского кодекса Российской Федерации вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. 

В связи с этим лицензиару не может быть отказано в удовлетворении требования о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства (пункт 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации». 

В соответствии с пунктом 2 статьи 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации к договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307-419 Гражданского кодекса Российской Федерации) и о договоре (статьи 420-453 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку иное не установлено правилами раздела VII Гражданского кодекса Российской Федерации и не вытекает из содержания или характера исключительного права. 

Действующее гражданское законодательство не предусматривает право лицензиата на односторонний отказ от исполнения обязательств, в лицензионном договоре право лицензиата на односторонний отказ от исполнения обязательств также отсутствует. 

Как следует из абзацев второго и третьего пункта 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10, по смыслу пункта 5 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 Гражданского кодекса Российской Федерации вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. 

Если сторонами согласована плата за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в твердой сумме, а также дополнительно согласован размер вознаграждения в форме процентных отчислений от дохода (выручки) (абзац третий пункта 5 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации), при неиспользовании результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицензиатом уплате подлежит только сумма, согласованная в твердом размере. При этом лицензиар не лишен права потребовать возмещения убытков, вызванных неиспользованием результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, и расторгнуть договор. 

В силу статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации лицензионный договор является двусторонне обязывающим, в котором обязанности сторон взаимно обусловливают одна другую, так исполнение лицензиатом обязательств по внесению лицензионного платежа лицензиару обусловлено исполнением последним своих обязательств передаче права на использование результата интеллектуальной деятельности. 

В соответствии со статьей 328 Гражданского кодекса Российской Федерации встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств. В случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков. Если предусмотренное договором исполнение обязательства произведено не в полном объеме, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения в части, соответствующей непредоставленному исполнению. 

На основании изложенного, вопреки доводам ответчика, доказанным и обоснованным признается вывод суда первой инстанции о том, что ответчик своими действиями по неиспользованию ноу-хау причинил истцу убытки в виде неполучения вознаграждения, предусмотренного лицензионным договором. 

Возражения ответчика в этой части судом отклонены в связи с неверным толкованием норм материального права. 

В обоснование заявленного расчета убытков судом приняты во внимание пояснения истца о том, что ответчик прекратил предоставление данных о выручках с октября 2019 года. Как выяснилось позднее, ответчик предоставлял данные не своих выручек, а выручек аффилированных лиц, действовавших при его поддержке. 

Не имея возможности рассчитывать роялти в соответствии с пунктом 3.1 договора (в связи с не предоставлением информации о размерах выручки) – истец рассчитал размер убытков, вызванных действиями ответчика на основании среднего значения выручек Пекарен иных лицензиатов в городах с аналогичной численностью населения (подробный расчет за период с сентября 2019 года по март 2022 года представлен в исковом заявлении. 

Представленный истцом расчет размера убытков судом проверен и признан обоснованным, причинно-следственную связь между действиями ответчика и неблагоприятными последствиями, наступившими для истца в результате действий ответчика, суд признает доказанной. Контррасчет ответчиком не представлен. 

Учитывая изложенное, исковые требования в части взыскания 1 119 553 руб. 38 коп. убытков обоснованы, подтверждены материалами дела, поэтому в порядке статей 15, 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, условий спорного договора подлежат удовлетворению в заявленной сумме. 

Обращаясь со встречными исковыми требованиями о расторжении лицензионного договора в связи с существенными нарушениями его условий, ответчик пояснил, что в соответствии с пунктом 5.3.1 договора пользователь обязан открыть пекарню в срок не позднее 90 рабочих дней с момента выполнения правообладателем условий пункта 5.1.3 договора при соблюдении Правообладателем следующих условий: 

1) Правообладатель обязан разработать дизайн проект помещения пекарни, перечень или спецификацию необходимого оборудования и макет Фирменной вывески Пекарни, предоставить названные документы Пользователю (пункт 5.1.3 договора). При этом дизайн-проект помещения включает в себя: 

- план освещения и схемы потолка; 

- макет оформления входной группы; 

- схему вентиляции и видеонаблюдения; 

- внутреннее оформление; 

- план расстановки торговой зоны. 

2) Правообладатель обязуется предоставить пользователю рекомендации (по величине тарифной ставки/ оклада) и требования к составлению штатного расписания и организационной структуре Пекарни (к должности, квалификации, количеств) штатных единиц), а также к должностным инструкциям Персонала (пункт 5.2.1 договора). 

3) Правообладатель обязуется предоставить Пользователю рекомендуемые формы: трудовых договоров с работниками Пекарни и директором Пекарни. Договор о полной коллективной и индивидуальной материальной ответственности, должностных инструкций, соглашений о соблюдении конфиденциальности информации, а также дать рекомендации по системе поощрения (мотивации) Персонала (пункт 5.2.2 договора). 

4) К Моменту открытия первой Пекарни Правообладатель обязуется обеспечить проведение первоначального Обучения Персонала в течение не менее 5 (Пяти) дней. Для открытия последующих Пекарен Стороны согласуют срок проведения Обучения Персонала индивидуально. Обучение Персонала первой Пекарни осуществляется специалистами Правообладателя (пункт 5.2.4 договора). 

5) Одновременно с предоставлением Правообладателем Пользователю Дизайн-проекта для открытия первой Пекарни Правообладатель обязан предоставить Пользователю ассортиментный перечень Товара, необходимый в Пекарне. 

6) Открыть пекарню не позднее двух рабочих дней после получения от Правообладателя одобрения на открытие пекарни. Пользователь не вправе открывать пекарню без получения одобрения Правообладателя. 

Ни одно из вышеперечисленных условий, по мнению ответчика, правообладателем не соблюдено. 

Вместе с тем, из представленных в материалы дела доказательств, а также пояснений истца, следует, что пекарни были открыты ответчиком через аффилированных лиц (ФИО2 и ФИО3) с использованием ноу-хау истца. 

Как указано в статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», аффилированные лица – физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. 

Аффилированными лицами юридического лица являются: 

- член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; 

- лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; 

- лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; 

- юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; 

- если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы. 

Аффилированными лицами физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, являются: лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо; юридическое лицо, в котором данное физическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица. 

В соответствии со статьей 53.2 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, если этот Кодекс или другой закон ставит наступление правовых последствий в зависимость от наличия между лицами отношений связанности (аффилированности), наличие или отсутствие таких отношений определяется в соответствии с законом. 

Аффилированность предполагает наличие взаимного интереса или взаимной зависимости между юридическими лицами или их участниками, органами управления и т.п., а также свидетельствует о единстве интересов, целей принятия и реализации отдельных решений, что может быть установлено также через факты заключения и исполнения сделок на недоступных для независимых участников рынка условиях. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб ответчика и третьих лиц судом первой инстанции верно установлено, что аффилированность ООО «ИжТендер» и ФИО2 обусловлена тем, что на момент подписания лицензионного договора № 134 ФИО2 занимал должность директора ООО «ИжТендер», на момент рассмотрения настоящего дела ФИО2 является учредителем ответчика. 

Аффилированность ФИО2 и ФИО3 подтверждена самими третьими лицами. В своих пояснениях ФИО2 сообщает, что в марте 2019 года принял ФИО3 на работу по гражданско-правовому договору. Через год, в марте 2020 года ФИО2 передал пекарню, расположенную по адресу: 

<

...>, ФИО3 по договору купли-продажи 10.03.2020. 

То обстоятельство, что ФИО2 открыл пекарню с использованием ноу-хау истца, доказано в рамках рассмотрения настоящего дела, при этом переписка истца с ФИО2 относительно открытия пекарен велась с электронного адреса ФИО2 

Доказательств того, что спорные пекарни были открыты с использованием ноу-хау иных лиц, ни ответчиком, ни третьими лицами не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Изложенные в апелляционных жалобах возражения в данной части документально в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации также не обоснованы, в связи с чем отклонятся в связи с недоказанностью.

Заявленное истцом в ходе судебного разбирательства ходатайство о фальсификации представленных в материалы дела третьими лицами доказательств: копии договора оказания услуг № 2 от 25.05.2019; копии договора купли-продажи бизнеса от 10.03.2020; копий лицензионных договоров № 2-ИП от 01.05.2020, № 3-ИП от 01.05.2020, мотивированное тем, что информация, содержащаяся в данных документах, противоречит обстоятельствам дела, судом рассмотрено, ответчику и третьим лицам предложено представить оригиналы указанных документов. Однако такие документы суду представлены не были.

При этом нарушения норм процессуального права в данной части не установлено. Определениями от 30.09.2022, 18.11.2022 и 06.12.2022 судом первой инстанции предлагалось ответчику и третьим лицам представить доказательства исполнения договора оказания услуг от 25.05.2019 № 2, договора купли-продажи бизнеса от 10.03.2020, лицензионного договора от 01.05.2020 № 3-ИП; представить пояснения в части заявленного ходатайства о фальсификации документов; направить суду оригиналы документов (1. Договор оказания услуг № 2 от 25.05.2019, 2. Акты оказанных услуг по договору оказания услуг № 2 от 25.05.2019 3. Платежная ведомость к договору оказания услуг № 2 от 25.05.2019 4. Договор купли продажи бизнеса от 10.03.2020 5. Квитанции к приходно-кассовому ордеру от 15.12.2020 и от 20.12.201 6. Лицензионный договор № 2-ИП от 01.05.2020 7. Лицензионный договор № 3-ИП от 01.05.2020 8. Оборотно-сальдовые ведомости по счету за 15.12.2020 и за 20.12.2021 9. Расписки от 10.03.2020 и от 15.03.2020).

Учитывая, что ФИО3 знал о рассмотрении настоящего спора, принимал непосредственное участие в судебных заседаниях суда первой инстанции, обязан был следить за движением дела и вправе был знакомиться с ним, ссылки на нарушение судом норм процессуального права о ненаправлении ему определения об истребовании доказательств, которое не выносилось судом в виде отдельного судебного акта, признаются несостоятельными (статьи 9, 41, 65, 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При должной степени заботливости и осмотрительности, пользуясь добросовестно процессуальными правами, третье лицо должно было получать судебную корреспонденцию, а также следить за движением дела через электронный сервис «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет.

Таким образом, негативные последствия своего процессуального бездействия третье лицо в силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет самостоятельно.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства, приняв во внимание указанное заявление о фальсификации, непредставление ответчиком и третьими лицами оригиналов документов, иных доказательств, бесспорно свидетельствующих о заключении между третьими лицами соответствующих договоров, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности наличия между сторонами спорных отношений. 

Вопреки заявленным в апелляционных жалобах доводам ответчика и третьих лиц, судом первой инстанции справедливо отмечено, что своими процессуальными правами лица, участвующие в деле, распорядились самостоятельно, полагая, что объем представленных в материалы дела доказательств является достаточным для рассмотрения дела. Ответчик и третьи лица не заявляли ходатайств о намерении раскрыть дополнительные доказательства, обосновывающие факты заключения спорных договоров, в связи с чем несут риски наступления соответствующих неблагоприятных процессуальных последствий. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации к договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307-419) и о договоре (статьи 420-453), поскольку иное не установлено правилами настоящего раздела и не вытекает из содержания или характера исключительного права. 

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Также стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смысла договором в целом. 

Как закреплено в пункте 2 статьи 431.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. 

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. 

При этом в силу положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. 

Таким образом, лицо, вступая в отношения, урегулированные нормами права, должно не только знать о существовании обязанностей, отдельно установленных для каждого вида правоотношений, но и обеспечить их выполнение, то есть соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, которая необходима для строгого соблюдения требований закона. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. 

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором. 

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (пункт 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В статье 453 Гражданского кодекса Российской Федерации уточнено, что при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. 

Стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. 

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства (пункт 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Обращаясь со встречным исковым заявлением, ООО «ИжТендер» ссылалось на ненадлежащее исполнение истцом взятых на себя обязательств по лицензионному договору. 

Вместе с тем, как отмечалось выше, судом установлен факт исполнения истцом своих обязательств по лицензионному договору, в частности, факт передачи пакета документов, составляющих секрет производства (ноу-хау). 

После получения доступа к системе Битрикс 24 ответчик не представил истцу своих возражений относительно объема и качества предоставленных услуг, не выразил несогласие с перечнем полученного объема информации, тем самым подтвердил принятие переданного секрета производства (ноу-хау). 

Ни на момент заключения лицензионного договора, ни на момент его исполнения, ответчик не заявлял о несогласии с предметом договора или о непередаче ему секрета производства (ноу-хау). 

Ответчик добровольно принял на себя обязательства по заключенному договору, следовательно, несет ответственность за его исполнение перед истцом. Действуя свободно и заключая лицензионный договор, ответчик согласился с содержащимися в нем условиями, в том числе с предметом договора, в качестве которого определены обязательства по передаче и использованию секрета производства (ноу-хау). 

Являясь субъектом предпринимательской деятельности, ответчик в соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а, следовательно, должен и мог предположить и оценить возможность наступления отрицательных последствий такой деятельности, в том числе и в случае утраты интереса к исполнению совершенной им сделки. 

С учетом изложенного, поскольку ООО «ИжТендер» приняло в пользование принадлежащее ИП ФИО5 исключительное право на секрет производства (ноу-хау), в отсутствие каких-либо нареканий оплатило паушальный взнос за использование указанного секрета производства. 

На основании изложенного, оснований для расторжения лицензионного договора № 134 от 24.12.2018 не имеется, в удовлетворении встречных исковых требований суд отказал правомерно. 

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах ответчика и третьих лиц, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы существенное значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Нарушений норм материального права при принятии обжалуемого решения арбитражным судом первой инстанции допущено не было.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции также не установлено.

Таким образом, решение арбитражного суда от 19.01.2023 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы на уплату государственной пошлины, понесенные при подаче апелляционной жалобы, относятся на ее заявителей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19 января 2023 года по делу № А71-8042/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

Н.А. Гребенкина

 

Судьи 

О.Г. Власова

 

Э.А. Ушакова