﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3085/21 

Екатеринбург

01 июля 2021 г.

 

Дело № А60-52632/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 июля 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Шершон Н. В., Павловой Е. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы Гребнева Александра Анатольевича и Жукова Максима Евгеньевича на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2021, вынесенное в рамках обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по делу № А60-52632/2018 Арбитражного суда Свердловской области о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью «Сервис-НТ».

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:  конкурсный управляющий Лепихин Иван Евгеньевич лично (паспорт), ответчик Гребнев Александр Анатольевич лично (паспорт), а также представители:

ответчика Жукова Максима Евгеньевича – Иванова А.Л. (доверенность от 20.03.2020);

конкурсного кредитора Муниципального унитарного предприятия «Тагилэнерго» (далее – предприятие «Тагилэнерго») – Завьялов С.В. (доверенность от 02.06.2021).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.12.2018 требование Нижнетагильского муниципального унитарного предприятия «Нижнетагильские тепловые сети» (далее – предприятие «НТТС»)  признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Сервис-НТ» (далее – общество «Сервис-НТ», должник) введено наблюдение, временным управляющим должника утверждена Звонарева Александра Сергеевна.

Решением суда от 07.05.2019 общество «Сервис-НТ» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Лепехин Иван Евгеньевич.

Конкурсный управляющий Лепехин И.Е. 26.11.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 25 183 698 руб. 09 коп. солидарно Жукова Максима Евгеньевича, Будника Александра Сергеевича, Дербенева Максима Сергеевича, Гребнева Александра Анатольевича на основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.10.2020 (с учетом определения об исправлении опечатки от 09.11.2020)  в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2021 определение суда от 09.10.2020 отменено, признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Жукова М.Е., Будника А.С., Дербенева М.С., Гребнева А.А. за доведение должника до банкротства. Производство по делу в части установления размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчета с кредиторами. Также признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Жукова М.Е., Гребнева А.А., Дербенева М.С., за неподачу заявления о признании должника банкротом. Взыскано солидарно с Жукова М.Е., Гребнева А.А., Дербенева М.С. в пользу должника 1 723 171 руб. 51 коп., с Гребнева А.А. и Дербенева М.С. в пользу должника 2 699 070 руб. 08 коп., с Дербенева М.С. в пользу должника 1 177 836 руб. 07 коп.

В кассационной жалобе Жуков М.Е. просит постановление суда апелляционной инстанции от 11.03.2021 отменить, определение от 09.10.2020 оставить в силе, в обоснование доводов указывает, что заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности содержало в себе два требования: за доведение должника до банкротства и за неподачу заявления о признании должника банкротом в размере 1 723 171 руб. 51 коп., в удовлетворении которых суд первой инстанции отказал в полном объеме. Между тем, конкурсный управляющий при обжаловании определения от 09.10.2020 просил изменить его только в части взыскания в пользу должника 1 052 144 руб. 52 коп., однако суд апелляционной инстанции отменил и удовлетворил оба требования, то есть вышел в нарушении статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации за пределы своих полномочий. Кроме того, принимая во внимание тот факт, что апелляционная жалоба конкурсного управляющего не содержала требований о привлечения ответчиков к ответственности за доведение до банкротства должника на всю сумму реестра, суд апелляционной инстанции явно вышел за пределы своих полномочий, привлекая к ответственности на всю сумму.

Податель жалобы также считает, что за доведение должника до банкротства можно привлечь контролирующих лиц, которые осуществляли руководство обществом «Сервис-НТ» до даты объективного банкротства, то есть с 01.05.2015 должник уже обладал признаками неплатёжеспособности и довести его до этого состояния могли лишь лица, осуществлявшие руководство до 01.05.2015, но не после этой даты. Принимая во внимание, что Жуков М.Е. приступил к обязанностям руководителя должника с 24.05.2017, а в период его руководства не было совершено никаких сделок и вся деятельность была направлена на взыскание дебиторской задолженности, и соответственно, никаких признаков привлечения Жукова М.Е. за доведения должника до банкротства не имеется.

Помимо изложенного, кассатор полагает, что суд апелляционной инстанции не учел, что основания для привлечения ответчиков к ответственности за доведение должника до банкротства – отсутствуют и материалам дела не подтверждены, поскольку само по себе наличие у должника задолженности, с учетом специфики деятельности, не может свидетельствовать об основаниях для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. 

В своей кассационной жалобе Гребнев А.А. указывает, что вывод суда апелляционной инстанции о том, что датой объективного банкротства  является 01.04.2015 – не соответствует положениям действующего законодательства и сложившейся практики применения. Судом апелляционной инстанции установлено, что размер кредиторской задолженности по состоянию на апрель 2015 составлял 3 561 041 руб. 30 коп., вместе с тем, размер дебиторской задолженности составлял как минимум 5 280 784 руб. 07 коп., что превышает размер задолженности, образовавшийся у должника по состоянию на май 2015. Таким образом, по мнению заявителя, очевидно, что суд апелляционной инстанции привлёк к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом при отсутствии доказательств наличия признаков банкротства по состоянию на 01.04.2015.

Податель жалобы отмечает, что с июня 2015 общество «Сервис-НТ» не заключало новых сделок, не оказывало услуг населению, а вся деятельность сводилась к погашению обязательств за счет имеющейся дебиторской задолженности, следовательно, нарушение обязанности по сдаче бухгалтерской отчетности за 2015 не могло привести к каким-либо негативным последствиям. Суд апелляционной инстанции в своем постановлении не указывает, каким образом данное обстоятельство повлияло на неплатёжеспособность должника, и каким негативным последствиям привело.

Также Гребнев А.А. считает, что выводы апелляционного суда об отсутствии действий по взысканию дебиторской задолженности противоречат материалам дела, поскольку было произведено погашение обязательств перед предприятием «Тагилэнерго» по делам № А60-9977/2014, № А60-48816/2015, № А60-27096/2016, при том, что общество «Сервис-НТ» не имело иных источников дохода кроме как за счет взыскания дебиторской задолженности. Фактически полное отсутствие текущих обязательств, в совокупности с наличием большого объема дебиторской задолженности, давало Гребневу А.А. основания полагать, что все долги будут погашены. Кроме того, кассатор указывает, что он не располагал трудовыми, техническими и материальными ресурсами и не мог производить взыскание более эффективно. 

Заявитель также акцентирует внимание на том, что нельзя согласиться с выводом суда относительно не принятия руководителями общества мер, направленных на взыскание задолженности в сумме 1 052 144 руб. 52 коп., полученных под отчет учредителем общества Дербеневым М.С., при том, что указанное в итоге привело к банкротству должника. Данные денежные средства Дербенев М.С., будучи директором, получил в период до 30.09.2014, после чего общество «Сервис-НТ» функционировало еще 4 года. Предположение о том, что Гребнев А.А. будучи наемным работником, должен был принять меры, направленные на взыскание задолженность со своего работодателя – единственного учредителя Дербенева М.С., не основано на понимании фактического положения дел.

В своих отзывах предприятие «Тагилэнерго» просит постановление от 11.03.2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Конкурсный управляющий Лепихин И.Е. по доводам жалоб возражает, полагает, что обжалуемое постановление апелляционного суда является законным и обоснованным, вынесенным при всестороннем исследовании всех обстоятельств дела, правильном определении даты возникновения неплатёжеспособности должника и образовавшихся после указанной даты сумм кредиторской задолженности. 

Проверив законность обжалуемого судебного акта в пределах доводов кассационных жалоб в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для его отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Сервис-НТ» зарегистрировано в качестве юридического лица 30.11.2011, о чем в едином государственном реестре юридических лиц внесена соответствующая запись.

Учредителями общества в период с 30.11.2011 по 30.09.2014 являлись Дербенев М.С. (80 %), его брат Дербенев Андрей Сергеевич (10 %), и отец Дербенев Сергей Сергеевич (10 %); с 30.09.2014 80 % доли в уставном капитале перешли от Дербенева М.С. Дербеневу А.С.; с 24.11.2014 по 20.04.2018 единственным участником общества являлся Дербенев М.С.; с 20.04.2018 50 % долей перешли Буднику Александру Сергеевичу; с 16.05.2018 в связи с выходом Дербенева М.С. из общества, единственным участником должника с 50 % долей остался Будник А.С.

В период с 30.11.2011 по 08.07.2015 руководителем общества являлся Дербенев М.С., затем с 08.07.2015 по 24.05.2017 – Гребнев А.А.,  с 24.05.2017 – Жуков М.Е.

Основная деятельность должника - управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе.

Дело о банкротстве общества «Сервис-НТ» возбуждено 05.10.2018 по заявлению предприятия «НТТС».

Определением суда от 28.12.2018 в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим должника утверждена Звонарева А.С.

Решением суда от 07.05.2019 общество «Сервис-НТ» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Лепихин И.Е.

В реестр требований кредиторов должника включены требования пяти кредиторов, в том числе: 

предприятие «НТТС» на сумму 11 954 762 руб. 03 коп. (определение от 28.12.2018), из реестра требований кредиторов по заявлению самого кредитора исключены 968 руб. 12 коп – основного долга, 2 975 руб. 20 коп. – государственной пошлины (определение от 16.04.2019), а также на сумму 3 915 211 руб. 46 коп. (определение от 21.04.2019);

общество с ограниченной ответственностью «Водоканал-НТ» на сумму 1 745 282 руб. 92 коп. (определение от 01.04.2019, с учетом определения об исправлении опечатки от 25.10.2019); 

уполномоченный орган на сумму 110 255 руб. 62 коп. (определение от 30.05.2019), а также на сумму 3 013 руб. 36 коп. (определение от 26.09.2019);

акционерное общество «Роскоммунэнерго» на сумму 941 руб. 66 коп. (определение от 22.08.2019);

предприятие «Тагилэнерго» на сумму 5 740 75, руб. 30 коп. (определение от 28.08.2019).

Конкурсный управляющий Лепихин И.Е. обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором ссылался на то, что единственным участником должника Будником А.С. не было предпринято мер по назначению в процедуре наблюдения директора, который надлежащим образом передал бы временному управляющему документацию; на протяжении с 30.11.2011 по 20.04.2018 деятельность должника контролировал Дербенев М.С., у которого могла находиться документация должника и его имущество; у общества «Сервис-НТ» по состоянию на март 2015 имелась неисполненная задолженность перед предприятием «Тагилэнерго» в сумме 3 561 041 руб. 30 коп., соответственно с апреля 2015 уже имелись признаки неплатежеспособности, а обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом возникла до 01.05.2015; кроме того, согласно сведениям Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции ФНС России № 16 по Свердловской области последняя бухгалтерская отчетность должника сдавалась за 2014; контролирующие должника лица не проводили работу по взысканию дебиторской задолженности.

По мнению конкурсного управляющего, уклонение контролирующих должника лиц от взыскания дебиторской задолженности должника (как путем самостоятельной работы, так и путем предоставления надлежащих документов агенту), ненадлежащее ведение и хранение документации должника (отсутствие единых счетов-квитанций по каждому должнику помесячно за период с момента образования долга) является одной из причин банкротства должника и невозможности полного погашения реестра требований кредиторов. 

Кроме того,  управляющий также ссылался на то, что из представленных Жуковым М.Е. документов следует, что за Дербеневым М.С. числится задолженность по выданным через кассу под отчет, но не возвращенным денежным средствам. Последний обнаруженный конкурсным управляющим авансовый отчет датирован 30.09.2014, подписан самим Дербеневым М.С, остаток задолженности Дербенева М.С. составляет 1 052 144,52 руб. Жуков М.Е. в своем ответе от 22.05.2020. указал, что никаких денежных средств с октября 2014 года Дербенев М.С. должнику не возвращал, авансовых отчетов не предоставлял. Никто из последующих директоров Должника не предпринял мер к взысканию с Дербенева М.С. данных денежных средств.

Кроме того, как считает конкурсный управляющий, Будник А.С. только номинально входил в состав органов управления должника, именно Дербенев М.С. являлся фактически контролировавшим лицом. Должник с 01.06.2015 прекратил деятельность по управлению и обслуживанию жилым фондом и Дербенев М.С. снял с себя полномочия директора в течение месяца с указанной даты.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, конкурсный управляющий обратился с рассматриваемым заявлением о привлечении контролирующих должника лиц Жукова М.Е., Будника А.С., Дербенева М.С. и Гребнева А.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о недоказанности оснований для привлечения контролирующих должника лиц, к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд, пересмотрев спор, с выводами суда первой инстанции не согласился. Отменяя определение суда первой инстанции, апелляционный суд исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным процессуальным законодательством, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Так как обстоятельства, послужившие основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, то спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве, действовавших на момент спорных правоотношений, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Согласно пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Как следует из пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Указанное обусловлено тем, что исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств.

Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Момент, в который возникла обязанность по обращению в суд с заявлением компании о собственном банкротстве, подлежит установлению судом (определение Верховного Суда Российской Федерации 310-ЭС17-15048 от 05.02.2018)

Как установлено судом апелляционной инстанции, по состоянию на март 2015 у должника имелась задолженность перед предприятием «Тагилэнерго» в общей сумме 3 561 041 руб. 30 коп., которая была взыскана на основании: решений Арбитражного суда Свердловской области от 29.11.2014 по делу № А60-45327/2014, от 06.09.2015 по делу № А60-26423/2015, от 18.06.2015 по делу № А60-11715/2015.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принял во внимание, что 27.03.2015 обществом «Сервис-НТ» в Департамент государственного жилищного и строительного надзора по Свердловской области было подано заявление о предоставлении лицензии на осуществление предпринимательской деятельности по управлению многоквартирными домами, 15.05.2016 в адрес должника поступило уведомление об отказе в предоставлении лицензии, и уже с 01.06.2015 общество «Сервис-НТ» прекратило свою деятельность по управлению и обслуживанию жилого фонда.

Возражая относительно заявленных требований, Жуков М.Е. ссылался на заключенный между должником (принципал) и акционерным обществом «Расчетный центр Урала» (далее – общество «Расчетный центр Урала», агент) агентский договор от 25.08.2015 № 825АГ, согласно которому агент берет на себя обязательства совершать от имени и за счет принципала юридически значимые действия, связанные с организацией следующих процессов: составление для потребителей (физические лица, проживающие в многоквартирных и жилых домах) платежных документов, указывая в них сведения о количестве оказанных потребителям услуг, сведения о денежных обязательствах потребителей перед принципалом, а кроме того, наименование агента в качестве получателя денежных средств; получение денежных средств от потребителей за оказанные услуги; взыскание дебиторской задолженности принципала, возникающей у него в связи с неоплатой потребителями услуг; предоставление потребителям разъяснений в письменной или в устной форме.

Таким образом, руководство должника, учитывая отсутствие сотрудников, обладающих специальными знаниями, заключило договор со специализированной компанией, передав ей все необходимые полномочия для ведения расчетов и взыскания долгов с жителей, у которых сформировалась задолженность перед Должником.

Критически оценивая данные возражения, суд апелляционной инстанции исходил из того, что при заключении агентского договора от 25.08.2015 № 825АГ в адрес общества «Расчетный центр Урала» было передано только сальдо, содержащее сведения о задолженности каждого дебитора, то есть без первичной документации, содержащей подробную информацию о произведенных начислениях и поступивших платежах, позволяющую взыскать данную задолженность в судебном порядке; при этом общество «Расчетный центр Урала» неоднократно обращалось к должнику с просьбой согласовать список дебиторов для начала взыскания с них задолженности, однако ответов на свои запросы не получило.

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание, что руководителями должника не предпринималось никаких мер, направленных на взыскание дебиторской задолженности, ни Дербеневым М.С., ни последующими руководителями должника – Гребневым А.А. и Жуковым М.Е. не доказано, что у должника имелись только временные финансовые трудности и, несмотря на такие временные финансовые затруднения, они, как руководители, добросовестно рассчитывали на их преодоление в разумный срок, приложили необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, при этом доказательств наличия какого-либо плана по преодолению данной ситуации в материалы дела не представлено, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что руководитель должника Дербенев М.С. должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее чем через месяц после возникновения соответствующих обстоятельств, то есть не позднее 01.05.2015. у Гребнева А.А. такая обязанность возникла с 08.08.2015, а у Жукова М.Е. с 24.06.2017.

Вместе с тем, указанная обязанность ответчиками не исполнена, заявление о признании должника банкротом в суд не подано, в рассматриваемом случае процедуру банкротства должника инициировал конкурсный кредитор предприятие «НТТС», требования которого включены в реестр требований кредиторов, что предполагает (презюмирует) наличие субсидиарной ответственности руководителя.

Оценивая доводы Жукова М.Е. о невозможности включения в размер его ответственности за неподачу заявления суммы неустоек (процентов) на ранее возникшие долги, суд апелляционной инстанции счел их подлежащими отклонению как основанным на неправильном толковании правых норм. При этом суд отметил, что оснований для не начисления неустойки в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом не имеется.

Размер субсидиарной ответственности руководителя определен в пункте 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, согласно которому размер ответственности контролирующего должника лица в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Исходя из изложенного, апелляционный суд пришел к выводу, что с Дербенева М.С., Гребнева А.А. и Жукова М.Е. подлежит взысканию солидарно задолженность в сумме 1 723 171 руб. 51 коп., образовавшаяся за период с 24.06.2017 по 05.10.2018. За период 08.08.2015 по 05.10.2018 подлежит взысканию с Дербенева М.С. и Гребнева А.А. солидарно задолженность в сумме 2 699 070 руб. 08 коп. (4 422 241 руб. 59 коп. – 1 723 171 руб. 51 коп.). С Дербенева М.С. подлежит взысканию задолженностью в сумме 1 177 836 руб. 07 коп., образовавшаяся за период 01.05.2015 г. по 05.10.2018 (5 600 077 руб. 66 коп. - 2 699 070 руб. 08 коп. - 1 723 171 руб. 51коп.).

Таким образом, привлекая Дербенева М.С., Гребнева А.А. и Жукова М.Е.  к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника после 01.05.2015, 08.08.2015, 24.06.2017 соответственно, суд апелляционной инстанций исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств в отсутствие доказательств того, что у руководителя должника имелся план по выходу из кризисной ситуации и ими были осуществлены действия по взысканию с населения дебиторской задолженности (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Из материалов дела следует, что основная задолженность у должника возникла, и должник прекратил осуществлять свою деятельность в период руководства Дербеневым М.С., который с 30.11.2011 по 08.07.2015 являлся руководителем общества, с 16.05.2018 являлся одним из участников должника, а в период с 24.11.2014 по 20.04.2018 единственным участником общества.

Также судом апелляционной инстанции установлено, что за Дербеневым М.С. числится задолженность по выданным через кассу под отчет, но не возвращенным денежным средствам. Последний обнаруженный конкурсным управляющим авансовый отчет датирован 30.09.2014, подписан самим Дербеневым М.С, остаток задолженности Дербенева М.С. составляет 1 052 144 руб. 52 коп. Никто из последующих директоров должника не предпринимал мер по взысканию с Дербенева М.С. данных денежных средств.

Кроме того, судом принято во внимание, что согласно сведениям Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции ФНС №16 по Свердловской области последняя бухгалтерская отчетность должника сдавалась за 2014 год; агентский договор № 825АГ с АО «РЦ Урал» на выставление дебиторам должника счетов и сбор денежных средств, а также на взыскание дебиторской задолженности был заключен только 25.08.2015, то есть после отказа в выдаче соответствующей лицензии, при этом размер дебиторской задолженности, числящийся в обществе «Расчетный центр Урала», согласно отчету за апрель 2020 составил 5 280 784 руб. 07 коп. только основного долга, что превышает размер задолженности, образовавшийся у должника по состоянию на май 2015.

Суд апелляционной инстанции, с учетом вышеуказанных правовых норм, принимая во внимание изложенные обстоятельства, а также то, что при надлежащем ведении бухгалтерской и иной документации, и при своевременном принятии должником мер по взысканию дебиторской задолженности с населения, возникшая у должника задолженность перед ресурсоснабжающими организациями могла быть оплачена, однако таких действий предпринято не было, заявление о признании должника банкротом своевременно не было подано, кредиторская задолженность должника продолжала расти; заключил, что при данных обстоятельствах уклонение контролирующих должника лиц от взыскания дебиторской задолженности должника (как путем самостоятельной подачи заявлений от имени должника, так и путем надлежащей работы и представлению необходимой документации агенту), ненадлежащее ведение и хранение документации должника (в частности, отсутствие всех необходимых документов для взыскания дебиторской задолженности с населения), непринятие мер к возврату необоснованно выданных в подотчет Дербеневу М.С. денежных средств, в совокупности являются основными причинами, вызвавшими банкротство должника.

Отклоняя доводы Жукова М.Е., о том, что именно Дербенев М.С. является фактически контролировавшим должника лицом, в том числе через своего родственника, последнего участника общества Будника С.А., а Жуков М.Е. являлся номинальным руководителем, суд апелляционной инстанции указал, что указанные обстоятельства не могут являться основанием для освобождения Жукова М.Е. от субсидиарной ответственности, при этом отметив, что данные доводы могут быть учтены при определении степени вины и размера его субсидиарной ответственности.

Судом апелляционной инстанции правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Возражения Жукова М.И., изложенные в кассационной жалобе относительно того, что апелляционная жалоба конкурсного управляющего Лепихина И.Е. не содержала требований, которые рассмотрел суд апелляционной инстанции, подлежат отклонению, поскольку все требования, которые были рассмотрены апелляционным судом, содержались в апелляционной жалобе предприятия «Тагилэнерго», в связи с этим, оснований полагать, что апелляционный суд вышел за пределы своих полномочий не имеется. 

Довод Жукова М.И. о том, что после вступления в должность руководителя должника 24.05.2017 им не были совершены никакие сделки, соответственно, основания для привлечения его к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства – отсутствуют, судом округа также отклоняется, в связи с тем, что в данном случае, Жуков М.И. и остальные ответчики привлечены к ответственности за бездействие по невзысканию дебиторской задолженности как самостоятельно, так и путем надлежащей работы и представлению необходимой документации по агентскому договору, который, к тому же был заключен формально, с целью прикрытия бездействия руководителей по взысканию задолженности с дебиторов; указанное бездействие (последствия которого разумный и добросовестный руководитель не мог не предвидеть, тем более что по утверждению кассаторов дебиторская задолженность являлась единственным источником погашения задолженности) при одновременном наращивании кредиторской задолженности (в том числе и посредством начисления финансовых санкций), сокрытие первичной документации по дебиторской задолженности (кассаторами не опровергнуты выводы апелляционного суда о формальном заключении со стороны руководителей и видимости исполнения (также со стороны руководителей) агентского договора) в конечном итоге привели к невозможности исполнения имеющихся у должника обязательств.  

Довод о том, что само по себе наличие у общества «Сервис-НТ» задолженности, с учетом специфики деятельности должника, не свидетельствует об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, является несостоятельным. В данном случае, речь идет не столько о специфике деятельности должника, сколько о сознательном бездействии руководителей, знающих, что единственным источником поступления денежных средств является дебиторская задолженность и ничего не предпринимающих для ее взыскания. 

Возражения Гребнева А.А. относительно того, что на апрель 2015 кредиторская задолженность составляла 3 561 041 руб. 30 коп., тогда как дебиторская – 5 280 784 руб. 07 коп., что превышает размер задолженности, образовавшийся у должника по состоянию на май 2015, судом округа отклоняются как неподтвержденные материалами дела, поскольку действительный размер дебиторской задолженности не известен, первичная документация по ней в материалах дела отсутствует. При этом в реестр требований включены требования кредиторов значительно превышающие сумму в 5 млн. руб.  

Ссылки кассатора на отсутствие достоверно определенной даты объективного банкротства окружным судом отклоняются, поскольку апелляционным судом с учетом обстоятельств дела указанная дата определена  -  01.04.2015. 

Доводы о том, что суд апелляционной инстанции не раскрыл каким образом не сдача в 2015 году в налоговый орган бухгалтерской отчетности, а также не принятие мер по взысканию задолженности с Дербенева М.С. привели к банкротству должника, либо к иным негативным последствия, отклоняются судом округа, в связи с тем, что указанные обстоятельства рассматривались апелляционным судом в совокупности с остальными, в частности с фактическим бездействием руководителей должника. 

Ссылки Гребнева А.А. на то, что выводы апелляционного суда, относительно бездействия по взысканию дебиторской задолженности противоречат материалам дела судом округа не принимаются, поскольку добровольное погашение дебиторской задолженности в незначительном размере не может прикрыть всю образовавшуюся кредиторскую задолженность. 

Доводы кассатора относительно того, что полное отсутствие текущих обязательств у должника давало Гребневу А.А. основания полагать, что расчеты со всеми кредиторами будут произведены, судом округа отклоняются. Так полагать Гребнев А.А. мог, если бы совершал активные действия, направленные на взыскание дебиторской задолженности, в том числе осуществлял контроль за деятельностью по взысканию задолженности агентом по договору, однако ничего из этого им сделано не было.

Ссылки на то, что Гребнев А.А. не располагал трудовыми, техническими и материальными ресурсами и не мог производить взыскание задолженности более эффективно, судом округа не принимаются, в связи с тем, что будучи руководителем должника данные действия являлись его трудовой функцией, и коль скоро он добровольно продолжал занимать должность руководителя, обязан был выполнять свои функции надлежащим образом. 

Возражения относительно вывода суда о том, что  Гребнев А.А. был обязан взыскать с Дербенева М.С. задолженность – не основан на понимании фактического положения дел в обществе, судом округа также отклоняется, поскольку суд разрешил спор исходя из требований закона, а не из необходимости соблюдения сложившихся между сторонами фактических отношений. 

Иные доводы подателей жалоб, изложенные в их кассационных жалобах, судом кассационной инстанции также отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм права. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

С учетом изложенного, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2021 подлежит оставлению без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2021 по делу № А60-52632/2018 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационные жалобы Гребнева Александра Анатольевича и Жукова Максима Евгеньевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                          Н.В. Шершон 

 

                                                                                      Е.А. Павлова